Гувернантка.

Прошло 7 лет… Маринетт Агрест – это имя сейчас известно чуть ли не каждой моднице в Нью-Йорке. На эту молодую особу равняется молодёжь. В свои 25 лет она известный дизайнер. Не один журнал не обходится без её модной одежды. А сама девушка является эталоном красоты, и эталоном примерной мамы. Малышке Эмме уже 5 лет. У неё длинные волосы цвета пшеницы и синие, как ночь глаза. Маринетт наконец счастлива. Любящий муж, крошка дочь, любимая работа. Тогда, несколько лет назад, влюблённые так и не вернулись в Париж. Сейчас они часто там бывают, в гостях у родителей Дюпен-Чен или у Бриджет с Феликсом. Но порог дома Агрестов они так больше и не перешагнули. И как бы сильно сердце Адриана не терзали сомнения, он не мог… Он не мог подвергнуть опасности самых дорогих ему людей. И вот, буквально неделю назад, молодой семье пришло приглашение на свадьбу. Наконец, Бридж и Феликс решились на брак. Маринетт всегда думала, что Бридж опередит её в этом, но похоже у судьбы на них свои планы. Окунёмся в вечер Маринетт и Адриана перед отъездом в Париж. Синеволосая красавица нежно погладила по плечу своё только что уснувшее чадо. Завтра тяжёлый день. Накрыв Эмму тёплым одеялом и поцеловав её в лоб, от чего та поёжилась и улыбнулась, Маринетт спустилась на первый этаж своего не маленького дома. Она аккуратно, на цыпочках проникла в гостиную, где на большом и мягком, сером диване устроился глава их семейства. Подкравшись к нему сзади, она легонько запустила свои пальчики в его волосы. Адриан даже не вздрогнул, просто прикрыл глаза и нежно улыбнулся. Маринетт перешагнула через спинку дивана и пристроилась в крепких и нежных объятиях мужа. — Ты напряжён! – тихо проговорила она и, аккуратно взяв его руку, сплела свои пальца с его. — Завтра тяжёлый день, – ответил тот. — Волнуюсь за перелёт. — Мы не первый раз летаем с Эммой в Париж, думаю этому есть другая причина, верно? – эх, Маринетт не так просто обвести вокруг пальца. Адриан хмыкнул. — На свадьбе по любому будут родители, я волнуюсь, как пройдёт наша встреча. – проговорил он, крепче прижимая к себе хрупкую девушку. — Не переживай, мы с тобой, и никто нас больше не разлучит. Тем более мне кажется, что они давно простили нас и смирились с твоим исчезновением, – Маринетт чуть отстранилась от Адриана. — Правда, всё будет хорошо! Расслабься! На его лице появилась пошлая ухмылка. — Ты же знаешь, что расслабляет меня лучше всего?! – на лице засияла улыбка, а глаза так и блестели в полумраке. — Ты с ума сошёл? Эмма спит! – запротестовала Мари и отодвинулась от мужа подальше. — Вот именно, Эмма спит, это значит, что мы можем расслабится! – Адриан накинулся на свою жену с поцелуями. Сначала в губы, потом в шею, потом, а потом она просто вырвалась. — Всё, Адриан, спать! – хмыкнула она, но на лице нельзя было скрыть улыбки. Адриан вскочил и обнял девушку сзади, накрывая её шею очередной порцией поцелуев. — Адриан, Эмма может услышать. – простонала Маринетт. — Она давно спит! – отрываясь от бархатной кожи, проговорил он. Резким движением он повернул Мари к себе лицом и накрыл её губы своими. Сначала Маринетт не хотела этого, но страсть накрыла обоих. Она запустила свои пальцы в его волосы, а он придерживал её за плечи, желая, как можно быстрее, скинуть с жены шёлковую сорочку. Он резко подхватил жену за попу и, не разрывая страстного поцелуя, понёс её в спальню. Утро начинается не с чашки эспрессо, а с криков любимой жены «Адриан, мы проспали!». Быстро натянув на себя заранее приготовленную одежду и схватив свои чемоданы, семейство Агрестов направилось в аэропорт. Несколько часов мучительного перелёта, нотаций жены, что из-за него они проспали и могли опоздать, и детского плача, не прошли даром. И вот они на своей родине, в Париже, городе любви. Ещё неделю они отдохнут, а затем им предстоит тяжёлый разговор, с Габриелем Агрестом. Перенесёмся к торжеству. Как и полагается, с утра женская и мужская половины разделились. Адриан отправился поддерживать Феликса, а Мари осталась с сестрой, чтобы закончить с её нарядом. — Солнце моё, ты такая красивая! – обнимая сестру, проговорила Мари. — Всё благодаря твоему труду, дорогая. – девушки стояли перед зеркалом и смотрели на белоснежное платье, которое Маринетт сшила для Бриджет. — М-м-маааринетт? – послышался дрожащий голос девочки. Маринетт выпустила из объятий сестру и повернулась к источнику звука. Перед ней стояла не та Адель, которую она помнила, а подросшая двенадцатилетняя красавица. — Адель, я так рада тебя видеть! Солнце моё, как ты? – протараторила Мари подходя к девочке. На глазах той появились слёзы, и она сделала пару шагов назад. — Ты… ты, ты же обещала всегда быть со мной! – прокричала девочка сквозь слёзы. — Ну что ты, солнце! – Маринетт мгновенно прижала девочку к себе. По её лицу тоже пробежалось пару слезинок. Когда она поняла, что девочка успокоилась, то отодвинулась и присела перед ней на корточки, как делала раньше. — Я всегда была с тобой и никогда о тебе не забывала! Я всегда была здесь! – она указала пальцем на сердце девочки. — Я в твоём сердце, точно так же, как и ты в моём! Наконец Адель улыбнулась и накинулась на Маринетт с обнимашками, чуть не повалив её на пол. Эту идиллию разрушили сразу два голоса. — Мам, а когда папа вернётся? – спускаясь с верхнего этажа, спросила Эмма. — Маринетт? – в это же время послышался голос Эмили. — Мама? Адель сразу же отпустила свою няню. Маринетт встала и поправила своё платье. Тут же к ней подлетела Эмма, прячась за подол платья мамы. — Добрый день, мисс Эмили, знакомьтесь, это моя дочь – Эмма. – она вывела за руку девочку из-за спины. — Добрый день. – девочка улыбнулась и сверкнула своими ярко-голубыми глазами. Эмили ахнула и схватившись за сердце присела на ближе стоящее кресло. — Эмма значит, очень приятно, а я получается твоя бабушка. – женщина улыбнулась и протянула девочке руку. Та в свою очередь посмотрела на маму. Мари одобрительно кивнула и подтолкнула девчушку в сторону Эмили. — А где Адриан, я надеюсь мы сегодня увидимся? – в глазах женщины была только надежда на встречу. — Конечно! Он сейчас с Феликсом. – Маринетт ласково улыбнулась. Кого, кого, а Эмили она никогда не винила в том, что им пришлось бежать из Парижа. Скорее наоборот ей было жаль её, ведь из-за своего мужа, она не видела своего сына целых 7 лет, а тем более даже не знала о существовании внучки. — Я гляжу воссоединение прошло прекрасно! А сейчас, если мы не поторопимся, то можем опоздать на церемонию. – проговорила Сабина. Все сразу же засуетились. Тем временем в мэрии. — Ну здравствуй, сын. Я же могу тебя так называть?! – за спиной Адриана послышался строгий голос Габриеля. По спине пробежал холодок, но он мужчина и не должен показывать своей слабости. — Здравствуй, отец! Конечно можешь, я же как был, так и остаюсь твоим сыном. – Адриан повернулся к отцу и натянул улыбку. На самом деле он долго ждал этой встречи, но боялся представить, как она пройдёт. — Я наслышан о успехах твоей жены, она действительно талантлива. – всё тем же холодным голосом проговорил Агрест-старший. — Да, ты прав, у неё большое будущее, и я её буду всегда в этом поддерживать. – улыбка становится искреннее только при одной мысли о своих малышках. Габриель резко помрачнел и тяжело вздохнул. — Сын… прости меня, если сможешь. Я идиот, которых свет не видал. Знай, я никогда больше не посмею помешать твоему счастью. Только прости старого дурака… – проговорил он, опустив глаза. Вот, это те самые слова, которые Адриан жаждал услышать все 7 лет, прожитых в Америке. Ничего не говоря, просто с улыбкой до ушей, он резко обнял своего старика, своего любимого старика. — Отец, и ты прости меня, но любовь, она ведь… — Знаю, сын, она раз и навсегда. – обнимая Адриана в ответ, договорил Габриель. В этот момент двери в зал открылись, и он стал наполняться людьми. — Пап, я должен тебя кое с кем познакомить. – проговорил Адриан. Глазами он уже искал знакомую макушку. И вот в дверях стоит Маринетт и говорит что-то Эмме, а затем показывает пальцем на него. Эмма со всех ног несётся к любимому папочке. И вот ещё пара секунд, и Адриан подхватывает её на руки. — Я соскучилась. – проговорила она и чмокнула его в щёку. — Я тоже, принцесса. – затем он повернулся к удивлённому отцу. — Пап, знакомься, это моя дочь – Эмма. После этих слов Габриель засиял пуще прежнего. — А Вы мой дедушка, верно? – спросила малышка. — А ты откуда знаешь? – хитро улыбнулся Адриан. — А я уже познакомилась с бабушкой, она где-то там. – девчушка подняла голову, высматривая кого-то в толпе. И вот две белокурые особы идут к ним на встречу. Радость, слёзы счастья, крепкие объятия и обещания больше никогда не пропадать – вот, что творилось в этот момент. Такой и должна была быть их встреча, долгожданная встреча. И вот, все гости сидят на своих местах, у алтаря стоят двое, священник читает свою речь. Адриан и Маринетт сидят на одном из первых рядов, держась за руки, а между ними маленькая Эмма. — Адриан… – прошептала Мари. — Что? – шепнул он в ответ. — Мне нужно тебе кое-что сказать. — Прям сейчас? — Не знаю почему, но я хочу прям сейчас. Адриан с подозрением посмотрел на свою жену и положительно кивнул. — Ты только сильно не кричи, точнее лучше вообще молчи, не порть их момент ладно?! — Да говори уже. — Адриан, я беременна, у нас будет малыш! – улыбаясь проговорила Маринетт. Тот вылупил на неё свои изумрудные глаза и даже перестал хлопать ими. — Ты моё счастье! – расплываясь в улыбке наконец проговорил он. — Тссс. – Эмма подняла на них голову и приставила маленький указательный пальчик к губам, показывая тем самым, чтобы они замолчали. Родители улыбнулись и крепко обняли своё маленькое чудо, а скоро таких будет два. Именно сейчас, в этот час, в эту минуту, место для счастья – здесь.

Наслаждаться счастьем – величайшее благо, обладать возможностью давать его другим – ещё большее.