У Эндрю есть проблема. В его любимом месте в общежитии есть кто-то, некий паренек по имени Нил, и он откровенно раздражает. Если бы в университете Пальметто не было правил, запрещающих студентам использовать магию в намеренно вредоносных целях против других студентов, Эндрю, не задумываясь, испепелил бы его в кучку печального пепла. Но после нескольких странных встреч Эндрю понимает, что с этим мальчиком связано нечто большее, чем он думал вначале.

— Эндрю Миньярд! – сказал Натаниэль. Эндрю моргнул. — Натаниэль Веснински, чем обязан? – с горечью спросил он. — О, не будь таким формальным. Я могу смутиться, – Натаниэль откинул назад прядь волос. — И, отвечая на твой вопрос, я здесь для того, чтобы с тобой подружиться, конечно же! – сказал Натаниэль, и ему ни на секунду не стало стыдно за столь очевидную ложь. Или AU, где Натаниэль и Эндрю оба принимают лекарства.

Натаниэль провел большую часть своих 12 лет, обучаясь языкам и ножам. Он свободно говорит на трех языках и почти освоил четвертый. Еще лучше он владеет языком ножей и искусством боя с ними. У Мэри Веснински не было возможности сбежать с Натаниэлем во время его пробной встречи с Тэцудзи. Натан узнал о ее планах и убил ее в Эверморе. Он не дал ей шанса сбежать и сделал все, чтобы Натаниэль знал о последствиях этой попытки.

Эндрю ненавидел все в Натаниэле Веснински. У него было все: деньги, власть, публичность, идеальные отношения, и вдобавок ко всему он был засранцем мирового класса, который думал только о себе. Поэтому нет нужды говорить, что Эндрю был взбешен, когда узнал, что Натаниэль и его подружка переходят от Воронов к Лисам. Но не сразу Эндрю заподозрил, что Натаниэль не так идеален, как кажется.

После событий Балтимора, Натаниэль делает то, что у него получается лучше всего. Он хотел остаться в этот раз. Он был настолько глуп, что даже думал, что у него есть какой-то шанс на это. Сейчас, когда он снова сидит в машине со взломанным замком зажигания и держит курс на Север, руководствуясь инстинктами, выработанными под угрозой смерти, он уже знает лучше. Натаниэль продолжает сражаться, пока не убежит, и убегает каждый, блядь, раз.