XII
22 августа 2018 г., 13:05
« — Мне страшно».
— Клянусь, они пугали меня всю ночь, — Луи ярко улыбается той самой улыбкой, способной навсегда осветить любую тьму и прогнать всех призраков и демонов, правда, кроме его собственного. Амалия прикрывает глаза от солнечного света, просачивающегося сквозь приоткрытые шторы, и чувствует, как лежащий возле парень всё ещё улыбается. — Всю ночь? — она ухмыляется, прижимаясь ещё ближе к Луи, хоть ближе и невозможно. — Я люблю это постельное бельё, — она тихо посмеивается, указывая на разных животных, изображённых на ткани. — Ты такой ребёнок, — брюнет улыбается, обнимая девушку, пока та утыкается лицом в его шею. — Я и есть ребёнок, — она шепчет. — С днём рождения, Хайке, — Луи мягко целует девушку в висок, и та закрывает глаза от удовольствия. — Я чувствую себя старым по сравнению с тобой, — он ухмыляется, и Амалия отстраняется. — Тогда давай оторвёмся сегодня, старик, — она наклоняется, чтобы, улыбаясь, подарить ленивый утренний поцелуй в губы. — Звучит как… инцест, — Луи снова глупо улыбается, наблюдая за сонным лицом девушки. — Ещё у тебя пахнет изо рта, — он улыбается шире, когда видит, как Амалия закатывает глаза. — Иди первым в ванную, — она легонько кусает его в место над ключицами, заставляя сон отступить и окончательно проснуться. — Давай, иди уже, — она стонет, когда он снова нависает над девушкой, чтобы подарить ещё один поцелуй. — Хорошо, — он шепчет, но не отходит, щекоча девушку, — обойдёшься без праздничного секса и завтрака в постель, — брюнет игриво хмыкает, и кареглазая мгновенно перестаёт верещать, смотря на старшего тем самым заинтересованным взглядом. — Нет, Хайке, — Луи пожимает плечами, смеясь, пока Амалия пытается затянуть его обратно в постель, но он лишь скрывается в ванной комнате. Когда Луи возвращается из ванной, Амалия всё ещё валяется в постели, время от времени ненадолго засыпая. Она неуклюже открывает один глаз, чтобы посмотреть на брюнета, и тут же открывает второй. — Мне кажется, или?.. — она не успевает договорить, рукой потянувшись к тумбе, чтобы найти свои очки, но они уже не нужны, ведь Луи снова нависает над ней, распространяя приятный аромат геля для душа. — Я побрился, — Томлинсон заявляет так, словно это главное его достижение, и женские ладони беспрекословно ложатся на гладкие скулы, а их обладатель прикрывает глаза. — Теперь я молод. — О, — Амалия не может скрыть своей улыбки и закидывает ноги на бёдра Луи, — что за прелестный мальчик? — она поглаживает кожу скул, и он сам липнет к её ладоням. — Должен ли я спросить, что у тебя в ванной делает мужская пена для бритья и гель для душа? — Потому что мне нравится их запах, — Амалия пожимает плечами, с умилением смотря на парня, поглаживая его скулы, — а общество придерживается гендерных стереотипов, — заканчивает. — Иди ко мне, — она шепчет, приподнимаясь, чтобы поцеловать брюнета, по-прежнему не выпуская его лица из своих ладоней. — Из твоего рта всё ещё воняет, — Луи напоминает, улыбаясь, и темноволосая качает головой. Его пальцы проводят по её запутанным после сна русым волосам, раскиданным по подушке и всю ночь лезшим к нему в рот. — Как будто это остановит тебя.ххх
— Пожалуйста, скажи, что это то, о чём я думаю, — Амалия просит, когда Луи ведёт её по знакомым ей улочкам, держа над их головами раскрытый чёрный зонт, плохо прячущий их от противного дождя. Он время от времени подсматривает в мобильный, сверяясь с маршрутом. — Это оно, правда? — он улыбается, замечая, насколько она взволнована. — Да, — ему остаётся только вздохнуть и повернуть за угол ко входу в клуб. — Я впервые здесь. Энди обещал зажечь ради тебя сегодня, — брюнет придерживает дверь перед девушкой, а затем сам заходит внутрь, отчаянно пытаясь закрыть зонт. — Я здесь впервые, — он повторяет, и девушка напрягается. — Давай помогу, — она протягивает руку и с лёгкостью закрывает зонт, на что Луи хмурится, сглатывая; его руки снова дрожат. Но Амалия только выдавливает улыбку, чмокая парня в уголок губ и приобнимая. — Пойдём, — она тянет его за руку, внутри здороваясь с незнакомыми парню людьми, следуя по длинным узким коридорам, в которых запросто можно заблудиться новичку, пока не проходит настенное зеркало и не останавливается перед приоткрытой дверью. — Фредерика Гонсалес здесь? — девушка расплывается в улыбке, всё ещё держа Луи за руку, и рассматривает Энди, наносящего макияж. — Амалия! — парень бросает карандаш для бровей, нарисовав только одну бровь, расположенную выше его собственной, сейчас тщательно замаскированной слоем косметики. — Поздравляю, — Энди начинает обнимать девушку, затаскивая её глубже в комнату, когда замечает стоящего позади неё Томлинсона. — Луи! Мой любимый мальчик, — он кидается на него с куда более крепкими объятиями, что выходит довольно комично из-за опущенной на живот накладной груди. — Мне начинать ревновать? — Амалия хмыкает позади, но Энди не обращает на неё внимания. — Ты побрился, — он треплет брюнета по щекам, из-за чего тот смущённо улыбается, по всей видимости, не привыкший к поведению друзей девушки. — Из тебя бы получилась шикарная драг-квин, — тот уверенно заявляет, — публика любит такие скулы, — Фредерика ещё раз хлопает Луи по щекам и возвращает внимание к Амалии. — А из тебя, дорогая, драг-кинг. — Спасибо, — Амалия закатывает медово-карие глаза, поднимая палец в воздухе, когда друг хочет продолжить. — Только посмей сказать что-то про мою грудь. — Уверен, что Луи от неё в полном восторге, — Энди фирменно улыбается, поворачиваясь к парню, — правда, сладкий? — О да, — тот даже не скрывает пошлой улыбки, ухмыляясь, явно, как и покрасневшая Амалия, вспоминая утро. — Я обескуражен ей, Хайке. — Вот видишь, — Энди улыбается Рихтер, параллельно подмигивая Томлинсону. — Ещё слово о моей груди, и я проткну твою, — она закатывает глаза, подходя ближе к Луи, чтобы приобнять его. — Стойте как стоите, — незнакомый Луи голос заставляет его чуть вздрогнуть, когда он и Амалия замечают ещё одного мужчину в комнате, расположившегося на известном Амалии диванчике; его осветлённые волосы спадают на лоб, на лице грим. Она улыбается, понимая, что это Робин, который сейчас направил на них полароид, ещё один артист клуба. — Я не заметила тебя, — Амалия приветливо улыбается, когда снимки сделаны, и она может подойти ближе, чтобы обнять знакомого. — Неудивительно, ты была слишком занята своим парнем, — он подмигивает, приобняв девушку. — Да пошёл ты, — она смеётся, смотря в сторону Луи, который увлечённо о чём-то болтает с Энди. — Кем ты будешь сегодня? — она заинтересованно смотрит на друга, что переходит обратно к туалетному столику, продолжая наносить макияж. — Это будет сюрприз, — он улыбается. — Но тебе понравится, — Луи заверяет, смотря на Энди так, словно этот их секрет — самый важный в жизни. — Сильнее, чем когда ты танцевал под «Toxic» Бритни на прошлой неделе? — Амалия приподнимает брови. — Или Фёрги около года назад? Я никогда не забуду этого. — Надеюсь, что повторю свой триумф, — Фредерика смеётся. — Лу, хочешь примерить что-нибудь и выйти со мной на сцену? — она в шутку спрашивает, и Томлинсон делает вид, что всерьёз задумывается над этим. — Мне всегда было интересно… — он замолкает, словно решает, стоит ли произносить следующее вслух: — можно ли мне померить каблуки? — Чёрт! — Робин громко смеётся, и Энди подхватывает этот смех, тут же поднимаясь со своего места и подходя к противоположной стене, вдоль которой выстроились ряды женской обуви больших размеров. — Этот вечер обещает быть ещё более интересным, — Амалия усмехается, когда Луи, прикусив губу, подходит к рядам обуви. — Но ты уверен? — Какой у тебя размер, детка? — Энди выглядит действительно заинтересованным. — Восемь с половиной. — Как насчёт тех белых? — парень указывает на пару туфель на высоченных каблуках. — Погнали, — брюнет кивает, нагибаясь, чтобы снять свои кроссовки, шнурки которых обвязаны вокруг лодыжек. — Только не упади, — Амалия просит подходя ближе, чтобы в случае чего помочь голубоглазому удержать равновесие. — О господи, — Луи стонет, как только одна его стопа оказывается в туфле. — Как вы только делаете это? — одной рукой он держится за девушку. — О да, сучка, — Энди громко смеётся, снимая свои тапочки, чтобы обуть красные туфли. — Сейчас я научу тебя всему. — Ставлю на то, что он быстрее грохнется, — Роб комментирует, получая недовольный взгляд от Луи. — Прости, парень, ничего личного. — Сделай шаг, затем второй, — Энди медленно показывает Томлинсону, что еле держится на ногах, крепко держа Амалию за руку. — Робин прав, ты безнадёжен, — он вздыхает, наблюдая за Луи. — Я понял, вы просто пытаетесь уничтожить мою самооценку, — тот пробует вновь. — Мне нужно готовится, а вы двое, — Энди указывает пальцами на пару, — меня отвлекаете. — Это несколько тяжелее, чем мне казалось, — брюнет рассматривает свою обувь. — Ходить одно, но танцевать в них… — он хмурится, делая несколько шагов вперёд, уже куда легче. — Это практика, — мужчина на диване пожимает плечами. — Вот ставлю сотню фунтов на то, что Сэм Смит был бы в восторге от меня, — Энди хмыкает, снимая красные каблуки. — Как Луи от твоей груди. — Эндрю! — Амалия приоткрывает рот. — Это грубо. — Согласен, — Робин кивает. — У нас с ним даже каблуки похожи, — Энди неотступен. — Но в отличие от тебя, идиот, он умеет петь, — светловолосый смеётся. — И у него туфли со стразами, — Луи тихо вставляет, продолжая ходить из одного угла гримёрной в другой, пока все трое удивлённо смотрят на него. — Я не говорил, что люблю Сэма? — он хмурится и чуть спотыкается, уточняя. — С меня хватит, — он спотыкается вновь под обеспокоенные взгляды кареглазой, когда старается делать более широкие и быстрые шаги. — Оставь это на Энди и Сэма Смита, — Амалия усмехается, пока Луи снимает неудобную обувь. — Мне нравится, как это прозвучало, — Энди возвращается за столик. — Мы будем называться… Сэнди, Энма или просто Эма. — Раскатал губу, — светловолосый качает головой. Амалия с тревогой наблюдает за тем, как руки Луи пробивает дрожь, пока он пытается завязать шнурки, остановившись на середине, словно забыл, как это делается. — Скажи ему, Ама. — Мы пошли, — Амалия закатывает глаза, таща за собой обувшегося Луи, желая откинуть навязчивые мысли. — Ждём тебя в зале, Фредерика.ххх
— Мой сегодняшний образ несколько отличается от всех предыдущих, — Фредерика стоит с микрофоном в руках, шоу наполовину отыграно. Сегодня её одежда была до невозможности чёрной и обтягивающей, на голове черноволосый парик, напоминающий по форме улей, в прядках которого красная повязка в тон верха коктельного платья, низ которого находился на поблескивающей в свете софитов молнии; глаза выделялись огромными ретро-стрелками, а на обнаженной коже виднелись крупные переводные татуировки, как, например, подкова и обнажённая девушка на левом предплечье. Энди полностью повторил образ Эми Уайнхаус, превзойдя все свои предыдущие перевоплощения; и всю первую песню Амалия просто пребывала в шоке. — Но сегодня у моей девочки день рождения, и этот вечер полностью посвящён ей. Амалия закрывает лицо руками, улыбаясь слишком сильно, не в состоянии смотреть на друга в новом амплуа. Многие взгляды сейчас обращены на неё, но она только смотрит либо на круг своих друзей и парня возле, либо на Энди на сцене. — Просто давайте поздравим её, — он, вернее, она расплывается в улыбке, знакомой только самым близким. Амалия буквально сдерживает слёзы, готовая рассмеяться от нелепости, пока Фредерика начинает петь поздравительную песню, и совершенно незнакомые ей люди в клубе подхватывают её. — С днём рождения, Хайке, — на ухо Амалии удаётся услышать звук голоса Луи, когда выносят торт с пищевой печатью в виде неудачной детской фотографии девушки. — Я убью вас, — она стонет, смотря на эту фотографию себя, сидящую в песочнице в одних ужасных полосатых колготках, измазанную шоколадным пирожным, с виду больше походящем на нечто другое. — Спасибо за фото Хериберту, — Карла хмыкает, преподнося сладость ближе к девушке. — Пожалуйста, не измажься вновь, — она просит перед тем, как Амалия задувает свечи. — Поднимайся ко мне, детка, — Фредерика просит, изящно прохаживаясь по залу и собирая чаевые. Сначала Рихтер качает головой, но аплодисменты всё усиливаются и, посмотрев на своих друзей, она выдыхает: «Вы трупы», — и освобождается от уютных объятий Луи, чтобы подняться на небольшую сцену, скорее напоминающую подиум. Начинает играть следующий трек, и Энди и Амалия тут же вспоминают вечер, как танцевали под него в доме Карлы. — Спорим, я соберу больше чаевых, — Амалия ухмыляется, когда Фредерика отдаёт микрофон кому-то за кулисами, алкоголь помогает ей почувствовать себя более раскованно. — Сомневаюсь, что у тебя получится отобрать мою работу, — Энди, полностью в образе, шлёт девушке воздушный поцелуй, начиная активно двигать бёдрами. — Жаль, что королева здесь только одна, и это не ты, — кареглазая отвечает перед тем, как начинать открывать рот под слова песни, танцуя и не уступая в этих танцах другу, ещё не зная припасённый тем скрытый приём в виде ещё одной фальшивой татуировки выше ягодиц. — Ты выиграла только потому, что Луи отдал тебе все свои деньги, — Энди, не одержавший победу, обижается, надувая губы. — Умей проигрывать, — Амалия пожимает плечами, тихо посмеиваясь. — Луи! — Энди просит помощи. — Прости, но она моя девушка, — Луи улыбается, плотнее прижимая к себе девушку и мягко целуя ту. — Именно так и предают друзей, — Эндрю «Кьюненен», что сидит возле с картонной шляпой на голове, хмыкает. — Давайте не здесь, — Алпен прикрывает глаза при виде поцелуя пары. — Да брось, они такие милые, — Отэм же напротив делает несколько скрытых фотографий. — Я жду вашей свадьбы, ребята, — Мона замечает, и Луи как-то грустно улыбается, перед этим оторвавшись от губ девушки. Внутри заседает увеличивающийся страх, потому что он забыл имя чернокожей подруги Амалии. — Кто будет торт? — у Карлы получается отвлечь всех. — И, вообще-то, это твоя обязанность как именинницы, дорогая, — рыжеволосая с укором смотрит на подругу. — Я доверяю тебе, — та прячет лицо в шее Томлинсона, чувствуя себя слишком уютно в его объятиях, чтобы выбираться. Подушечками пальцев она перебирает простую серебряную цепочку на своей шее, — подарок Луи. — Я хотел устроить тебе пикник на нашем месте, — брюнет шепчет ей на ухо, взглядом обводя заполненную людьми гримёрную, — но с самого утра идёт этот нескончаемый дождь, — по началу он серьёзно расстроился из-за того, что планы конкретно поменялись, но сейчас куда более спокоен. — Всё равно спасибо, — и Луи не нужно больше слов, один благодарный счастливый взгляд из полуприкрытых карих глаз даёт ему понять, что он всё делает правильно, а тепло, которого хватит растопить любой лёд, разливается по всему его телу, переполняя его. — Никто ещё не устраивал мне подобных праздников. Он знает, что, возможно, неправильно поступает по отношению к будущему девушки, но не может заставить себя отступить. Он слишком влюблён. В последний раз. И только в неё.
