Демон во мне

***

После магической войны родителям Драко и мне пришлось собирать его по кусочкам. Чудо, что Малфой вообще выжил. Я столько ночей проплакала перед его кроватью, готовая отдать всё, чтобы его вернуть. Когда он очнулся, то отругал меня за эту слабость. Я же совсем не подумала о детях, которым приношу вред своим волнением. Несколько недель я выхаживала Драко, но всё получилось как нельзя лучше. Кстати, мы устроили нормальную свадьбу, именно такую, о какой мечтали. Гостей было неимоверное количество, весь периметр украшали живые цветы, очень много цветов. Наверное, я никогда в жизни не смогу описать этот момент до конца. Все эмоции, что взрывались во мне, невозможно передать. Я шла к алтарю под руку с отцом, он крепко и твёрдо направлял меня в новую жизнь. И какой бы взрослой я ни была, Анте Денница пообещал всегда беречь свою маленькую девочку. Мама и Жозефина рыдали прямо там, заливая всё вокруг слезами вместе с миссис Малфой. Их сентиментальность подействовала и на меня, в конце вечера, под медленную музыку, я не выдержала и дала волю чувствам. Мой Драко улыбался и дарил мне поцелуи один за другим. — Глупая, лучше смейся, это наш самый счастливый день. Действительно, мы так этого хотели. Мечты и правда сбываются. Завтра, послезавтра, через годы никто и не будет помнить могущество этого существа, все будут знать, что Он пал как смертный, что день, когда Он был уничтожен — самый счастливый для целого мира. Я была полна этого счастья, я наконец-то дышала полной грудью. Малфой был порядком потрёпан, вдоль шеи красовался шрам. Может, кто-то и считал его уродливым, но лично я обожала. Это память о том, что мой мужчина пережил. Он справился, смог выкарабкаться. Панси, Дафна и Тео не могли нарадоваться вместе с нами. И хоть судебные тяжбы приносили значительные неудобства, они были счастливы жить в свободном мире. После свадьбы мы отправились в путешествие. Солнечная Португалия подарила нам море эмоций. С Драко мы ни разу не расставались, каждый день с утра я брала его за руку, а он сжимал мою ладонь. Мы разжимали руки лишь к вечеру. Как-то Драко спросил меня: — Стеф, со дня войны я думаю над одним вопросом… — Ммм? — промычала я, уминая огромное мороженое за обе щеки. — Помнишь, Уизли сказал, что ты будто Амортенцию мне подлила. Ты еще так загадочно ответила… Я расхохоталась. Я совсем забыла об этом случае. — Драко, я… — меня душил приступ смеха. — Я сделала это однажды. Утром мне чертовски тебя захотелось, я подлила небольшое количество Амортенции тебе в сок и всё. Вечером ты уже был сам не свой.

***

Родители очень настаивали, чтобы мы всё-таки остались жить вместе с ними, но я наотрез отказалась. Мы уже взрослые и нам нужен отдельный дом. Я всегда о таком мечтала и не могла дольше оставаться в поместье Денница. Мы приобрели особняк в Исландии, прямо около гор. Это была ещё одна заветная мечта, я всегда любила эту страну. Мне нравился климат, незабываемые пейзажи. Идеальнее места для меня не найти. Я очень просила Жозефину уехать с нами. Но она, всецело поглощённая своим мужем, не смогла поселиться в нашем поместье. Чарли Уизли вскружил ей голову своей храбростью и самоотверженностью, ведь он буквально закрывал её от вражеских заклятий. Было так странно смотреть на них. Они очень разные, но их объединяет великая сила Любви. Огонь и вода, как я частенько говорила. Новоиспечённые молодожёны поселились в Румынии, Чарли так и не смог забыть свою страсть к драконам. Но Жозефину он точно любил, был готов отдать всех крылатых существ мира за её сердце. Итогом этой внезапной и пылкой любви стала маленькая девочка — Кэролайн. Я всю жизнь думала о том, что тётя будет прекрасной женой и матерью. Мои домыслы оправдались полностью. Кэролайн стала моей крестницей. Даже после смерти Жозефины уже повзрослевшая Кэри никогда не забывала мать. Она гордилась и всегда старалась быть похожей на неё. Что и говорить, от матери ей достались лишь волосы, в остальном она была копией Чарли. Мама и папа вернулись. Мы восстановили память, всё идет своим чередом. Когда-то мы расскажем им правду, но пока они не готовы.

***

Спустя 4 месяца… — Стефания, давай! Дыши, дыши, — кричала мне целитель. Сегодня утром у меня схватил живот, начала невыносимо болеть спина. Нутром я чувствовала — началось! Боже, я же совсем не готова к этому, что делать, как себя вести? Я паниковала, у меня всё валилось из рук. — Драко! ДРАКООООО!!! Я ползла к двери, чтобы принять душ и успокоить боль, это единственное, что я вспомнила. Поясница просто изнывала, детей было двое, поэтому нагрузка была в разы больше. Малфой еле проснулся, он очень испугался, увидев меня, сидевшую в раскорячку у двери. — Стеф, что… — бормотал он сонным голосом. — Рожаю! Ро-жа-ю!!! — закричала я. Драко мгновенно всё понял и помог мне подняться. Опираясь на плечо мужа, я доковыляла до душа. Сразу же включив струю тёплой воды, легла прямо в ванную, периодически массируя поясницу. Силы быстро уходили, мне казалось, что всё происходит в мега ускоренной съёмке. Что-то тут не так! — Трансгрессируй за целителями, живо! Что-то странное происходит, Драко, это ненормально. Я пыхтела как паровоз и выкрикивала слова. Драко подозвал домовика, чтобы тот срочно созвал семейство. Другой эльф уже растирала мою спину, я избавилась от одежды, прилипшей к коже. Драко вернулся быстро, с ним были два целителя — доктор Ипсиланти и её помощница Вероника. — Стефания, что-то не то. Доктор бегала и было видно, она заподозрила неладное. Я тряслась от страха и боли, так ужасно я не ощущала себя никогда. Меня еле перенесли в спальню. Время шло, а доктор молчала. Вдруг в спальню врывается всё мое семейство. Мама сразу всех выпроводила и подбежав ко мне, взяла за руку. Я ощутила тепло, теперь было не так страшно. Но боль не отступала, каждый раз я ощущала, как меня накрывает волна отчаяния. Кричать не было смысла, сил всё равно не осталось. — Роды начались вчера вечером, всю ночь у тебя были схватки. — Доктор… я… Я ничего не чувствовала, — еле оправдывалась я. Действительно, ночью я спала хорошо. — Банши неплохо переносят боль, поэтому ты её не ощущала, — бросала слова доктор, проводя манипуляции. Я плакала и ругала себя за то, что была так неаккуратна. Последний приём я не посетила, теперь и расплачивалась. Целители мне здорово помогали, нужно было ехать в больницу, я не могла сама родить. Но доктор Ипсиланти сказала, что я не перенесу дорогу. Пришлось всё делать на месте. После часа попыток я наконец-то разродилась. Вызвав искусственным способом схватки, целитель спасла меня и детей. Уже после родов Драко рассказал, что целитель Ипсиланти раскрыла не всю правду. Я была на грани, о том, чтобы спасти меня не было и речи. Я бредила и лежала в холодном поту, смерть подбиралась близко. Делайла пыталась вытащить детей и одновременно спасти меня. Если бы она отправила нас в больницу, то я бы точно не пережила дорогу. Я захлёбывалась слюной от возмущения. Мои дети могли задохнуться! Я не волнуюсь о своей жизни, малыши гораздо важнее. Однако в глубине души я была очень благодарна Ипсиланти, она проделала большую работу, и с таким риском дала второй шанс мне. Теперь я как никогда захотела стать колдомедиком. Дети родились абсолютно здоровыми, хоть и все в крови. В полуобморочном состоянии я не сразу осознала, что это норма и когда увидела столько крови, начала бредить. Отходила я долго. На несколько дней мне прописали полностью постельный режим. Мама и Нарцисса остались за главных. Они ухаживали за детками, а заодно присматривали за мной. Драко бросил все дела, эти дни он не ходил на работу и посвятил их только мне и детям. Близнецы были невероятно похожи, но у них было одно отличие — глаза. Рамону достались мои — серые, а Катилине — светло-голубые, прямо как у Нарциссы. Спустя четыре дня я смогла встать и пройти несколько шагов. Было трудно идти, тело ужасно болело. Организм был слабым, я не могла долго стоять или сидеть. Но скоро всё вернулось в обыденную колею. Я потихоньку восстанавливалась. Каждый день ко мне приносили деток, я проводила с ними несколько часов, время для меня останавливалось. Когда Драко и дети были рядом, я ощущала себя настолько счастливой, что ничто вокруг не могло испортить мне настроение. Дафна и Тео уже вовсю ощущали себя крёстными родителями, они часто приходили нянчиться и не могли налюбоваться Катилиной и Рамоном. — Тео, я тоже хочу детей! — воскликнула как-то Дафна, когда мы вчетвером сидели в беседке в нашем саду и пили душистый чай. — Милая, давай не будем торопиться, — неловко протянул Тео. Он сразу покраснел, когда Дафна заговорила на эту тему. Я тут же прыснула и Дафна обиженно толкнула Теодора в бок. — А где, кстати, Панси? Я её ещё ни разу не видела, — спросила Дафна. — Она где-то на юге. Последний раз выслала нам птицу из Таиланда. Бедняжка замерзла, пока долетела, она же не приспособлена к нашему климату. Пришлось отогревать несколько дней. — А что она там делает? — держа малышей, спросил Драко. — У них с Эрни медовый месяц, — произнесла я. — Сладкая парочка. Не обошлось без шуток в их адрес, но на самом деле каждый из нас был до невозможности рад за подругу. Я была так счастлива, что захватывало дух. Рядом со мной были мои близкие люди, лучше уже быть не могло. Совсем скоро друзья уехали, они тоже готовились к свадьбе. Почему-то мне всегда верилось: Дафна и Тео точно поженятся. Они так гармонично смотрелись, в их жизни было много невзгод, но вместе они всё сумели преодолеть. Удивительная любовь. Малфои и мои родители не могли насмотреться на внуков. Было очень забавно наблюдать, как жестокий деспот, диктатор в своей семье Люциус Малфой в восемь часов утра терпеливо просыпается и идёт гулять с внуками. Он единственный из нас, кто никогда не уставал от детей. Всю свою жестокость мужчина трансформировал в любовь. — Меня он воспитывал не так, — заметил Драко, когда мы наблюдали, как Люциус трансфигурировал свою перчатку в тёплое одеяло для детей. — Другие были времена, — ответила я. — Он думал, что ты будешь продолжением рода и властным хозяином огромных богатств. Но гены Нарциссы взяли вверх, — улыбнулась я.– Наверное, Люциус понял, что творит с детьми любовь. Та самая пресловутая любовь Дамблдора.

***

11 лет спустя… — Боже, Рамон, прекрати сейчас же! Красивая и ещё молодая женщина держала за руку двух близнецов, которые за её спиной строили друг другу смешные рожицы. — Мамочка, она первая начала! — жаловался один из детей. — А вот и неправда, это ты! — отозвалась девочка, показывая язык брату. — И вообще, ты у нас в семье самый некрасивый получился! — Я твой близнец! — завизжал паренёк, топая ногой. Мама заливалась смехом, дети часто пререкались и дразнили друг друга, воспитывать их было очень трудно, молодые родители еле справлялись. Сзади подошёл мужчина, его лица не было видно за двумя огромными порциями сладкой ваты. — Папочка! — закричали близнецы и кинулись обнимать мужчину. Драко Малфой потрепал детей и вручил каждому по сладкой вате. Катилина нацепила кусочек на голову брату, а тот, рассвирепев, кинулся догонять хулиганку. — И как они смогут без нас, — горько произнесла мать. — Стеф, они взрослее, чем кажутся. Всё будет хорошо, вспомни, какими были мы. — Мы были воинами, нас кинули во взрослую жизнь, даже не спросив. Мерлин, как хорошо, что Катилина и Рамон живут не в то время. Мужчина обнял девушку и поцеловал в макушку. Неделю спустя всё семейство Малфоев провожало близнецов в школу. Драко и Стефани даже не раздумывали, куда отправлять детей. Хогвартс — единственное место, которому они могли бы доверить Катилину и Рамона. Повзрослевшие дети были невероятно красивы, друзья семейства часто сравнивали их с ангелами, спустившимися с небес. Драко и Стефания каялись, что всему виной — прекрасные гены их родителей. Но сегодня дети вели себя очень тихо, не было слышно привычного смеха. — Мамочка, я боюсь, — жалобно призналась девочка, прижимаясь к брату. Тот держался сурово и старался не показывать своего страха. — Всё будет хорошо, малышка, ничего не бойся, Хогвартс — твой новый дом. — А если я попаду на Пуффендуй? Вы меня перестанете любить? — Катилина уже почти плакала. Стефания зло глянула на Драко, ведь это Люциус наговорил детям чушь, он испугал их. — Ну что ты, Катилина? Твой дедушка шутил, — поспешил исправить ситуацию Малфой, тоже присев на корточки. — Мы никогда вас не разлюбим, мы ваши родители и всегда поддержим. Сквозь навернувшиеся слёзы дети улыбнулись. Родители обняли их и отпустили. Впереди было много месяцев учёбы, Стефания уже плакала, так трудно было ей расставаться с любимыми детьми.

***

Катилина Лукреция Малфой и Рамон Арманд Малфой были одними из самых выдающихся волшебников своих времен. Катилина прославилась как опытный зельевар, впервые ученица второго курса сварила напиток живой смерти с первой попытки. Когтевран чествовал её как героя, а профессор Флитвик объявил, что она лучшая ученица его факультета за все времена. Впоследствии Катилина написала книгу о своих родителях. Она получила широкое признание не только в Шотландии, но и во всём магическом мире. История маленькой девочки, которая получила дар невероятной редкости, поразил общество. Волшебники и волшебницы, несмотря на возраст, восхищались этим произведением. Имя Катилины осталось в истории навечно. Рамон буквально влюбился в квиддич. Как и его родители, он попал на Слизерин. Впоследствии, в возрасте восемнадцати лет, он создал свою команду по квиддичу, которая просуществовала больше трёх веков. Его занесли во все рекордные книги магического мира. Доктор Ипсиланти оказалась права, эти дети — особенные, они точно изменили мир.

***

Спустя несколько лет, провожая детей в очередной раз в Хогвартс, смутившаяся Стефания призналась подругам, что снова беременна. Панси и Дафна, будучи уже на пятом месяце беременности, несказанно удивились и обрадовались. — Погодки! — воскликнула Дафна. Девушки ещё со школьных скамей мечтали, чтобы их дети учились на одном курсе. — Ничего себе совпадение, — отозвалась Панси. — Это знак свыше. Спустя девять месяцев в Ежедневном пророке появился огромный заголовок: потомственная графиня Болгарии снова родила двойню. Стефания привыкла, что её брак с Драко всегда был предметом обсуждений, но к такому она точно не готовилась. Каждый день ей приходили письма с просьбой дать небольшое интервью. Драко это всё так надоело, что он отправил гневный ответ в редакцию журнала. — Какое им дело до нашей семьи? — вскипал он. — Драко, это всего лишь журнал, они же всегда были такими придирами. Стефания родила прекрасных малышей. Серсея Летиция Малфой и Скорпиус Дамиан Малфой были двойняшками. Дочка унаследовала точный оттенок волос матери, шикарные медные волосы отливали рыжиной. Скорпиус был маленькой копией Драко. Зелёные глаза проницательно глядели сквозь хмурые брови. Скорпиус и Рамон отлично ладили, хоть и были совсем разными. Младший Малфой любил квиддич, но никогда не ставил его в приоритет. Он стал настоящим миллиардером своего времени, через руки этого человека уже с юных лет проходили миллионы галеонов, он обладал природной чуйкой. Да, Стефания и Драко прожили счастливую жизнь. Часто они сидели у камина и вспоминали свои годы, всё прожитое так ярко всплывало в их памяти, что они не могли поверить, как им могло так повезти. Они сделали правильный выбор, даже такая мощь в лице Тёмного Лорда не могла их остановить. Альбус был прав, любовь спасает всё.

***

Стефания Денница скончалась в возрасте ста тридцати четырёх лет. Даже в такие преклонные лета она выглядела великолепно. Последние годы муж-аристократ часто называл её «моя милая старушка». Дети, внуки и правнуки восхищались их любовью. Через столько лет они смогли сохранить пламя этой страсти. Последний день Стефания провела с мужем. Они путешествовали всю жизнь, успев побывать в каждом уголке земного шара. В дебрях Амазонки старушку укусило ядовитое растение, Стефания начала задыхаться. Спасти её не удалось, она умерла на руках мужа. Драко Малфой, старик, находящийся уже в преклонном возрасте, бежал семь километров, чтобы спасти жену. Он не успел. Стефания издала последний крик, это душа банши вырывается из неё, чтобы путём реинкарнации передать дар. Говорят, что в этот день малышка Дьюрианна — прапраправнучка Стефании — всю ночь кричала. Бедные родители ничего не могли поделать, целители разводили руками. Лишь много лет спустя у девушки открылся дар банши. Удивительно, но она была точной копией Стефании, даже серый оттенок глаз передался с невероятной точностью. Семейство Малфоев очень любили эту девочку, считая её поистине особенной. Так Стефани передала свой дар, из поколения в поколение будет продолжаться эта традиция. После смерти жены Драко совсем замкнулся. Горе, которое ощутил овдовевший муж не поддаётся никакому описанию. Он молчал несколько месяцев. Малфою не нужен был мир, где нет Стефани. Он привык видеть её каждый день, влюбляться заново. В течение года Драко Малфой поправлял все дела, составлял завещание. Последний день он посвятил своей огромной семье и друзьям. В ту ночь мужчина отправился спать и подозвал самую маленькую девочку его большого семейства — Дьюрианну. Они долго разговаривали, Малфой не мог насмотреться на неё, так сильно она напоминала молодую Стефанию. Драко лёг и быстро закрыл глаза. Перед сном он улыбался и чувствовал себя самым счастливым человеком на свете. «Может быть мы встретимся вновь», — одними губами произнес он. Драко Малфой заснул навсегда.