How To Be A Heartbreaker

Каждое Рождество Магнус Бейн с друзьями ходили в бруклинскую баню. Как-то так вышло, что они собирались очень давно — с тех пор, как впервые попробовали тогда еще турецкую баню — за исключением конечно Рафаэля, по меркам бессмертных он считался несносным подростком, и традиция эта продолжалась по сей день. Разумеется, у них были ванные, у Магнуса так личный бассейн, у Катарины вообще бесхозные билеты в санаторий, но все же они вновь были здесь из года в год. Не совсем было ясно, зачем парился вампир, не чувствующий температур, но Магнус не спрашивал и не осуждал. Это была традиция — а традиции не требуют логических объяснений. В них была душа. — Я еду в Нью-Йорк этим вечером, — бодро рассказывал его старый друг Рагнор. — Так что много пить не буду. — Запомните, друзья, — гордо сказал Магнус, перекатывая в руках первую бутылку. Чутье и опыт подсказывали Рагнору, что не последнюю. — Нью-Йорк! Так выпьем же за Нью-Йорк! — Есть ли событие, к которому ты не можешь придумать тост? — смеялась над ним Катарина. — Моя дорогая, не делай из этого вызов! — Магнус погрозил ей пальцем. — К слову, я расстался с этой мегерой Камиллой, пусть черт её не сыщет, мы должны за это выпить! — О, может она опять уйдёт на столетие и я стану главой клана, — немного повеселее произнес Рафаэль. По причине его профессионального стажа мертвеца веселился он не очень заметно. — Отличная причина выпить! — Магнус, но мне же на автобус, — слабо отозвался Рагнор, полным безысходности взглядом смотря, как еще одна бутылка достается Магнусом из ниоткуда. Вот уж действительно чернокнижник. — Так что, тебе этот автобус вести что ли? — спросил Магнус, активно жестикулируя. — Запихнем в салон и посадим, а там доедешь уж. А если заснешь, то выкинут — еще чего, место казенное занимаешь. — Резонно, давай ещё по одной и все. — То есть, за здоровье мы пить не будем? У нас Кэти врач. Неужто не уважишь её? — Кэти? — она хохотнула, с грохотом ставя на скамейку стопку. — Кэти это модные девочки с косичками, которые тебе маникюр делают, Магнус, а у меня вчера ночное дежурство на скорой помощи было! Я с алкоголиками дерусь чаще, чем полиция. — За доблестную медицину, — не растерялся Магнус, и никто не посмел не уважить Катарину. Рагнор часто говорил, что человек, который добровольно работает в больнице, имея возможность не работать вообще — психопат. Катарина звала это призванием. — За здоровье пить не будем, у нас четверть мертвая, желать здоровья погибшим — моветон. — Как внимательно с твоей стороны, — ядовито протянул Рафаэль. — Особенно иронично это в сочетании с тем, что больше половины здесь — дети демонов, а мы отмечаем день рождения сына Божьего. — О, точно, давайте за день рождения! Рафаэль, давай, скажи тост, ты из нас самый красноречивый. — А ты из нас самый недалекий.  — Спасибо.

***

— Кому нужно было в Нью-Йорк? — пьяно спросил Магнус, слепо бредя в сторону остановки. Рагнор мирно дремал на плече Рафаэля, и тот тащил его почти с нежностью — Магнус уверен, что его тащили бы за ноги, а головой пропахивали бы снег. — Нью-Йорк? — Катарина наморщила лоб. — У меня в-выходные. — Давайте мыслить логически. Мне не надо, и Катарине не надо. Ну ты помнишь — тебе и надо, — пробурчал Рафаэль, заливая в себя еще одну кровавую Мэри. — Железная логика, — Катарина кивнула с серьезным видом. — А зачем мне в Нью-Йорк? — смутился на мгновение Магнус. — А нам почем знать? — Рафаэль принялся заталкивать его в автобус. — Спать с нежитью, врать примитивным, обворовывать охотников, иногда меняться. Или чем ты там занимаешься… — Ну примерно этим, — невольно согласился Магнус. — Вот отлично, иди греши в преддверье Рождества, — крикнул Рафаэль и швырнул в него его же сумкой. — Аккуратно, аккуратно, — заботливо сказала Катарина. — Куда вы меня несете? — возмутился Магнус, уже почти не сопротивляясь. — Навстречу твоему счастью! — Катарина махнула ему рукой. Рагнор пьяно всхрапнул. Магнус едва не всплакнул от того, какие у него поддерживающие друзья.

***

Впрочем, к тому моменту, когда поездка закончилась, Магнус уже и забыл, куда он ехал. Из автобуса его деликатно выкинули, и он не придумал ничего лучше, чем поймать такси и назвать свой адрес. Он ничего не заподозрил, когда такси неожиданно остановилось у старой церкви. Ничего его не смутило, когда он открыл дверь магией и попал в место, которое совершенно не напоминало его дом. Побродив по коридорам — совершенно пустым коридорам, он попытался вспомнить, когда он успел так модернизировать лофт, нашел свободный пустой диван и рухнул без задних ног на него. Сон накрыл его пеленой за пару мгновений. Снилось ему, как Камилла врывается к нему в квартиру и рвет его рубашки ножницами. Сон казался таким реальным, что он почти почувствовал острые лезвия на своей коже, а потом Камилла вдруг лизнула его в нос. От подобной наглости Магнус вскочил и с изумлением обнаружил почерневшего Председателя Мяо, который совершенно равнодушно, рвал его рубашку когтями, облизывая лицо шершавым языком. Мордочка у кота была до того осуждающая, что Магнус даже почувствовал себя виноватым, что так напился. Но ведь такой повод…! А какой повод? — Мяо, ты чего? — он поднял кота за шкирку, и почерневший Мяо грозно зашипел. — А ты чего такой темный? Тебя тоже Нетфликс экранизировал, да? Не оценивший шутку Мяо хорошенько огрел его когтями по руке, и громко ругающийся Магнус был вынужден отпустить его, чтобы не умереть от потери крови. А потом прозвучали шаги. Магнус увидел чьи-то ноги в темных джинсах. Поднял взгляд выше — там продолжались ноги. Выше — все еще ноги. Казалось, стоящее перед ним существо целиком состояло из стройных крепких ног. Однако откуда-то сверху прозвучало сдавленное ругательство. Значит, как минимум рот у этих ног был — Магнус не остановился в своем приключении и запрокинул голову, едва не рухнув обратно от резкого движения. Перед ним стоял настоящий ангел. Свет люстры за его головой создавал нимб, а глаза пылали яростным небесным пламенем, кожа его была трагически бледной, особенно на фоне черных джинс и черного свитера в сочетании с фартуком. Черным. Юноша был бесконечно красив — и кажется, чертовски зол. Магнус пьяно улыбнулся прекрасному видению, надеясь его разжалобить. — Что вы тут делаете, черт возьми? — крикнуло на него прекрасное видение. — Кто вы вообще такой? — Это я у вас должен спросить! — всплеснул руками Магнус. — Это мой дом! — он покрутил головой, желая найти этому доказательства. И не нашел. — Куда вы вынесли всю мою мебель? — Вынес вашу мебель, — парень сложил руки на груди. — Конечно. — А куда вы дели мою потрясающую люстру?! — воскликнул Магнус, заметив ужасную пропажу. — Сдал в коммиссионку. — Зачем…? — Мужчина, это не ваш дом. Как вы вообще сюда попали? Сюда не попасть примитивному! — А я не примитивный, я очень даже необычный, — он махнул рукой, и синие искры в доказательство упали на пол и прожгли дыру. — Вы маг. Но что вы тут делаете? — А вы вообще кто, простите? — вскочил Магнус и едва снова не упал, если бы его не придержал незнакомец. Мимо пробежал удивительно спокойный Мяо. — Председатель, фас его! Кот — чертов предатель — потерся о ноги юноши и пошел своим чередом. — Вы серьезно сейчас назвали кота Председателем? — незнакомец приподнял бровь — как назло, очень красивую. Магнус не мог долго злиться на красивых людей. — Не тебе меня осуждать, вор, пробравшийся в чужой дом! — Я не вор, я — охотник, — устало вздохнул незнакомец, показывая ему свою руку в черных рунах. Глаза Магнуса комично округлились. — Охотник? Что, черт возьми, охотник делает у меня дома?! — Я не у вас дома. Это вы в Институте. Смотрите, оружейный зал. А вот там статуя Разиэля, — с завидным терпением сказал незнакомец. Магнус покрутил головой. Да, статуи Разиэля у него не было раньше. Незаметно протащить его у охотника бы не вышло. — Но ближайший Институт в Нью-Йорке… — Наконец-то до вас стало доходить! — незнакомец раздраженно фыркнул. — То есть, вы хотите сказать что я в Нью-Йорке? — Верно. — Но как я здесь оказался? — Это уже к вам вопрос. — Я… Я не знаю… Я был в бане… — С лёгким паром. — Спасибо… Незнакомец закатил глаза, его руки все ещё придерживали Магнуса, и он решил, что между ними зажглась искра. И тут же погасла, когда в дверь постучали, и незнакомец выронил его, чтобы побежать открывать. Магнус был оскорблен до глубины души. Охотник распахнул дверь, и на пороге оказалась важного вида дама в костюме и меховой шапке, непонятно зачем купленной и непонятно как сочетавшейся с костюмом. Магнус поспешил выразить свое фи. — Лидия, ты очень не вовремя, — признался охотник. — Алек… Почему у тебя мужчина в одних трусах на диване? — растерянно спросила по-видимому Лидия. — О, так ты Алек! — повеселел Магнус. — У тебя на диване мужчина в трусах, который не знает твоего имени! Прекрасно, — Лидия начинала закипать. — Нет — нет, все не так, — Алек начинал паниковать. — Я его даже не знаю! — У тебя на диване мужчина в трусах, которого ты даже не знаешь! Ситуация все интереснее и интереснее, Алек! — Да что вы вопите, у меня голова болит, — скривился Магнус. — Я верховный маг Бруклина вообще-то. Попал сюда по ошибке. — Бруклина? — Лидия вскинула голову. — А что вы здесь делаете? — Я пытаюсь это выяснить уже полчаса, — вставил Алек. — Я тоже пытаюсь это выяснить уже полчаса! — воскликнул Магнус. — И абсолютно ничего не понимаю. То есть, мой бедный одинокий кот там, в Бруклине! А я здесь, в Нью-Йорке, на полу… А Алека вашего я не знаю и не надо порочить его честь связями со мной. Я бы очень хотел, но не стал. Алек похлопал глазами, явно смутившись, и даже выдавил из себя что-то похожее на улыбку. Сердце Магнуса пропустило удар. Вот оно — чувство. Или инфаркт. Лидия уперла руки в боки и раздраженно ходила из стороны в сторону, мрачно зыркая на Магнуса. А потом остановилась как вкопанная и села рядом с Магнусом, чтобы начать свой беспристрастный допрос. — Каждый год мы с друзьями ходим в баню… — В баню? — Лидия недоуменно глянула на него. — У вас, что, ванной нет? — Вам не понять, — отмахнулся Магнус. — Ну мы культурно выпили, я кажется вырубился, — Лидия демонстративно хмыкнула. — Ну мы забыли, что Рагнор хотел в Нью-Йорк, и решили отправить туда меня на автобусе. Все логично. — А главное — достоверно, — Лидия выглядела как бывалый прокурор. ― Что вы делали в автобусе? ― В автобусе? Я сидел… ― Сидел? ― Спя. Ну… ― Ну хорошо, предположим, вы не помните, как вы попали в автобус. ― Да. Нет… ― Как вы вышли оттуда вы должны были помнить? ― Да. Да! Помнить должен. Но я не помню. Лидия раздраженно вскочила на ноги. Магнус даже побоялся, что она кинется на него, но страх длился недолго — для устрашения ей не хватало пары сантиметров роста. Алек положил ей руку на плечо, явно пытаясь успокоить, но это не сработало. — Лидия, умоляю, держи себя в руках. — Я держу себя в руках! — грозно ответила Лидия. — Но терпеть здесь этого человека я не настроена. Либо он уходит, либо я! — Куда я его отправлю зимой ночью? — На остановку! — Автобусов ведь до утра не будет… ― Тогда пусть идет пешком! ― Но как — до Бруклина пешком? ― Да! До Бруклина — пусть идет пешком! ― В такую даль? ― А, тебе его уже жалко. Ты его уже жалеешь… ― Лидия, даже моему ангельскому терпению приходит конец, — красивое лицо Алека ожесточилось. Магнус не сдержал ехидной улыбочки. ― Моему тоже. Может быть, я в этом виновата? Может быть, между вами уже что-то произошло? — Лидия, — Алек нахмурился. — Это совсем на тебя не похоже. Знаешь, что? Иди, остуди свой пыл, — он подтолкнул ее к двери. — Иди-иди. А то вы подеретесь тут, а у меня бокалы стоят красивые, пра-пра-прабабушки Сесилии! — Магнус продолжал ехидно улыбаться. — А вы чего смеетесь? Проваливайте — оба! Возмущенная и шокированная подобным поворотом Лидия даже не успела оспорить решение, когда Алек захлопнул за ней дверь. Прислонившись к стене, Алек с безнадежностью вздохнул и взглянул на Магнуса с усталостью всех бравых трудяг в новогоднюю ночь. Магнус был почти тронут. Он попытался весело улыбнуться Алеку, но тот схватил его за руку и вывалил на улицу следом, все еще в трусах. Магнус пытался сопротивляться, но не успел — он уже оказался на холодной улице. Тяжелая дверь перед ним захлопнулась, и он оказался один на один с Лидией. Лидия мрачно сверкнула глазами, пытаясь согреться в неожиданный снегопад. Непрезентабельно одетый Магнус поежился и с тоской взглянул на дверь Института. Может быть, Алеку станет стыдно, что он бросил их одних в Рождество, и он впустит их обратно. Ну или его одного. Лидия может вернуться в Идрис. Несколько секунд Магнус думал создать портал до Бруклина и даже пару раз щелкнул пальцами, но искры в его ладонях брызнули в разные стороны, обращая снег в лужицу, и больше ничего не сделали. Лидия издевательски хмыкнула. — А вы чего улыбаетесь. Нас обоих выкинули, — кисло произнес Магнус. — По вашей вине, — справедливо отметила Лидия, дуя на ладони в попытке согреться. — На кой черт вы пошли в эту баню вообще… — Захотел, — Магнус пожал плечами. — Захотел — лежал в одних трусах на диване вашего… эм… спутника? — Спутник это на орбите летают, а Александр — мой потенциальный жених. — Да ну? — Магнус фыркнул. — Не очень было похоже. — Ну по расчету. — Конечно. — А что вы так смотрите? — Лидия недовольно уставилась на его ехидную усмешку. — Нам, сумеречным охотникам, нравится все держать под контролем. Вы — неуправляемый. Для таких как вы, главное не разум, а чувства. Импульс! Такие как вы — угроза для общества. — Спасибо. — А чего вам хочется? — вдруг спросила Лидия. — Мне? Виски хочу, отлично согреет, — вполне искренне ответил Магнус. — Или вы не об этом? Такие, как вы, всегда правы, во всем, потому что живете как положено, как предписано. Но в этом и ваша слабость. Вы не способны на безумства. Великое вам не по плечу. А жизнь нельзя подогнать под выверенную схему, а? Лидия промолчала. Магнус был рад, что задал ее мозгу непростую задачку, но моральные терзания охотников его не касались. Он хотел обратно в теплый Институт. Возможно, побеседовать с Александром. Извиниться, в конце концов. Хотя, тот выкинул его на улицу в одних трусах! Это он извиняться еще должен. Так и воспаление легких можно подхватить — а там уж и летальный исход. — О, я сумку забыл, — взбодрился Магнус. — У меня уважительная причина вернуться. — Вы это только что придумали, — буркнула Лидия. — Давайте я вам принесу. — Спасибо — обойдусь. Там очень важный для меня кошачий корм.

***

— Простите, Лилит ради, я у вас сумку забыл, — Магнус неприлично широко улыбнулся. Алек устало вздохнул и впустил его внутрь. Пока незваный гость рылся в поисках своей сумки, Алек у накрытого уже непонятно для кого стола мешал ложкой нечто непонятное в глубокой миске. Магнус не решился спросить, что это такое, но пахло рыбой. — Так вы Александр, получается? — Магнус попытался начать диалог. — Ага. Лайтвуд. — О, я знал одну Лайтвуд, жуткая мегера была, Мариза… — Это моя мама. Повисла неловкая пауза. ― А вы знаете, Александр, вы мне поначалу ужасно не понравились. Нет, просто ужасно не понравились! — вдруг разоткровенничался Магнус. ― А как вы мне были омерзительны! Вы не знаете как… ужасно, — с неожиданной живостью ответил ему Александр. ― Вы-то мне просто сволочью показались! Алек не сдержал короткой улыбки. Магнус тихо рассмеялся, крепко сжимая в руках свою сумку. Они стояли на месте, будто в один момент разучившись ходить. Магнус понятия не имел, о чем еще поговорить. Алек не начинал диалог. — Красиво у вас тут, в таком стиле… ретро, — Магнус развел руками, показывая то ли на мечи в стенах, то ли на статую Ангела. ― Вы же ищете предлог, чтобы остаться, — озвучил очевидное Алек. ― Да, ищу. Но не нахожу… ― А я не могу найти предлог, чтобы вас задержать. Что делать? В дверь постучали.