How To Be A Heartbreaker

Магнусу слишком много лет, слишком мало времени и совершенно недостаточно Queen в организме. Он был на Земле с самого ее зарождения и все еще здесь, единственный столь постоянный из демонов — и вместо вечно заполненного душного Ада, провонявшего серой и мухами, он наслаждается стремительно несущейся по пустынной трассе машиной и бьющим в лицо воздухом, развевающим отросшие черные волосы. За темными стеклами очков не видно кошачьих глаз, а из динамиков льется подборка лучших хитов Quееn, пока пальцы с изящным маникюром сжимают руль. Магнус вполне счастлив, а больше ему и не надо. Магнус обожает вечеринки, раскрашенную прожекторами тьму, бьющие по ушам биты, коктейли, беспрерывно и рвано танцующие тела и общая атмосфера дикой свободы и какого-то юношеского бунтарства приводят демона в восторг. Но вот такие моменты наедине с собой он ценит больше всего. Душа кричит от тоски, ее заглушает музыка, из головы вместе с ветром улетают паршивые мысли, и полы плаща хлещут по спине, напоминая о спрятанных крыльях. Магнус упивается этим одиночеством. — Обязательно гнать на такой скорости? — деловито раздался голос на соседнем сидении, и Магнус от неожиданности дернулся и чуть не влетел в ближайшую канаву, лишь чудом (буквально им) удерживая машину от падения. — О чем я и говорил. Вы превысили допустимую скорость. Магнус резко развернулся, останавливая машину где-то на обочине, и во все глаза посмотрел на собранного незнакомца. Это точно ангел — аура от него исходила такая чистая и светлая, что хоть вместо отбеливателя используй. Или кофе разбавляй, заедая сладким зефиром и танцуя в белых босоножках по ромашковому полю. При этом у него цепкий холодный взгляд изумительно синих сощуренных глаз, строгие черты лица, поджатые в осуждении губы и, кажется, просто длиннющие ноги, потому что он не смог запихнуть их нормально в ретро автомобиль. — Кто ты, черт возьми? — возмущенно спросил Магнус. — Александр Гидеон Лайтвуд, — четко выдал ангел, чуть морщась от его чертыхания. — Ангел. Пришел на замену Уильяму Эрондейлу. К сожалению, не могу сказать, что знакомство приятное, но правила приличия смертных вынуждают меня солгать Вам. Магнус ошарашенно моргнул, вглядываясь в абсолютно безмятежного ангела с лицом настоящего грешника — ну не могут такие красивые люди быть святыми. Одни только гипнотические синие глаза многого стоили, а в сочетании с идеальными чертами лица и пухлыми губами — сразу было понятно, что перед ним не человек. Хотя, волосы его очаровательно растрепались, а на шее видна россыпь родинок — Алек явно креативно и педантично подошел к созданию своего тела, Магнус одобряет. — Почему Уилл ушел? — все-таки спросил Магнус, и хотя тот бунтарский забавный ангел Эрондейл все еще тревожил его, куда больше его волновало, насколько скрупулезно подошел Алек к созданию того, что ниже пояса. — О, Вам не рассказывали? — с деланным равнодушием ответил Александр. — Он обвинил Вас в чрезмерном внимании, а также в преступном соблазнении, цитирую, его гетеросексуальности, — Алек скривился. — Что, определенно, является полнейшей чушью, ведь мы все бесполы, и термины отношений смертных нам чужды. На мой взгляд, мой предшественник просто струсил перед надвигающимся Армагеддоном и решил свалить проблемы на кого-нибудь другого. — Какая жалость, — не совсем искренне заявил Магнус. — Я всего лишь как-то пригласил его вместе выпить. — Что ж, это и впрямь было непристойно, — хмыкнул Алек, Магнус сделал вывод, что это уже истинное искусство. — Непристойно со стороны ангела повестись на такую жалкую провокацию. И это перед лицом Апокалипсиса! — Ваши глаза, Александр, для меня уже как Апокалипсис, — мурчащим шепотом сказал ему Магнус с довольной ухмылкой. Алек приподнял бровь. — Впрочем, Ваша биография, мистер Бейн, пестрит подобного рода случаями. Даже ангельская картотека не смогла зафиксировать абсолютно всех Ваших ангелов, — Магнус польщенно усмехнулся и приподнял шляпу в знак признательности, Алек холодно поджал губы, скрывая легкий интерес в глазах. — Так сколько у Вас всего было ангелов с сотворения мира? — Какой бестактный вопрос! — возмутился Магнус, но Алек, не моргая, взглянул ему в глаза с упрямостью ангела и въедливостью демона. — Так уж и быть, пасую перед Вашими чудесными глазками. Сами знаете, «в раба мужчину превращает красота»… — Не знаю, — отрезал Алек. — Увиливать от ответа — это демоническая особенность? — Семнадцать, — безмятежно улыбнулся Магнус. В голубых глазах вспыхивает разочарование. — Ну, немало, но я ожидал большего… — он уловил хитрый взгляд демона, и Магнус умилился проницательности этого юноши. — Семнадцать сотен? — Холодно, мой ангел. — Семнадцать тысяч?! — Александр был настолько поражен, что даже не придрался к последним словам. Магнус засчитал победу себе. — Даа, я слышал много слухов о Вас, конечно… — Но не ожидали, что они окажутся правдой? — подмигнул ему Магнус. — Не ожидал, что они настолько сильно преуменьшены. В этот момент Магнус ясно и быстро осознал — он хочет заполучить этого ангела себе в руки. Любой ценой. Он возьмет этот прекрасный город в осаду, завоюет его, подкупит, не отпустит — потому что такое мрачное ангельское чудо может быть только его. Прелесть хмурит брови и молчит, изучающим долгим взглядом рассматривая противника. — В любом случае, я прибыл сюда не ради Вас… — наконец, прорезался у него голос. — Какая жалость. — Меня больше интересует Апокалипсис, — не обратил на него внимания Алек. — Ваши уже прислали Вам Антихриста? Магнус сначала и не понял, о чем говорит Алек, а потом осознание накрыло его с головой, и он подавился воздухом. Ангел абсолютно не изменился в лице, не двинул ни одной мышцей и мрачно ударил ему по спине тяжелой рукой. Магнус буквально почувствовал, как хрустнули его позвонки. Какой страстный юноша, однако. — Еще нет, — хрипло ответил Магнус. — А уже время? — Да, — Алек сверился с часами и недовольно цокнул. — Демоны всегда такие не пунктуальные. Со дня на день ждите ребенка. — Только если от Вас, — подмигнул ему Магнус, чуть оправившись от шока. Алек посмотрел на него с некоторым недоумением. — Разумеется, не от меня, — сдержанно произнес он, хотя с явными сомнениями в разумности демона. — Антихриста должны принести Ваши, после чего Вы поменяете ребенка посла Моргенштерна на ребенка Дьявола, и спустя одиннадцать лет произойдет Армагеддон. Вы помните? — Не хотел бы, — признался Магнус. — Я порядком привязался к этому миру. — Излишне, — покачал головой Алек. — В любом случае, я не намерен больше здесь находиться, раз Вы до сих пор не получили Антихриста. До свидания. С легким хлопком он испарился, оставив после себя лишь кусок белого картона с надписью «Александр Гидеон Лайтвуд. Книжная лавка «Аликанте», снизу был номер телефона и и-мейл, а поверху синей ручкой было написано «Напишите, когда отдадите Антихриста». Магнусу нравился его способ флиртовать.

***

Рагнор, Лоренцо и Рафаэль появились как всегда — неожиданно, неприятно и нежеланно. Магнус издал сдавленный вздох отчаяния, когда заметил в руках у демона большую корзинку с не самым приятным содержимым. Лоренцо был для Магнуса мелкой сошкой и адским выпендрежником, постоянно стремившимся угодить начальству, а еще он весь порос чешуей — а это как минимум не эстетично. У Рагнора ветвились скромные рога, зеленела кожа, и его повсюду сопровождало амбре из старых книг и шотландского виски — Магнус его искренне обожал за иронию, занудство, собутыльничество и готовность упасть с ним на самое дно. Рафаэль был мелкой злобной язвой с ангельскими кудряшками, дьявольски острым языком и ненавистью ко всему, что существует. Он был идейным поклонником Армагеддона — меньше народа, больше кислорода. — Давно не виделись, друзья, — Магнус даже всплакнул, слезинка прожгла дырку в асфальте. — Что привело вас сюда? — Не притворяйся, Бейн, ты и сам знаешь, что я бы предпочел тебя не видеть еще пару тысячелетий, — скривился Лоренцо. — Он бы предпочел провести их со своим ангелочком, — тут же сдал его Рафаэль с хитрой ухмылочкой Сатаны. Магнус восторженно уставился на раздраженного Лоренцо, который поспешно отвел взгляд. — Чушь, мы готовимся к Армагеддону, — отрезал Лоренцо. — Так вот как это сейчас называется, — закатил глаза Рагнор. — У Магнуса тоже новый ангелочек? Не причиняет неудобств? Я слышал, что он ужасно въедливый, последние тысячелетия провел в архиве, составляя историю Земли до Армагеддона, он придрался ко мне за слишком длинный пробел… — в голосе Рагнора прозвучало искреннее уважение. — О нет, он чудо, — Магнус мечтательно вздохнул. — Ну как обычно, он причиняет неудобства только твоей ширинке, — скривился Рафаэль. Он презирал все формы любви, что для демона было вполне логично. — Есть вещи поважнее, чем твоя похоть, Бейн, перед Армагеддоном не натрахаешься. — Ты даже не пробовал, — подмигнул ему Магнус. Рафаэль выглядел так, словно он предпочел бы получить святой водой в лицо. Он предпочел бы, чтоб отец Магнуса открыл бездну и уничтожил их в тот же миг. Или начало Армагеддона. Да что угодно — лишь бы не видеть этого игривого жеста смертных. Рагнор сочувственно хлопнул его по спине и протянул Магнусу корзинку, которую тот принял с брезгливостью и некоторым страхом. Лоренцо не сводил нервного взгляда с их рук. Не хотелось бы, чтобы Бейн уронил сына Владыки в первый день его жизни. — Держи ребенка, держи адрес, сатанинская церковь, не пропустишь, — наставлял Магнуса на путь истинный Рагнор. — Заменяешь сына посла Моргенштерна вот на эту… лапушку и уходишь. Встречаемся через одиннадцать лет. — Так рано? — с сожалением цокнул Магнус. — Увы, время пришло, мой друг, наконец-то наступит смерть всего сущего, Великий Зверь сожжет мир дотла и мы столкнемся в последней кровопролитной войне с ангелами, — Рагнор поддерживающе улыбнулся ему. Психолог из Рагнора был сомнительный. — И запомни — Моргенштерн лысый. Не перепутай. К их несчастью, в этот знаменательный день прилетела рожать не только супруга невероятно лысого Валентина Моргенштерна, но и жена Роберта Лайтвуда, чей ребенок решил, что ждать больше не намерен, он хочет родится в один день с Антихристом. И да, Роберт был не менее лыс, и в отличие от достопочтенного Валентина, который в это время был на другом краю света, он присутствовал здесь. И именно его застал Магнус у входа в церковь. — Как роды? — без особого интереса спросил он. — Мариза меня выгнала и пообещала посадить каждую монашку, так что хорошо, я полагаю. — несколько неуверенно ответил Роберт. — А вы врач? — он с сомнением оглядел сверкающий пайетками пиджак Магнуса, его темные очки и цветные волосы. — Просто до вас приходил джентльмен в белом халате, такой вежливый и спокойный… — У него были глаза невероятного голубого оттенка, сравнимого лишь с Небесами в Эдеме, когда человечества ещё не коснулся первый грех? — прищурился Магнус. Чертов Александр, и как успел быстрее него! Проворный, хитрый юноша, который заслужил хорошего такого наказания. — Ну, я не уверен насчет Эдема, но вполне голубые, — протянул Роберт. Но Магнусу и хватило примитивного вкуса смертного, который не был способен оценить всю глубину глаз ангела. Он мгновенно пошел на след его светлой ауры, полностью игнорируя Моргенштерн, которой он и должен был отнести ребенка. Вместо этого он пошел к Александру, который успокаивал разбушевавшуюся Маризу и ждал Магнуса с Антихристом. Бейн в палате увидел Алека, который что-то тихо и мягко говорил Лайтвуд и крепко держал ее за руки. — Как дела, доктор Бейн? — с намеком спросил Алек. — Все прекрасно, у вас здоровый прекрасный малыш, очень похож на папочку, — елейно протянул он Маризе. Та поморщилась. — Жаль, — протянула она, и Магнус вырубил ее щелчком пальцем. — Я уже принял ребенка Моргенштерн и ее ребенка, — вздохнул Алек, и Магнус поднес Антихриста к трем одинаковым кроваткам и уложил на одну из них. — Роды… это сложнее, чем… все. Я не хотел этого знать. Безумно рад, что не выбрал женское тело. Это… пугает. — Добро пожаловать на Землю, малыш, — фыркнул Магнус, хватая одного из детей. — Я пошел к другим, ты отнеси лишнего ребенка медсестрам. Магнус был не в настроении флиртовать, когда готовился к Армагеддону, хотя грустные глазки ангела пробуждали в нем желание обниматься под пледом. Он и не подозревал, что в этот момент оставлял Антихриста в семье Лайтвудов, а Моргенштернам отдавал их собственного ребенка. Алек, взволнованный тем, что Ад не предусмотрел семью для «лишнего» ребенка, этого не заметил, и испуганно глядел на люльку. Рядом пошевелилась Мариза и недовольно на него уставилась. — Ну где там мой муж? — хмыкнула она. — Мы не будем решать, как назовем нашего сына? — Могу помочь, — щедро предложил Алек и одарил ее ангельски очаровательной улыбкой. — Как вам такое чудесное имя как Моисей? Прекрасное католическое имя… — Ни за что! — вскрикнула Мариза. — Я что, похожа на религиозную фанатичку? — Вы рожаете в церкви, — пожал плечами Алек. — Мое дело предложить… Может, Иоанн? — Еще одно такое предложение, и я напишу на Вас жалобу, — закатила глаза Мариза. Алеку понравился этот жест. С тех пор он решил использовать его везде. — Есть ли более традиционных вариантов? — Можем европейскую версию этого имени — Джонатан, — заметил Алек. — Ох, ну наконец-то должное предложение, — она улыбнулась. — А второе имя пусть будет Кристофер — звучит благородно! Спасибо, милый, а теперь, будь добр, приведи моего мужа, а то он там скорее умрет от холода, чем решится зайти в место, где проходят роды… Мужчины. Он предпочел бы сатанинский храм. Алек спокойно улыбнулся ей и кивнул, увозя за пределы палаты последнего ребенка. — О, мой маленький Джонатан, — восхищенно прошептала Джослин Моргенштерн, откидывая назад медно-рыжие волосы. — Заходите скорее, доктор, я не видела его несколько минут, но уже соскучилась. — Вы будете прекрасной матерью, — улыбнулся ей Магнус. — Все хорошо, мэм? — Да-да, просто думаю, какое второе имя придумать моему сыну, — мечтательно вздохнула Джослин, ласково смотря на ребенка в люльке. — У вас наверняка большой опыт… Есть идеи? — Хмм, Люцифер, унисекс, стильно, вне времени, — предложил Магнус. Имя придумывал он лишь однажды — и то самому себе. — Что у Вас за шутки, доктор, — сложила руки на груди Джослин. — А можно серьезно? Магнус, нагло подслушавший разговор Александра с Маризой, сразу же выпалил: — Кристофер. Как вам? — Прекрасно, — она счастливо улыбнулась. Магнус, не желая больше ни единой минуты провести с ребёнком, мгновенно покинул её палату и присоединился к Алеку. Он уже хотел было начать очередной раунд потрясающе продуманного флирта, когда увидел младенца в его руках. — Ну и что это такое? — недовольно спросил Магнус, указывая на сладко спящего младенца. — Это… — все злые слова тут же замерли у Магнуса в горле, когда Александр грустно посмотрел на него и закусил губу. — Он ведь остался совсем один! Его некому забрать. Так может, я оставлю его себе…? — он посмотрел на Магнуса с надеждой. Магнус вздохнул, не в силах сопротивляться этим грустным глазам. — Ты ведь понимаешь, что это крайне глупо, опасно и непродуманно? — риторический спросил он у ангела. Александр кивнул, прижимая свёрток к груди. — А черт с тобой. Давай воспитаем ребёнка, которого только что заменили на антихриста, и будем его любить. Александр искренне улыбнулся — впервые за их недолгое знакомство. И Магнус не мог не улыбнуться ему в ответ. Они ещё не знали, что младенец, которого они позже назовут Максом, и был на самом деле тем антихристом, которого они неудачно попытались подменить.