Цыпленок

      На следующий день Коннор чувствовал себя замечательно. Его грели мысли о вчерашнем вечере. Еще буквально около десяти часов назад он вместе с Хэнком сидел на диване и крепко обнимал Андерсона. Позже к ним присоединился Сумо.       Получилась очень забавная картина: Хэнк заботливо ерошил волосы Коннора, а девиант гладил сенбернара.       Андроид улыбнулся от ярких воспоминаний. Коннор записал их к себе на свой жесткий диск, где хранится самая важная информация. Теперь он сможет всегда их воспроизвести, когда ему будет грустно и одиноко, но больше такого не повторится. Он же цыпленок Хэнка.       Вообще, Коннор не так уж много знал о птенцах куриц. Зачем андроиду-детективу знать про домашнюю птицу? Он же не фермер, не птицевод, а полицейский. А много ли полицейские знают о курицах? Вряд ли. Так и Коннор.       Но всегда стоит расширять свой кругозор.       В свободное время и пока никто не видит девиант решил обогатить свои знания о цыплятах. Коннор почитал о них несколько статей, посмотрел картинки. Он даже сохранил несколько фотографий себе.       Цыплята и вправду милые. Получается, Хэнк тоже считает его милым? Это приятно.       Сегодня Коннор никак не реагировал на косые взгляды. Ему было глубоко (как говорил в таких случаях лейтенант?) наплевать. Главное, Хэнк считает его семьей. В доказательство, за весь рабочий день Андерсон не раз похлопывал Коннора по плечу и улыбался подбадривающей улыбкой.       Коннор чувствовал: тот вечер изменил их обоих. Они стали намного ближе. Не только девиант вчера открылся человеку, но и человек решил поделиться своими тайнами. Хэнк рассказал ему о многих моментах до встречи с ним. Коннор с удовольствием слушал Андерсона.       Девиант понимал, лейтенант не каждому говорил, про свои первые дни в академии или на работе, поэтому дорожил каждой секундой.       Коннор надеялся, что и сегодня Хэнк продолжит свои увлекательные и забавные истории о молодости. Ведь сегодня день, на удивление, спокойный. Даже Гэвин не приставал к нему. А может, и приставал просто Коннор «летал в облаках», как заметил Хэнк. Однако Андерсон сказал это без всякой злобы.       В любом случае, ничто не могло испортить хорошее настроение андроида…       А позже девиант убедился, что он и вправду наивный цыпленок…

***

      Коннор спешил домой к Хэнку. Уже почти неделю девиант стал оставаться с ночевкой у Андерсона, и лейтенант был совсем не против. Еще одно доказательство в копилку «ложь Гэвина».       Сегодня андроид попросил Андерсона уехать пораньше, мол, с остальным он сам справится. Лейтенант лишь только по-отечески взлохматил волосы андроида и сказал не задерживаться.       Коннор моментально справился с поставленным заданием и мог бы сразу вместе с лейтенантом уехать с работы. Однако андроид хотел по пути заскочить в канцелярский магазин. Он хотел купить набор оригами.       Почему? Помимо картинок живых цыплят, интернет выдал еще и иллюстрации птенцов своими руками. Ему показалось, что неплохо будет сделать несколько птичек вместе с Хэнком.       Такие милые моменты укрепляют связь. Коннор знает это, а еще он наблюдал, как родители с детьми занимались схожими занятиями. Почему бы им тоже не удариться в творчество, отдохнув так от серых будней? Ведь многие семьи проводят так свободное время. А они с Хэнком тоже семья… Верно?       Конечно!       Ответив на собственный вопрос, Коннор ускорил шаг. Уже не терпелось поскорее приступить к оригами.       Вообще, дом лейтенанта находился не так далеко от полицейского отдела. Точнее в пятнадцати минутах ходьбы, но Коннор решил срезать, тогда бы время пути составляло девять минут и сорок две секунды. Уж слишком сильное желание было придти к Хэнку с небольшой новостью.       Короткий путь проходил через темные переулки. Во многих фильмах, которые он смотрел с лейтенантом, дорога персонажа через плохо освещенные места заканчивалась плачевно. В лучшем случае он попадал в реанимацию.       Однако Коннору нечего бояться. В его программу заложено огромное множество боевых искусств, да и сразу его убьет только пуля в лоб, уж точно не нож в спину. Да, удар может значительно повредить биокомпонеты, но в сознании он сможет пробыть около трех минут. За это время он успеет вызвать подмогу и если повезет разобраться с нарушителем. Поэтому бояться не стоит.       Он не вздрагивал ни от каких-либо шорохов. Девиант уверенно шел вперед, ни разу не оглядываясь на посторонние звуки.       И тут, когда он заворачивал за угол, его резко прижали к стене. От столкновения с горизонтальной поверхностью видимость исказилась, но моментально пришла в норму.       Пошла обработка данных и за долю секунды девиант определил напавшего.       — Детектив, что вы делаете?       Нарушителем оказался Гэвин Рид.       На улице стояла зима, поэтому вечером уже достаточно стемнело, но несмотря на темень, Коннору удалось распознать на лице Рида гематому под правым глазом и запекшуюся кровь на губе.       Девиант собирался поинтересоваться, откуда у детектива ранения, но тут же был остановлен.       — Эх, Коннор, Коннор… а я думал, ты не ябеда.       Удар пришелся в живот. Андроид не почувствовал резкой боли, однако не мог не признать, что после девиации он стал ощущать некую неприятность на месте повреждений.       — Детектив что?…       Не успел Коннор закончить фразу, второй удар пришелся на тоже самое место. Уже было намного неприятнее. Девиант осел на снег.       Гэвин схватил Коннора за волосы и притянул ближе к себе.       — Я прекрасно знаю, андроиды не чувствуют боли, поэтому нет смысла тебя избивать, — в противовес собственным словам детектив ударил девианта по лицу, — но мне приносит удовольствие тебя бить.       Удар у Гэвина оказался сильным. Он сумел немного повредить кожу андроида, но она сразу же приступила к регенерации.       — Чертово ваше восстановление, — действие повторились.       Регенерация замедлилась.       — Ты даже не представляешь, как мне нравится видеть твое смазливое личико в тириуме.       Коннор мог спокойно дать отпор и продолжить дальше путь… но он выше этого. Он не может опуститься до избиения человека. Конечно, здесь ключевую роль будет играть самозащита, однако…       — Оу, что тут у нас?       Рид заметил набор Коннора для оригами.       — Детектив, лучше…       — Цветная бумага? Схемы загибов? Домашняя ферма? Ахахах!       Этот смех задел девианта. Что в этом такого? У многих людей оригами — это хобби. Оно успокаивает, помогает проявить аккуратность и чувство стиля. Что тут такого, если он решил заняться подобным с Хэнком?       Рид вытер выступившие от смеха слезы.       — Для чего тебе детская вырезалка? — Коннор собирался ответить… — Нет, подожди, я понял, хочешь задобрить своего лейтенанта?       Снова смех.       — Думаешь, это... — Гэвин потряс книжку со схемами, — поможет тебе задобрить его? Думаешь, если принес что-то детское Хэнк посчитает тебя человеком?.. Или своей семьей? Сыном? Какой же ты тупой, тостер.       Гэвин стал вырывать страницы с вырезалки.       — Стойте! — андроид собирался броситься на детектива, но собственная рука потянула его назад.       Наручники. Его прицепили к трубе на заброшенном здание. Как Коннор мог их не заметить? Когда Гэвин успел их надеть? С Ридом девиант и вправду отключается, раз сначала кофе, а теперь наручники. Еще называет себя продвинутой моделью Киберлайф.       — Прекратите! Остановитесь!       Коннор не мог встать, поэтому оставалось только кричать.       — Вы - андроиды не чувствуете физической боли, зато сильно поддаетесь эмоциям, — Гэвин смял страницу, — пускай эти же эмоции тебя и погубят, — детектив бросил клочок бумаги к Коннору.       Бумага была желтого цвета. Блестящая. Для будущих цыплят.       — Детектив, прекратите…       — Иначе что? Опять будешь ябедничать? — Коннор не понимающе уставился на Рида. — Сегодня мне досталась от твоего лейтенанта, но знаешь, многие люди не любят, что берут их вещи… А ты вещь, Коннор. Набор пластика, болтов, шурупов! Не больше! Ты сборище программ, команд и все! Пустое место!       С каждым оскорблением в Коннора летели комочки остатков бумаги. Гэвин безжалостно рвал книжку, как и мечты Коннора жить с Хэнком единой семьей.       — Глупый робот! Глупая машина!       Рид прав, физическая боль не шла не в какое сравнение с душевной. Она подливала сомнения, заставляла бездействовать и стирала все нежные слова, сказанные Хэнком.       — Твой лейтенант тебя бросит при первой же поломке или неисправности, да просто за невыполнение приказов! Слышишь?!       Коннор закрыл глаза.       — Никто! Консервная банка! Тостер!       Смысл вырываться? Кому нужна такая слабая машина? Наивная слабая машина.       Никому...       Тут резко ругательства прекратились. Послышался звук удара. Но били не Коннора, били детектива. Девиант не стал открывать глаза, чтобы посмотреть происходящее. Ему было все равно. Слышались ругательства и крики, но андроид даже в них не вникал.       Была драка. Кто-то убежал, но Коннору все равно, пока кто-то не коснулся его. Это точно не Рид. Детектив бы неприятно сжал плечо, а тут можно прочитать заботу.       Послышался лязг наручников. Теперь он свободен.       — Коннор, ты в порядке?       Хэнк. Девиант открыл глаза. Слуховой аппарат оказался в норме. Это и правда Хэнк. Его голубые глаза, в которых читается ласка с беспокойством. Его крепкие ладони, которые прогоняют неуверенность.       — Что этот ублюдок тебе наговорил?       У Коннора по щекам бегут слезы. Ему стыдно, что он опять повелся на слова «этого ублюдка».       Хэнк все понимает без слов и прижимает к себе непутевого девианта. Андерсон же знал, что Гэвин не успокоится, опять начнет докапываться до Коннора. Надо было остаться в участке и пойти вместе с андроидом. Коннор тоже хорош, пошел по темным переулкам, мало ему фильмов, решил на собственной шкуре испытать.       — Тихо, успокойся, — шептал Хэнк, поглаживая и покачивая Коннора. — Все хорошо.       Так приятно...       Девиант верит и сразу расслабляется в руках мужчины, положив голову на плечо.       Хэнк продолжает успокаивать Коннора, пока взгляд не зацепился, за порванные бумажки на снегу. Большинство кусочков были желтого цвета.       — Коннор, что это?       Девиант не отвечал, Хэнк не стал давить, пока андроид сам не наберется смелости ответить на вопрос.       Так и произошло.       — Я подумал, что… — секундная пауза, — мы могли бы сделать цыплят из бумаги.       Коннор практически все слова пробубнил в куртку Андерсона, но лейтенант отчетливо услышал их и понял смысл.       — Но теперь бумаги нет… — с грустью в голосе сказал Коннор, прижавшись крепче к Хэнку.       — Нашел из-за чего расстраиваться, малец, — усмехнулся Хэнк, разорвав объятия и посмотрев на Коннора. — Завтра мы пойдем и купим еще бумаги.       Хэнк прислонился своим лбом ко лбу девианта, смотря в чистые и наивные карие глаза.       — А еще… — Андерсон остановил речь, чтобы посильнее привлечь внимание Коннора, — Мой знакомый живет на ранчо. Я могу у него взять одного цыпленка.       — Правда?       В темноте хорошо видно, как воодушевленно у андроида горят глаза.       — Правда, — немного погодя, Хэнк добавил, — сынок.       В тот момент Коннор понял, что никогда не будет больше попадаться на лживые провокации Гэвина. В доказательство, девиант крепче прижался к лейтенанту…       Нет, не так.       К отцу.       — Спасибо, папа, — счастливо прошептал Коннор, уже обдумывая имя для нового питомца.