Truth and Measure/Истина и мера

Всю оставшуюся неделю Энди уезжала домой с Мирандой. Трижды она оставалась на ужин, ну, а в другие вечера Рой отвозил её домой после того, как высаживал Миранду. У Энди было определенное чувство, что она и Миранда старались не испытывать судьбу с близнецами, и всякий раз, когда она приходила на ужин, Миранда придумывала какое-то дерьмовое оправдание на случай, если близнецы спросят, почему Энди задерживается дольше положенного. Но они никогда не спрашивали…и, казалось, были очень рады поболтать о школе, в то время как Миранда внимательно слушала, а Энди старалась не отставать. Как много они знали? Подозревали ли они что-нибудь? Она понятия не имела, а близнецы, естественно, ничего не говорили. После ужина они делали домашнюю работу наверху, а Энди и Миранда работали внизу. Ну, это было не так уж и плохо, как могла представить себе Энди. В собственном доме, с кем-то, кому она нравилась и кому доверяла, Миранда была гораздо менее…мерзкой, хотя и не менее сосредоточенной. В такие моменты Энди чувствовала свою важность. Полезность. Ну, или скорее, она просто удачно подвернулась под руку. Более того, это был практически единственный момент, когда Энди и Миранда проводили время наедине. Часто казалось, что они целыми днями буквально живут в карманах друг друга, но рядом всегда был кто-то еще: Рой, Элли, Найджел, цокалки, близнецы. НЕ говоря уже о камерах видеонаблюдения в лифтах. Сидеть в доме Миранды и работать после того, как девочки поднимались наверх, это единственная возможность побыть вместе, не беспокоясь о том, что кто-то другой может их застать за… чем? Сидением вместе и наслаждением обществом друг друга? Что ж, Миранда, наслаждающаяся компанией помощницы, была как чертова красная тряпка для быка, для всех, кто мог бы это заметить, так что даже тусоваться вместе было не безопасно. Конечно, было бы неплохо поговорить не о работе или сесть ближе чем на расстоянии двух метров друг от друга, но Энди старалась быть терпеливой. Плюс, когда она оставалась на ужин, они целовались перед тем, как Энди уходила домой. Так как она перестала приносить книгу, она не получала заветный поцелуй каждый вечер, что несомненно было самой-самой прискорбной вещью. Не то чтобы Миранда должна целовать её в щёку перед Роем, прежде чем выйти из машины. Нет, это точно не самая лучшая идея. Да и ещё тоска в том, что Энди всё ещё не получила ни одного кулинарного рецепта от Химены, при том, что все её блюда были совершенно превосходны и отвечали всем требованиям Миранды в области питания. В понедельник вечером, седьмого марта, Энди в четвертый раз наведалась на ужин. Сегодня вечером Миранда не изложила никаких оправданий перед близнецами. Она была слишком бледна и явно не в себе, как и на протяжении всего дня, хотя и мастерски скрывала это. УЗИ и амниоцентез были завтра утром. Миранда не выглядела измученной голодом, но она поедала каждый кусочек своего салата со шпинатом, как будто доза фолиевой кислоты в последнюю минуту имела бы хоть какое-то значение. Близнецы тоже не трещали в своей обычной манере, а Энди не хотела вести разговор за обеденным столом Пристли сама. Миранда ненавидела, когда люди болтали без причины. Так что было ощущение, что все четверо затаились, в ожидании, когда на них упадет какая-то бомба. Наконец Кэссиди подала голос: — Мам, у тебя на завтра назначена встреча с доктором, верно? — Заткнись, — прошипела Кэролайн. — Да, дорогая, — сказала Миранда, — Кэролайн, не груби своей сестре, — она отпила немного воды и попыталась придать своему лицу выражение максимального спокойствия. Кэссиди явно решила не прислушиваться к "совету" своей сестры. Миранда как-то упоминала, что Кэссиди, когда чего-то добивалась, могла быть столь же упрямой, как и её отец: — Что ты будешь делать, если что-то не так? — спросила она. Энди задержала дыхание. Она и забыла, что глупые детишки могут говорить о вещах, которые взрослые никогда не стали бы обсуждать открыто. Но она пыталась выглядеть максимально сдержано, ожидая ответа Миранды. — Мы пересечем этот мост, когда подойдём к нему, — сказала Миранда, и Энди хотела зааплодировать спокойному тону её голоса, — Давайте не будем создавать проблемы, когда в этом нет необходимости. — Ты пойдешь к врачу с мамой? — спросила Кэролайн у Энди, глядя на неё сквозь вуаль из красно-золотой чёлки. — Мммм, — протянула Энди и кинула взгляд на Миранду, — То есть, похоже на то… — проклятье, лучше бы так и было. — Да, она пойдет, — подтвердила Миранда. — Ты позвонишь и скажешь нам, что все в порядке? — подала голос Кэролайн, все еще разговаривая с Энди, а не с матерью. — Ну… конечно, — сказала Энди, — Я… мы можем оставить вам сообщение у секретаря в школе. Если всё будет в порядке, — добавила она, глядя на Миранду. — Конечно, — сказала Миранда и взглянула на часы, — Время домашнего задания, — близнецы вздохнули, но понесли тарелки с мороженым в посудомоечную машину. После того, как они поднялись наверх, Энди и Миранда, как обычно, направились в кабинет. Но когда Энди открыла сумку, чтобы достать работу, Миранда махнула рукой и уставилась в потолок. Она походила на привидение. Энди глубоко вздохнула, сложила руки на коленях и стала ждать. Но Миранда ничего не сказала... потом снова ничего... и ещё раз ничего. Наконец, примерно через пять минут (а это кажется не малым промежутком времени, если вы ждете, когда кто-то заговорит), Энди спросила: — Ты в порядке? — Возможно, она права, — сказала Миранда, все еще не глядя на Энди, — Кэссиди, — она нервно постукивала кончиками пальцев по подлокотнику кресла, в то время как Энди напряженно сидела на диване, — Что-то может быть не так. — Хэй, — сразу возразила Энди, — Нет. Ты не можешь знать наверняка. — А если это так? — Миранда откинулась на спинку стула и потерла глаза руками, как будто Энди ничего и не говорила, — Я могу позволить себе позаботиться об этом. Это не проблема. — Верно, — осторожно сказала Энди, — Но помнишь, что ты сказала Кэссиди? Нет никакого смысла создавать проблемы, если… — У меня был аборт, в восемнадцать, — сказала Миранда. Энди тут же умолкла. Миранда убрала руки от лица и посмотрела на Энди. Затем она горько улыбнулась: — Ты удивлена. — Я… да, я…может… — промямлила Энди, —Ты… эм? — О да, — ответила Миранда, предугадав вопрос наперед, — Залетела в восемнадцать, за пределами Толедо, штат Огайо, — она насмешливо фыркнула и отвела взгляд от девушки, заглядывая в прошлое, — Как и многие другие девушки, которых я знала. Энди сглотнула: — Ох, — выдохнула она, — Так… так что ты… — Я уехала, — сказала Миранда, — Я всегда знала, что мне надо уехать. Что я никогда не останусь там. Я знала, что как только я закончу среднюю школу…я…— она глубоко вздохнула и снова выдохнула, — Мне казалось, что я бежала к воротам в тюремном лагере, и кто-то пытается остановить меня прямо перед тем, как я наконец смогу перелезть. Я не могла этого допустить. — Ох, — снова выдохнула Энди, задаваясь вопросом, собиралась ли Миранда рассказать ей о своем прошлом, о своей семье, обо всём, что Энди хотела знать. Но все, что сказала Миранда, было: — Через два года после того как прозвучало разрешение Верховного суда США на аборты. А я не была несовершеннолетней. Мне повезло, — она коротко и горько рассмеялась, — А потом я собрала вещи и приехала в Нью-Йорк с четырьмя сотнями долларов в банке. Просто так. Сорвалась. И приехала. И я никогда, никогда не оглядывалась назад. — Оу… Так… так это… Слово «искупление» повисло в воздухе, и Миранда покачала головой. Она перевела взгляд на Энди: — Я не жалею об этом, — сказала она, — И никогда не жалела. Тогда это было правильное решение. Энди молча кивнула. В тот момент она набралась смелости и: — А сейчас? Миранда пожала плечами: — Я не знаю, — сказала она, — Теперь я могу себе это позволить. Я могу позаботиться о нём, — она безрадостно улыбнулась, — Я получила работу. Деньги. Особняк. Я сама добилась всего этого, — она посмотрела на Энди, и на этот раз её улыбка была совершенно лучезарной, — И некоторых других вещей, которых даже не ожидала. Энди улыбнулась. Она встала с дивана и села на синий пуф для ног, перед креслом Миранды — тот самый, который она и Элли выследили до отъезда в Лондон. Казалось, что Энди даже разделила свою жизнь на "до и после Лондона": — У тебя есть девушка, а? — спросила она, стараясь придать голосу лёгкости. — Кажется, есть, — сказала Миранда. Она задумчиво посмотрела на Энди, как будто пыталась решиться на какие-то важные слова, которые так и просились наружу. Энди затаила дыхание, в попытке осознать, неужели Миранда… если она действительно скажет…если да, то Энди тоже скажет… И тогда, на выдохе, Миранда сказала: — Я рада, что наняла тебя. Резко выдохнув, Энди свистнула, и наклонилась вперед, заходясь в беспомощном смехе: — Я тоже, — сказала она, — Я рада, что Найджел дал мне пинок под зад и заставил надеть эти сапоги Chanel. Миранда хихикнула, очевидно, на секунду забыв о своих заботах и воспоминаниях. Энди подумала, что в такие моменты очень легко давать большие обещания и делать громкие заявления. И Миранда могла бы даже поверить в них, потому что ей нужно было это, прямо сейчас. Боже... как заманчиво… — Сапоги Chanel? — переспросила Миранда, прерывая ход мыслей Энди. Женщина выглядела удивленной, но не менее заинтересованой. — Да, — подтвердила Энди, — В день моего грандиозного преображения. Ты... не видела…оу, — Энди вспомнила, что после того как выгнала её, Миранда покинула офис, и не видела «новую» и «усовершенствованную» Энди до следующего утра, когда чуть ли не съела её своими глазами. Энди покраснела, вспомнив этот взгляд, и прочистила горло: — Ну, ты знаешь, сапоги Chanel. С прошлого сезона. Коричневые, кожаные, которые по высоте доходили до… — она постучала по бедру, — Помнишь их? Миранда приподняла бровь, а затем ее щеки покраснели. О да, она их помнила. Она прочистила горло и сказала: — Они оказались впору? — Найджел не выпустил бы меня в них, если бы они не сели как надо, — сказала Энди. — Ах ну да, — сказала Миранда, — Полагаю, что так бы и было, — она снова прочистила горло, — Думаю, тебе пора домой. Уже поздно. Не так уж и поздно. Чёрт. Ну… хотя бы мысль о плотно прилегающей коже немного отвлекла Миранду: — Хорошо, — сказала Энди и вместо того, чтобы встать, подошла к краю подножия и наклонилась. Энди не знала, был ли это стресс, беспокойство или мысль об Энди в сапогах до бедра, но сегодня вечером Миранда наклонилась на встречу, перехватила губы Энди на полпути. Они задержались на мгновение, прижавшись губами, от чего у них обеих перехватило дыхание. Энди выжидала. Миранда же не стала распыляться. Она прижалась губами к Энди, обхватила её подбородок, и сладострастно выдохнула, когда та наклонила голову и поцеловала её в ответ. Этот звук... этот вздох проскользнул в мозг Энди и загудел у основания её черепа. Она сильнее прижалась к губам и почувствовала самое легкое, случайное прикосновение языка Миранды к своему рту. Это заставило её захныкать. Миранда ахнула и опустила руку на шею Энди, очевидно, не в силах остановить себя. Господи Иисусе. Может они и не занимались сексом, но они определенно «трахали» друг друга прямо сейчас. Энди снова поцеловала Миранду и подумала о пристальном взгляде, случайных соприкосновениях рук, и о бесчисленно подобных крошечных моментах. Она и Миранда «трахали» друг друга уже очень и очень давно. Ещё до Лондона. Даже до Парижа! Пришло время признать это. Она отпрянула от губ Миранды и переместилась сначала на подбородок, а затем к её челюсти. Миранда снова ахнула и вздрогнула, но не оттолкнула девушку. Голова Энди шла кругом. Она привыкла к щетине, к шероховатости, но кожа Миранды была невероятно мягкой, гладкой и теплой. Энди продолжала целовать, вдыхать запах кожи, а Миранда дрожала и пыталась справится со сбившимся дыханием. Её хватка на шее Энди только усиливалась. Почему они сейчас не на чёртовом диване?! Или где-нибудь ещё. Они могли бы… они могли бы… Может ли Энди…будет ли это нормально…Она дотронулась до шеи Миранды тыльной стороной указательного пальца, осторожно поглаживая вверх и вниз. Миранда зашипела и выгнулась навстречу руке. Энди быстро потеряла голову и прошептала: — Позволь мне… — и наклонилась так, чтобы была возможность поцеловать там, где касался её палец, чтобы она могла впервые поцеловать шею Миранды. Она едва прижала рот к коже, целуя Миранду почти так же сильно, как и губы. Миранда резко вдохнула, да так, что это проходило на стон. Затем она повернула голову, сунула нос в волосы Энди и прошептала, буквально умоляя: — Нет…нет…не здесь. «Тогда где?» — застряло в горле у Энди. Вместо этого она отстранилась, ее голова всё ещё кружилась. Миранда покраснела и тяжело дышала. Она прижала руку к горлу, закрыла глаза и попыталась взять себя в руки. Энди просто смотрела на нее в агонии, задаваясь вопросом, было ли это то, что чувствовали парни, когда у них были синие шары. — Что ж, — прохрипела она, — Я… я пойду домой? Миранда кивнула, прикрыв глаза: — Думаю, это хорошая идея…да. — Мне жаль, — сказала Энди, прежде чем смогла себя остановить, хотя ей было вовсе не жаль. Миранда снова открыла глаза, и Энди увидела, что они полны желания. Ей удалось взять под контроль дыхание, но её лицо все еще было красным, и она вся дрожала. Бог. Ты. Мой. Энди встала как можно быстрее: — Увидимся утром, — выдохнула она. Миранда сглотнула и кивнула. Энди схватила сумочку и направилась к входной двери. Что ж. По крайней мере, на сегодняшний вечер, она точно подкинула Миранде ещё одну мысль для размышления.

***

На следующее утро, в машине, Миранда была абсолютно сосредоточена. Она внимательно просматривала книгу, делая последние заметки и внося коррективы. Она была бледной и напряжённой, никаких следов вчерашнего смущения, и Энди знала, что сейчас, Миранда думает не об их поцелуях, а о кабинете врача. Энди очень хотелось утешить ее, но она все ещё не знала, какое утешение Миранда готова принять. Энди не могла дотронуться до неё или сказать что-нибудь при Рое, да и Миранда, наверняка, не захотела бы этого, даже если бы они были наедине. Итак, Энди делала то, что умела лучше всего когда ещё была жалким ассистентом, тихо сидела, готовая в любую минуту достать Миранде всё, что ей потребуется. Раньше это всегда прекрасно срабатывало, да и у неё сейчас не было идеи получше. В приемной доктора Вишванатан, Энди была готова к очередному сеансу ожидания в напряженной тишине. Но вместо этого Миранда начала разговор: — Ты уже договорилась о съемках в Чарльстоне? — они обсуждали это несколько ночей назад, но Энди храбро завела разговор о билетах на самолет и аренде автомобилей, а также об отеле, и Миранда молча кивнула, пока медсестра не забрала её в кабинет для осмотра. — Переживаешь? — спросила Энди Мэри, когда ушла Миранда. Она даже не стала отрицать и просто кивнула, с легкой улыбкой: — Кажется, она в хорошей форме, — сказала Мэри, — Похоже, ты очень хорошо ухаживаешь за ней. Ну, или кто бы там не ухаживал. — Что?! Нет. Это делаю я, — возразила Энди, стараясь выглядеть непринуждённо, а не невероятной собственницей или вечно волнующейся по пустякам. Затем она добавила: — Я хотела сказать, что стараюсь помочь ей следовать тому, что прописала доктор. — Ну, думаю, что ей с тобой повезло, — сказала Мэри, и понизила голос, чтобы добавить, — Она и её муж всё ещё собираются разводиться? — Они… — отвечай умнее, — Думаю, что это все еще в планах, да. — Очень жаль, — пробормотала Мэри и повернулась к своему компьютеру, — По крайней мере, я рада, что у нее есть кто-то, кто будет о ней заботиться. «По крайней мере». Энди стиснула зубы: — Да, — буркнула она. Процедуры длились целую вечность, и к тому времени, когда закончились, Энди успела поседеть. Во всяком случае, это точно случилось, когда медсестра появилась и жестом пригласила следовать за ней. Энди умоляюще посмотрела на медсестру: она широко улыбнулась и успокоительно кивнула в ответ. И всё же, прежде чем встать, Энди потребовалось несколько секунд, дабы убедиться, что ноги в состоянии её удержать. Миранда снова сидела перед столом доктора Вишванатан, потягивая стакан воды. Ее рука не дрожала, дыхание было размеренным, а выражение лица совершенно спокойным. Доктор Вишванатан поприветствовала Энди с улыбкой: — Начнем? — спросила она. — Прошу, — сказала Миранда, даже не взглянув в сторону Энди. — Как уже знает Миранда, — сказала доктор, обращаясь к Энди, — На сегодняшний день, беременность протекает очень даже хорошо. Ультразвук не выявил никаких проблем, никаких дефектов. Конечно, один только ультразвуковой осмотр не является надёжным критерием, поэтому мы отправили амниотическую жидкость в лабораторию для хромосомного анализа. Мы должны будем получить результаты через пару недель, — Энди глубоко вдохнула и выдохнула, кивая, — Но пока все кажется совершенно в порядке. Поэтому, я советую всем немного выдохнуть, — Энди снова кивнула и взглянула на Миранду, которая, казалось, была целиком и полностью сконцентрирована на своей воде. — Это мальчик, — добавила доктор. Энди уставилась на неё, с широко раскрытыми глазами. Ох…точно… со всем этим беспокойством, она почти что и забыла, что сегодня они должны были узнать пол ребенка, — Мальчик? — Да, без сомнений — подтвердила доктор Вишванатан, и впервые она выглядела такой же ошеломленной, как и Сандра Лэтчли, во время первой консультации Миранды. — Ох, — выдохнула Энди, стараясь скрыть вихрь эмоций, за напыщенным спокойствием, — Ну, это… здорово, — она снова взглянула на Миранду, которая всё ещё отказывалась отрывать взгляд от воды, и почувствовала другой, совсем иной укол беспокойства. Она не рада? Или хотела девочку? Что не так? — О да, здорово, — сказала доктор, — Хотите взглянуть на снимок? — она подняла со стола большой лист бумаги, и Энди поняла, что это была распечатка с УЗИ. На самом деле, смотреть было не на что: белый шарик, окруженный нечетким черным пространством…но потом, в тот самый момент, Энди вспомнила, что этот белый шарик на фотографии был ребенком внутри Миранды, и её разум резко встрепенулся. — Вау…— выдохнула она, еле слышно. — Именно, — усмехнулась доктор Вишванатан, — Действительно «Вау». Мисс Пристли, не хотите сделать фотографию с этим снимком? — Нет, спасибо, — ответила Миранда, обращаясь к своей воде. Энди тут же захотела запротестовать, но не посмела. — Очень хорошо, — заключила доктор, — У вас будут ещё вопросы? — Нет, — сказала Миранда. Энди молча покачала головой, когда доктор Вишванатан посмотрела на неё. Её единственный вопрос был о том, почему Миранда была такой подавленной, а доктор не смогла бы на него ответить. — Прекрасно, — сказала доктор и посмотрела на свои записи, — Хочу увидеть вас через две недели, Миранда. — Хорошо, — сказала Миранда, её голос был ровным и холодным, как всегда. Из-за чего Энди начала волноваться ещё больше. Она продолжала волноваться по отъезду из клиники, волновалась во время поездки обратно в офис и волновалась по дороге к вращающийся двери Элиас-Кларк, потому что Миранда всё ещё не проронила ни слова. Даже не отчеканила ни одной инструкции по работе. Двери лифта закрылись, оставив их в покое, и Миранда глубоко вздохнула. Энди быстро повернулась, чтобы посмотреть на неё, и увидела, что она жутко побледнела и вся дрожала. Она приложила руку к своему сердцу: — Ты в порядке? — испуганно спросила Энди. Может ей следует позвонить Рою и сказать, чтобы он немедленно отвез их в кабинет врача. Но Миранда кивнула и отмахнулась от Энди, призывая к тишине. Она сделала ещё один глубокий вдох: — Я в порядке, — сказала Миранда, — Теперь я в порядке. Энди ерзала на месте, дернула пальцами и сжала руки в кулаки. Затем, когда они прошли восьмой этаж, она протянула руку и нерешительно коснулась Миранды, не решаясь что-либо сказать. Миранда не посмотрела на неё, но она до боли ухватилась за руку девушки. — Мальчик, а? — начала Энди, и Миранда закрыла рот рукой, но не достаточно скоро, чтобы подавить полу истерический смех. Её щеки наконец приобрели свой привычный розоватый цвет. Энди тоже засмеялась, затаив дыхание, когда волна облегчения захлестнула её. Все было в порядке, тесты не обнаружили ничего ужасного, доктор Вишванатан была полна надежд, а Энди и Миранда держались за руки в лифте. День не мог быть лучше. Затем Миранда взглянула на неё, и Энди увидела, что её глаза сияют, в них отчетливо читалось облегчение и счастье. Девушка почувствовала легкое головокружение от этого взгляда и подумала, наступит ли день, когда красота Миранды перестанет затмевать её разум? Но затем женщина взяла себя в руки, освободила руку Энди, и как раз вовремя, потому что в этот момент остановился лифт и они наткнулись на Кейшу и Джоселин. Энди сразу же приняла нечитаемое выражение лица. Они немедленно убрались с дороги, и Миранда пролетело мимо, словно их и не было. Энди последовала за ней, но Джоселин схватила ее за локоть и произнесла: — Все в порядке? — кивая в сторону уходящей Миранды. Энди не смогла сдержать облегченной улыбки и кивнула. Джоселин и Кейша расслабились. Энди поняла, что несомненно, весь офис затаил дыхание в молитве о том, чтобы беременность Миранды прошла как можно более гладко, потому что жуткое настроение Миранды, было слишком ужасающей альтернативой. Но этот день прошел как по маслу. Даже когда Элли перепутала фото в развороте от Prada с фото от Филиппа Лима, даже когда Пол поздно вернулся со встречи из-за пробок, даже когда Найджелу пришлось покинуть офис пораньше из-за кризиса в Донн Каран, Миранда не стала срываться. Конечно, помогло то, что Энди нашла фото от Prada, перенаправила все сообщения и предложения Пола Кейше, и направила Марджори принимать сообщения от Донны Каран, которая звонила ей на счёт изменений каждые полчаса, но в обычный день даже это не успокоило бы Миранду. Без сомнений, сегодня был необычный день. Даже особенный. Когда после работы они поехали в дом Миранды, а Энди определенно получила приглашение на ужин сегодня вечером, она выглядела уставшей, но довольной. В их уютном молчании, Энди чувствовала тоже самое. Но когда они покинули машину и дверь особняка закрылась за ними, Энди услышала приближающиеся шаги Кэролайн и Кэссиди и поняла, что тишине настал конец. — Мы получили твоё сообщение, — сказала Кэссиди, опередив на несколько шагов свою сестру, — Это и вправду мальчик? Миранда улыбнулась, наклонилась и поцеловала своих девочек: — Похоже на то. — И что нам делать с братом? — спросила Кэролайн, гримасничая. — Командовать, — заключила Кэссиди, — Он младше нас на десять лет. Когда он будет нашего возраста, нам будет по двадцать, — глаза Кэролайн широко распахнулись. Кажется, она заинтригована. Что ж, очевидно, такая мысль не приходила ей в голову. Как и Миранде, потому что ее глаза так же широко распахнулись: — Ну, — начала она, — Да, так и есть. Вам нужно будет присматривать за ним. — Как и Каре, — напомнила Кэссиди. И тут, как будто по волшебству, появилась Кара, одетая в пальто, готовая уйти. — Я слышала, — сказала она, улыбаясь, — Поздравляю, мисс Пристли. — Да, — сказала Миранда, и впервые поздравление с беременностью, похоже, не взбесило её, — Не забудь, что завтра, после школы, девочкам на плавание. — Да, мисс Пристли, — сказала Кара, сохраняя твердую улыбку на лице. Энди восхищалась ею за эту способность, учитывая, что Кара каждый день организовывала и меняла расписание близнецов, — Доброй ночи. В тот вечер, на ужин был лосось: то же самое блюдо из лосося, которое понравилось Миранде в Лондоне. Химена проделала хорошую работу по его воспроизведению, вплоть до шпината, употребляя который, Энди снова притворялась, что делает это с удовольствием. — Так как мы его назовём? — спросила Кэролайн. — Точно не Стивен, — сразу возразила Кэссиди. Миранда сухо рассмеялась и отпила воды: — Нет, — сказала она, — Определенно не Стивен, дорогая, — она пожала плечами, — В действительности я ещё не думала об этом. — Как насчет Дэниела? В честь Дэниела Рэдклиффа, — предложила Кэссиди, — Он такой милый. — Нет! — возразила Кэролайн, — Орландо! — Имя Дэниел, я могла бы ещё рассмотреть, — сказала Миранда, — А вот Орландо даже не обсуждается. — Ой да ладно, — захныкала Кэролайн и обратилась к Энди: — Орландо — нормальное имя, разве нет? Это из Шекспира! — Я, — начала Энди, — Я не уверена, что хотела бы назвать своего брата в честь парня, в которого без памяти влюбилась. — Оу, — выдохнула Кэролайн. — Окей, — согласилась Кэссиди, — Иииу. — Тогда какое имя ты бы выбрала? — спросила Кэролайн. Энди сознательно не смотрела на Миранду: — Я? Ох, даже не знаю, — ответила она, — Я не думала…то есть, мы же только сегодня узнали, что будет мальчик. — Ты могла бы назвать его Эндрю, — хитро сказала Кэссиди. — Эм, ах да, ха-ха, — тут же ответила Энди, еще раз задаваясь вопросом, насколько много понимали и знали близнецы, — Мне, на самом деле, не нравится имя Эндрю, — добавила она, — Хочешь верь, хочешь нет, — это правда. Она ненавидела его за насмешки над её «мальчуковым» именем в средней школе. Тот факт, что «Андреа» означало «мужественный», тоже не особо помог. — Ха. Это странно. О, я совсем забыла! — воскликнула Кэролайн, встала из-за стола и подбежала к своему рюкзаку, расположившемся на стуле, у двери кухни. Она открыла его и вытащила несколько листов бумаги: — Мы распечатали их из интернета, во время работы в компьютерном классе. Полный список детских имен для мальчиков. — О да, — сказала Кэссиди, — Там их около пяти сотен. — Давайте пойдем по алфавиту, — сказала Кэролайн и передала Кэссиди половину листов. Казалось, их было около десяти, и в каждом был длинный столбец имен в крошечном шрифте, — Я начну. Абеляр. Энди и Миранда обменялись болезненными взглядами. Это будет долгий ужин. Во время десерта, когда девочки уже подошли к «Куинси», Миранда уже молила о перерыве: — Мама тщательно обдумает этот вопрос, дорогие, — пообещала она, — Хотя мы с вашим отцом не решали, как назвать вас двоих, пока вы не родились. — В самом деле? — спросила Кэролайн с огромным любопытством. — Почему вы так долго ждали? — спросила Кэссиди. — О, ну, мы просто не смогли прийти к общему решению, пока не увидели вас, — непринужденно ответила Миранда. Энди подумала, не было ли в этом скрыто нечто большее, и что если Миранда захочет притормозить и на этот раз? Ну, по крайней мере до тех пор, пока она не убедится, что все в порядке. Если вы даёте имена вещам или людям, вы довольно быстро привязываетесь к ним: — Теперь, — сказала Миранда, — Домашнее задание. — В среду у нас эссе по изобразительному искусству, — сказала Кэролайн, — Энди, ты не поможешь мне? — И мне, — добавила Кэссиди, уставившись на Кэролайн. Кэролайн ответила на взгляд. Энди удивленно посмотрела на Миранду. Миранда моргнула: — Эм, — попробовала Энди. — Конечно поможет, — заключила Миранда. Энди тут же внутренне взбунтовалась: Миранде действительно пора прекратить решать такие вещи за нее, и, кроме того, только что их час наедине просто вылетел в окно. С другой стороны, близнецы сами захотели, чтобы она ещё чуток побродила вокруг, и это хорошо. Разве нет? В любом случае, Энди улыбнулась, кивнула, и последовала за близнецами наверх, в хорошо освещенный кабинет с большим столом посередине, куда они тут же взметнулись. К удивлению Энди, Миранда тоже поднялась наверх, в комнату, которая похоже служила местом для работы, и казалась гораздо меньших размеров, чем кабинет внизу. Вероятно, раньше это был кабинет Стивена. Понимая, что сейчас Миранда работала там, Энди старалась изо всех сил прикрутить громкость до глухого рёва, чтобы она не отвлекалась. Шло время, Энди выдвигала свои предложения касательно формулировки тезисов и организации параграфов. Она всё ещё была впечатлена. В пятом классе она писала сочинения (если их можно так назвать) о своих летних каникулах или кем она хотела бы стать, когда вырастет. В общем, целая книга отчётов. Но видимо, если вы учитесь в Далтон, вы должны писать эссе по древнегреческому искусству (Кэролайн) или африканским танцам (Кэссиди). — Конечно, я выбрала древнегреческую культуру, — сказала Кэролайн, закатывая глаза, — Я хочу сказать, что с тех пор, как Марион Ист была обвинена в краже чего-то там из Гетти*, выбор этой темы становится больше чем успешным. В общем, очень актуально. — Да, конечно, — сказала Энди, решив притвориться, что она осведомлена в этой теме, — Но тебе не кажется, что нужно рассказать так, чтобы все понимали о чём идёт речь? — Всё и так знают всё о Древней Греции, — сказала Кэссиди, — Это же не оригинально, — она постучала по виску и улыбнулась, — Мысли нестандартно. Энди немного ненавидела близнецов за то, что они были такими же блестящими, как Миранда, но всё что она сказала, было: — Думаю вы обе проделали хорошую работу. Просто подумайте о том, что я сказала, хорошо? — она посмотрела на часы на стене. Пять минут одиннадцатого: — Ого. Пора спать, — она была удивлена тем, как быстро прошло время. Они неохотно собрались и ушли, остановившись у кабинета, дабы пожелать Миранде спокойной ночи. Энди задержалась в комнате, не желая прерывать семейную идиллию, вместо этого она встала и потянулась. Стулья в этом кабинете были не очень то и удобными. Затем она с облегчением плюхнулась на гораздо более удобный диван. Когда близнецы поднялись выше по лестнице, она услышала, как встала Миранда и через мгновение она перешла из одного кабинета в другой. — Ты хорошо с ними ладишь, — сказала она нейтрально. Энди глубоко вздохнула и сказала: — Да… хорошо, — затем она пожала плечами, — Я просто… ну знаешь, делаю всё возможное, — она улыбнулась, — Вижу у меня неплохо получается. Миранда села на другой конец дивана, скромно сложив руки на коленях: — Да. Энди обнаружила, что она не может заставить себя отчитать Миранду за то, что та изменила их планы на вечер, не посоветовавшись с ней. Не сегодня. Кроме того, они всё ещё привыкали ко всему этому…она всё ещё пыталась приспособиться к тому, чтобы считать себя частью «мы»…так что она не уверена, что наказание лучший вариант. Поэтому вместо этого она сказала: — Ну, ты услышала какие-нибудь имена, в этом ужасно длинном списке, которые тебе понравились? Миранда устало улыбнулась: — Ах да, несколько. Но я отложу окончательное решение, пока мы не дойдём до конца алфавита, — она потёрла кончиками пальцев лоб и закрыла глаза. — Я должна идти, — сказала Энди, подавляя разочарование при мысли о том, чтобы уйти, не проведя хоть немного времени наедине с Мирандой, — У тебя был длинный день. — Нет, — сказала Миранда и снова открыла глаза, — Останься ещё ненадолго. Энди почувствовала, как кровь хлынула к лицу, и она попыталась подавить прилив надежды, предвкушения и покалывания в позвоночнике, — Э-э, — протянула она, — Хочешь, чтобы я принесла записи по работе? Из кабинета. — Нет. — Ладно, — сказала Энди, глубоко вздохнула и переместилась по дивану, пока не оказалась рядом с Мирандой. Женщина не двигалась, и даже не попыталась прикоснуться к ней. Вместо этого она держалась совершенно неподвижно, тогда Энди сжала челюсть, наклонила голову и подалась вперёд. Её встретили тёплые и мягкие губы… никто и никогда ещё настолько не заводил Энди. Лишь это, небольшие прикосновения к губам Миранды снова и снова, возбуждало Энди больше, чем когда они с Нейтом лежали обнаженные. Она вздохнула и осмелилась протянуть руку, чтобы погладить по волосам Миранды. Ей нравились её волосы. Она помнила, как они выглядели в канун Нового года (немного растрёпанными, но всё же идеально уложенны), и подумала, сможет ли она воссоздать этот блуждающий взгляд на себе сегодня вечером. Миранда схватила Энди за плечи, и девушка задержала дыхание, но Миранда не оттолкнула её. Вместо этого она притянула её ближе, и следующее, что поняла Энди, что она отказывается от волос Миранды в пользу скольжения одной рукой по её плечам, а другой — по талии, исследуя каждый изгиб. Она продолжала дарить Миранде крошечные, дразнящие поцелуи, которые совершенствовала уже несколько дней. Как обычно, Миранда вздрогнула, покраснела и шумно выдохнула, но сегодня вечером она снова обхватила шею Энди и слабо прижалась к её губам. Её губы были горячими и влажными. Когда Энди, тяжело дыша, отстранилась, чтобы взглянуть в глаза Миранды, она увидела томный, полный мольбы взгляд. Ее щёки пылали, а тело источало тепло, как самый горячий латте из Starbucks. Энди подумала о высоких кожаных сапогах, о снятии напряжения, о гормонах второго триместра, и решила, что воспользуется этим и всем остальным, как только снова накроет эти губы. На этот раз она поцеловала Миранду крепче, в ответ на что, женщина запустила пальцы в волосы Энди, немного приоткрыв рот, но лишь совсем чуть-чуть… Энди потеряла счёт времени. Ее голова шла кругом слишком сильно, чтобы думать о чем-либо, кроме происходящего. Миранда издала тихий, гортанный стон. Энди поняла, что она бездумно приглушает стоны Миранды собственным ртом, поэтому на мгновение отстранилась и уткнулась носом в челюсть Миранды, чтобы собраться. Миранда зашипела и сильнее впилась руками в волосы Энди. Затем, внезапно, ее руки снова оказались на плечах Энди, и на этот раз она отталкивала её: — Нет, — прошептала она, — Ох. Пожалуйста. Хватит, хватит… Энди тут же отстранилась. Кровь стучала в висках, а желудок скручивался от бурлящих эмоций. Но Миранда не выглядела столь обезумевшей. Как и прошлой ночью, она зажмурилась, отчаянно пытаясь взять себя в руки. И, как и прошлой ночью, Энди поедала взглядом её покрасневшую кожу, дрожащие руки, и грудь, которая вздымалась из-за прерывистого дыхания. — Как... — начала Миранда, — Как ты… — она глубоко вздохнула и покачала головой. Затем она безрадостно усмехнулась: — Как ты делаешь это со мной? — Не знаю, — пробормотала Энди, пытаясь контролировать частоту сердечных сокращений. Если Миранда заговорит о том, как она возбуждена, пауза не продлится долго: — Я сделаю столько, сколько ты мне позволишь, — добавила она и тяжело сглотнула, — Столько, сколько ты захочешь. Миранда простонала и закрыла глаза: — Я, эм, — попыталась она, а затем потянулась и поправила волосы дрожащими руками, — Кажется, у тебя на этот случай припрятаны маленькие «сюрпризы». Не так ли? — Ну… да, — сказал Энди. Почему её это так удивляет? Она с самого начала сказала Миранде, что ей нравится целоваться, заниматься сексом и всё в этом духе. Затем она игриво добавила: — Хочешь развернуть? Миранда уставилась на нее. Энди внезапно захотелось провалиться сквозь диван: — Это худший флирт, который я когда-либо слышала, — заключила Миранда. Энди поняла это, как только слова покинули её рот: — Это худший флирт, который я когда-либо предлагала, — да, так и было. — Ну, это сработало как надо, — сказала Миранда, и ее губы изогнулись в крошечной улыбке, когда она снова обрела контроль над собой, — Теперь я чувствую себя намного сдержаннее, спасибо. — Прекрасно, — вздохнула Энди. Миранда фыркнула и с едва заметным ворчанием встала, положив руку на спину девушки. — Хорошо, — сказала она и посмотрела на свой живот, — Дай мне пару месяцев, и это больше не будет проблемой. — Что? — недоверчиво спросила Энди, — Думаешь я не смогу пристроиться? — Разве тебе не пора домой? — указала Миранда, приподняв бровь. — Хорошо, хорошо... — проворчала Энди и поднялась на ноги. Затем она улыбнулась Миранде: — Мальчик… — протянула она, — Вау! Миранда моргнула, и на мгновение, Энди прочитала удивление на ее лице. Оно довольно скоро исчезло, и она смиренно вздохнула, направляясь к двери кабинета: — Кэролайн права, — сказала она, — И что нам с ним делать? «Нам». Энди старалась не подпрыгивать от услышанного: — Что ты имеешь в виду? — Что я знаю о воспитании мальчика? — спросила Миранда, и у Энди возникло ощущение, что она шутит. — Ой, да брось. Это не может быть так сложно. — Я работаю в самом женском бизнесе, который только можно найти — сказала Миранда через плечо. Энди последовала за ней в коридор, — У меня нет мужа. Две близняшки. Собака, и та, девочка. И… — Ну, мы спросим Найджела, — сказала Энди с усмешкой, и изобразила выражение лица Найджела, которое еще больше усилило ее улыбку. — Ах, ну да — сказала Миранда, — Я могу больше не беспокоится. — Ой, да брось, — снова сказала Энди и засмеялась, когда они подошли к лестнице, — Я играла в Малой лиге. Занималась Тхэквондо. Люблю валять дурака. Посмотри на меня! Я стану отличным примером для подражания… — она небрежно посмотрела вниз по лестнице. И наткнулась прямо на широкие карие глаза Элли. Энди почувствовала, что каждая капля крови в ее теле приостановила своё движение. Миранда, все еще стоящая спиной к лестнице, моргнула и спросила: — Что? — а затем проследила за взглядом Энди, и застыла, когда поняла, что у них есть зритель. Энди и Миранда уставились на Элли. Девушка смотрела будто сквозь них. — Ты, должно быть, шутишь, — прошептала Энди. — Я… — попыталась Элли. Она настолько побледнела, что казалась была полупрозрачной. Она прижимала книгу к груди: — Я… Миранда ничего не сказала. Энди также молчала. Они просто смотрели на Элли, не веря в происходящее. — Я услышала голос Энди, — прохрипела Элли, — И подумала, что, может будет нормально, если я… если я подойду и… г-гм отдам вам… Миранда развернулась и пошла обратно по коридору, не говоря ни слова, и не посмотрев ни на кого из них. Энди проследила за ней, а затем снова посмотрела на Элли, пытаясь понять, как много она услышала, как много она догадалась, насколько все разрушено, и как сильно Энди хочет убить ее прямо сейчас. От этого взгляда, Элли ещё больше побледнела и издала беспомощный скрипучий стон. Энди, чувствуя, что пробирается сквозь зыбучие пески, подошла к лестнице и очень-очень медленно протянула руку, пытаясь контролировать дрожь, вызванную страхом и яростью. Пальцы Элли едва разжались и она отдала книгу. — Энди, — умоляюще пропищала она и посмотрела вниз по коридору, туда, куда ушла Миранда. — Завтра, — справилась с собой Энди, схватив книгу так крепко, что края обложки впились ей в ладонь. — Но… но я только подумала… — Мы разберемся с этим завтра, Элли, — прошипела Энди, задаваясь вопросом, насколько противозаконно сбрасывать кого-то с лестницы. Глаза Элли расширились, а затем она развернулась и буквально убежала прочь. Энди не выдохнула, пока не услышала, как закрылась входная дверь. Затем она испустила длинный, грохочущий вздох. Окей. Не могло быть всё настолько катастрофично. Не может же это стать концом всего. Ситуацию всё ещё можно спасти. Она что-нибудь придумает. Энди прижала книгу к груди, так же сильно как Элли, и пошла обратно к кабинету, куда вернулась начальница. Миранда стояла у окна и смотрела на улицу. Она не обернулась, хотя, должно быть, слышала, как подошла Энди. Она ничего не сказала. И вообще не двигалась. В памяти Энди всплыло то, как она спрашивает Миранду: «Я могу ещё что-нибудь сделать?» И Миранда отвечает: «Свою работу.» Энди оставила книгу на маленьком столике у двери: — Я… я позабочусь об этом, — прошептала она. Миранда не ответила. Энди развернулась и зашагала прочь, оставив её одну.