Some scetches

      Пип Бернадотте проклинал тот день, тот недобрый час, ту роковую минуту, когда Уолтеру пришла в голову идея "слегка" изменить холл и парадную лестницу поместья. Всех и всегда устраивало расположение мебели, а перилами, которые и впрямь странно потрескивали, никто почти не пользовался. Дворецкого, впрочем, это не волновало. В итоге всё переросло в полномасштабный ремонт. Тут и там теперь стояли башни с краской, валялись кисти, валики, какие-то доски и прочее.       Сэр Хеллсинг съехала куда-то в первые же дни, не выдержав шума, Алукард ещё не вернулся с задания, поэтому всё в основном выполняли наёмники и Серас, которая, справедливости ради, всё-таки больше помогала, чем мешала. Уолтер же руководил всем процессом, и, скорее всего, именно поэтому кавардак не перерос пока в хаос.       Короче, дым стоял коромыслом. Краски пришлось покупать несколько раз: то не тот цвет, то не тот вид, то банки при перевозке треснули. Сейчас вроде бы всё было как надо, и капитан занимался тем, что перетаскивал банки с места на место. - Мисс Виктория, вы сейчас не заняты? - на лестнице появился дворецкий с небольшой кувалдой в руках. - Нет, а что такое? - Серас, закончившая развешивать картины, подлетела к нему. - Надо бы разрушить перила, а вы с этой задачей вполне способны справиться.       Пип тут же отошёл подальше - на всякий случай. - А... может, не стоит? В-в смысле... - девушка подошла к перилам, аккуратно проводя по ним рукой. Те даже не заскрипели. - Может, лучше укрепить их? Сэр Хеллсинг говорила, что они дубовые... то есть, прочные... и е-если просто укрепить... - У меня есть подозрение, что они уже давно гниют изнутри. - чуть нахмурившись, ответил дворецкий. - А это может привести к их обрушению даже от слабого удара. Лучше поставить новые, чем пытаться укрепить старые.       Девушка, крайне осторожно держась на перила, легко по ним постучала. Ничего не произошло. - В. видите?.. М-может, всё не так плохо, как вы думаете?       Ответить на это Уолтер, впрочем, не успел. Послышался странный треск, и кусок перил просто отвалился, падая вниз. Виктория от неожиданности не успела среагировать быстро, потеряла равновесие и в итоге полетела следом, тихо пискнув.       Бернадотте же отреагировал мгновенно: банка с краской оказалась на полу, сам он прыгнул к лестнице, ловя девушку и переворачиваясь на спину. В итоге падение было не слишком сложным, неудобство ему, правда, доставили куски перил, лежавшие на полу - не обошлось без заноз и новых синяков. Зато Серас не пострадала вообще и сейчас лежала сверху, свернувшись комочком.       Всё стихло. Уолтер осторожно наклонился, глядя на них - Мисс Виктория, господин Бернадотте, как вы там?       Пип открыл глаза, охнул - всё-таки приложился головой, да и спина побаливала. - К-капитан, в-вы... вы как? - чуть дрожащий голосок девушки стал мало-помалу слышаться чётче, звон в ушах стих. - Жить буду, лишь пара ссадин. До свадьбы заживёт. - З-зачем же вы... я же вампир... не пострадала бы....       Капитан чуть растерялся. И действительно, что это он вдруг так заволновался? - Зачем же я?.... Полагаю, просто не могу позволить такой лапочке падать и получать травмы, - он усмехнулся. Девушка покраснела и потупилась. - С... спасибо... - Ай... - вдруг снова кольнуло, голова закружилось. - Ой... - Серас вскочила, помогла ему встать. - Вам бы лёд приложить... Уолтер, я… - Да, мисс Виктория. Буду признателен, если вы ему поможете, а затем всё-таки разрушите перила. - Конечно, мне не сложно! - она просияла, увела за собой капитана, не заметив, что Уолтер как-то странно улыбнулся.

***

      Спустя некоторое время Бернадотте сидел на кровати, держа у головы лёд, завёрнутый в нечто вроде марли. Серас же тем временем осматривала его на предмет наличия заноз и кровоподтёков. - Вам не следовало поступать так необдуманно. Я бы вовсе не пострадала! - смущение и растерянность сменились негодованием, она протёрла обнаруженную ранку перекисью. - Это мелочи, правда. Завтра даже следа не останется. - А если бы вы сильнее пострадали? Нельзя так безрассудно себя вести! - Куколка, безрассудство - моё второе имя.       Она фыркнула, как рассерженная кошка, заканчивая. - Голова ещё кружится? - Она всегда кружится, когда ты рядом. - Снова ваши шуточки, - Виктория вздохнула, отворачиваясь и убирая медикаменты в аптечку. Внезапно сильные руки обвили её талию, а над мигом порозовевшим ушком раздался тихий шёпот: - Куколка, я всегда серьёзен насчет тебя, - он уткнулся ей в плечо, прижимаясь. Девушка вздрогнула, краснея сильнее. - Ч... что вы... пустите... у меня же дела... - залепетала она, прерывисто дыша. - Ты бросишь старого, беспомощного, жутко раненного и умирающего наёмника тут и уйдёшь? - Не н-начинайте... вам полежать чуть-чуть, и всё п-пройдёт. - Так давай вместе полежим, - нахально предложил он.       Смутившись ещё сильнее, хоть и казалось, что сильнее просто некуда, она всё-таки вывернулась. - Нет же... я занята. - У тебя нет сердца, - притворно расстроился Бернадотте. Виктория в ответ на это засмеялась. - Да-да, я такая злая и нехорошая... А теперь ложитесь и отдыхайте, ну же.       Он, бурча что-то про мировую несправедливость, жестокое обращение с ранеными и отсутствие человечности у одной конкретной дракулины, отстранился и лёг на кровать, при этом тихо прошипев - спина, видимо, ещё побаливала. Виктория с улыбкой погладила его по волосам. - Хороший капитан Бернадотте, - тихо усмехнувшись, ласково протянула она, затем, чуть помедлив, наклонилась к нему, и её нежные губки на миг прижались к его щеке. - Спасибо большое.       После девушка отстранилась и быстро вылетела из комнаты - только её и видели. Пип растерялся, поскольку ранее Виктория такого не делала - слишком стеснялась. Его даже в жар бросило от её поцелуя, такого робкого, невинного, мимолётного, как сон. - Вот же ж Дьявол.... - прошептал он, затем усмехнулся, глядя в потолок. Сердце странно стучало - неужели угораздило влюбиться?...       День обещал стать гораздо интереснее.