Неизвестный

      После ужина Гарри пришел в больничное крыло. Невилла решили оставить там до завтрашнего утра, как узнал Забини по просьбе Поттера.       Лонгботтом лежал на кровати с перевязанной рукой и читал книгу. На тумбочке рядом лежало несколько видов сладостей. Увидев Гарри, Невилл явно занервничал.       — Хм, — прокашлялся Поттер, — привет. Ты как?       — Привет. В порядке, — довольно тихо сказал блондин.       — Вот как, — рассеянно произнес Гарри. — Это хорошо. — Он достал из кармана напоминалку и протянул ее другу. — Держи, это твое.       Невилл восторженно взглянул на него и поблагодарил. Тут же появилась мадам Помфри — медсестра — и настойчиво попросила не мешать отдыху мистера Лонгботтома. Мальчики попрощались.       Этой ночью Гарри уснул мгновенно, прямо как 1 сентября.

***

      На следующий день Поттер явно осознал, что отношение к нему изменилось. Малфой и его подпевалы садились на обычные места, но всем своим видом выражали недовольство, если Гарри оказывался рядом. Забини сказал, что они объясняют свою позицию вычетом баллов, но на самом деле просто завидуют. К тому же, появились слухи, что Поттер все подстроил, чтобы попасть в команду. Слизеринцы достаточно хорошо знали Гарри, чтобы понимать, что он до такого не додумается, но некоторые гриффиндорцы и хаффлпаффцы (у которых действует принцип «узнал один — узнали все») смотрели на него с подозрением. Ханна Аббот даже осмелилась спросить:       — А правда, что тебя взяли в сборную Слизерина?       Гарри, как мог, пояснил ей свою ситуацию. Потом оказалось, что слухи распускает Рон Уизли, который во всех поступках слизеринцев видел двойное дно.

***

      Пьюси стал часто звать Поттера сесть рядом в Большом зале. Так как недалеко от Малфоя сидеть не хотелось, а третьекурсники сидели в другом конце стола, он с удовольствием соглашался на это приглашение. Вместе с ним садились также Забини и Гринграсс, которая стала еще более дружелюбна к Гарри. Дафна часто шептала ему на уроках забавные комментарии по тому или иному вопросу.       Из-за отработок мальчик не мог попасть на тренировки сборной, хотя Флинт сказал, что это пока нестрашно и посоветовал прочитать «Квиддич с древности до наших дней».       Но не только отработки отнимали время. Гарри много занимался чтобы иметь шанс возместить снятые 20 баллов. До урока полетов он заработал всего 2 балла, но больше так и не смог. На Зельеварении ему постоянно казалось, что профессор Снейп вот-вот найдет к чему придраться и снимет с собственного факультета баллы, только потому что Гарри попал на Слизерин и оправдал все негативные ожидания декана своей выходкой. Тем не менее, зельевар баллы не снимал, а Поттер в паре с Забини как обычно получали «Выше ожидаемого». Гарри был уверен, что, если бы не он, Блейз получал бы всегда «Превосходно». Но друг неизменно улыбался и говорил, что покажет свои способности на экзамене.       Так, Поттер снова часто пропадал в библиотеке. Как и знакомая гриффиндорка — Гермиона Грейнджер. Девочка часто задумчиво смотрела на Гарри, и вот, однажды, подсела и заговорила с ним.       — Привет. Делаешь эссе по Травологии? — спросила она с таким видом, будто подражала Макгонагалл.       — Привет, да. Ты что-то хотела? — мальчик не очень хотел отвлекаться.       — Меня зовут Гермиона Грейнджер. Могу я узнать, почему ты заступился за Невилла?       — Потому что он мой друг, — Поттер все же отвлекся и посмотрел на девочку.       — Друг? Я ни разу не видела, как вы общаетесь, — уверенно возразила Гермиона.       — Ты часто видишь, как слизеринцы и гриффиндорцы мирно общаются? — девочка помотала головой. — Мы скрываемся, чтобы не было проблем. Слизеринцам даже староста прямым текстом сказала не дружить с гриффиндорцами. Только вот, мы с Невиллом успели подружиться в Хогвартс-Экспрессе.       Гарри вернулся к написанию эссе. Он не был уверен, что правильно поступает, рассказывая этой девочке о дружбе с Невиллом, но Поттер почти не умел лгать и совсем не хотел этому учиться. А надо бы, ведь ему еще почти семь лет жить со слизеринцами.       — Я никому не расскажу, — неожиданно сказала девочка. — Ты хорошо поставил на место Малфоя. Он вечно ко всем цепляется.       — А что, сейчас он стал меньше цепляться? — внезапно Гарри захотел узнать, что думают о слизеринцах другие факультеты.       — Нет, меньше не стал, — нахмурилась Грейнджер. — Но теперь хотя бы кто-то может его осадить, если он перейдет черту, — а вот здесь Поттер был не согласен, но промолчал. — У тебя ошибка в слове «огневица», там буква «е», а не «и». Я, пожалуй, пойду, — девочка поднялась.       — Да? Спасибо. Увидимся, — Гарри махнул ей рукой и исправил ошибку.

***

      С тех пор Грейнджер часто садилась рядом с мальчиком в библиотеке. Иногда она указывала ему на ошибки, пару раз они даже разговаривали об учебе. Один из таких разговоров заметила Паркинсон. Поэтому возле входа в гостиную Поттера поджидал Малфой, что удивительно — один.       — Поттер, — кивнул блондин с недовольным лицом. — Надо поговорить. Иди за мной.       До отбоя оставалось еще полтора часа, а Гарри не считал себя трусом, поэтому уверенно последовал за Драко. Через пару поворотов коридора ему в голову пришла мысль, что Крэбб и Гойл поджидают их на месте. К счастью, брюнет ошибался: Малфой привел его в пустой заброшенный класс и сел на единственную чистую парту. Гарри просто оперся на соседнюю.       — До меня дошли слухи, что ты общаешься с кем не надо общаться слизеринцу, — начал Драко покровительственным голосом, привычно растягивая слова. — Не знаю, чем там занимается Забини, что не может объяснить такие простые истины, но так и быть, это сделаю я. Тебе не стоит общаться с этой Грейнджер. Она гриффиндорка и маглорожденная.       — И что?       Малфой опешил. А затем посмотрел на Гарри, как на глупого ребенка — так обычно Драко смотрел на Крэбба и Гойла.       — Слизеринцы не должны общаться с маглорожденными. И тем более дружить с гриффиндорцами, — пояснил блондин.       Поттер вздохнул, устало потер переносицу под очками и сказал:       — Вообще-то, Малфой, мы не дружим. Просто иногда сидим вместе в библиотеке, — Драко хотел что-то сказать, но Гарри его перебил, — А даже если бы дружили, то это не твое дело. Ты можешь сказать какую-нибудь чушь, типа «слизеринцы никогда не опустятся до общения с маглорожденными гриффиндорцами, и тебе не стоит так опускаться». А я напомню тебе: моя мама была именно маглорожденной гриффиндоркой. И более того, вот скажи, ты уважаешь Снейпа?       Малфой неуверенно кивнул. Брюнет продолжил:       — О, насколько мне известно он дружил с моей матерью, по крайней мере до 5 курса, — об этом ему рассказал Блейз. Еще он сказал, что Снейп был скорее всего влюблен в Лили Эванс, но о таком Гарри не хотелось даже думать. — И что, ты на это скажешь? Что он всего лишь полукровка, что с него взять? Так и я полукровка. А, что молчишь, Малфой? Ну-ну, молчи, — Поттер скрестил руки и с вызовом посмотрел на блондина.       — Ты!.. — кажется, Драко разозлился. Он сжимал кулаки, а на его щеках выступили розовые пятна. — Зачем ты вообще пошел в Слизерин! Тебе здесь не место! — Малфой перешел на крик.       — Я сюда и не хотел! Если бы я мог перевестись, то давно бы это сделал! — Гарри тоже кричал. — Ты не можешь мне указывать, что можно делать, а что нельзя!       Тут Поттер заметил, что дверь открыта, а на них смотрит Джемма Фарли, староста. Малфой сказал ей:       — У нас все в порядке.       И вышел из класса, задев Гарри плечом. Джемма выпустила блондина и расслабленно пожала плечами — глупые разборки первокурсников ее явно не интересовали. Поттер вышел следом и увидел, что с Джеммой какой-то старшекурсник из Рэйвенкло. «Похоже, она вовсе не разборки остановить пришла, а на свидание», — смутился Гарри. Краем глаза он заметил, как эта парочка скрылась за дверью заброшенного класса.       В гостиной он не увидел ни Малфоя, ни Паркинсон, ни Крэбба, ни Гойла. И выдохнул. Гарри вообще стало стыдно за эту глупую разборку. Не перед Драко, а перед самим собой. Кажется, лицо Поттер не контролировал, потому что Забини явно что-то заметил. Темнокожий быстро попрощался со своими собеседниками, схватил Гарри за руку и потащил в комнату. Там Блейз отпустил друга, закрыл дверь и спросил:       — Что случилось?       Прежде чем ответить мальчик покосился на кровать Теодора, где он кстати и лежал, читая книгу и не замечая вошедших. Тогда Забини сказал:       — Нотт, не хочешь прогуляться?       — Нет, — произнес он и перевернул страницу. Блейз нахмурился.       — Я слышал, что тебя поджидал Малфой, — повернулся к Гарри темнокожий. Но затем снова обратился к Теодору. — Я давно хотел узнать, на чьей ты стороне, Нотт?       Тот все же оторвался от книги и ответил:       — Нейтралитет, — Забини кивнул. — До тех пор, пока не затронут мои интересы. Но не думаю, что их затронут, — мальчик вернулся к чтению.       Блейз расслабился, прошел и улегся на кровать Поттера. Тому оставалось сесть рядом.       — Так что произошло?       — Ну, мы поговорили в заброшенном классе, — неуверенно начал Гарри и снял очки. — Точнее, он сказал мне не общаться с Грейнджер, а я сказал ему заткнуться и не указывать мне, с кем общаться, — нервничая, он крутил в руках очки. Забини похлопал друга по плечу. — А, еще нас видела Фарли. Она была с каким-то рэйвенкловцем. Наверно, пойдут слухи, что мы чуть ли не дрались.       — О, наверно это был Роберт Хиллиард, староста Рейвенкло. Они недавно начали встречаться. И похоже, уже активно пользуются привилегиями старост задерживаться после отбоя и вместе по заброшенным классам уединяются, — Блейз смешно подвигал бровями. Поттер улыбнулся. — Хм, ситуация у тебя пока не очень.       — Почему?       — Смотри сам: за Малфоем стоят Паркинсон, Крэбб и Гойл. За тобой же я и Гринграсс. Нотт в нейтралитете, а Булстроуд и Дэвис, увы, скорее всего примут не твою сторону, — Забини развел руками в стороны.       — А другие? — удивился Гарри.       — Кто?       — Ну, старшекурсники. И другие факультеты.       — Старшекурсники традиционно не вмешиваются в отношении первого курса. Поэтому до следующего года разбираться будем сами. И причем здесь другие факультеты?       — Я просто подумал, — Поттер почесал затылок и взлохматил волосы, — что между мной и Малфоем выберут меня. Гриффиндор и Хаффлпафф точно. Рэйвенкло наверно будет в нейтралитете, — Гарри посмотрел в сторону Нотта.       Глаза Забини сверкнули, но вопреки этому он сказал:       — Нет, это не поможет. Сама идея интересная конечно, да и пригодится в будущем, что ты имеешь авторитет у других факультетов. Но пока мы должны разбираться своими силами. Надо доказать, что ты не хуже Малфоя, а на самом деле даже лучше. Я бы спросил «есть идеи?», но знаю, что ты предпочитаешь действовать спонтанно, — Блейз резко сел и двумя руками начал лохматить волосы Гарри. Тот пытался отбиться, а затем решил пойти в наступление и начал щекотать друга. Забини щекотал в ответ, и они смеялись, пока не свалились с кровати на пол.       Нотт буркнул что-то вроде «расшумелись, почитать невозможно», взял одежду и ушел в душ. Гарри попытался пригладить волосы, но плюнул на бесполезное дело и сел на кровать.       — А почему Малфой так не любит маглорожденных? И про предателей крови ты так и не рассказал…       Блейз неожиданно… покраснел.       — Кхм, — Поттер впервые видел, как его друг не знал, что сказать. — Понимаешь ли, Гарри… Ты знаешь, как появляются дети у маглов?       Мальчик тоже покраснел и кивнул.       — Так вот, у магов они появляются по-другому, — Забини упорно смотрел в окно, но Поттер этого не видел, так как сам пялился на свои ноги. — Есть специальный ритуал, два мага смешивают свою кровь и один из них пьет и беременеет. Все немного сложнее, но суть именно в этом. Так значительно повышаются шансы родить не сквиба, да и во время беременности нагрузка магически распределяется на обоих родителей. Знаешь, я бы предпочел дать тебе почитать про это книгу, а не рассказывать, но они все непонятные и по сути просто описывают ритуал. Так вот, — Блейз шумно вздохнул, — маглорожденных не любят, потому что они точно рождены по-магловски, а предатели крови, это те, кто не пользуется ритуалом и тоже рожает по-магловски. Ну, точнее заявляет об этом всем подряд. Кстати, Салазар Слизерин считал, что дети, рожденные с помощью ритуала магически сильнее рожденных по-магловски. Именно это и учитывает Шляпа, когда отправляет на Слизерин, а не просто не принимает к нам маглорожденных, как считают многие.       Гарри поднял глаза и спросил:       — Получается, я тоже рожден с помощью ритуала?       — Ага. Иначе бы ты тут не сидел, — Блейз широко улыбнулся. — Хм, думаю, если что мы вернемся к этой теме через пару лет.       — Хорошо.