Подчиняющийся

Я не могу думать о вас и о себе отдельно. Вы и я для меня одно.

      Жить с Тони означало постоянный присмотр за ним. Тони поешь, — нет, Тони, кофе — это не еда — Тони поспи, не сиди сутками в мастерской. Не закатывай вечеринки, не летай в костюме на грани самоубийства, Тони нет.       И Тони, естественно, не слушался, ведь Доминант не мог подчиниться Доминанту. Но Стив все чаще стал ловить на себе тот взгляд, который появлялся у Сабов. Роджерс называл этот взгляд — покорный. Но стоило только появиться этому взгляду, как Тони сразу же отводит глаза и принимался отстаивать свою точку зрения. Что еще больше заставляло ухмыляться Роджерса, ведь отводил Старк взгляд в пол, показывая свою покорность перед ним, Стивом.       Как все больше убеждался Роджерс — это был необычный человек. Он был умным и чертовски обаятельный засранцем и мог собирать вокруг толпы Доминантов. Они бы умоляли,  лишь бы дотронуться до него. Он бы стал шикарным Сабмиссивом, был бы таким покорным. Стоял бы у его ног, принимающий все, что мог дать Стив. Он бы покорно носил ошейник и сам бы ластился к нему. Все больше откидывая шею, открывая беззащитное горло, если вдруг Стиву вздумалось бы обновить метки. Тихо стонал, когда Роджерс легко прикусывал кожу прямо над ошейником, зажмуривая от удовольствия свои наглые глаза. А когда открывал, то Стив видел бы его расплывчивый взгляд. Прекрасный в своей покорности.       А пока Стиву оставалось лишь наблюдать, как Тони борется со своей природой. И ждать. Ведь ожидание стоило того, чтобы получить такого Сабмиссива. Но когда покорности во взгляде становилось все больше, а Тони все чаще в процессе разговора стал смотреть в сторону, то Стив решил перейти к следующей стадии.

***

Тони не мог понять, что с ним творится. Гребанная природа Сабмиссива спустя столько лет стала вырываться наружу. Все эти приказы Стива и его гребанные взгляды провоцировали его сущность. С каждым разом все сложнее стало сдерживать себя в руках. Тони чувствовал, как на него давит взгляд голубых глаз, как заставляет подчиняться своей воле, как подгибаются колени, стараясь угодить Доминанту. Лишь бы увидеть в его глазах одобрение.       Его природа играла с ним злую шутку. Заставляя хотеть одобрения Стива, его прикосновения, услышать его голос. Теперь сны Тони напоминали фантазию любого Саба. Вот Стив приказывает ему, а Тони, как преданный щенок, исполняет. Вот Стив надевает на него ошейник и говорит, какой он, Тони, послушный мальчик, какой он прекрасный. Как Стив им восхищается, как рад, что именно он его Доминант. После этих снов становилось все тяжелее, ведь Стив ходил такой красивый и доступный. Никому пока ненужный Доминант, который так восхищается умом и красотой Тони, заставляя Саба внутри него пищать от восторга, что такой Дом обратил на него внимание.       Но, как только появлялось желание встать перед Стивом на колени, тем самым показывая свою покорность, Тони сразу же вспоминал слова отца, про ненужность Сабов. Что они просто заменяют шлюх, что они бесхребетные существа, не имеющие своей воли и что он, Говард, презирает их, что было весьма странно, ведь Мария была Сабмиссивом. Правда желание вставать на колени сразу улетучивалось, оставляя лишь горькое сожаление об утраченной возможности, но Тони все скидывал на натуру Сабмиссива.       Все бы так и продолжалось, Стив бы все так же бы старался приказать Тони, а Тони бы в свою очередь пытался бы сдержать свою натуру, если бы не одно происшествие, произошедшее за завтраком.       Тони, как обычно невыспавшийся, сонно моргал, пытался не уронить голову на стол и не заснуть, дожидаясь свою кружку крепкого кофе. Стив же суетился на кухне, готовя завтрак, он каждое утро вставал и упорно готовил его для Тони. Старк же в свою очередь мог съесть максимум пару кусочков, ведь лучше начинать день с кофе, чем с хорошего завтрака.       Кстати, для Тони было очень странно, что Стив постоянно готовит для него, ведь Доминанты не готовят, чаще всего они поручают это Сабмиссивам. Если Саб не умеет готовить, то это считалось практически позором, ведь они должны были быть идеальными для Домов.       Хотя сейчас, с течением времени, взгляды поменялись, но этот принцип остался неизменным. Сабы должны готовить, а Доминанты лишь помогать, конечно, если же они изъявили на то желание.       Да и вообще, у Тони, кстати, был штат поваров. Стив же на это заявление заметил, что в их времена выбирать не приходилось, либо готовишь, либо голодаешь.       Так вот, вернемся к тому утру. Стив готовит, Тони же практически  спит за столом, все как обычно, ничего не предвещает беды. Как вдруг раздается голос Джарвиса:       — Сэр, тут одна проблема, которая требует вашего присутствия.       — Что такое, Джей? Дубина опять паясничает? Так скажи ему, что я его точно разберу на запчасти.       — Думаю, что Дубина тут ни при чем, сэр. Пришла посылка и требуется ваша подпись.       — И все? — недовольно спросил Тони, поднимая голову со стола. — Проводи  человека сюда, и я распишусь. Тоже мне тут развел шумиху из-за пустяка.       Джарвис тактично промолчал. Где-то через минуту появился человек. Маленький, задерганный от жизни, с дрожащими руками и перепуганным взглядом. Он быстро протянул Тони бланк, где требовалась его подпись, испуганно осматривая все вокруг, пока Старк ставил свою подпись. А потом так быстро протянул Тони букет — вернее будет сказать — впихнул — белых роз. Среди невинно-белых роз находился конверт, на котором аккуратным почерком было написано: «для Тони». Предчувствие сразу же забило тревогу, а Тони доверял своему предчувствию, но все равно упорно потянулся к конверту, оставленному среди роз. Достав из него листок, мельком на него посмотрев, Тони сразу же в шоке его выронил, ощущая как его охватывает дрожь. Что, черт возьми, это такое?       — Он так же просил передать, что как бы сильно вы не сопротивлялись своей сущности, вы все равно будете его, — сказал почтальон и засеменил к лифту, все еще испуганно оглядываясь.       У Тони в ушах эхом отдались слова: «Вы все равно будете его». А листок, вытащенный из конверта, так и остался лежать на полу, когда Старк резко встал и точно так же, как и почтальон, испуганно покинул комнату, совершенно забыв про Стива, который тоже находился в комнате. Как только все покинули кухню, Стив подошел к листку, поднял его и ухмыльнулся. Да, этот рисунок стоил его стараний, лицо Тони было такое шикарное. Маленький напуганный Саб.       А на листке был нарисован сам Тони, раскинувшийся на простынях, прикованный к кровати и с ошейником на шее.