Listen, Alice!

       Юзу стоит за кулисами и до дрожи в похолодевших пальцах чувствует, что это — начало конца. Он пытается расстегнуть костюм посильнее и вытирает негнущимися руками пот. Еще во время первой репетиции вместительность зала поражала воображение, но сейчас, когда этот зал заполнен, и вовсе пугала. Люди скандировали название группы, и Юзу казалось, что с каждым разом они делали это громче и громче. — Что нам делать? — Алиса наклоняется к лицу Юзу, но её голос едва слышен на фоне гула. Блестящие малиновые тени поблескивают, подчеркивая такие же малиновые линзы. Юзу задерживает взгляд на сцене: по ней начинают бродить лучи софитов, свет в зал гаснет. Он прикидывает: до выхода остается не больше трёх минут. — Здесь Кирю Момо! — кричит одна из гримерш. Софиты начинают бродить по сцене, а зал накрывает темнота. Гул усиливается. — Момо? — Алиса отворачивается от Юзу и замирает.        Растрепанные темные волосы, хмурый взгляд сквозь очки. Это действительно он, но вместо привычной клетчатой зеленой формы — костюм…

***

— И, чтобы обойти «Silent Black Kitten», мы должны провести небольшой тур по соседним городам, — Яно достал из кармана пачку сигарет и вынул одну. — Что?! — Юзу вскочил с места, хлопнув ладонями по столу.        Его мятая красная футболка, та самая, которую Юзу носил на Rock Horizon, оставила в себе все воспоминания и запахи с того дня. Их заглушал лишь одеколон Харуеши. Юзу остался этой ночью у него — домой возвращаться было страшно. Еще час назад он крепко спал на диване в гостиной, а сейчас стоял в здании студии на срочном собрании. — Вы хорошо поработали на Rock Horizon, и у вас есть деловые предложения. Группа «Bring Me The Sunset» находится в середине своего турне, и через неделю будет выступать в нашем городе. Они согласны взять вас на разогрев, — теперь сигарета дымилась у него между губ, и комнату наполнил привычный запах — Яно часто курил на подобных собраниях. — Помимо этого, есть 2 приглашения на интервью и 4 рекламных предложения. — «Bring Me The Sunset», значит? — Харуеши выпрямился в кресле. — Теперь мы точно вырвемся вперед.        Телефон в его руке едва слышно дрогнул — в диалоге появилось новое сообщение от Мио: «Когда вы закончите?»        Яно объявил список префектур по порядку: Сидзуока, Яманаши, Нагано, Гумма и Токио.        Нино чуть не подпрыгнула на своем сидении: она выступит в столице! — Не спешите радоваться, есть еще новости, — Яно взял пульт и направил его на темный экран телевизора. — MNG опубликовали статью о нас. Они серьезно взялись за резкую смену вокалистки.        На экране появился официальный сайт «Music: News & Gossips» и выделенный малиновым шрифтом заголовок:

«In NO Hurry To Shout»: Две Алисы?!

       Ниже — две крупные фотографии, на одной из которых выступала Мио, а на другой — Алиса.        От чего-то разница между фотографиями заставила Нино сжаться, будто её разоблачили в ужасном проступке. Она проводила глазами то по платью, то по груди, то по форме лица, сравнивая себя с Мио. Нино старалась изо всех сил выцепить эту крошечную деталь, разительно их обеих отличающую.        Харуеши был единственным, кто не обращал на экран никакого внимания, и именно в этот момент его пальцы стучали по клавиатуре. — Чего они этим добиваются? — удивился Куро. — Очевидно, хотят раскрыть личность Алисы и воспользоваться сменой вокалистки, как зацепкой. Их интересуют все участники, но Нино-сан в приоритете. К тому же, я считаю, это вопрос времени, когда люди заметят, как сильно ваш школьный кружок похож на «In NO Hurry To Shout», так что завязывайте с ним. И еще, если есть записи ваших выступлений в школе, нужно от них избавиться, но с этим разберемся позже.        Харуеши сглотнул, отвлекшись от сообщения. Его последняя связь с Мио — именно кружок легкой музыки. — Прямо сейчас мне нужен ответ насчет турне. Это действительно хорошая возможность поднять популярность альбома, но нам нужно успеть до первого сентября, чтобы не ставить вас лишний под подозрения из-за прогулов, — Яно стряхнул пепел и поправил красную оправу очков. — Так скоро?! — Юзу не унимался. — Разве это не слишком? — Мы выступим, — Нино впервые подала голос. — Снова никого не слушаешь! — Не думаю, что у кого-то есть возражения насчет тура, — отозвался Куро. — Если «Bring Me The Sunset» приезжают через неделю, то концерт 20 августа, верно?        Яно кивнул.        Тринадцатое число, первый день с Rock Horizon, объявили временем на отдых, но на следующий день репетициям снова не будет отбоя. Нино, совсем сонная, ушла, как только собрание закончилось, Харуеши поспешил на станцию, а Куро задержался у Яно.        Юзу решил пройтись до метро через парк, оттягивая минуты до возвращения домой. Он вспоминал сегодняшнюю ночную поездку с фестиваля.       …Бескрайняя пустынная дорога, освещенная оранжевыми фонарями. Радио, тихонько напевающее песни, от которых клонит в сон. Сигаретный дым, хоть Яно и пытался выдыхать его в открытое окно. Электронные часы, которые показывают 2:23. — Спасибо, Алиса, — Юзу так и не повернул голову в её сторону, но точно знал, что она улыбается, пока старается устроить голову на ремне безопасности и подремать. — Нет, Юзу. Ничего такого. Я тоже часто роняю медиатор, — отзывается она в его воспоминаниях. — На сцене ты не один — мы все вместе, — Нино тоже не поворачивает голову и точно не знает, что её нежный, слегка осипший голос заставил что-то внутри Юзу взлететь. Душа это, или бутерброд, съеденный, кажется, много лет назад, еще перед концертом, — Юзу не знает. — Кажется, на пальцах снова мозоли, — Юзу помнит голос Харуеши и то, как он по очереди надавливает на каждую подушечку большим пальцем и морщится. — Как там Мио? — с улыбкой спрашивает Куро, обращаясь к Харуеши. — Ты ведь с ней только что переписывался? — Хорошо. Написала, что мы отлично поработали, а сама нас даже не видела, — его голос звучит расстроенно. — Мио тоже отлично поработала, хот мы ее и не видели, — то, как Куро кладет руку на плечо Харуеши, Юзу тоже вспомнил, когда был уже совсем близко к станции. — Это правда. Так что, Алиса, мы все можем спокойно отдох… Алиса? — Юзу чувствует, как на плечо опустилась чужая голова. Мягкие волосы, собранные в хвост — по его плечу, груди и почти до колена. Юзу замирает, а потом немного опускает плечо, на котором лежит Нино, чтобы ей было удобнее. — Ты снова меня не слушаешь, — так он говорит тогда, и спустя пару песен, из которых он выцепил лишь пару романтичных строчек, засыпает тоже…        Станция встретила прохладой, и его кожа, горячая от палящего солнца, наконец-то начала остужаться. Юзу светился от нового приятного воспоминания в своей копилке. Он нашел автомат, купил маленькую коробочку молока и, пока он пытался проткнуть упаковку трубочкой, в толпе раздалось громкое: — Юзу! — Мио? — он достал один наушник. — Откуда ты здесь? — Харуеши-семпай рассказал, что у вас сегодня собрание. Я хочу с тобой поговорить. Уже очень давно, — Мио переминалась с ноги на ногу. — Хорошо, — Юзу проткнул упаковку и сделал первый, как известно, самый вкусный и желанный, глоток. — Я люблю тебя, Юзу, — Мио посмотрела ему в глаза. — Ничего сейчас не говори. Я знаю, что тебе нравится Нино. Просто отшей меня. Я хочу двигаться дальше, но не могу, — Мио запнулась, — пока ты не скажешь мне, что я тебе не нравлюсь. Просто сделай это. — Я… Я не могу, ты же моя п-подруга, — пробормотал Юзу и свободной рукой закрыл пылающее лицо. — Вот ребенок, — Мио впервые улыбнулась. — Тебе хоть когда-нибудь в любви признавались? — Мио! — крикнул все еще красный Юзу, сжимая кулаки. Конечно, нет. В одной из его рук все так же была коробка молока, и оно выплеснулось прямо на красную футболку.        Мио рассмеялась. Юзу начал вытирать капли. — Еще здесь, — Мио смахнула одну из капель рядом с воротником, слегка отвела руку и замерла.        Мио сжала футболку Юзу в руках и рванула её на себя, вытягиваясь вперед. Её губы едва успели коснуться его. — Нет! — Юзу мотнул головой в сторону и вцепился руками в плечи Мио, оттягивая от себя. — Прости! — Наконец-то, — её глаза закрыла челка, и остались видны лишь поджатые губы. — Так бы сразу и сказал. Еще увидимся.        Она удалялась вглубь станции, а он провожал её взглядом. Брошенная пачка молока разбрызгалась по полу и попала на кеды. Поезд прибыл на станцию, и через несколько секунд упаковка уже лежала в урне, а Юзу уезжал домой, вцепившись в поручень. В середине дня вагон был едва заполнен, и редкие люди поглядывали на запыхавшегося парня, который стоял у ряда свободных мест, но все же держался за поручень, как за единственную опору в мире.        Чувствовала ли Алиса то же самое, когда он целовал её? Испытывала ли стойкую уверенность, что этот поцелуй никогда не должен был случиться и своим существованием разрушает естественный, правильный ход жизни?        Пока поезд несся вперед, пока ноги плелись к знакомому дому, в голове проносились выражения одного и того же лица — лица Мио. Вот она хмурит брови и делает глубокие вдохи и выдохи перед первым выходом «In NO Hurry» на сцену, вот она не может прекратить смеяться, слушая пение Харуеши в караоке, вот она… приближается к лицу Юзу и закрывает глаза.        Два резких оборота — и дверь открывается, а в квартире пахнет домашней едой. — С возвращением.        Юзу замирает на пороге — голос принадлежит маме. Сейчас она заговорит о Rock Horizon, о музыке-убийце, об отце… — Пройди на кухню.        И он заходит, сжимая в руке ткань футболки с пятном.