Враги за спиной

С тех пор, как они разошлись, прошло полтора месяца. Леви больше не видел Элисон, да и он не искал её. За его кратковременное отсутствие, а также больничный перерыв, накопилось много бумажной работы. Разбор и написание отчётов, куча объяснительных, просмотр анкет вступивших кадетов, и это если не принимать во внимание запланированную генеральную уборку. Его жизнь вернулась в обычное, привычное для него русло. Вот только не покидало странное чувство. Такое мерзкое, засевшее внутри, словно липкая слизь. Иногда оно пропадало, когда Леви был сильно загружен работой, но стоило ему перестать сосредотачиваться, как оно возвращалось, заставляя чувствовать дискомфорт. Ранее такого не было, по крайней мере, не так сильно проявлялось. Сегодня Леви всё так же занимался бумажной работой. Его рана на ноге уже почти затянулась, правда, остался шрам, но это всяко лучше, чем отсутствие конечности. Flashback — Господин Аккерман, вам жутко повезло, первая помощь была оказана как раз вовремя и правильно. Если бы этих импровизированных перевязок не было, возможно, пришлось бы ампутировать ногу. Вы настоящий счастливчик! — крутилась у койки медсестра, расставляя медикаменты на прикроватную тумбу. Молодая девушка уже неделю ухаживала за мужчиной, и за это время он понял, что сия персона любит почесать языком, при этом даже не думая, о чём она говорит. Её общество Леви находил утомительным, даже слишком. Сколько раз он просил поменять ему медсестру на менее болтливую, но Ханджи давала отказ, аргументируя это тем, что он «ещё угрюмее, чем обычно». Возможно, так и было, всё время, которое он провёл в больнице, Леви размышлял, что же всё-таки хотели члены военной полиции от Элисон. Да, он знал, что у неё были проблемы, от которых ей пришлось бежать за Стены, навстречу самой Смерти. Но он так и не выполнил обещание, которое дал сам себе. Ныне Голова шла кругом. Работа сегодня совсем никак не продвигалась. Мысли словно нарочно были полностью забиты той самой девушкой с невообразимой силой воли, которая спасла его. Отложив ручку, Леви откинулся на спинку кресла и, подняв голову, шумно выдохнул. Кажется, он стал понимать, что это за чувство. Чувство невыполненного обещания. А ведь он мог тогда подойти к офицерам, узнать, в чём проблема, заступиться… Где сейчас Элисон и стоит ли её искать, Леви не мог дать ответа. Слишком запутанный этот мир, и даже в тесных стенах найти человека будет тяжко. Да и положение самого Разведкорпуса было не лучшим. Военная Полиция хорошо навешала лапши на уши людям, и теперь доверие к фракции было подорвано. Никто не хотел вступать в ряды разведчиков, снижались выплаты на содержание солдат. Постоянные проверки полицейских. Хотя кажется это мелочью, но жизнь в Разведкорпусе стала хуже. От навязчивых мыслей Леви отвлёк стук в дверь. Кинув сухое «войдите», мужчина выровнялся в кресле. В кабинет зашел и отдал честь молодой рядовой. — Капитан Аккерман! Докладываю! По просьбе Командира отряда Ханджи Зое вы должны сходить и закупить продукты на ближайшую неделю, — на одном дыхании, едва не падая от давления, выпалил солдат. Пронзительный взгляд Леви буквально испепелял рядового. — Передай этой очкастой, что я никуда не пойду. Тоже мне, нашла мальчика на побегушках. У меня работы много, — отмахнулся брюнет, прислоняя руку ко лбу. — Она ожидала такого ответа и сказала, что выполнит вашу бумажную работу, — быстро проговорил солдат, повысив голос. Скорее от волнения. А затем прошествовал к столу и положил аккуратно сложенную бумажку. Леви безо всяких слов развернул записку и прочитал её содержимое. Эй, Леви! Я тут к тебе новенького отправила из тех, которых мне передал Эрвин. Они такие милые, когда волнуются. Кстати говоря, Моблит сейчас занят, поэтому не может сходить на рынок, а кушать хочется всегда. Я занята исследованиями, так что остаешься только ты, я компенсирую твоё потраченное время на рынке выполнением отчетов.

Ханджи.

Махнув рукой солдату, мол, иди, Леви встал из-за стола и, накинув куртку, отправился на рынок. Конечно, очкастая ещё получит за такую подставу, но радость отдыха от бумажной работы хотя бы на пару часов была большой. Капитан никого с собой в подмогу не брал. Он медленно проходил меж прилавков, всматриваясь в небольшой кусочек бумаги, где мелким почерком был нацарапан список и количество нужных продуктов. Финансы не позволяли раскошеливаться, да и сам мужчина умело укладывался в нужную сумму. На рынке, как всегда, полным-полно народу. Именно в это время здесь самый разгар торговли. Люди чуть ли не на головах стоят, ожидая своей очереди, чего уже говорить о мелких кражах, когда момент такой благоприятный? Среди толпы послышался сердитый крик вдогонку убегающему силуэту: — Стой, ворюга! Держите! Вор! — выпрыгивал мелкий старикашка, который торговал апельсинами. На вид он был очень мерзким: морщинистая смуглая кожа, почти полное отсутствие зубов, лысина на голове, а завершали картину тонкие усы. Леви уж было хотел оставить вора военной полиции, как его слух уловил разговор двух женщин, которые, по их словам, увидели лицо преступника. — Говорю тебе, это она, та самая, которую ищет военная полиция. Особо опасная преступница! Аккерману почему-то казалось, что эта «особо опасная преступница» — его знакомая. Он не медля рванул за вором, ловко маневрируя средь толпы. И честно признать, они оба были неплохи. Преступник очень быстро бегал и выбирал такие места, в которых очень трудно сориентироваться сходу, но Леви давно наловчился быстро реагировать в таких ситуациях, поэтому смог добраться до виновника паники спустя пару минут, когда тот почти выдохся. Они забежали в безлюдный переулок. Вор забился в самый дальний угол и громко дышал. Брюнет видел, как преступник закрыл рот рукой, видимо, с надеждой, что это поможет как-то сделать тише слишком громкое дыхание. Украденный предмет он спрятал за спину. Зрелище было ещё то. Конечно, военная полиция прекратила бы погоню после первого переулка с кучей вещей, которые мешают свободно пройти, но не Леви. Он медленно прошествовал к загнанному в угол вору. — Ну и? Зачем ты это сделал? Верни, что украл, — приказным тоном отчеканил мужчина, приближаясь. Но не успел среагировать, как под ребро пришелся удар деревянной палкой, и вор двинулся прочь, спотыкаясь. Такое лишь разозлило разведчика, и тот очень быстро догнал преступника, при этом отплатив ему той же монетой, смачно зарядив под ребро. Вор взвыл как-то по девичьи, выронив украденный апельсин. Леви не мешкая затащил потерпевшего обратно в переулок, чтобы наконец установить личность смельчака. Мужчина небрежно толкнул того к стене, затем прижал так, что вырваться не удалось бы даже змее. Грубым движением руки Леви сорвал скрывающую лицо ткань и увидел знакомое лицо. — Элисон, — разочарованно выпалил мужчина, до конца не веря своим глазам. Шатенка потупила взор, тщательно стараясь избегать зрительного контакта с разведчиком. Растрёпанные грязные волосы, грязные обноски и грязная кожа, в таком виде предстала спасительница лучшего воина человечества. Девушка часто дышала, пытаясь успокоиться после такого насыщенного кросса. Сердце, казалось, готово было выпрыгнуть из груди, а легкие — отправиться в далекое путешествие. Леви же наблюдал и ждал объяснений. Но после, поняв, что оправданий не последует, решил приступить к более действенным методам. — Ты опять за старое? — сведя брови к переносице, хмуро осведомился Аккерман. Ответа не последовало, а Элисон не соизволила поднять голову. Леви грубо схватил девушку за подбородок и повернул к себе, заставляя посмотреть ему в глаза. От такого неожиданного действия воровка опешила. — Я дважды повторять не буду. — А что ты хотел? Мне жить как-то нужно! Да и кто осмелится взять на работу особо опасную преступницу, которую разыскивает военная полиция? А всё почему? А потому, что эти козлы ещё помнят, как я спёрла их мясо. А тот мелкий предатель, которого я, по сути, спасла от участи увидеть титанов, сдал меня со всеми потрохами. Мне теперь даже имени своего называть нельзя, не говоря уже о том, чтобы показывать лицо. Ты это хотел услышать? — выпалила шатенка, совершенно не подбирая слов. Леви внимательно выслушал, а затем отошел от стены, давая девушке свободно уйти. Элисон возмущенно забрала порванный кусок ткани, который прикрывал её лицо, и уже хотела уходить. — Но знаешь… Я рада тебя видеть… Как нога? Тебе уже лучше? Её голос внезапно стал тише, мягче. — Уже лучше. Шрам останется, рана почти зажила. В госпитале сказали, что была оказана правильная первая помощь, — скрестив руки на груди, ответил Леви, глядя на стоящую к нему спиной исхудавшую девушку. Не особо верилось, что такой человек, как она, мог протащить раненого солдата на себе. — Видимо, не прошли даром уроки жизни, — отшутилась воровка, — до скорых встреч! — Она махнула рукой в знак прощания, даже не оборачиваясь. И было понятно, почему. У них разные дороги, и лишние взгляды вызывают воспоминания, которые как тысячи иголок пронзают сердце. Да, тогда было страшно, нервы были на пределе, но помимо страха было ещё и то, что хотелось переживать снова и снова. К сожалению, это уже что-то из разряда фантастики, люди из разных миров больше никогда не пересекутся. — Эй, — окликнул он её, — ты апельсин забыла, — Леви кинул сочный фрукт девушке, и та поймала его. — Спасибо. — Рефлексы на уровне… Скажи, ты хочешь продолжать жить как преступница? — Внезапно для Элисон осведомился Аккерман. Она никак не ожидала такого вопроса. — Я думаю, что ответ очевиден, — пожала плечами. Её взгляд как-то помутнел, лёгкая улыбка сошла на нет. — Но у меня нет выбора. — А что, если я помогу тебе? Отплачу тебе за то, что ты меня спасла, — девушке, откровенно говоря, казалось, что он шутит. Но, кинув короткий взгляд на мужчину, поняла, он не из тех, кто разбрасывается словами. — Услуга за услугу? И тебя совсем не волнует, что именно из-за меня всё полетело в тартары? — Нет смысла воротить прошлое, оно уже прошло. — В таком случае, как ты мне поможешь? Стоит мне показать лицо, как меня схватят стражи порядка и приговорят к казни, — шатенка смотрела прямо в глаза Леви. Он видел в её взгляде угасающую надежду, мольбу о помощи и в то же время страх. — Тебе придётся пройти обучение и вступить в Разведкорпус. В связи с последними событиями очень мало людей идёт в ряды разведчиков, поэтому на счету каждый человек, который сможет убивать титанов. Элисон, услышав слово «титан», аж попятилась назад. В голове всплыли картины ужасающих смертей солдат: предсмертные крики, реки крови. — Н-н-нет… Я не вернусь туда, нет… — немного истерично шептала девушка. Если это единственный выход, то она готова продолжать жить как крыса. Какая-никакая, но жизнь. А вступая в ряды разведчиков, разве она получает гарантии остаться в живых? — Я не буду влиять на твой выбор. Решай сама, или ты продолжаешь жить вот так, прячась в глуши и боясь собственной тени, или ты вступаешь в Разведкорпус и можешь спокойно прогуливаться по улицам города, не боясь быть схваченной военной полицией. Слова Леви слишком сильно задели чувства девушки. А всё потому, что он прав. Короткая, но свободная жизнь или чуть дольше, но полная страха, сырости и тьмы. Элисон потупила взор, взвешивая все «за» и «против», хотя решение уже было очевидным. — Как ты предлагаешь мне вступить в Разведкорпус? Мне нужно стать кадетом, пройти обучение и выпуститься, — вздохнула шатенка, едва понимая, на что только что подписалась. — На это нет времени и влияния фракции. Мы тебя без обучения запишем в ряды солдат, а после я буду тебя обучать, — отчеканил Леви, прикидывая объем работы. — Хорошо… — согласилась Элисон и, пока Аккерман ничего не сказал, добавила: — Только я ужасный ученик! — брюнет в ответ лишь скептически изогнул бровь. — Посмотрим, идём, — он схватил девушку за руку и потащил за собой.

***

По дороге в главный корпус разведчиков Леви заплатил за украденный апельсин, а Элисон помогла донести купленные продукты. От запаха вкусностей в животе предательски начало урчать, да и ела нормально шатенка дня три назад, когда удалось стащить небольшой мешок с картошкой. С такой жизнью что-что, а воровать она умела, правда, не всегда этого хотелось. Аккерман решил сначала расправиться со своими делами, а уже потом думать, что делать с девушкой. Он сидел за своим столом и с серьёзным лицом что-то писал. Элисон же тихо сидела на диванчике, боясь сдвинутся с места. Всё потому, что она уже давно не чувствовала мягкость мебели, и казалось, что стоит только дёрнуться — и всё исчезнет. Пока Леви был занят писаниной, девушка смогла рассмотреть его рабочий кабинет. Точнее, кабинет военнообязанного человека. Комната была небольшая, но уютная. Слева от входа стояли деревянные стеллажи с различными книгами, справа — небольшой диванчик. Напротив двери находился стол, за которым работал капитан. Стоит подметить, что везде всё стояло на своих местах, и кабинет сам по себе выглядел чистым. Хотя по Аккерману не скажешь, что он тот ещё чистоплюй. Находиться в таком чистом помещении девушке было неловко. Она сильно запачкана, одежда вызывала отвращение, если эти тряпки вообще можно было назвать одеждой. Увидел бы кто, принял бы эту даму за попрошайку. Леви так сильно был увлечен работой, что забыл о Элисон, которая теряла терпение в ожидании его персоны. — Мне ещё долго ждать? — немного возмущенно осведомилась девушка, вставая с дивана. Ей не хотелось, чтобы в итоге ничего не получилось. Всё-таки искать место для ночлега уже поздно, поэтому оставалось довериться Аккерману. — Я пишу объяснительную, которую подпишет Эрвин, чтобы тебя приняли. Так что будешь ждать, сколько потребуется, — ответил мужчина, не отрываясь от своего дела. Шатенка закатила глаза и обошла стол, становясь рядом с Леви. Она взглядом пробежалась по строчкам, которые капитан так старательно выводил. — Ты серьёзно? — с отчётливым сарказмом поинтересовалась девушка, увидев, что про неё писал капитан. — Тебе срочно надо в душ. За пару часов тебя никто официально не примет, форму не выдадут, кровать не выделят, — уходя от ответа на вопрос, констатировал Аккерман, ставя точку в своей объяснительной. — То есть мне, пока меня не примут, пойти переночевать на улице? — Нет, я тебя проведу в ванную, а пока ты будешь тщательно смывать с себя всю эту грязь, я отнесу эти бумаги Эрвину, и, когда он их подпишет, со следующего дня тебя официально примут в Разведкорпус. — Ох, замечательно, прям чую дух солдатского обязательства, — девушка отошла назад, давая мужчине встать с кресла. Леви молча махнул рукой, зазывая с собой, и направился к выходу из кабинета. До бани высшего состава пришлось идти довольно долго. Аккерман с момента прошлой встречи так и не изменился. Весь путь сопровождался давящим, но привычным молчанием. — Я скоро вернусь, пока я не приду, никуда не уходи, — уже у входа в душевую приказал Леви и тут же направился в другую сторону. Элисон уж было хотела крикнуть что-нибудь вдогонку, но тот слишком быстро скрылся из виду. Вздохнув, девушка распахнула дверь бани. В нос приятно ударил запах душистого мыла, а на лице стали проявляться небольшие капельки воды из-за пара, который стоял в помещении. Похоже, что здесь недавно мылись: об этом говорил скользкий пол и запотевшие зеркала. Элисон не могло не радовать полное отсутствие людей в душевой. Уж очень она была стеснительной в этом плане. Заняв самую дальнюю кабинку, девушка начала снимать с себя замызганные грязью тряпки, которые служили ей одеждой. Оставшись полностью нагой, шатенка немного поежилась с непривычки, но быстро открыла вентиль с горячей водой. Благо, водопровод работал прекрасно, и ждать, пока с крана пойдёт вода нужной температуры, не пришлось. Горячая струя приятно и быстро нагрела тело, смывая местами засохшую грязь. Девушка давно не принимала хороший душ, с её образом жизни не представлялось возможности. Наконец она смогла вымыть свои слипшиеся от пота и жира волосы и привести себя в полный порядок.

***

Леви вошел без стука, что заставило Эрвина оторваться от черчения плана дальнего обнаружения и обратить внимание на пришедшего. — Эрвин, ты должен кое-что подписать, — Аккерман кинул небольшую стопку бумаг на стол. Смит отложил карандаш и с интересом начал бегло просматривать содержимое листов. — И кто же такая Элис Вернер? — поднимая взгляд на Леви, осведомился блондин. — Девушка, что спасла меня несколько месяцев назад. Это не её настоящее имя. — Ты говорил, когда вы с ней попрощались, к ней подошли офицеры полиции. — Верно, поэтому я и вписал другое имя, чтобы организацию не обвинили в помощи воровке. По крайней мере, пока ситуация не образуется. — Даже если она попадёт в ряды разведчиков таким образом, мы не можем брать непригодных к службе, она должна пройти обучение. Будут проблемы, если всё-таки выяснится её настоящая личность. Нужны будут весомые аргументы, почему мы взяли её себе под крыло, понимаешь? — Эрвин отложил листы и откинулся на спинку кресла. — Прям как со мной, да? — Да, только на тот момент у Разведкорпуса не было таких масштабных проблем с военной полицией. После провала с 57 экспедицией на нас смотрят почти так же, как и на воров. Леви… Если хочешь помочь ей, она должна прекрасно управляться с приводом и показать в случае чего блестящие результаты, — Смит достал ручку из выдвижного ящика и подписал все бумаги. — Понял. — Спокойной ночи, — махнул Эрвин вслед уходящему Аккерману.

***

Леви вернулся спустя сорок минут, как оставил Элисон в душе. Он сразу направился к кабинке, откуда доносился шум воды. — Я, конечно, говорил тебе хорошенько вымыться, но тебе не кажется, что ты вошла во вкус? Всю воду на месяц израсходуешь, — возмутился брюнет, закидывая на дверцу душевой чистую одежду для своей подопечной. — Прости, в последний раз я принимала горячий душ, когда у меня ещё был дом. Прекрасное чувство, — немного виновато оправдывалась Элисон. Увидев чистые вещи на дверце, шатенка достала их и немного покрутила, рассматривая. — А это, я полагаю, моя форма? Нет, мне, конечно, не впервой носить вещи не по размеру, но знаешь, не слишком ли будет ходить в одной длинной футболке? — Это лишь на одну ночь, завтра будет форма, выходи давай, — сонно отчеканил Леви. Девушка натянула на себя футболку капитана, которая была для неё слишком большой, и открыла дверцу душевой. — Это тряпье можешь спокойно выбросить в мусорное ведро, — кивая на смятый свёрток грязной одежды, приказал брюнет. — Знаешь, я понимаю, на улице лето, но ночью немного холодно, так что давай, быстрее покажи мне, где я переночую, — выбросив свои старые вещи, кареглазая немного потянула футболку вниз. Всё же ей было не только холодно, но и не по себе. Она в буквальном смысле чувствовала себя голой, и неловкости добавляло наличие Леви, хотя тот и делал вид, будто ему абсолютно всё равно. — Пошли, — оттолкнувшись от стенки, кинул брюнет и вышел из бани. Если бы Элисон изначально знала, куда её заведёт Аккерман, она бы всеми руками и ногами была против. Ей, конечно, была присуща наглость, однако такая ситуация вгоняла в краску. Капитан завёл её к себе в комнату. Шатенка, разумеется, оценила привилегии высшего состава, однако настораживал тот факт, что кровать была одна, ещё и узкая. — Предлагаешь мне спать на полу? — нервная шутка девушки здесь была очень не к месту, учитывая тяжелый день Аккермана, но тот пропустил её мимо ушей. — Расслабься, у меня ещё полным-полно бумажной работы, возможно, затянется на всю ночь, поэтому можешь спать в моей кровати, тебя никто не побеспокоит, однако единственным условием является полный порядок в комнате. Это понято? — Леви дал понять всё чётко и ясно, и лишних вопросов не возникало. В ответ шатенка только кивнула, и Аккерман покинул комнату. Вслед хлопающей двери Элисон прошептала «спокойной ночи» и, не мешкая, быстро заползла на кровать, укутываясь одеялом. Сегодняшний день для неё словно подарок судьбы. По крайней мере, Элисон могла спать в тёплой постели, а не на старых холодных досках или в противном сене. Совершенно не важно, что будет завтра, она уже давно не строила планы на будущее, а жила сегодняшним днём.