Враги за спиной

Леви зря времени не терял. Он не особо рассчитывал на двух разведчиц, которым дал задание. Всё же полностью доверять он мог только себе. Зная имена, он выследил одного из полицейских — Карла Мюллера. Найти его не было проблемой: его коллеги поздоровались, обратившись по имени, когда тот проходил мимо патруля. Аккерман сразу же двинулся за ним, но аккуратно, чтобы он ничего не заподозрил. Благо провернуть такое было раз плюнуть. И брюнет уже видел, как полицейский зашел в один из баров. Недолго думая, Леви тоже направился туда, но уселся за одинокий столик, поодаль ото всех. Он не особо хотел что-то заказывать, поэтому одним жестом пресёк любые попытки официантки предложить ему что-нибудь выпить. Взгляд разведчика был зафиксирован на цели. Карл, казалось, специально пришел в бар, чтобы спустить все свои гроши на выпивку. Он залпом опустошил первую кружку, затем махнул рукой официантке, чтобы та принесла ещё две. Новый напиток недолго держался на столике, мужчина вливал его в себя безо всякого наслаждения. Словно его целью было исключительно состояние опьянения. Так, раз за разом, душа полицейского становилась всё шире, а мозг всё тупее. Он уже радостно оставлял щедрые чаевые обслуживающей его девушке, оплатил пару пинт пива каким-то молодым из военной полиции. Но деньги вскоре закончились, и Карл угрюмо, пошатываясь, поплёлся прочь из бара. Леви сорвался с места и последовал за ним. Он быстро нагнал пьяного полицейского и затащил его в переулок, чтобы не было лишних проблем со свидетелями. — Ты, тварь, кто тебе давал право издеваться над девушкой? — стальным тоном отчеканил Аккерман и огрел мужчину кулаком по голове, чтобы тот быстрее пришел в себя. Карл, казалось, не сразу понял, где он и что происходит, даже внушающий удар разведчика не особо привёл его в чувство, и Леви это прекрасно видел. Он осмотрелся в поисках чего-то отрезвляющего и увидел ведро, полное грязной воды. Не думая, он грубо подтащил мужчину и окунул его головой, причём несколько раз, чтобы уж точно убедиться, что тот протрезвел. — Хватит, прекрати… Что тебе нужно? У меня нет денег, — мямлил мужчина, тщетно пытаясь вырваться из мёртвой хватки Аккермана. — Я хочу, чтобы вы её отпустили. Прошло достаточно времени, доказательства её виновности так и не найдены. Вы просто издеваетесь над ней, — шипел Леви, едва сдерживаясь, чтобы не избить этого ублюдка. — Кого, блять, «её»?! Ты, что ли, про ту мразь, что сейчас сдыхает за решеткой? Да так ей и надо! — выпалил полицейский и ухитрился пнуть Леви коленом в живот. Хватка ослабла, и Карл смог выбраться. — Она разрушила мою жизнь. Она поплатится за это! — Как же она уничтожила твою жизнь? Украла пару золотых монет? — Леви не стал ждать и просто накинулся на мужчину. Завязался бой, в ходе которого успевали поговорить. — Пару золотых? Там была приличная сумма! — Карл замахнулся для удара, но Аккерман оказался гораздо ловчее и ударил ногой прямо в солнечное сплетение, заставляя полицейского закашляться и упасть на землю, корчась от боли. — Это не повод для такого ужасного отношения. — А смерть моей беременной жены — повод? — услышав такой неоднозначный вопрос, Леви напрягся. Правда ли это? Если да, то как такое могло произойти? Неужели Элисон убила несчастную женщину и неродившегося ребёнка, чтобы украсть приличную сумму денег? Теперь в мыслях Аккермана зародилось сомнение. Что, если все пытки, которые девушка переживает, не зря? Может, она гораздо хуже, чем казалось? — Ты о чем? — с нотками непонимания, но всё так же строго осведомился Леви. — Эта девушка, которую ты сейчас защищаешь, настоящая убийца! Она обманула меня и кучку головорезов, которые похитили мою жену. Не дождавшись денег, они убили её… — Аккерман был в полном непонимании. Из-за не до конца прошедшего опьянения Карл залился слезами, как нытик. Сразу было ясно, что он не врал. Однако теперь в душе поселилось мерзкое чувство. Выходит, девушка, которая спасла ему жизнь, способна вытворять подобные вещи и при этом спокойно спать? — Откуда мне знать, что это правда? Может, ты не её видел, может, это была другая? — Леви отказывался верить без веских на то доказательств. Та Элисон, которую он знал, просто не могла так поступить. Просто не могла. Она же спасла ему жизнь, в конце концов! — А давай вместе спросим. Пускай скажет, — зло прохрипел Мюллер, поднимаясь на ноги. Тело болело от ударов Аккермана, но эта боль отрезвляла лучше всего. Он вопросительно уставился на разведчика, который сомневался, принимать предложение или нет. В конечном итоге он кивнул, соглашаясь.

***

Карл на ватных ногах, но с настоящей решимостью в глазах вёл Леви прямо к той, которую ненавидел больше всех в этом мире. Он уже предвкушал, что даже её защитник после такого откажется от неё. Это добавит ещё больше отчаяния в её положение. Мюллер игнорировал любые вопросы полицейских о его внешнем виде. Он шел в подвал, он шел к Элисон. Леви, в свою очередь, не знал, чего ему ожидать. Он почему-то надеялся, точнее, ему хотелось верить, что полицейский ошибался. Что на самом деле девушка не причастна к этой истории. И тогда он сможет спокойно врезать этому ублюдку и забрать её из ада, в котором она томится столько времени. Мужчины застали шатенку, когда та, обессилевшая, уже лежала на полу без цепей. В них просто пропала надобность. Сердце Леви сжалось, видеть такое было крайне неприятно. Но он не подал виду. Аккерман терпеливо дождался, пока русоволосый откроет камеру. — Отойди, — рявкнул брюнет и первым зашел к девушке. Полицейский шагнул следом за ним. Капитан сразу ринулся проверять, жива ли пленница, так как внешне она походила на свежий, еще не начавший разлагаться труп. Он аккуратно поднял её и перевернул на спину, придерживая голову. Элисон болезненно замычала и приоткрыла глаза. — Ле… ви… — прохрипела девушка. Маленькие слезинки упали с её слипшихся ресниц. Шатенка тяжело дышала. Леви видел её ужасное состояние и не мог ничего поделать. Сомнения из его головы вмиг улетучились, несмотря на то, что он не узнал, правдой ли было приписанное ей преступление. — Она уже подыхает, — процедил сквозь зубы Мюллер. Он почему-то думал, что Аккерман поверил ему, что станет на его сторону. Но капитан аккуратно положил девушку обратно и резко заехал кулаком по голове Карла. Тот попятился и сполз по стеночке, потеряв сознание. Леви, не спрашивая разрешения, молча поднял девушку на руки и понёс прочь от этой камеры. Куда именно, он пока даже не догадывался, но оставить её он просто не мог. В такое вечернее время большинство полицейских уже покидали свои посты, поэтому на разведчика никто даже не обратил внимание. Все спешили домой, подальше от работы. Кроме одного… Билл Вайнд узнал девушку на руках Аккермана и заслонил собой выход. — Куда ты её уносишь? Разрешения никто не выдавал. Она преступница, а им место за решеткой! — отчеканил мужчина, издевательски глядя на Леви сверху вниз. Капитан не двинулся с места, хотя в данном случае у него на руках была израненная и искалеченная девушка, для которой каждое прикосновение равнялось сильнейшему болевому разряду. — Отсутствие доказательств делает её невиновной. Её спокойно можно отпустить. Или ты забыл закон? — стальной голос Аккермана был достаточно убедителен, если бы не одно маленькое «но». Билл Вайнд — сын Альфреда Вайнда, который занимал весьма серьёзный и высокий пост в Митре. Никто не смел перечить сыну важного человека, чтобы не нажить себе неприятностей. Билл не привык к отказам и стал настолько самоуверен благодаря связям, что ему было плевать на законы. — Верни этот мусор на место, коротышка, — приказал полицейский и сделал шаг вперёд, словно желая запугать этим стоящего перед ним разведчика. — А ты, я вижу, тупой как пробка. Я не буду повторять дважды. Дай пройти, — взгляд Леви буквально прожигал Вайнда. Был бы на его месте кто-то другой, давно уступил бы лучшему воину человечества. Но этот и правда был туп, он не знал, насколько Аккерман прямолинейный в своих словах и действиях. — Ты кого тупым назвал? — назревала уже настоящая потасовка. Полицейский уже вот-вот мог наброситься на капитана с кулаками, если бы не появилась гражданка вместе с рыжей разведчицей. Они стали свидетельницами этой перепалки и отвлекли Билла от возможной драки. — Что вам нужно? Я сейчас занят. — Сэр, уделите, пожалуйста, своё рабочее время, чтобы выслушать заявление потерпевшей. Это же, как-никак, но ваша работа, — отчеканила Мика. Вайнд уже собирался фыркнуть в ответ, но понял, что всё против него, поэтому, закатив глаза указал на стойку, чтобы зарегистрировать заявление женщины. Пока та в красочных подробностях описывала ограбление полицейским, разведчики успели переговорить и определиться с дальнейшим планом. — Эмилия где? — быстро осведомился Леви. — Недалеко. У нас появился козырь. Одна ужасная история, связанная с неким Биллом Вайндом. Свидетелей было много, но все отнекивались. Если Разведкорпус поддержит всех, кто готов дать показания, мы сможем перекрыть этот фарсовый арест Элис, — новость Мики прекрасно играла на руку. — Отлично. Но нужно выставить это публично… Пока заберите её отсюда, — брюнет указал на девушку, хрипящую у него на руках. Нокано наконец обратила на неё внимание и застыла от ужаса. Одно дело наблюдать за этим издалека, а другое видеть так близко… — Но как? — Аккерман обернулся, оценивая, сколько времени у него ещё есть, и вышел на улицу. — Зови Эмилию, — приказал тот. Рыжая тут же поспешила за подругой, пока Леви аккуратно усаживал девушку. — Тише, всё будет хорошо, — говорил он, сам не понимая, зачем. Разведчицы появились спустя пару минут. Аккерман махнул рукой на Элисон, а сам вернулся к Биллу. Полицейский явно устал выслушивать женщину и даже активно огрызался. — Да я не поверю, что один из полицейских украл у Вас деньги! — шипел тот. — А кто их, по-вашему, забрал? Все вы друг друга покрываете! — громко кричала женщина, специально, чтобы слышали и прохожие. И это сильно вывело Билла, который уже хотел отвесить ей оплеуху, чтобы она заткнулась, но словил на себе взгляд Леви и лишь крепче стиснул зубы с кулаками. — ХОРОШО! ПОСМОТРИМ, ЧТО МОЖНО БУДЕТ СДЕЛАТЬ! — наконец, не сдерживаясь, рявкнул Вайнд и кинул заявление в один из ящиков. Женщина тут же умолкла, довольно вскинула голову и покинула здание. В помещении остались только Билл и Леви. — Воспользовался ситуацией и вывел пленницу без разрешения? Ты знаешь, что это можно расценить как пособничество при побеге? Билл вышел из-за стойки и приблизился к Аккерману, который всё это время просто сверлил его взглядом. — Чего молчишь? — полицейский попробовал ударить Леви, но тот увернулся и, схватив руку противника, завёл её за спину. Резко дёрнув, он вызвал у Билла стон боли. Затем капитан сильно ударил по ноге Вайнда, заставляя того упасть. — Я хочу, чтобы ты сложил полномочия и ушел с поста. Иначе тебе придётся всерьёз отвечать за свои поступки, — серьёзным тоном отчеканил Аккерман. Затем он встал и направился к выходу, попутно наградив полицейского ещё одним ударом ноги. В целях профилактики.

***

Девушки кое-как дотащили Элисон в госпиталь, где ей оказали помощь. Несмотря на дикую боль во время процедур, девушке стало капельку легче. Её уложили на мягкую кровать, на раны залечивающие мази и перебинтовали. Она наконец могла нормально выспаться после ужасных пыток. Нокано и Нотбек остались в госпитале, так как не знали, что им делать дальше. Вскоре подоспел и капитан. — Ну что? — холодность в голосе Леви всё равно никак не скрывала его беспокойства за девушку. Хоть бы она смогла выкарабкаться из такого запущенного состояния. — Ну-у-у-у, она спит. Ей вправили плечо, обработали раны. Это по внешним факторам. Что касается каких-либо инфекций, это уже другой вопрос. Обследовать её сейчас крайне неудобно, да и ей тяжело после всего этого, — пожала плечами Эмилия. Среди троих наступила неловкая тишина, которую Нотбек поспешила прервать вопросом: — Мы можем быть свободны? Мика с нескрываемым удивлением уставилась на серьёзную подругу. Вопрос звучал по большей части дико, в такой-то ситуации. Казалось, Эмилию не волновала дальнейшая судьба шатенки, которая сейчас отсыпалась за дверью. — Пока нет. Нужно, чтобы вы ещё кое-что сделали, — отчеканил Аккерман. Он понимал, что не смеет просить делать ещё что-то, но дело нужно было довести дело до конца. И коли он уже их впутал, то пусть помогают до последнего. — При всём уважении, сэр, это не входит в наши обязанности, — возразила Нотбек. На её лице не дрогнул ни один мускул, когда она говорила таким ледяным тоном. Мика могла только наблюдать, не в силах сказать и слова. — Мы и без того ввязались в ситуацию, которая вне нашей компетенции. Элис Рагнар сейчас находится в палате. Сейчас её жизни ничего не угрожает, я думаю, на этом мы можем закончить. — Хорошо, можешь быть свободна, — Аккерман посмотрел на Ламбер, которая всё это время недоумевала, какую сторону ей выбрать. С одной стороны, не хотелось подводить подругу, которая была совершенно права. С другой стороны, сердце наивной девчушки уж сильно болело за шатенку, ради которой приходилось всё это проворачивать. Да и, если так подумать, ей это было даже в радость. Хоть какое-то разнообразие внутри Стен. — А я останусь… — едва слышно прошептала Мика, глядя исподлобья на мужчину. Эмилия, казалось, не ожидала услышать такой ответ от Ламбер. Она уставилась на неё взглядом, полным настоящего непонимания. Но никаких вопросов она не задала и не стала разбираться в этом. Гордо вскинув голову, Нотбек покинула компанию этих двоих и ушла восвояси. — Вы не зайдёте к ней в палату? — неуверенно поинтересовалась рыжая, когда подруга скрылась из виду. — Нет, у меня нет на это времени. Но я хочу, чтобы с ней побыла ты. На случай, если военная полиция захочет её снова забрать или ещё чего хуже, — Леви нахмурил брови, гоня страшную мысль, что промелькнула в его голове. Затем, не прощаясь, просто отправился по своим делам, оставляя Мику на посту. Ему действительно нужно было заняться очень многим. В особенности перекрыть этот конфликт другим, более старым и до этой поры замятым.

***

Аккерман позаботился о том, чтобы дело об избитом мальчике вновь подняли и пересмотрели. И в этот раз желающих дать верные показания было гораздо больше, чем прежде. Оно и неудивительно, Разведкорпус пообещал справедливый суд. Дедушка того самого мальчика был доволен. Спустя столько лет справедливость смогла найти путь и вырваться на свободу. Все дела этого района рассматривал другой орган, собрали суд присяжных. Среди прочих было и фарсовое дело Элисон. Всё рассматривалось по порядку. Всех полицейских, относящихся к тому району, временно лишили привилегий, как того требовал народ. Начиналось слушание. — Количество схожих показаний значительно превышает минимальный лимит для вынесения приговора. Билл Вайнд, вы обвиняетесь в намеренном избиении мальчика, что привело к смерти потерпевшего. Вам есть что сказать в своё оправдание? — старый судья с небольшой седой бородой, кучами морщин на лице, прищурил свои потускневшие серые глаза и посмотрел на обвиняемого. Тот вёл себя как обезумевший, обещал всех засадить в тюрьму, где они будут гнить до скончания веков. Это слышал и его отец, но даже полномочий и связей государственного деятеля не хватало, чтобы заглушить нарастающий конфликт среди народа, который требовал справедливости. Тот самый старец лишь угрюмо смотрел на убийцу и со спокойной душей ушел, услышав приговор. Он медленно выходил из здания суда, перебирая больными ногами. Из его глаз потекли слёзы, которые он и не собирался сдерживать. Виновник получил своё, он получил наказание. — Мой мальчик… Мой милый мальчик, он наказан, — не сдерживая слёз, проговорил старец, глядя на безоблачное небо. Затем на его лице появилась лёгкая улыбка, и он упал на землю, не в силах стоять на ногах…

***

Второй приговор, но уже менее суровый, получил и другой из той самой тройки. Благодаря показаниям Ламбер Мики, украденные Ричардом деньги вернули женщине, виновника заставили извиниться. Ближайшие годы он проведёт за общественными работами, размышляя о своих поступках. По крайней мере, так констатировал суд. Третьим рассматривалось дело Элисон. Сама шатенка была вынуждена присутствовать на слушании, несмотря на своё ужасное состояние. — Элис Рагнар, Вы являетесь членом Разведкорпуса, и при этом Вас обвиняют в многочисленных кражах и заговоре против короны. Что Вы можете на это сказать? — снова строгий голос судьи заставил всех замолчать, внимательно вслушиваясь в каждое его слово. — Для начала мне бы хотелось прояснить одну деталь… Да, я являюсь членом Разведкорпуса, да, до вступления в него я воровала, чтобы выжить… Но я не плела никаких заговоров против короля. Моя жизнь на улице была наполнена постоянной борьбой, мне было попросту не до этого, — оправдывалась девушка, крепко вцепившись в деревянную стойку. Ей было тяжело стоять, тяжело соображать, тяжело говорить. Но она старалась, очень сильно старалась не подавать виду. — Ваша честь, прошу принять во внимание, что никаких весомых доказательств нет ни к одному из обвинений, — отозвался Леви. Он безумно нервничал, хотя этого и нельзя было сказать по его виду. Взглядом он старался уловить на лице судьи хоть малейшую подсказку на предстоящий вердикт. А тот внимательно слушал, даже не моргая, словно взвешивал каждое слово, каждый пунктик перед тем, как вынести решение. — Вы признаете, что воровали, мисс Рагнар? — Д… а… — Элисон уже опустила голову, всё крепче сжимая пальцами стойку. Костяшки побелели, руки безумно болели удерживать тело. Ноги подкашивались. Ей хотелось упасть. А Леви хотелось ударить дуру за то, что она сама себе могилу рыла. Нет бы держать свой язык за зубами. — К сожалению, я не могу простить такое нарушение закона, — начал судья. — Её нельзя запирать за решеткой. Она прекрасно пригодится для службы в Разведкорпусе. Нам катастрофически нужны солдаты. А эту девушку я лично обучал и готов поручиться за её умения, — в этот момент Леви врал. Врал как никогда, лишь бы это сработало. И он, и она прекрасно понимали, что Элисон ничуть не лучше новичка, который только выпустился и ещё не встречался с титанами. Но только это могло спасти её от тюрьмы прямо сейчас. — Я подтверждаю. Я лично видел её навыки и могу с уверенностью сказать, что такие солдаты очень нужны в Разведкорпусе, — подал голос Эрвин Смит. И он стал решающим. Судья задумчиво погладил бороду, оценивающе глядя на едва стоящую девушку. Мучить её вопросами, почему она неподобающе выглядит и ведет себя перед всеми присутствующими в суде, он не стал, так как знал, что её доставили из госпиталя. — В таком случае, Элис Рагнар, Вы обвиняетесь в многочисленных кражах и приговариваетесь к году работы на Разведкопус без оплаты службы, — маленький деревянный молоточек соприкоснулся со стойкой, подтверждая решение судьи. На этом слушание закончилось. Элисон была согласна на такой вердикт более чем, но сейчас она не могла думать ни о чем, кроме как о страшной боли, медленно терзавшей её тело, пока она стояла на ногах. Благо, Леви видел это ужасное состояние девушки и помог ей выйти.

***

После тех насыщенных моментов Эмилия Нотбек и Мика Ламбер были тайно вознаграждены лично капитаном — вкусный обед и освобождение от уборки на складе, что девушек вполне устраивало. Элисон ещё длительное время отлеживалась в комнате капитана. Леви решил сделать поблажку с тренировками после всех тех ужасов, что ей пришлось пережить. Да и спалось ей значительно лучше, когда кто-то из посторонних был рядом. Даже если Аккерман просто сидел и заполнял очередные важные, но бесполезные бумаги. Сам мужчина чувствовал себя уставшим после всего этого, но, тем не менее, чувство долга ушло. Вместо него появилось совершенно другое, странное, но об этом он пока не задумывался. Все виновники ужасного отношения к Элисон были наказаны. Ричард отправлен на принудительные работы и лишен должности полицейского, Билл, после еще нескольких обвинений в жестоких проступках, вздёрнут на виселице, на это зрелище собралось посмотреть достаточно много народу — все, кому он так или иначе насолил, после успеха нескольких прогремевших дел наконец решились обвинить его перед лицом государства. А Карл Мюллер умер ещё до начала судебных заседаний. Удар Леви был настолько сильным, что вызвал сотрясение, а в совокупности с подорванным алкоголем здоровьем и и обнаружившимся старым заболеванием организм долго не вынес, и в тяжелом состоянии мужчина попал в госпиталь, где вскоре и скончался. Ходили слухи, что кто-то из тех, кого Карл обирал во время службы, специально напутал лекарственные препараты, что и привело к смерти, но полиция не давала никаких комментариев.

***

— Эй, Леви! — радостно окликнула капитана шатенка. Тот без особого восторга повернул голову в её сторону. — Смотри, как я могу! Элисон ускорилась на приводе, подлетела вверх, затем крюками зацепилась за ветки, сделала сальто и нанесла быстрый, чистый удар по шее титана. — Неплохо, — мягко ответил тот. И это стало самой большой похвалой для шатенки, которая уже была вне себя от счастья. Она научилась пользоваться приводом, Леви её похвалил, она начала новую жизнь, жизнь солдата. Что может быть лучше? Элисон отцепилась от веток и подбежала к Аккерману. Она бесстыдно бросилась ему на шею, крепко заключая в объятия и заставляя того опешить от такого жеста. И хотя он скорчил недовольное лицо и даже вяло попытался отпихнуть девушку, ему всё же было безумно приятно. — Ну всё, хватит, — отчеканил тот. Шатенка выпустила Леви из объятий и радостно посмотрела на него. — Ну я же молодец, да? Правда молодец? — на эти слова он лишь положил руку ей на макушку и взъерошил волнистые волосы. — Правда молодец…