Своя игра

Обычно Каринка считала себя жаворонком: даже если настырная бессонница частенько мучила по ночам, утром она все равно с привычной легкостью и быстротой колибри мчалась на работу, а там ловила на себе завистливые взгляды, оставаясь свежей и на удивление работоспособной весь день. Но порой наступали моменты, когда организм словно отключался и отказывался ей подчиняться. В такие дни Каринка еле доползала до фирмы и с полузакрытыми глазами выполняла свои обязанности, а если очень везло и такой день поломки выпадал на выходной - спала до обеда. Так случилось и сегодня, но причина на сей раз была уважительной, ведь заснуть получилось лишь под утро. Легкий стук в дверь вырвал девушку из крепкого сна и, кое как разлепив глаза, она нащупала под подушкой телефон, ужаснувшись - время близилось к вечеру. Из-за двери послышался осторожный голос матери: - Рина, дочка, у тебя все хорошо? Время полдника, а ты еще не поела за день... - мать знала о редких спячках дочери, но лишний раз удостовериться, что с ней все в порядке, оставалось святым материнским долгом. - Я скоро выйду, - выдавила из себя Карина, но вместо голоса раздалось едва слышное сипение. Она прокашлялась и дотянулась до стакана с водой, а после повторила уже громче, - Все хорошо, я скоро выйду. Мать завозилась возле двери. - Мы ждем тебя в саду. Вчерашние океаны слез отхлынули, оставив после себя опухшее лицо и чуть красные глаза. Каринка быстро привела себя в порядок, приняв прохладный душ и размазав охлаждающий гель на лицо. Синяки все-таки пришлось замазать, как и слегка искусанные губы, но в целом, она выглядела достаточно свежо, чтобы показаться на людях. Узкая тропинка привела в хозяйский сад, где в окружении яблонь и винограда устроили обеденную зону на свежем воздухе для постояльцев гостевого домика. Уже на подступах к просторной беседке, Карина сморщилась, услышав голос Смолова. Вот ведь не сидится идиоту в своей конуре - нужно обязательно испортить ей настроение и неважно в какое время суток это сделать... Почуяв аппетитный дымок от мангала, что смешивался с ароматами травы и цветов, Каринка ощутила легкое головокружение и тошноту от внезапно проснувшегося голода, поэтому ускорила шаг к столу, за которым вместе с Федором сидели ее родители. Парень что-то воодушевленно рассказывал, а старики внимательно слушали, изредка посмеиваясь. При появлении Карины все разом затихли, а Смолов нагло уставился на ее кремовый комбинезон, опуская глаза с острых ключиц на холмики грудей в низком вырезе. За такое поведение Маркова с удовольствием воткнула бы ему в глаз шампур, так кстати попавшийся в поле зрения, но, как говорится, Уголовный кодекс сдерживал порывы, да родители все-таки смогли вложить в нее каплю милосердия. - Вот и Кариночка, - мать засуетилась, ставя тарелку и пододвигая к дочери вазочки с фруктами и овощами. - Кушай мясо, пока не остыло. И вот, салатик не забудь... Хватит на своих диетах сидеть. Каринка усмехнулась, представляя какой бы она стала, если бы позволяла себе есть, все что находится в зоне видимости. Года брали свое - после ночных зажоров конфет приходилось делать разгрузочные дни и бегать на работе по лестнице, а не тыкать на кнопки лифта. Но отпуск - есть отпуск, чтобы позволить себе немного расслабиться. Каринка обвела голодным взглядом стол и увидев тарелку с блинчиками и сырниками, подцепила себе пару штук, решив сначала наверстать пропущенный завтрак. Она с аппетитом, не замечая пристального взгляда Смолова, принялась за поедание, а мать с умилением похвалила: - Вот и правильно. Кушай вместо завтрака... Это Федя тебе заказал из ресторана. Говорит: "Рина весь день ничего не ела, нужно что-то посытнее" Каринка после этих слов подавилась и поймала на себе довольный взгляд Феди, которым он одарил сначала ее, а потом кивнул на тарелку. "Чтоб ему икалось. Благодетель хренов..." - думала девушка, глотая воду и отмахиваясь от предложения отца постучать по спине. - Так проголодалась, что торопится бедняжка, - мать покачала головой, снова двигая к ней тарелку с федиными лакомствами. - Не стоило утруждаться, - бросила она в сторону Смолова, но он лишь улыбнулся с привычным очарованием. - Ну что ты, Кариш... Мне совсем не сложно, - Федор откинулся назад, заводя руки за голову и напрягая их так, что мышцы под кожей заиграли, делая татуировки более объемными. Сегодня он был гладко выбрит и одет в несвойственную его стилю черную майку-алкоголичку, становясь похожим на Честера Беннингтона. Карина не хотела признаваться себе, но глаза помимо воли возвращались к этим рисункам на теле, которые причудливо переплетались между собой и выглядели более целостно, чем показалось ей вначале. Да и не так уродливо на самом деле смотрелись эти "фрески" на смоловской коже, и, если уж быть честной, они ему даже шли, придавая образу легкий налет опасности и брутальность, которая так притягивала к себе взгляд. Каринка быстро отвела глаза, пойманная с поличным и одаренная очередной сексуальной ухмылкой со стороны Смолова и уставилась в свою тарелку с блинами. "Никак, приворотного зелья туда напичкал, шаман недоделанный..." - крутилось у нее в голове. Карина отодвинула тарелку от греха подальше и принялась за мясо. - Ешь хорошо, Риш, - посоветовал Смолов, придумывая новое сокращение ее имени, которое звучало еще более ужасно, чем все предыдущие. - Потому что сегодня, к сожалению, я не смогу отвести тебя в ресторан, - с прискорбием сообщил он, с аппетитом надкусывая спелый персик. Каринка не сразу расслышала его слова, следя за дорожкой сладкого сока, стекающей по его подбородку и тонкой влажной ниточкой сползающей по шее. - Ты ведь извинишь меня? Мы обязательно еще устроим вечерние посиделки, - пообещал Федор, не сводя глаз с лица девушки. Каринка опомнилась и встряхнула головой, собираясь высказать ему, что ни в какой ресторан она и не собиралась и уж тем более с ним, но переводя взгляд на мать, которая притихла и слушала их немногочисленные реплики, передумала. Она уже поняла, что Смолов отбит на весь череп, так что ему ничего не стоит проболтаться о липовой помолвке прямо за этим столом. А родители поверят, в этом она была убеждена на тысячу процентов, ведь как иначе объяснить, что известный футболист волшебным образом оказался рядом с их дочерью, да еще и по ресторанам ее водил. Каринка не любила оказываться в ситуациях, которые походили на ловушку, тем самым вынуждая ломать голову над каждым следующим шагом и в итоге, как назло оказалась в именно такой передряге, не зная, что предпринять, чтобы из нее выпутаться. - Сегодня мы едем на вечернюю рыбалку, - с удовольствием в голосе признался Федор, наконец закончив истязать фрукт и вытерев рот салфеткой. - На рыбалку? Ненавижу это скучное занятие, - с пренебрежением высказалась Маркова. - Ничего ты не понимаешь, дочь, - вмешался отец, притащивший новую порцию печеных на решетке овощей. - Рыбалка - это та же охота, но тихая. Каждому свое: грибникам - лес, рыбакам - водоем да удочка. - Но я никогда не была и не собираюсь в этой тихой охоте участвовать, - отрезала Каринка, отпивая минеральной воды. - Это же так мерзко - мучить червяка, чтобы потом мучить бедную рыбу. В общем, - подытожила брюнетка, - я - не еду! Смолов тихо засмеялся, качаясь на стуле. - Ты не поняла, Кариш. Я и не беру тебя с собой, - как несмышленому ребенку объяснил он. - На вечернюю рыбалку в море мы отправимся с твоим отцом, так что ты уж потерпи без меня... Не скучай, - он незаметно подмигнул ей, от чего она мысленно пожелала ему быть съеденным акулой. Каринка почувствовала себя полной дурой, осознав, что Смолов, перед родителями строя из себя такого любезного паренька, на деле завуалированно намекнул ей, что ее обществу он в этот раз предпочитает побыть наедине с мерзкими червями и молчаливыми рыбами. Эти чудища, выходит, интереснее ее самой? Вот же ирод! Аппетит мгновенно пропал, и Каринка передумала приступать к десерту. - Да, представляешь, Рина, твой друг оказывается не только хороший футболист, но и рыбак! - радостно воскликнул отец, с уважением глядя на Смолова. - Ну что вы, Вадим Саныч, я просто любитель, - скромничал Смолов, - а вот вы, судя по рассказам, хорошие уловы приносили. - Да, было дело, - не стал лукавить отец. - Но все-таки, не ожидал от тебя такого количества увлечений. Он, ты представляешь, Рина, еще и читать любит, даже стихи декламировал. Актерский талант пропадает, - огорченно заметил мужчина. Каринка не удержалась от колкости: - Я смотрю, он как Иванушка в сказке: "...И плясун, и работник, и рыбак, и охотник..." - припомнила она монолог сказочного героя, - А то, что актер хороший - с этим соглашусь на все сто, - Каринка уверенно посмотрела в лживые глаза Смолова. "Знали бы вы, что он и сейчас играет не хуже Шекспира, удивились бы поболее, чем новости о его страсти к созерцанию недвижимого поплавка" Марковой надоело это лицемерие и восхваление несуществующих Федькиных достоинств, а почувствовав, что вот-вот сорвется на него и выскажет не самые лестные слова в адрес форварда, она решила оставить их в столь теплой компании без своего участия. - У меня болит голова, - сообщила девушка, вставая из-за стола и не успевая заметить промелькнувшее в глазах Федора сожаление. Он поспешил встать, но она остановила его легким движением руки, - и я хочу отдохнуть. - Иди-иди, милая, - мать суетливо поднялась, тут же собирая посуду. - Отдыхай, а я здесь приберу и пойду полежу на пляже. Карина задумчиво брела по тенистому саду, не слыша осторожных шагов за спиной. - Ты правда не обижаешься на меня? - от голоса Смолова Карина вздрогнула и остановилась. - Почему я должна обижаться на то, чего сама не хотела делать? Или ты думаешь, что у меня уже приготовлено платье для ресторана? - Девушка двинулась дальше, зная, что приставучий Федор не отстанет, пока ему самому это не надоест. - Ну, я думаю, ты была бы не против провести со мной еще один вечер. - Еще один? Спасите меня, небеса... Мне досыта хватило вчерашнего. - А мне - нет, - заупрямился Смолов, обогнав ее и останавливаясь, напротив. - Кажется, в глубине души тебе тошно без меня. Вот согласись, ты ведь думала я именно тебя возьму на морскую прогулку? - На бессмысленные посиделки с удочкой в руках, ты хотел сказать, - поправила его Маркова. - Нет, я не думала о тебе вообще и уж тем более - не мечтала о дурацких занятиях вроде рыбалки, так что можешь идти копать червей. Надеюсь, в рыбалке ты столь же успешен, сколь успешен в деле с ловлей баб. Федор хмыкнул: - Я давно не ловлю никаких баб. А вот рыбку для тебя, так и быть, поймаю. Хоть ты и не заслуживаешь этого, девушка, проглотившая кактус. Каринка только открыла рот, чтобы в очередной раз послать Смолова к чертям, как он неожиданно оставил ее в одиночестве, свернув обратно в сад. Вот же паразит! Подлизался к родителям, втерся в доверие, а теперь и вовсе отрывает ее от коллектива! - Ну, ничего. Без тебя, идиота, прекраснее проведу время, - проворчала девушка, захлопывая дверь и раздумывая над программой вечерней прогулки. Жара уже спала, а на город опускались карамельные отблески спешащего за горизонт солнца, когда Карина наконец закончила прихорашиваться. Сегодня наконец то можно было почувствовать себя женственной и надеть более сексуальное платье, чем-то тряпье, которым она хотела отпугнуть Смолова. Свежий вечер позволил нарисовать яркие стрелки, а на губы нанести бледно-розовый бальзам, делающий их влажными, как после поцелуя. "Жаль не погуляешь на каблуках" - сокрушалась Каринка, убирая изящные лодочки обратно в коробку, но проблему решили аккуратные босоножки и Карина, покрутившись перед зеркалом, осталась собой довольна. Она еще не знала, чем займется и куда пойдет, поэтому решила импровизировать и для начала прогуляться по набережной. Толпы народа, поначалу казавшиеся чем-то обыденным, вскоре стали раздражать, и Карина поспешила в более тихие отдаленные районы, где хоть и располагалось не так много развлечений, но и людей, зато оказалось поменьше. Она уселась на скамейку и замерла на целых полчаса, любуясь закатом и думая о том, что хотела бы жить на берегу моря, но там, где не будет этой суеты и непрекращающихся потоков людей, дорвавшихся до отдыха. Может быть, когда-нибудь, ее желание исполнится, и она оставит вечно серый Питер с его хмуростью и частыми туманами, которые в последние годы все сильнее нагоняли на нее тоску и чувство одиночества. А пока, нужно поторопиться и впитать в себя южное солнце, чтобы после пережить очередную дождливую осень и не менее сырую зиму. Карину отвлек мелодичный девичий голосок справа. Она повернула голову, заметив юную пару: незнакомка протягивала ей фотоаппарат. - Простите? - Рина задумавшись о своем, не расслышала вопроса. - Вы не могли бы нас сфотографировать на фоне заката? Извините, что беспокою... - девушка казалась приятной, а Карина, после дозы умиротворяющего созерцания, была в лучшем расположении духа, поэтому охотно согласилась. Парочка радостно поспешила занять удачное место для фото и тут девушка сказала фразу, от которой внутренности Карины сжались в комок: - Владька, ну обними меня нормально! Это же на память! Маркова дрожащими пальцами щелкнула несколько раз, делая несколько фотографий на случай замены неудачных кадров и поспешила вернуть фотоаппарат. - Спасибо вам огромное! - блондинка в коротких желтых шортах искренне улыбнулась, но Карина уже спешила уйти подальше от этой счастливой парочки. К горлу подступал комок, а в уголках глаз росла пелена очередных слез. Маркова глубоко вздохнула, ругая себя за слабость. "Хватит расклеиваться, тряпье дырявое! Сколько еще ты будешь вздрагивать от любого упоминания его имени? Это все обстановка виновата" - размышляла Карина, быстрым шагом обходя медленно идущих туристов. В Питере было легче забыться: зароешься в бумажную работу - голове некогда думать о ерунде, а вечером Сашка спасает от хандры. Здесь же, ласковый шум моря, красочные пейзажи и шагающие тут и там влюбленные парочки лишь усиливали ту, далеко спрятанную потребность в человеческом тепле и вызывали в душе Каринки отклик в виде так презираемых ею слез. Еще этот проклятый Смолов виноват! Какого-то черта влез в ее спокойную размеренную жизнь и начал ее трясти, словно стеклянный шар, в попытке увидеть взметнувшийся от тряски снег. Для него это было очередным развлечением, о котором он забудет сразу, как только найдет новую куклу с пухлыми губами, а для нее это была жизнь, ее жизнь и покой, который после появления Федора схлынул, словно волна, не оставляя после себя ничего, кроме раздражения и непонятного чувства ожидания. Чего? Новой волны его внимания? Вот уж глупость. Ей не нужен этот идиот, как и десятки других, которых она с успехом отшила за все эти годы. Карина прекрасно жила без него и не собирается менять устоявшийся уклад ради разукрашенного павлина. Она смахнула каплю, скатившуюся по щеке и увереннее зашагала вперед. Теперь, гуляющие неспешным шагом пары, начинали вызывать тошноту и желание скрыться подальше. Дома никто не ждал и ей не хотелось проводить вечер в одиночестве, а сталкиваться с мерзким Федькой не хотелось вдвойне. К счастью или нет, проходящий мимо паренек промоутер всунул ей в руку красочную листовку со словами: - Приглашаем в наш бар "Пиратский бриг". Умопомрачительные коктейли и танцы до утра с лучшими ди-джеями города... Она не стала дослушивать и уставилась в бумажку, которая, после недолгих поисков, привела ее к заведению, снаружи напоминающему средство передвижения Капитана Джека Воробья. Каринка уверенно толкнула дверь и поморщилась от музыки, ударившей по барабанным перепонкам: внутри веселился народ, готовый тусоваться до утра, задыхаясь от изнуряющих телодвижений и влажного воздуха, в котором витали ароматы рома, коньяка и бренди вперемешку. - Нужно выпить. Срочно. Иначе я чокнусь в этом дурдоме, - пробормотала себе под нос Маркова, двигаясь к барной стойке. Один из барменов словно вырос из-под земли, готовый принять очередной заказ очередной незнакомки, желающей забыться. - Что будем заказывать? - растянул улыбку кудрявый брюнет с серыми глазами. - А что у вас самое убойное? - Каринка облокотилась на стойку, с любопытством осматривая забитые до отказа полки со спиртным. - "Сердце Океана" - все так же мило скалясь, сообщил бармен. - Так вот, давай сюда это сердце, - распорядилась Каринка. - Будем его есть. - Его пить нужно, - со смешком заметил парень. - Значит, соломинку не забудь. - Карина переключила внимание на сидящих рядом. Бармен усмехнулся и начал готовить коктейль, после которого, он был уверен, эту брюнеточку унесет прямиком к самому Кракену и никакой Джек Воробей ее оттуда не вытащит до самого момента отрезвления... Выход в море оказался безрезультатным: вся рыба от жары ушла поглубже и не реагировала ни на одну из наживок, что они припасли для ловли, но даже несмотря на это, Федор не чувствовал себя разочарованным. Он отлично отдохнул и прекрасно провел время с отцом Карины, все больше узнавая эту семью и потихоньку вытягивая интересные детали о прошлом девушки. Одного лишь он так и не смог выяснить - почему она так резко реагировала на любое упоминание о своем бывшем. Он так сильно ее обидел? Или это она до сих пор испытывала к нему какие-то чувства? В любом случае, Федору хотелось найти урода и как следует отполировать ему морду, а потом встряхнуть как следует саму Маркову, схватить в охапку и увезти на необитаемый остров. Может, хоть тогда она перестанет кусаться в ответ на любое проявление активности с его стороны. Даже появление в поле ее зрения грозило обернуться очередной нападкой. Федор пообещал себе прыгнуть выше головы и приручить эту одичавшую девушку, показав ей, что весь его образ, который она себе напридумывала, собирая его как мозаику из всевозможных желтых новостей интернета, всего лишь фальшивка, которую раздувают до масштабов вселенной, лишь бы пропиарить свои газетенки. Он, конечно, не был ангелом и частенько попадал в переделки из-за своей любви к праздному образу жизни, но даже многочисленные тусовки и пассии, фотографии с которыми то и дело всплывали на просторах сети, не делали его ничтожеством, не способным испытывать что-то большее, чем похоть и желание надраться. Федя даже успел арендовать машину, чтобы почаще вытаскивать Карину из ее панциря и теперь он был уверен, что она не сможет отказаться. Свой шантаж он легко мог привести в действие и, как ни странно, эта мысль о помолвке, пусть и ненастоящей, совершенно его не пугала, а значит, операция под кодовым названием "Обезвредить и привязать" продолжалась. Смолов распрощался с отцом Карины, пожелав тому спокойной ночи и устало завалился на качели в саду, решив немного подышать долгожданной свежестью. Морской ветер обветрил щеки так рьяно, что теперь они горели, словно от жара, а футболка еще не обсохла от соленых брызг, летящих из-за борта и неприятно липла к телу. Он стянул ее и улегся обратно на качели, свесив ноги и слегка покачиваясь. Жильцы из соседнего гостевого жарили рыбу на костре и в воздухе так аппетитно пахло пряными специями, что потихоньку начинал просыпаться голод. Интересно, Карина уже спит? Смолов хотел поужинать, но делать это в одиночестве было совсем не радостно. Он встал и закинув футболку на плечо, двинулся к ее двери. Постучав пару раз, прислушался к безмолвию комнаты. Постучал снова уже тише, боясь разбудить других постояльцев, но так и не дождавшись ответа, пожал плечами и решил, что девушка уже отдыхает. Настроение упало, и Федор подумал, что теперь придется дождаться утра, чтобы снова оказаться за одним столом со строптивой бунтаркой, а сейчас нужно было заставить себя уснуть, несмотря на неугасающие впечатления от морской поездки. Смолов долго лежал в постели, немного влажный после душа и думал о Марковой, прежде чем дремота наконец взяла верх. Он не сразу услышал мелодию, разрывающую его телефон, а когда наконец вырвался из сонного плена, не глядя поднес его к уху. - Смооолоов? Ты ужже спишь, говнюк?.. Ты таакоой говнююк! - заплетающийся голос медленно растягивал слова, а Смолов, чувствуя, как быстро слетает сон, резко сел на кровати. Карина? Он думал, что она удалила его номер сразу, как только поняла, что это он ей позвонил. Спасибо доброй маме, которая ничего не заподозрив, пару дней назад продиктовала номер дочери, стоило только Феде попросить, на ходу придумывая историю с утопленным в море телефоном. Значит, все-таки сохранила... - Где моя рыба? М? Тты... поймаал мне рыбу? А? - Федор окончательно убедился, что это не сон и Карина, поправочка - пьяная в хламину Карина, звонит ему среди ночи. Он отодвинул телефон и присвистнул: третий час... Какого черта она пьяна и где сейчас находится?! Федор, пытаясь не выругаться в трубку, преувеличенно ласково спросил: - Милая, скажи пожалуйста, откуда забрать твою очаровательную задницу, пока она не нашла приключений? - Карина в ответ засмеялась, а на заднем фоне послышался мужской голос, заставивший Федора напрячься. - Где ты, говори быстро?! - без тени прежней любезности рыкнул он в трубку, вскакивая с кровати и одной рукой пытаясь нащупать в темноте хоть что-то из одежды. Эта идиотка шаталась по городу, совершенно не владея собой, да еще и в компании какого-то отморозка. Судя по голосу, еще не все было потеряно, но могло покатиться к чертям в любую минуту. А что, если рядом с ней не один мудак? Что, если в его голове уже родились страшные мысли? - Ммм, малыыш... ты скучаешь, да? А я вот ггу… гуляяю... Смолов матерился и не желая тратить время, натянул на голое тело толстовку с капюшоном. Придется шататься и искать ее по всему городу, но он поклялся, что найдет, а когда найдет - душу из нее вытрясет, чтобы выбить спесь и дурацкие желания творить в будущем такие неразумные вещи. - Да, детка, я дико скучаю, - Смолов смягчил голос, пытаясь вести диалог и определить, где она находится. Только бы не отключилась. С колотящимся сердцем он вылетел из комнаты. - Скажи, малыш, где ты сейчас, и я смогу прийти за тобой... мы можем поужинать вкусной рыбой... Ты знаешь, твой отец первоклассный рыбак и потому, тебя ждет умопомрачительное блюдо. Если хочешь знать, я прекрасно готовлю, - Федя болтал все, что приходило на ум, лишь бы она оставалась на связи. - Яя… а где я? - спросила у кого-то Карина. - Нет, давай лучше ко мне, детка, - послышалось предложение от смертника, что находился рядом. Федора окатило волной гнева и решительности. Он ему наружу все кишки выпустит и обмотает их вокруг этого урода, сделав его новогодней елкой, если на ее теле останется хоть одна отметина чужих пальцев. - Мы уже рядом, - промурлыкала в трубку Маркова, а Федя летел вперед, захлопывая за собой калитку и уже собирался сесть за руль, как увидел в конце улочки шатающуюся парочку и до ушей его донесся задорный девичий смех. Он медленно захлопнул дверцу авто и так же медленно двинулся навстречу парочке, выключая телефон и пытаясь дышать глубже. Спокойно, парень. Садиться за какого-то урода в твои планы точно не входит, да и Маркова еще не стала послушной девочкой, а значит, забота о ней - в приоритете. Он мягко ступал, неотрывно глядя вперед как перед пенальти, пытаясь сбить соперника с толку ложным направлением удара. Накинув на голову капюшон, чтобы в случае чего не светиться, Федор приближался к двум отчаянным идиотам, одну из которых в ближайшее время точно приведет в чувство. - Ооо... Фф... Феденька подъехал, - заметила Каринка, пытаясь стоять ровно и не сломать себе ноги из-за высокой платформы босоножек. - Что эт за мудень? - непонимающе уставился на стоящего перед ним в отсвете уличного фонаря сопровождающий Марковой. - Тот, кто отправит тебя в вытрезвитель, - спокойно ответил Федор и со всего размаха впечатал кулак в лицо незнакомца. Ему было плевать кто это, как его зовут и где он работает. Смолов был готов ответить за этот удар перед кем угодно - ему не впервой быть на слуху. Парень отлетел к ближайшему забору и тихо стонал, пытаясь понять, что произошло. Каринка испуганно ойкнула и повернулась к Федору, округлив глаза. В свете фонаря она казалась бледной и маленькой, даже не смотря на обувь, прибавляющую ей роста. Смолов всмотрелся в боевой раскрас на ее лице и скользнул глазами по телу: неприлично открытое платье, облегающее как вторая кожа и просвечивающее грудь в кружевном лифчике. Его снова охватил гнев, стоило представить, как пялился на нее этот мудень, что валялся сейчас в кустах и он, схватив ее за запястье, резко дернул на себя. - Совсем, дура, голову потеряла? - прошипел он тихо прямо ей в лицо. - Хочешь, чтоб на утро нашли оттраханную где-то на окраине города или совсем не нашли, да? Так обращайся, я и сам могу это с тобой сделать, идиотка безголовая! - Смолов не дожидаясь ответа, потащил ее к машине, не обращая внимания на заплетающиеся ноги девушки и постоянные спотыкания. Карина вела себя на удивление тихо. Хотя, чему удивляться, если она была пьяна, как самый последний алкоголик в месячном запое. Смолов затолкал ее в машину, не забывая пристегнуть и сжимая кулаки обошел машину. Сев за руль, еще пару минут восстанавливал дыхание, чтобы не сорваться и не разбить еще что-нибудь в радиусе километра. Вопреки первоначальным желаниям надрать ей задницу, он вдруг понял, что никогда не сможет ее ударить, неважно, будет она ему принадлежать или нет. Но проучить и привести ее в чувство все-таки стоило. Федор уверенно завел машину и тронулся, освещая яркими лучами пустынную улицу. Пьяный идиот наконец поднялся из кустов и держась за лицо, двигался обратно - живой и почти невредимый. "Ничего. Морда заживет, а если повезет и будет все помнить - не станет больше нажираться до состояния овоща" - мстительно думал парень, держа руки на руле и ощущая легкую боль в костяшках. Ему бы еще размяться, но он не хотел тратить время, которое должен был провести с ней. - Ты жесток, - голосом обиженного ребенка обвинила его Каринка, кусая губу и вжимаясь в сиденье, пытаясь забраться на него с ногами. - Ты плохой! - Ага. Я бука еще тот, - отозвался Смолов, лавируя в улочках и пытаясь не задеть тут и там припаркованные авто. - Я конечно знал, что ты с изюминкой, детка, но это... - Федор замолчал, подбирая слова. - У Оксимирона есть такой трек "Девочка-пиздец", так вот это название - точно о тебе. - Мне было плооохо, - пожаловалась Карина, прижимая к себе сумочку с самым скорбным выражением, на какое была способна. - Ничего, сейчас тебе станет лучше. Веселье обещаю, - угрожающе произнес Федор, выруливая на шоссе, ведущее к диким пляжам. Время неслось стремительно, а Маркова помогла его скоротать, напевая смешным и пьяным голосом: "Скалкой вв... ввыхватишь сполна Дооома ждёт женаа И она зла, сууука! Место вв... встречи иизмениить нельзяяяя!" - Да, ты не представляешь, как я зол. Вот только скалки у меня нет, но ничего, - Федор бросил взгляд на обнаженные ноги девушки и задравшееся платье, - я с тобой и голыми руками справлюсь. - А зачеем? - протянула Маркова, потягиваясь как кошка, стоило ему остановиться. - А, чтобы в чувство привести, - ответил Смолов, выходя из машины и открывая дверцу, потянул на себя девушку. - Насиловать будешь? Да? - Федор чуть не засмеялся от тона, которым она произнесла этот вопрос, словно судья, ежедневно выносящая приговоры. - А тебе хочется? - вкрадчиво поинтересовался Смолов, расстегивая ее босоножки. - Мнее? Фуу... только не с тобоой, - даже в таком состоянии Каринка оставалась верна себе, чем вызвала у парня возрастающее бешенство. Вот же стерва! Он выдернул ее из машины, а когда она попыталась сопротивляться - ловко закинул за плечо. - Пустии! - тоненький слабый крик разнесся по безлюдному пляжу, а в ответ Смолов звонко шлепнул ее по ягодице. - Помолчи, пока я тебя рыбам не скормил. Карина завозилась, пытаясь стукнуть его кулачками, но для Федора эти трепыхания напомнили жалкие попытки комара справиться со стеклянной банкой, его накрывшей. Он снова смачно шлепнул ее, на мгновения задерживая ладонь на трусиках, которые прощупывались сквозь платье. - Пора освежить твою голову, малышка, - донесся до ушей девушки довольный голос. В голове ее начало проясняться. Он хочет ее утопить? Но ведь она ему нравится? Каринка закусила губу. Она точно ему нравится, это заметно. - Нет.. Феденька... Не надо, - слабым голосом попыталась возразить Карина, сгребая в кулак ткань его толстовки. - Еще как надо, - возразил Федор, на ходу скидывая обувь и ставя ее на ноги. Карина вдруг покачнулась и прильнула к нему, чтобы не упасть. - Ууу.. как кружится всеее... Смолов кое как стянул одежду и, схватив Маркову на руки, двинулся вперед, зашипев: свежий ветерок и ночь сделали воду холодной, а после нагревшегося за день салона авто этот контраст был особенно заметен. Хоть он и не планировал устраивать себе моржовые купания, иначе ее было в море не затащить. Как только холод лизнул ее голые ноги, Каринка завизжала и стала вырываться. Разгоряченная девушка не была готова к такой встрече, иголками пронзающей каждый кусочек тела, что встречался с прохладной влагой. - Гаад! Неет... Пусти меняя, идиоот! - Карина с несвойственной пьяным девушкам силой, колотила его куда придется, но Федор стойко снося удары лишь изредка уворачивался, чтобы она не попала ему в голову и в итоге не потянула их обоих ко дну. Он держал ее крепко и прижимал к себе до тех пор, пока их тела не привыкли к температуре ночного моря и не расслабились. Каринка, устав бороться, обмякла в его руках и обхватила за талию ногами, прижавшись и уткнувшись в плечо. - Дурак, - пробормотала она куда-то в район ключицы, а Федя впервые за последний час, что провел в нервотрепке, успокоился, чувствуя под руками хрупкое девичье тело. На ее высказывание он лишь усмехнулся и крепче прижал к своему торсу. - А ты - самое отчаянное создание, которое я встречал, - прошептал он в макушку, тыкаясь носом в ее мокрые волосы. Лишь когда она снова задрожала, начиная замерзать, он наконец то вышел из воды, все так же, держа ее на руках. - Холодно, - жалобно прошептала Каринка, подтягивая платье ниже. - Сними его, - требовательно приказал Смолов, опуская ее на ноги и поворачивая к машине. - Сейчас принесу что-нибудь. Каринка толком не соображала, что происходит с ней и с Федором, которого еще днем она ненавидела. Или ей так казалось? В голове приятно шумело и казалось, что тело ее покачивается на ласковых морских волнах, а звезды подмигивают с небес. Она хихикнула, глядя на кучку вещей Смолова. А что, если забросить их в море? Сильно он разозлится? Каринка повернулась, глядя на полуголого Федора и представила, как угоняет его машину, а он возвращается через весь город в одних трусах. Вот будет сенсация! Пока она раздумывала как лучше провернуть свою маленькую шалость, вернулся Смолов, неся в руках тонкий плед. - Радуйся, что я заранее начал готовиться к нашему пикнику и закинул в машину это, - он потряс перед ней тканью. Каринка, замерев, разглядывала татуировки парня, в свете луны, казавшиеся черными сплошными пятнами. - Не понял, или это я слишком тихо сказал, чтобы ты раздевалась, или ты хочешь, чтобы я сам тебя раздел? - поинтересовался Федор, жадно скользя глазами по мокрому платью, которое уже ничего не скрывало. - Но знай, если выберешь второй вариант - я не гарантирую сохранность тряпки, что на тебе сейчас надета. Карина подняла подрагивающие ладони к застежке на спине, но нервничая, так и не смогла с ней справиться. Федор терпеливо подошел сзади и осторожно дернул молнию вниз, обнажая сантиметр за сантиметром и пытаясь не думать о том, как она горяча и податлива сейчас, а когда помог стянуть платье и отбросил его в сторону, все-таки не удержался и заскользил глазами по ее телу. Да, он уже видел ее в купальнике, но тончайшее кружево, обнажающее ее кожу, не шло ни в какое сравнение с купальным костюмом. Без каблуков и практически без одежды, она казалась маленькой русалкой, что продала голос ведьме за возможность выйти на берег. Она определенно нравилась Федору пьяной, потому что наконец перестала посылать на его голову всевозможные проклятия и стала тихой, хоть и вспоминая периодически, что он - тот, кого она оочень сильно недолюбливает. - Холодно, - тихо повторила Карина, а Федор, спохватившись, укутал ее в плед и понес к машине, усадив на заднее сиденье. Он вернулся за их одеждой и собрав всю обувь, решил немного согреться, прежде чем ехать обратно. Скользнув на заднее сиденье, увидел, как испуганно Карина подняла на него глаза, словно забыла с кем была пару минут назад, а когда вспомнила - едва заметно улыбнулась. - Пустишь к себе? - Федя, дернув за край пледа, намекнул, что тоже не прочь отогреться. - Ззачем? Ты же... голый! - постукивая зубами вымолвила она, словно никогда не видела мужика в трусах. - Я такой же голый, как и ты, - Федор захлопнул за собой дверцу. - Ну давай же, не жадничай. Карина раздумывала с минуту, прежде чем развернула плед и замерла, осознав, что он находится слишком близко, а на ней, кроме белья ничего нет. Да и плевать! Она что, будет бояться какого-то Смолова? Маркова никогда и ничего не боялась, а уж жертве тату-мастера тем более в этом списке не было места. Карина, отбросив плед, тут же содрогнулась, лишившись такого приятного тепла. Перед глазами все плыло и кружилось, а в голове словно пел ангельский хор в рождественское утро. "Кажется, вода не помогла... Но мне тааак хорошо, что, пожалуй, тот последний коктейль был очень даже к месту" - кружились стайками ласточек мысли девушки. Она смотрела как Федор нагло стягивает к себе большую половину пледа и возмутилась: - Ты чтооо... собрался весь мой плед эспуатиро... эспу... эксплуатировать? - Карина дернула ткань в свою сторону. - Значит, я использую тебя! - она отбросила плед и неловко двигаясь, забралась на него сверху, попутно укутывая их со всех сторон. Федор напрягся, не ожидая столь решительного и смелого шага с ее стороны. Но ведь она просто пьяна, правда? Каринка никогда бы не сделала подобного, будь в ее крови чуть поменьше спирта. Маркова заерзала, пытаясь устроиться и вытянув длинные ноги, прижалась к его груди. Федор инстинктивно обнял ее за талию, как большого ребенка, который улегся на коленях в ожидании сказки, вот только Карина на ребенка не была похожа совсем, своим горячим дыханием опаляя его шею и пальчиками перебирая волосы на затылке. Смолов сжал зубы, думая о том, что такой долгожданный момент, которого он ждал, испорчен в итоге проклятым пойлом, которое она в себя вливала недавно. Ему хотелось спросить, какой праздник она так бурно отмечала, но делать это, пока она находилась в таком туманном состоянии было бесполезно. - Феедька... - выдохнула она в его шею, от чего вниз по телу, до самых пальчиков ног побежали крошечные разряды тока, приподнимая волоски на руках и покрывая кожу мурашками. Он сильнее обнял ее и закрыл глаза. Пусть она скорее уснет, и он наконец то отвезет ее домой, чтобы больше не мучить изголодавшееся тело, которое она сводит с ума своим теплом. Он не тронет ее, даже несмотря на то, что ему дико хочется разорвать сейчас эти крошечные трусики... или просто отодвинуть их в сторону и... Смолов задохнулся, чувствуя, как ее пальцы смело гуляют по его груди, поглаживая ключицы и задевая острыми ноготками соски. - А ты хорошенький, - хрипловато прошептала он, касаясь его шеи губами и лизнула соленую после моря кожу. - Даже ооочень... Федор никогда бы не подумал, что имеет такую железную силу воли, но сейчас, когда она, не осознавая последствий своих действий, пыталась получить порцию ласки и даря свою в ответ, он все-таки сдержался и мягко отстранив ее от себя, стянул со своих плеч плед и снова укутал ее как ребенка, не обращая внимания на обиженные глаза и упрямо сжатые губы. - Почему? – вырвался по-детски расстроенный голос. - Завтра спасибо мне скажешь, - Смолов прижал ее к себе и неуклюже вытянулся на заднем сиденье, укладывая ее рядом, практически на себя. - А сейчас - спи. Я отвезу тебя домой, - прошептал он, прижавшись губами к ее виску, целуя влажный завиток волос и раздумывая над тем, как сладко было бы засыпать с ней рядом вот так, но только в его постели и добровольно с ее стороны. Он и сам не заметил, как закрылись глаза, налитые усталостью и вслед за ней, он медленно провалился в объятия Морфея, не отпуская ее даже во сне.