Небеса неподвластны

      Уже стемнело. Свежий, морозный воздух щекотал ноздри и колол щёки. Прохожие спешили по своим делам, мало обращая внимание на одиноко бредущего по обочине парня в расстёгнутой куртке и без шапки. Яр тоже не смотрел на них, ему было спокойно и немного холодно. Просто ещё один шаг и ещё одна утекающая секунда жизни.       Одновременно с леденящим внутренности чувством Ярослав услышал пронзительный и отвратительный гудок, прервавший всю ночную идиллию. Парень повернулся в сторону шума, как его тут же ослепил свет фар, выезжающего из-за поворота грузовика. В желтом свете фар, который резал глаза, невозможно было сообразить, в какую сторону отскочить, и он автоматически закрылся руками, мельком подумав, что сейчас машина налетит на него, и наконец-то всё закончится. Но в последний момент, за секунду до столкновения, Яр неожиданно оказался на обочине. Чуть ли в центре большой грязной лужи. Чувствуя под спиной неприятный холод от растаявшего и промочившего одежду снега вперемешку с водой, попытался оттолкнуть от себя навалившееся тело. — Тш-ш-ш! — до Ярослава донёсся успокаивающий шёпот. — Ты жив. Всё позади, слышишь? Теперь больше нечего опасаться.       Яру вдруг стало холодно, и вовсе не от мокрой одежды, а в голове всё опустело. Нет. Не так. Его бил самый настоящий озноб. Некоторое время он просто смотрел в глаза напротив, а потом почувствовал, как паника сжала его горло, словно длинными и холодными руками. Всё ещё полулёжа, в странном заторможенном состоянии, парень провожал взглядом уезжающий грузовик и только потом медленно перевёл взгляд на Ангела, пытаясь понять — почему? — Это что?.. Ты… только что… Что ты сделал? — шептал Яр, а на лице застыло выражение искреннего удивления вперемешку с ещё несхлынувшим страхом.       Александр молча помог парню подняться и несколько секунд просто смотрел в светлые глаза парня, а затем, склонившись над его лицом, прикоснулся холодными пальцами к его щеке. Замер в сантиметре от его губ, и, когда прерывистое дыхание вновь опалило кожу, Ангел прижался к губам парня.       Всё ещё ничего не понимающий Ярослав замер, а потом подался вперёд и ответил на поцелуй, наплевав на прохожих, которые уже толпились у места происшествия. Но поцелуй был не самым страшным, что мог увидеть в этот вечер обычный человек.       Расправив свои иссиня-чёрные крылья, Ангел окутал ими Яра, полностью спрятав от окружающего мира.       Александр знал, что нарушил все мыслимые и немыслимые правила, спасая Яра от смерти, но даже полная неизвестность перед изменением хода событий не остановила его. Он впервые за сотни лет пошёл наперекор всему, так как сладость совершенно нового, запретного чувства, будто греховного, которому подвержены только люди, которое зародилось у него глубоко внутри, чем-то похожее на чувство полёта, превысило страх разбиться и навсегда погрузиться во тьму.       Он ощущал, как бешено бьется сердце Ярослава, тем самым прижимая его ещё сильнее, как будто пытаясь слиться с ним воедино, чтобы разделить все человеческие эмоции и страхи пополам.       Яр в свою очередь, цеплялся за плечи Ангела, комкая в своих руках мокрую ткань, и наконец-то ощущал себя спокойным и защищённым.       Казалось, так будет вечно, но внезапно Ярослав ощутил вибрацию по всему телу и сначала подумал, что его всё ещё трясёт от пережитого ужаса, но, открыв глаза и посмотрев на Сашу, вдруг увидел его бледное лицо. Оно словно светилось в темноте, а ветер развевал его тёмные волосы. Александр медленно отошёл на шаг от парня, но все ещё удерживая и сжимая его пальцы рук. — Это конец, — губы Ангела еле слышно шевельнулись, и тело в эту же секунду резко дёрнулось, выгибая его назад.       В то же мгновение тонкие, словно стрелы, лучи яркого и ослепляющего света пронзили насквозь его тело, постепенно растворяя высокий черноволосый силуэт во тьме. До последней секунды, Ангел в упор смотрел на Яра, и на его исчезающем лице, глаза казались догорающими угольками.        Желтый свет начал меркнуть, силуэт Ангела становился прозрачнее, пока вовсе не исчез, растворяясь в ночной прохладе.       Ярослава неожиданно окутала кромешная темнота, звуки исчезли, и не было слышно даже собственного дыхания. Яр ощущал только влагу в своих ладонях и вкус поцелуя на губах. Сердце билось как сумасшедшее. В растерянности он покрутился на месте вокруг себя, а потом в панике начал кричать в пустоту, пугая ещё больше и без того ошарашенных прохожих. В этой суматохе, ему казалось, что вокруг только звенящая тишина, настолько сильная, что не было слышно ни звука.       От бессилия он просто рухнул на колени, не обращая внимания на воду под ногами и, наверное, никогда ещё не ощущал такого отчаяния, как сейчас. Слёзы скатывались по его лицу, падая на грязный, раскисший снег, смешиваясь с ним и превращаясь в ничто.

***

      Нину Николаевну выписали спустя две недели и дали ещё месяц на восстановление, так что бабушка сразу взялась восполнять упущенное время с внуком, окружая его заботой и теплотой.       Время неумолимо неслось, меняя краски, настроение и неся с собой перемены. Ведь, в конце концов, всё осталось в прошлом. Впереди Ярослава ждала совершенно другая жизнь. Одно оставалось неизменным: Яр каждую ночь сидел на подоконнике в своей комнате, вглядываясь в ночные сумерки, пытаясь разглядеть там что-нибудь, зная наперёд, что ничего не увидит. Он размышлял и задавал себе вопросы, на которые никогда не сможет получить ответы. Но, несмотря на это, каждый день продолжал наблюдать, как ночь поглощает город, и чувствовал какое-то единение с тем, кого больше никогда не увидит, который спас его, при этом погубив себя.       А бывали дни, когда Яру казалось, что Ангел откуда-то непременно наблюдает за ним и от этой приятной мысли он прижимал ладонь к холодному стеклу, как будто дотрагиваясь до чужой души, и улыбался самому себе.       Новогодние праздники закончились так же быстро, как и начались. В один из дней, Яр проснулся как всегда за несколько минут до будильника. На автомате встал, выключил начинающий трезвонить будильник, выглянул в окно на зарождающееся утро и направился в ванную комнату.       Уже идя обратно к себе и проходя мимо кухни, втянул носом воздух, чувствуя, как вкусно пахнет блинчиками. — Доброе утро, Ярик, — радостно воскликнула седоволосая женщина, заметив внука в проёме кухни. — Доброе, — ответил парень и сел за стол. — Я думала, ты ещё немного поспишь, — Нина Николаевна улыбнулась и поставила на стол кружку с чаем и тарелку с румяными блинами. — Завтракай. — Спасибо. А ты? — Я уже позавтракала, да и бежать пора. Мне с утра надо заскочить в больницу по делам. — Женщина встала, потрепала внука по голове и вышла из кухни, добавив: — Не опоздай в школу.       В коридорах было шумно и людно. У подоконников толпились ученики, делясь впечатлениями о переведённых праздниках. Дверь кабинета химии была распахнута, несколько одноклассников уже сидели за партами, бурно общаясь друг с другом. На втором ряду у окна Яр заметил рыжую макушку Дани. Яр как всегда занял первую парту, достал тетрадь с ручкой, учебник и обернулся к рыжеволосому. — Привет! Как отдохнул? — Было отлично, — вздохнул парень. — А теперь опять придётся торчать здесь днями напролёт. Одно только радует, — глаза Дани заблестели. — Что? — поинтересовался Яр, зная, что одноклассник опять скажет какую-либо чушь. — К нам переводится новенький, — воскликнул парень. — За полугодие до окончания школы? — Да пофиг! Мало ли у кого какие заморочки. Главное, чтобы химичка отстала от меня и перестала донимать. — Начни хотя бы делать домашнее задание, и она от тебя отстанет, — посоветовал Яр и отвернулся. — А что, ты больше списывать не дашь? — спросил Даня, но Яр ничего не ответил.       Потихоньку класс заполнялся учениками, и со звонком зашла Анжелика Юрьевна, радостно всех приветствуя. Ярослав как обычно уткнулся в учебник, особо не вслушиваясь в речь учителя. — Давайте поприветствуем нового ученика! Как вас зовут? — Александр.       От хриплого и уверенного голоса Яр вздрогнул и оторвал взгляд от книги. Как только он поднял голову, словно вернулся в прошлое. Его словно отбросило назад. Сейчас ему казалось всё каким-то сюрреалистическим сном. Он не знал то ли плакать, то ли смеяться. Перед ним стоял его Ангел: высокий, с чёрными, собранными на затылке в хвостик волосами. Только вместо мрачных тонов в одежде, в этот раз на нём красовались синие, слегка рваные джинсы и красная толстовка, а за спиной висел рюкзак. — Занимайте свободное место, Александр и, пожалуй, начнём наш урок, — сказала учительница.       Александр окинул оценивающим взглядом весь класс и как только их взгляды столкнулись, сделал шаг вперёд по направлению к нему. Яр перестал дышать, наблюдая за тем, как парень спокойно занимает место рядом, открывает рюкзак и достаёт оттуда тетрадь и ручку. — Привет, Яр, — прошептал Саша, повернувшись к Яру и прожигая его насквозь своими чёрными глазами, похожими на угли. — П-п-ривет, — запнулся Яр. Он сделал вдох, а внутри всё скрутило тугим узлом. — Ты опять пришёл за мной?       Саша не проронил ни слова, только слегка нахмурился. Он сосредоточенно смотрел на Яра, и по его лицу невозможно было понять, о чём он думает. На секунду Ярославу показалось, будто он сошёл с ума. Он даже протянул руку к парню, сидящему рядом, и слегка сжал его запястье. В эту же секунду Александр перехватил руку Яра, отчего тот вздрогнул, но вовремя подавил готовый вырваться вскрик.       Всё ещё напряжённо вглядываясь, Александр приложил ладонь к своей груди, где Яр ощутил теплоту и отчётливо услышал биение человеческого сердца, звучащего в такт с его.  — В этот раз я пришёл к тебе…