Хорошие привычки

— Хе-хе-хе. — Ты опять по связи хихикаешь. Снова что-то коварное? — Ты просто забыл, какая намечается дата. — Что? Я что-то проворонил, бровастый? Какая-то годовщина или что-то в этом духе?! — Расслабься, я тоже за этими тупыми датами не слежу. Кое-что покруче. Полегендарнее! Хе. Хе-хе. — Бровастый. Ты башкой не поехал? Это меня пугает. — Хе-хе-хе.       День обещал быть роскошным, Санджи даже немного похихикивал от предвкушения. С утра он в спешке выпроводил чуть не проспавшего совместную тренировку Маримо, тот едва успел позавтракать и даже не подозревал, что сегодня Санджи наслаждается заслуженным выходным от Барати. А еще Маримо вот уже несколько недель не заглядывал в настенный календарь, в то время как Санджи аккуратно зачеркивал там красным маркером даты — сегодня был тридцатый день. Ровно тридцать дней он послушно приходит ночевать домой и не остается в Барати, а значит, сегодня с Маримо причитается и Санджи будет сверху в постели. О, вечер обещает быть незабываемым!       В полдесятого внезапно позвонил стационарный телефон кухни «Барати».       Это был Гин, он сбивчиво стал объяснять, что на кухне пожар, что Зеффу нехорошо, что срочно нужен Санджи. Санджи спросил его: «А ты откуда звонишь?». И Гин покорно ответил: «С кухни…». Санджи на всякий случай все же перезвонил Зеффу, получил от него ожидаемое: «Какой пожар, иди проспись! Что, баклажан, не можешь и дня без работы? Не пропадет тут никто без тебя. Может, даже лучше, чем с тобой, смену отработаем. Будут блюда без табачного привкуса». Зефф оказался цел и невредим, впрочем, как и «Барати». Санджи сделал пометку дать заработавшемуся Гину выходной и вернулся на кухню. Это блюдо нужно готовить за десять часов минимум, чтобы успело промариноваться. Зоро язык себе откусит от удовольствия, надо его побаловать, ему еще в постели сегодня отрабатывать. Санджи опять захихикал.       Когда в дверь позвонили, он пританцовывал и подпевал какой-то девчачьей группе, которую слушал, когда его никто не видел. Запыхавшийся курьер с порога выпалил: «Который час?!» Оказалось, что ему заплатят, только если он доставит пакет строго до десяти утра. Санджи благодушно соврал, что тот успел, и расписался в получении, зачем портить кому-то настроение в это лучшее из утр?       Все так же напевая, он вернулся на кухню, по дороге вскрывая пакет, и замер. В пакете были фотографии — на каждой из них неизменно был его отклик и Кавендиш. Сначала Санджи не понял, что это за ерунда, ну идет Зоро, положив руку на плечо Кавендиша, ну и что, он всегда хлопает по плечу, когда рассказывает эти свои мужланские шуточки. Потом нахмурился, на следующих фотках Зоро улыбался и шел, сделав захват Кавендиша за шею. Но и это было нормальным, от такого проявления симпатии руками чаще всего страдал в их компании Усопп, теперь, видимо, и Кавендиш. На следующем снимке Зоро стоял спиной, разве Санджи мог не узнать эту мускулистую обтянутую футболкой спину, вот только на ней покоились две холеные руки с длинными белыми пальцами — все тот же Кавендиш обнимал его спереди. Санджи решил пока не придумывать объяснений этой фотографии и двинуться дальше. Потому что на следующей фотографии, сделанной издалека, но весьма неплохо приближенной, встретились губы Зоро и Кавендиша. Качество было недостаточным, чтобы увидеть выражение глаз Зоро, но поза, сама ситуация, были отнюдь не двусмысленны. В стопке были еще фотографии, Санджи сглотнул, но во рту оказалось сухо. Он не был трусом, но чтобы достать следующую, ему понадобилась минута. Там Зоро стоял в той же позе, целуя Кавендиша, но только положив ему руки на плечи. Какая романтика, Санджи тронут. Куда подевались гребаные сигареты?!       Первой мыслью было: это не может быть правдой. Его Маримо кто угодно, но не изворотливый обманщик, если бы он решил завести новые отношения, он бы Санджи так и сказал. Скорее всего, это какая-то подстава от Винсмоуков, раз они не смогли подействовать на Зоро через фотографии Санджи, то решили действовать обратным способом. Санджи ссыпал фотографии на столешню, последней выпала записка: "Все еще нужны доказательства? Сегодня в додзе в 11 часов».       Он быстро взглянул на часы — десять двадцать. Он не пойдет, зачем ему, вечером покажет фотографии Зоро и сам все услышит. Что он может там увидеть? Нет, он не пойдет, он приготовит Зоро отличный ужин, как планировал, он уже нашел его любимый дурацкий боевик на вечер, даже купил выпивку покрепче. Он — идеальный партнер для Зоро… Да кого он обманывает! Он был ужасным партнером для Зоро: вечно занятой в Барати, пилящий его каждый день то за грязную чашку на столе, то за гигиену или поношенные майки. Смешно сказать, Санджи горд тем, что приходил домой ночевать целый месяц… Но как: в двенадцать вечера, когда Маримо уже сладко дрых? Фыркал, когда Зоро засыпал на симфоническом концерте, болтал без умолку про крем-суп, до которого Зоро не было никакого дела, пропадал часами, шляясь по торговому центру с Нами в поисках ее «идеальных туфель» и осыпая ее комплиментами, в то время как Зоро доставались только прозвища?       Санджи всегда старался выкладываться на сто процентов, но сейчас резко ощущал себя бледным и жалким на фоне Кавендиша в глазах Зоро. Француз не просто красив, он красив божественно, улучшенная в десятки раз версия Санджи — тоже голубоглазый блондин, но какая чистота линий, безупречность каждого изгиба, здоровый запах кожи, а не табачная терпкость и сигаретное дыхание. К тому же Кавендиш был мечник, с ним Зоро реально было интересно тренироваться, а что в профессиональном плане ему может предоставить Санджи: вкусные котлеты? С доходом Зоро можно нанять экономку или есть всегда в ресторане, не обеднеет. Санджи не собирался идти, но скользнувший на предательскую дорожку разум постоянно твердил ему: нет ничего, в чем бы ты был лучше Кавендиша для Зоро, кроме того, что ты его отклик (а Зоро прекрасно жил без отклика пятнадцать лет). Зоро наоборот — человек, который сделал себя сам, сирота из приюта, ставшая личностью мировой известности за свои достижения, пресса уже зовет его Непобедимый. Упорство и сила личности Зоро не могли не покорять, так что вполне резонно, что даже обладающий наверняка высокими стандартами Кавендиш обратил на него пристальное внимание. Неужели с этого момента судьба отвела Санджи второстепенную роль в яркой истории Зоро?       А что если не ездить в додзе и фотографии Зоро не показывать? Санджи уцепился за спасительную мысль, которая не разделит его жизнь на до и после. Поставить Зеффа перед фактом, что смены под ночь он больше не берет, чаще бывать дома, чаще инициировать секс, ходить не на выставки, а на матчи, как любит Зоро. Смотреть его любимые фильмы, сменить весь плейлист. Стать лучше для него, чтобы у Зоро и мысли даже не возникло бросить его ради другого… Какая чушь! Санджи хотел бы, но не сможет спокойно сидеть дома изо дня в день ждать Зоро в надежде, что хотя бы сегодня он у него будет единственный. Не из такого материала Санджи Блэклег сделан!       Он схватил куртку, взглянул на часы… Нет, такси он брать не будет, слишком долго ждать. Воспользуется мотоциклом Зоро, даже успеет прихватить ему обед, если все это окажется дурным розыгрышем, и Санджи придется объяснять, зачем он притащился в додзе посреди тренировки.       Без пяти минут одиннадцать он тихо припарковал приглушенный мотоцикл за углом додзе и вошел через заднюю калитку. Он обожал это место, хотя в гостях впервые побывал не очень давно, когда они с Зоро уже вернулись из-за границы. Выполненное в традиционном стиле додзе было построено из натурального дерева, оно было окружено садом спокойствия с ручейком и небольшими деревцами, все в этом месте настраивало на умиротворенный лад. Таким же был учитель-опекун Зоро Коширо, человеком с дзеновским отношением к жизни. Санджи тогда впервые оценил, насколько же по-разному они с Зоро росли, они со стариком собачились на кухне даже по поводу размера гранул свежекупленной соли, порой запускали друг в друга утварью. В додзе всегда царило уважение к тишине и чужим мыслям. По спине Санджи вновь проползла противная гусеница: не удивительно, что такая шумная личность, как Санджи, в итоге могла утомить Зоро. Нет, нет, не думать таких предательских мыслей, просто подойти и все узнать самому, не унижая сомнениями своего Маримо.       Санджи приблизился к крыльцу, сёдзи додзе были немного раздвинуты, чтобы внутрь падало больше солнечного света. На часах было ровно одиннадцать, в проеме промелькнул кто-то со светлыми волосами в белом кимоно, ах да, совместная тренировка с Кавендишем. Санджи поставил ногу на ступеньку, собираясь, не выказывая и капли сомнений, нагло вторгнуться в додзе. Послышался глухой стук, инстинкты Санджи непроизвольно отследили его источник, они же не дали ему вскрикнуть от увиденного.       Глухим стуком было падение Зоро спиной на доски додзе, сверху же Зоро разместился как упавший с неба белокурый ангел Кавендиш. И они целовались. Может упали нечаянно друг на друга, неловко применив новый прием атаки? Нет, губы двигались, это определенно был поцелуй. Санджи отвернулся, как будто подсматривал сцену из чужой личной жизни. Ха, теперь так оно и было — он больше не был частью личной жизни Зоро, ему нашлась более качественная замена. Зайти внутрь и разнести им все в щепки, что даже два мечника не удержат? А какой смысл, это не обычная ссора «кто не прав», это конец. Бей он Зоро или не бей, Зоро сейчас целует Кавендиша, а не его. Санджи всегда целовался с полной отдачей, на двести процентов, даже если он сейчас ворвется, то превзойти сам себя не сможет, а Зоро, видимо, уже давненько сравнивает не в его пользу. Черт, он так спешил, что забыл сигареты. Так, нужно оставить обед, не везти же его назад. Поставит его тут, на крыльце, потом Зоро заберет, теперь нужно сесть на мотоцикл.       В какой-то момент Санджи перестал быть человеком, он стал пластиковой куклой на шарнирах, которая дышала, ходила, выполняла поставленные задачи, но была совершенно пуста внутри. Еще немного, и там завоет ветер. В себя он пришел только сидя на мотоцикле, никак не мог попасть ключом в зажигание. Поймал трясущуюся руку и направил ее второй рукой — мотоцикл завелся. Теперь домой, нужно собрать вещи по-быстрому, главное — не встречаться с Зоро в ближайшие пару недель. Потому что тогда он начнет делать вещи, которые мечнику отвратительны: спрашивать, почему же сам Санджи недостаточно хорош, обещать стать лучше, просить порвать с Кавендишем, упрекать Зоро его лживыми словами любви. Он будет слабаком первое время, Санджи на свой счет не обманывался, случившееся слишком глубоко прошлось по его сердцу, чтобы крепиться и делать хорошую мину. Он собирался прожить с Зоро всю-всю свою жизнь и сейчас просто не мог разжать пальцы, которые давно держались за сломанную вещь. Будет ли Санджи плакать перед Зоро? Скорее всего, если изначальные уговоры не сработают. Потому лучше с мечником пока не встречаться, пусть запомнит своего отклика в отношениях как острого на язык наглеца, а не убитую горем развалину. Подумаешь, с откликом не срослось, так он еще в детстве тебе сказал, что хочет быть с другим человеком. Так чего сейчас удивление разыгрывать? Никто не умер, Санджи, соберись!       Он повернул на главное шоссе, сбоку мелькнуло что-то зеленое, предательское сердце зашлось в радостном ликовании: вот это же Зоро, а там был поддельный Зоро, его злой коварный брат-близнец! Это было глупостью, но вечно надеющееся сердце заставило Санджи повернуть голову назад, высматривая… Сильный удар, скрип тормозов, безумное мельтешение перед глазами, запах льющегося из бака бензина.       Зоро вытирал мягким полотенцем пот со лба, когда в додзе тихо вошел Коширо. — Ты оставил телефон в гостиной, спрашивают тебя, — увидев недовольно поморщившегося Зоро, ненавидевшего отвлекаться во время тренировок, Коширо настоял. — Возьми. — Да? — Зоро не скрывал раздраженных интонаций, это точно не Завитушка, он обычно пишет или звонит самому Коширо. — Ророноа Зоро? — раздалось на том конце. — Слушаю. — Правда?! Тот самый Ророноа Зоро?! — послышалось восторженное попискивание девушек. — А какой вам нужен?! — вызверился Зоро, этот номер был только для Завитушки и пары друзей. — Откуда у вас мой телефон? — Он указан как первый контактный телефон одного нашего пациента. Это Больница Мариджоа. — Какого пациента? — Зоро не понял и продолжил спокойно вытирать полотенцем шею. — Мы были не уверены, при нем были документы на имя Санджи Блэклега, но кровь залила лицо… — Как «кровь залила лицо»? Стойте, Санджи в больнице?! Что случилось?! — Дорожная авария. Сейчас врачи зашивают ему ногу, несколько крупных ушибов, однако он в сознании, реагирует на речь и свет, немного заторможен, хотя голова не повреждена. На данный момент рано говорить о серьезности последствий…       Слова девушки по телефону стали для Зоро белым шумом. Перед его глазами стоял Санджи, «кровь залила лицо». Полотенце давно выпало из рук и валялось на полу. — Стойте. Где он сейчас. Я приеду.       На том конце послышался легкий восторженный гомон. — Так это вы Ророноа Зоро, а Санджи Блэклег ваш отклик! Не волнуйтесь, ему окажут лучшее лечение. Больница Святого Мариджоа находится по адресу…