Монстры живут не за стенами

Началось всё довольно даже хорошо: им дали большую просторную комнату, рассчитанную на шесть человек. Конечно, не по доброте душевной, а просто потому, что солдаты в Легионе никогда не задерживались. Им же лучше, наверное, да вот только убирать комнату посложнее будет. Уборка? О да, если раньше эти двое с ней не запаривались, то тут такое не прокатывало. После того, как белобрысая отдежурила, ей дали поспать лишь часа два. А затем уже на тренировку, после которой последовала еженедельная уборка. Ох, ну не вовремя они перевелись. С тренировками всё было тоже не так уж гладко. Это тебе не пару отжиманий или на крайний случай — отработка пары приёмов для самообороны, нет. Привод в руки и пошёл, точнее полетел. Дела с приводами иной раз обстояли туго, так как солдаты погибали регулярно, а бюджет поджимал, так что приходилось работать с использованными устройствами. Не пропадать же добру? Прошло всего пару дней с перевода. Да, им, наконец, выдали форму. Хотя что там форма — просто вместо «въевшегося» единорога — крылья свободы. Однако как красиво звучит — крылья свободы. Вот только зачастую они бывают перепачканы застывшей кровью. Но не будем о печальном и неизбежном. За эти пару дней всех солдат, естественно, облетела новость о двух ненормальных новичках из полиции. Многие даже проявили интерес к ним: кто-то в столовой пытался подсесть за стол, кто-то завести непринуждённую беседу. Но ключевое слово здесь — пытался, ведь физиономия Хартман напрочь эти желания отбивала. Всё усугубилось, когда блондинка провела вторые сутки без сна. Нет, она ни на кого не напала и не убила уж тем более. Просто приобрела ещё более устрашающий вид, благодаря чёрным мешкам под глазами. Да уж, теперь она всё больше походила на капрала. И вот, когда выдалась свободная минутка, они наконец могли просто немного постоять и поговорить. Солнце светило в глаза, разгар дня, как-никак. И это было то самое крыльцо, на котором она разговаривала со Смитом, которого за двое суток так и не встретила больше. — Может покурим? — предложила Хартман, вытаскивая помятую пачку излюбленных сигарет и предлагая их подруге. Феликс такой ритм жизни тоже мимо не обошёл. Обзаведясь чёрными кругами под глазами, они вместе с Наото могли поучаствовать в конкурсе «кто лучше скопирует капрала». Хотя в этом конкурсе участвовал только Оруо, но не будем об этом. — Да я бы с удовольствием, только я не поболтать остановилась, а просто отдохнуть, ведь сейчас мне предстоит свидание с капралом, где я должна отдать ему отчёт, — мрачно констатировала Аккерман и не менее мрачно добавила, — знаешь, если учесть, в какие отношения я вступила со шваброй, я должна на ней жениться. — Никто нам сладкую жизнь не обещал, Феликс, — флегматично выдала собеседница, затянувшись сигаретой, — знаешь, нужно отдать этому коротышке должное, кажись, добился, чего хотел. Сероглазая хмыкнула, понимая о чём идет речь: — А ведь мы скоро за стены выдвинемся, ну, то есть, настоящие титаны и всё такое…знаешь, это всё так необычно и ново, даже сама мысль об этом вызывает кучу эмоций! — вновь воодушевлёно сказала брюнетка. — Да, скоро, — Наото улыбнулась, взглянув на подругу. Докурив сигарету, продолжила. — А знаешь, у меня же тоже, дела… хах, дела-а, — блондинка протянула последнее слово, — помнится, когда мы служили в старой доброй военной полиции, бытовуха нас не касалась. Наото буквально на секунду вспомнила, какие поручения ей давали в полиции. Туда входила уборка, однако не помещений и дворов, а самая настоящая чистка, после которой стирается всё, что связано с определённым человеком. А лимонный сок отлично удаляет пятна от крови, это так, к сведению. — Ностальгия? — брюнетка склонила голову в сторону Хартман и приподняла правую бровь. Но блондинка ничего не ответила, она просто смотрела вдаль. Казалось, что Наото просто застыла на одном месте. Она могла и дальше изображать живую статую, пока Феликс не коснулась её плеча. Белобрысая вмиг отшатнулась от, казалось бы, лёгкого прикосновения, как от огня. — Все в порядке? — не вопрос. Утверждение. — Да, — она натянула улыбку.

***

Взяв огромную кипу бумаг у Петры, среди которых были отчёты, дальнейший план вылазки и прочая хрень, Феликс остановилась возле двери капрала. Она всё пыталась принять удобное положение, чтобы открыть дверь одной рукой, и чтобы вся эта гора бумаг не вывалилась ей на голову. В глубине души она даже посочувствовала Леви, ведь бумажная работа — это его извечная обязанность, но, вспомнив, как он гонял её с уборкой целые пару суток, передумала сочувствовать. Дверь тихонечко открылась и в проёме показалось личико Феликс. — Стучаться не учили? — её встретил грубый тон капрала. — Прошу прощения, — выдержав небольшую паузу, — скучали? — она вошла в кабинет. Перед ней предстала занимательная картина — Леви, который удобно расположился на кресле, в одной руке была худенькая папка, а другая рука держала больную голову, поправляя волосы назад, его излюбленный платок покорно висел на шее, также у брюнета отсутствовала форменная куртка, а пару пуговиц были расстёгнуты. Иной раз подобный вид для Леви мог считаться просто не приемлемым и неряшливым. Но, сука, когда ты работаешь в самом душном помещении в самый разгар лета, тебе как-то порой становится немножечко похуй, если так можно выразиться. Вот и сероглазая бестия задержала на нём взгляд, пока раздражённый офицер не произнёс: — Чего уставилась? — Брюнет вопросительно приподнял бровь, окинув солдата беглым взглядом, та в свою очередь придвинулась ближе к столу. — Да вот, сэр, я здесь с документами, я бы отдала честь, но вы же понимаете, руки заня… — начала тараторить она. — Поставь на стол и проваливай, — перебил Леви. Девушка лишь фыркнула и молча выполнила поручение, кинув по-детски обиженный взгляд на капрала в тот момент, когда она собиралась уже просто уйти. В дверь кабинета кто-то постучался. — Войдите, — как ни в чём не бывало отреагировал брюнет. В комнату скромно заявилась Петра, машинально отдав честь и, ненадолго задержав взгляд на начальстве, обратилась: — Капрал, командор прислал вам пару заявлений, нужно внести поправки. — Оставь на столе и можешь быть свободна. Перед Феликс просто какая-то сцена разыгралась. Брюнетка стояла в непонятках от резкого диссонирующего обращения Аккермана к своим подчинённым. Да уж, между «проваливай» и «можешь быть свободна» разница была весомая. Из раздумий о несправедливости девушку вывел голос Ралл: — Капрал, будут какие-либо пожелания? Если хотите, могу принести холодный чай, — любезно предложила она. — Не откажусь, — после этой фразы рядовая удалилась, и внимание мужчины вновь привлекла Феликс, которая, нахмурившись, смотрела на только что закрывшуюся дверь. — Эй, какого черта твоя задница еще здесь? Я не ясно выразился? — он даже не взглянул на неё. Тем временем, сероглазую вдруг потянуло на откровения. Откровения? Нет, скорее, она хотела сказать то, чего ей не удавалось сделать за эти два дня. И почему-то более лучшего момента она выбрать не могла. Кто знает, что у неё было на уме, когда она решила затеять этот разговор, ведь ещё пару секунд назад она хотела просто молча уйти, громко хлопнув дверью. — Я увидела тебя пять лет назад, там, в трущобах, но мне тогда не выпало шанса встретиться с тобой, да и Кенни почему то был против, — повисла тишина. Заметив, что капрал не отреагировал, она продолжила. — Я так рада что ты жив, Леви... Брюнет сильнее сжал несчастную папку в руках. «Дрянная девчонка, к чему ты завела этот разговор?»: — Выйди из кабинета. — Но, Леви, — упрямо продолжила девушка. — Вон! Это приказ, — отрезал капрал, а для придачи лучшего эффекта окинул её своим взглядом. Вся решительность младшей Аккерман куда-то испарилась. Ей ничего не оставалось, как подчиниться. Родственники или нет, а вот Леви — её начальник. А приказы нужно исполнять… всегда.

***

Тем временем Хартман решила немного изучить здание корпуса разведки и, дойдя до конца коридора, неожиданно для себя обнаружила ступеньки, ведущие вниз. Естественно любопытство взяло вверх и, недолго думая, она уже настороженно спускалась. Однако, продлилось это недолго, спустившись, Наото поняла, что оказалась в подвале, огромном таком не хилом подвале, с не менее большим коридором, в котором наблюдалось множество дверей. Хмыкнув, она решила зайти в ту дверь, что была ближе всего к выходу. В целях безопасности это казалось наиболее разумным решением. Слегка переступив порог, белобрысая поняла, что не одна, ибо женщина, которая находилась в данном помещении, отреагировала быстро. Чего уж точно не ожидала Хартман — это встретиться с майором лицом к лицу… тем более так близко, однако, сориентировалась она машинально и тут же отдала честь. — Вольно, — Ханжи усмехнулась, — Ты ведь одна из тех новичков, что перевелась недавно из полиции, — дама в очках бросила крайне заинтересованный взгляд, — надо же, но только сейчас довелось с тобой встретиться, — она приблизилась к Хартман (куда ещё ближе?), — позволь официально представиться, майор Ханжи Зое, командир исследовательского отряда. Уж больно быстро всё происходило. Складывалось ощущение, что Ханжи её здесь прям-таки дожидалась. — Наото Хартман, мэм, — отозвалась она без особого энтузиазма, — можно задать вопрос, а что это за помещение? — вот что действительно вызвало интерес у девушки. Комната, в которой она находилась, была просто напичкана книгами, различными исписанными листками, колбами, о содержимых которых можно было только догадываться, и прочим хламом. Глаза майора опасно заблестели: — Так экскурсию вам не устраивали? — Никак нет, мэм, капрал посчитал, что уборка ближайших окрестностей более важное занятие, — саркастично отозвалась девушка. — Хах, Леви, как всегда, в собственном репертуаре, — усмехнулась учёная, — что ж, это моя лаборатория — проходи, не стесняйся, только ничего не трогай. Стоило блондинке углубиться внутрь комнаты, как дверь позади неё громко захлопнулась, а захлопнула её Зое. Это слегка насторожило, хотя, чего там, Хартман по жизни всегда была насторожена. У Ханжи же был неподдельный интерес к новичкам, тем более прибывшим из столицы. Даже после встречи Ирвина с Доуком, который объяснил, что в принципе ничего особенного с их переводом нет, Зое знала, что не всё так гладко, а вот допытываться до истины любила, в принципе, как и командор. Тем более, на данный момент выпала отличная возможность. По словам Ирвина, блондинка на допросе вела себя довольно не то, чтобы дерзко, но слегка своевольно. Хартман, всё никак не могла понять, зачем им лаборатория, неужто титанов изучают? Чего их изучать-то? Или в этих самых колбах яд находится, который потом правительственным чинам поставляют? В её голове крутилось тысячи гипотез, которые доходили чуть ли не до тайного заговора. — Майор, а что именно вы изучаете в этой лаборатории? Не могли бы рассказать об этом… конкретно, и, возможно, во всех подробностях, — твердо начала Хартман. — Т-тебе правда интересно? — Зое маниакально улыбнулась, давно она уже не посвящала новичков в дела тайные, ибо последние знали, что не стоит майору таких вопросов задавать. Ну кто мог подумать, что она проявит такой интерес? — Да, — Наото, конечно, была не из робкого десятка, но она ещё не знала, на что подписалась, когда попросила о такой услуге учёную. Ночь обещала быть долгой и бессонной… Долгой и бессонной.