Сезер атакует

      – Ты знаешь личность Кота Нуара? – Аля даже не пыталась делать вид, что занимается домашней работой, ради которой, собственно, и пришла изначально.       – Нет.       – А он твою?       – И он мою не знает. Послушай, ты ведь уже спрашивала это раньше – во время официальных интервью, – закатила глаза Маринетт, демонстративно вчитываясь в задачку по физике.       – Ну да, – Аля немного замялась, – но с тех пор прошло какое-то время. Кроме того, вдруг ты просто пыталась ввести в заблуждение Бражника? И я не в обиде, если так, честно. Я всё понимаю – он ведь наверняка читает Ледиблог, – но теперь ты можешь сказать правду, дальше меня эта информация не пойдёт, клянусь.       – Знаю, – улыбнулась Маринетт. – Но я не пыталась никого ввести в заблуждение, а на вопросы отвечала честно. И с тех пор ничего не изменилось.       – Хорошо. Это сэкономит нам немного времени, – Аля показала при помощи большого и указательного пальцев, сколько именно. Зазор был не толще волоса.       – Так тебя укусила радиоактивная божья коровка? А меня может? Наверное, это больно, да? А, неважно! Даже если больно – потерплю, – слова вылетали изо рта Аля с такой невероятной скоростью, что Маринетт, вроде бы за прошедшие годы привыкшая к манере общения лучшей подруги, всё равно несколько растерялась.       – Невероятно больно? – с лёгкой опаской переспросила Аля, не дождавшись ответа, и нахмурилась. – Плевать! Оно того стоит.       – Никаких радиоактивных божьих коровок! – поспешила обуздать полёт её фантазии Маринетт, пока это не зашло слишком далеко. – И никакой жуткой боли ради обретения способностей.       – А что тогда? – этот энтузиазм было ничем не убить.       – Волшебный талисман – мои серёжки – превращает меня в Ледибаг.       – Тебя точно никто не кусал? – огорчённо переспросила Аля.       – Нет! Но скоро уже я тебя покусаю, – не выдержала Маринетт и щёлкнула зубами. – Только вот суперспособности не заразная болезнь. Будет просто больно.       – Ты же помимо магических способностей невероятно сильная и ходишь по стенам! Как это работает? Тоже волшебство? – продолжила допытываться недрогнувшая Аля.       – Наверное, – пожала плечами Маринетт.       – И без превращения ты так не можешь?       – С чего бы?       – Но ведь талисман постоянно находится у тебя на теле, и мы не знаем, как именно он работает. Неужели ты даже такую элементарную вещь не проверяла? – возмущению Али не было предела и – чтобы её успокоить – Маринетт пришлось добрых полчаса двигать и поднимать предметы обстановки, а потом ещё минут десять носить непризнанную экспериментаторшу на руках. Особенных усилий это, как ни странно, не потребовало, однако пройтись по стене всё же не вышло.       – Невероятно круто, – подвела итог счастливая Аля и зажмурилась от полноты чувств. – И как можно было такое в себе не заметить?       – Да как-то повода не было носить кого-нибудь на руках, – пробормотала Маринетт и собралась было потратить возникшую в разговоре паузу на очередную бесплодную попытку вникнуть в задачу по физике, но Аля тут же обрушила на неё новую порцию вопросов:       – Талисман может сломаться? А костюм – порваться? Это повлияет на волшебные свойства? – частила она как ни в чём не бывало.       – Пока такого не случалось, – и Маринетт очень надеялась, что ей никогда не придётся узнать ответы на эти вопросы на практике.       – Зачем ты изображаешь неуклюжесть? – прищурилась Аля и погрозила пальцем. – Коварный план, чтоб никто не догадался, да? А моя девочка хитра!       – Да ничего я не изображаю, – помимо воли смутилась Маринетт. – Просто иногда слишком глубоко задумываюсь, и это происходит само собой.       – Кто-то очень любит витать в облаках, мечтая об одном красавчике, – тепло улыбнулась Аля, но слишком долго умиляться было не в её привычках, и она продолжила допрос:       – У тебя есть радио, которое перехватывает полицейские частоты?       – Нет, зачем? – удивилась резкой смене темы Маринетт.       – Как же ты узнаёшь о том, что нужна? – поразилась Аля.       – Из новостей и твоего блога, – получилось не слишком уверенно – и совершенно непрофессионально, – и Маринетт попыталась оправдаться:       – Оно обычно как-то само собой получается.       – Но это же никуда не годится! Полноценная система оповещения просто необходима, – Аля выглядела так, будто объясняла своим сёстрам, что песок невкусный и есть его не надо.       Маринетт не выдержала её назидательного тона и хихикнула.       – Ты ещё предложи Парижу завести специальный фонарь: как у Бэтмена, только с точками и ушками, – пошутила она.       – А мне нравится эта идея, – важно кивнула Аля и вдруг резко придвинулась ближе, заглядывая Маринетт в глаза. – Можно я буду твоим Альфредом? Ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!       – Разве могла бы я взять на эту должность кого-то другого? – развела руками Маринетт. – Ты принята.       – Отлично! – от переполнившей её радости Аля аж подскочила, не в силах усидеть на одном месте. – Но ты должна мне показать ваше логово – устроим там центр слежения и поддержки.       – Логово? – переспросила Маринетт, не совсем понимая, чего от неё хотят.       – У вас же с Котом Нуаром есть тайное супергеройское логово, так? – это звучало не вопросом, а констатацией очевидного факта.       – Нет.       – Ох, ну... штаб-квартира? Или как вы его там называете, не суть важно, – Аля закатила глаза, не желая признавать очевидного.       – Ничего подобного у нас нет, – вынуждена была разочаровать её Маринетт. Не врать же.       Аля совершенно точно такого не ожидала и даже приоткрыла рот от удивления.       – Но у всех настоящих героев оно должно быть, как и у злодеев, – возразила она жалобно. – Спорим, даже у Бражника есть своё тайное логово!       – Ну а у нас его нет! – резко повторила Маринетт, чтобы раз и навсегда закрыть этот вопрос.       – Где же вы тогда обсуждаете свои супергеройские дела и разрабатываете планы по поимке Бражника? – недоумению Али, казалось, не было предела. Будто ей сказали, что Санта на самом деле не существует.       – На какой-нибудь случайной крыше, – со стыдом призналась Маринет. – Вообще говоря, мы не слишком много общаемся.       Эту информацию Аля переваривала долго – почти минуту, – а потом выдала:       – Тебе понравилось с ним целоваться?       – Аля! Ты специально издеваешься? – Маринетт даже вскочила от переполнившего её возмущения. – Это было для дела.       – Да или нет?       – Я отказываюсь отвечать на этот вопрос!       – То есть да?! Серьёзно? Никогда бы не подумала. Ах, бедный Адриан… – Аля проигнорировала испепеляющий взгляд Маринетт, полный праведного негодования, и, преувеличенно театрально заломив руки, изобразила мировую скорбь.       – Не смешно!       – Ещё как смешно, – не выдержала она и рассмеялась. – И притом правда.       – Ты с ума сошла? Какая правда? Я отказалась отвечать! – Маринетт демонстративно отвернулась.       – Девочка моя, ты такая наивная. Ледибаг может отказаться отвечать на этот вопрос, и все подумают, что есть два варианта: первый – она не хочет обидеть Кота, второй – она не хочет дать Коту повода для нескончаемого самолюбования и шуток. А вот когда на этот вопрос отказываешься отвечать ты, причём в частной беседе, о результатах которой никто не узнает…       Маринетт вынуждена была признать, что какая-то странная извращённая логика в рассуждениях Али имелась.       – Просто это довольно личный вопрос, – проворчала она уже более мирно, но её попытка замять вопрос была цинично проигнорирована.       – Что, настолько понравилось? – прищурилась Аля, поправив очки. – Честно, своими убогими оправданиями ты только всё усугубляешь.       – Ох, ладно. Я просто не успела понять, ясно? Всё произошло слишком быстро, и ситуация не располагала к вдумчивому анализу ощущений!       – Верю. Хочешь повторить, чтобы разобраться? Он точно против не будет.       – Нет!       – Уверена? – фальшиво всхлипнула Аля и увернулась от запущенного в её сторону планшета. – Жаль. Моё бедное шипперское сердечко разбито.       – В конце концов, некрасиво вот так обсуждать кого-то у него за спиной, – устало попеняла Маринетт и вяло махнула рукой. – Совести у тебя нет.       – Конечно есть! Просто она очень хорошо выдрессирована. Это основа моей будущей профессии, – невозмутимо парировала Аля. – Продолжим. Волосы Кота Нуара на ощупь такие же мягкие, как на вид?       – Эм, – смутилась Маринетт. Да, она пару раз чесала его за ушами, но исключительно по-дружески, в знак поддержки. И уж конечно не думала в те моменты о мягкости его волос! Но если подумать…       – Да, – она понадеялась, что не покраснела – хотя бы не слишком сильно – и пошла в ответную атаку. – Не знала, что Кот Нуар интересует тебя в этом смысле. Ах, бедный Нино…       – А его мышцы? – проигнорировала её попытку перевести стрелки Аля.       – Что?       – Такие же невероятные? – она добавила в голос томной вкрадчивости.       – В смысле?       – Его мышцы, – раздельно повторила Аля. – На ощупь. Такие же…       – Да ты издеваешься? – взорвалась Маринетт, не дав ей договорить. – Я не щупала своего напарника!       – У меня есть многочисленные документальные свидетельства, – невозмутимо припечатала Аля и потянулась за телефоном. – Желаешь освежить память?       – Эти фотографии вырваны из контекста! – возмутилась Маринетт. – Будто сама не знаешь.       – Тем не менее факт остаётся фактом, – начала было Аля, но, услышав тихое рычание, подняла руки в знак капитуляции. – Ну ладно-ладно.       Маринетт выдохнула сквозь зубы и попыталась мысленно сосчитать до десяти.       – Полагаю, спрашивать про самые сладкие булочки Парижа тоже бесполезно? – уточнила Аля полным трагизма голосом.       – Абсолютно, – процедила Маринетт, не разжимая челюстей.       Громкий стук и крик «Девочки, ужин!» спас её от дальнейшего обсуждения достоинств Кота Нуара, а Алю – от ночёвки на крыше. В связанном виде.       – А ты можешь повелевать насекомыми? – на грани различимого проговорила та, пока они шли на кухню.       – Нет! – орать шёпотом оказалось очень легко. У Маринетт получилось с первого раза. – Не сейчас!       – Выделяешь пахучую жидкость? – не сдался дятел в человеческой шкуре, возобновивший пытку при первой же возможности, едва дождавшись, пока родители пожелают им приятного аппетита и покинут кухню.       – Нет!       – Откладываешь яйца? – невинно осведомилась потенциальная звезда вечерней криминальной хроники, мечтательно размазывая по тарелке соус. Кажется, она почему-то посчитала себя бессмертной.       – Что? Нет! – прошипела Маринетт, яростно вгрызаясь в кусок мяса и мысленно благодаря всех богов за то, что владелец талисмана в принципе не может быть акуманизирован.       – Ты сожрёшь Бражника, когда вы его поймаете? – исчадие ада, принявшее вид лучшей подруги, задорно хрустнуло листиком салата и с любопытством блеснуло глазами – то были, несомненно, искры фейерверка, устроенного по случаю очередной разнузданной вечеринки жившими в голове этого странного создания тараканами.       Подавившаяся булочкой Маринетт натужно закряхтела, пуская носом возмущённые пузыри, и попыталась использовать на себе приём Геймлиха.       – Божьи коровки ведь в основном хищники и питаются вредителями. Или ты из травоядных? – уточнило кармическое наказание для невнимательных героев, впечатывая твёрдый кулачок в живот Маринетт.       – Аля, замолкни! – просипела та, освобождённая наконец-то от злокозненной булочки, и затравленно оглянулась: не затаился ли где поблизости кто из родителей, не услышал ли чего лишнего.       На улице пронзительно зазвенело и хрустнуло, следом раздались громкий вопль и театральный хохот. Ещё никогда в жизни Маринетт так не радовалась очередному нападению.       – Мам, пап, ужин был чудесный, спасибо, – крикнула она, хватая Алю и утаскивая её наверх. – Мы пошли дальше заниматься.