История

Подмога пришла уже поздно. Ателиус, словно зверь, кинулся в бой, едва увидев своих учеников в здравии. Серена, Лерон, Дориан и Федерик подняли тело своего сенпая на крышу соседнего дома, чтобы битва на улице не навредила ему ещё больше. Серена попыталась залечить ранения, но ребята, которые прибыли с Мамэей, быстро оттащили девушку в сторону. Серена могла их легко оттолкнуть или даже убить, но будучи в таком страшном состоянии, девушка просто не понимала, что к чему. Хотелось только убедиться, что с Анко всё хорошо, а остальное... да покатилось оно к всем чертям! - Я сама! - Мамэя быстро сказала и села у изуродованного тела Анко, накрыв его своим плащом и положив руки на его тело. Ребята заворожённо наблюдали за тем, как мастерски Мамэя делает своё дело. Серена видела, насколько точно сенсей передавала свою чакру и жизненную энергию их сенпаю. Но девушка, как медик, видела и безнадёжность ран... что понимал и сам Анко. Он ни раз попадал под атаки врага, и то, что это конец, молодой сенпай понял ещё тогда, когда попался в Технику врага. И это его не пугало, Смерть уже давно за ним по пятам ходила, лишь огорчало... Жаль, что старушка Смерть не смогла подождать ещё пару месяцев. Он из последних сил поднял руку к запястью Мамэи и прокашлял, мягко сжав её ладонь: - Позови ребят, мама! Мамэя застыла. Анко никогда её так не называл. Он называл её только «матушкой», но не «матерью»... Анко словно попрощался с ней, больно уколов истиной в самое сердце. Ребята мгновенно сели около Анко когда Мамэя отстранилась, Серена мгновенно продолжила лечение испытывая невероятную, призрачную надежду... всё оказалось ещё хуже, чем она видела, надежда мгновенно улетучилась. Все внутренние органы были разодраны. Девушка могла только вообразить ту боль, которую сенсею причиняло её лечение и, тем более, само ранение. Грудная клетка была просто вспорота. Мамэя предусмотрительно закрыла этот вид своим плащом. Жемчужно-лиловый тут же окрасился в багрово-красный. - Серена, нет, - Анко томно выдохнул. - Вы будите жить, сенсей! - Серена упёрто сказала, направляя в свои руки ещё больше энергии. В глазах появлялся тот жар, который заставлял слёзы наворачиваться. - Ты.. всегда была... такой, - Анко тяжело усмехнулся, сжавшись от боли. - Сенсей, не говорите, берегите силы! - Серена советовала, пытаясь восстановить ткани сердца... там остались только ткани, самого органа уже почти не было... как и всех остальных -Техника врага полностью уничтожила все внутренние органы. - Нет, Серена! - Лерон тихо прервал свою соратницу. Они оба понимали... то, чего ум не хотел постигнуть. Их взгляды соприкоснулись, обменявшись словами без звука. - Я хочу вам сказать, - Анко медленно говорил... Начало сильно моросить с мрачных облаков. Резко похолодало. Звуки битвы неповторимо смешались со звуками дождя. Вода стекала с тела Анко кроваво-красной рекой. - Нет! - Серена шептала, крепче прижав руки к изувеченному телу... - Я обещал тебе, - Анко схватил Серену за руку и нагнул к себе из последних сил шепча ей в ухо, - наши короли, это вы - новое поколение, так же, как ваше - дети. Береги Эллион, я тебе доверяю двоих самых дорогих мне людей! Серена подскочила на месте с ужасом в глазах... двоих? Неужели Эллион? О, небеса, за что вы так жестоки!!! - Береги своих... братьев, - Анко шептал, смотря на Серену, - они без тебя...ни...как! - Я обещаю, сенсей! - Серена прошептала, держа ладонь у рта, только бы не расплакаться. Но пара слезинок быстро упала с её глаз. - И не отчаивайся... - Анко велел, - ты всё поймёшь! - Да! - Серена сказала, дрожащим голосом, поднимая на колени голову сенсея, чтобы он мог дышать проще. Чтобы удержать рыдания, она подняла ладонь к лицу. В нос ударил запах свежей крови, разбив осколки слёз на её очах. - Лерон, - Анко резко вздохнул от боли, но нашёл силы повернуться к ученику, с которым проблем было больше всего, - ты умён! Твой ум остр, как оружие… учись! - Анко пожелал Лерону полностью освоить оружие, не всегда логика сможет ему помочь. Сейчас Анко это понимал, как никогда остро. - Я понял, сенсей! - Лерон сказал. В его глазах мерцали бриллианты слёз. Пусть Лерон не терял самообладание там, где Серена и Ателиус уже хватались за голову, но даже Вырвавший Сердце Мистик ( а именно так называли Лерона простые жители, кто видел его), не мог отказать себе в горе скорбеть. - Дориан, - сенсей изнеможденно позвал своего ученика, будучи уже не в силах шевелиться, веки с трудом открывались, - не теряй... бдительности и ю..юмора! - Не жизнь! - Дориан пытался снова играть дурака, чтобы хоть как-то это легче перенести, но не удавалось... Подбородок дрожал. А мир, казалось, померк. - Федерик, - Анко тихо позвал, - не забывай... их спасать... в последний момент! - Анко с улыбкой вспомнил все те разы, когда Федерик в самый последний момент из катастрофы умел сделать конфетку... - Я клянусь, сенсей!- Федерик гордо сказал. Все три Астральца опустились на колени перед своим учителем. И им было всё равно, что одежда пропитывалась его кровью. - Вы команда, - Анко сказал, смотря на капли дождя... - помните об этом! Его руки на запястии Серены ослабли, вена перестала пульсировать... его прерывистое дыхание остановилось... его очи сомкнулись в вечном сне под реквиему музыки дождя... - Нет! - Серена тихо прошептала, с отчаянием смотря на своих братьев, девушка судрожно клала руки на места, где прощупывался пульс. С фиалковых глаз упала пара слезинок, а пальцы судрожно искали ответа вен и артерий, которые, увы, замолкли на века... - НЕТ!!! - раздался душераздирающий крик девушки. – НЕТ! Её всхлипы были порывистыми, словно она всё ещё надеялась, что тело Анко снова задышит... Девушка накрыла собой тело сенсея и зарыдала под звуки дождя, которые уже не были слышны через крики и стоны девушки. - Помните про протокол!- Мамэя сторого напомнила ребятам, дрожа внутри. Анко был ей сыном. Пусть не её кровью и плотью, но он был её сыном. Она знала его с первых мгновений его жизни. Это не правильно, когда дети умирают раньше родителей. Не правильно! - К чёрту ваш чёртов протокол!- Серена громко вскрикнула, с ненавистью смотря на Мамею. Та была неприятно удивлена поведению своей, бесспорно, лучшей ученицы... Мамэя невольно вспомнила то, о чём не вспоминала уже очень много лет. Тот проклятый день, когда умерла её сенсей... После того, как великая Каейя исцелила множество войнов после последнего боя, когда пало королевство Саулереаны. Её тело было настолько лишено чакры из-за частого применения мед-Техник, что Каейя просто замертво упала на руки Мамэи. То, как она тогда рыдала о смерти учителя, Мамэя помнила и стоя под дождём, смотря на новое поколение Астральцев, которые только что потеряли учителя. Серена опустилась на грудь сенсея и в голос заплакала... Сердце будто было выдрано из груди. Хотелось кричать... Рвать и метать от боли и несправедливости. Хотелось умереть от той мысли, что это она не успела, что она не смогла исцелить сенсея! Зачем она училась всему, если она не смогла помочь учителю сейчас?! Отчаяный плач девушки был слышен всем. Она не стеснялась своих слёз по утере сенсея. Для неё выразить свою скорьб и уважение было важнее глупых протоколов, которые придумал не понятно кто, не понятно, когда и зачем... Дориан, который был ближе всего к Серене, поднял девушку к себе. Она вся дрожала и далеко не от пронизающего холода. От злости, отчаяния, бессилия, как и они все. Все трое Астральцев, гроза всех приступников всех миров и народов, сейчас они плкали. Кто-то тише, переживая бурю внутри. Кто-то показывал эту бурю, потому что не мог и не видел смысла её скрывать. Но плачь Серены всё не утихал. Мамея и её команда молча смотрели. Даже они не были такими сильными. Трое взрослых мужчин стояли и вытерали слёзы. Анко был их учителем, как и многие другие. Но Анко запомнился всем им. Как тот, кто всегда умел найти подход к каждому. Даже самому заладному лентяю. За своих учеников Анко всегда был горой. При любых обстоятельствах, даже, если ученики были не правы и наломали дров. Всегда! Ученики были его жизнью... Тело Анко Серена бережно подняла с помощью телекинеза и ребята аккуратно обмотали тело сенсея белым льном в дань уважения. Серена, Лерон, Федерик и Дориан сами несли носилки с их сенсеем через многочисленные надгробные плиты Некромиса-мира, где покоились Мистики, к месту, где их сенсей должен был найти вечный покой. Такой уж был ритуал-Мистик после смерти должен как можно быстрее быть доставлен именно сюда, где каждого Мистика уже ждал алтарь, на которое клалось тело. Каменный стол из серого кирпича, вот последнее пристанище их сенсея. - Мы не можем его так оставить, - Лерон сказал загробным голосом, смотря на тело сенсея. Было невероятно дико понимать, что его они не увидят больше никогда. Не услышат голоса. Не почувствуют дурманящего запаха благовонья, который так любил сенсей. Никогда больше он не похвалит их. Не заступиться перед Ателиусом. Никогда больше не будет учить, не укажет на ошибку. Не похвалит за достижение. Никогда больше не пригласит своих ребят в ту забегаловку на Гермесе, где готовили то невероятное мясо и подавали малиновое вино. Можно было сходить самим. Но то пятое кресло за их столиком навсегда теперь останеться пустым. Бокал не допитым, тарелка-не тронутой. Они словно стояли на краю пропасти и одновременно падали в неё. То чувство пустоты и дрожи где-то внутри груди, там, где сердце, невозможно описать. Не возможно понять, как смотрели глаза четырёх учеников только что потерявших сенпая. А потом легче не будет. Его уже никогда не будет с ними... - Сенсей очень любил то, - Серена смеялась сквозь слёзы, - благовонье с запахом малины. - Ты сможешь? - Федерик спросил охрипшим голосом, который сломался на последнем слоге. Серена томно подняла ладони к памятнику. Мгновенно на камне выросли кусты малины. Распустились другие лесные цветы. Все помнили, как сенсей любил лес. Яркие цвета жёлтого, лилового не могли облегчить их боль. Запах малины больно был по воспоминаниям о дорогом сенсее. Он никогда больше не наложит тот компресс, который во мгновение помогал при жаре. Даже Мамэя не умла такого. Он всегда шутил, какой бы не была ситуация, наверное, это перенял и Дориан. - Выглядит волшебно! - Дориан похвалил сестру, слабо улыбнувшись. Серене же в тот момент хотелось себе вырвать лёгкие и гортань, потому что тот ком в горле и тиски на лёгких никуда не уходили. Нужно было держаться... нужно было! - Осталось ещё кое-что, - Серена тихо сказала, и подошла к телу. На белоснежном льне лежал серебрянный медальён. Табличка два на три сантиметра на тонкой цепочке невероятной прочности. Это Знак Мистика. Каждый ученик, когда он получает хоть какое то звание Мистика, вместе с Реликвией получает и такую табличку. На нём написано имя Мистика и земное имя. Звание. Этот медальон вжилаеться в тело Мистика, и появлаеться он только после смерти на теле Мистика. Этот Знак полагалось доставить родным, как память о погибшем. - Ты сообщишь? - Лерон странным голосом спросил, обняв своей ладонью тонкое запястие девушки. - Анко доверил мне кое-что, - Серена тихо сказала, сжав кусочек металла в руках, девушка была готова поклясться, что кусочек металла согнулся от её рук, - вы знаете, что делать! - Серена даже не посмотрела на своих товарищей и материализовалась к дому Эллион на Мисткал. Ребята переглянулись и начали приготавливать тело к погребению, чтобы когда прибыли гости, это не заняло много времению И так не легко... впервые братья не говорили. Вообще. Даже хороня Мехримах они могли сказать друг другу слова сочувствия до того, как Лерон... Лерон уже слишком многих потерял. Потеря того, кто заставил его собраться, было ударом в самое сердце самой тонкой иголкой. - Нет, - Эллион прошептала, увидев всё, чего она боялась в глазах Серены и её руках. Девушка резко зарыла рот ладнью и отступила от Серена пару шагов назад, словно Серена болела заразной чумой. Эллион наткнулась на столлик в прихожей. С него упала ваза, которая разбилась с громким треском. Треск сильно ударил по ушам, а, что более страшно, он отрезвил. Заставив мозг понять то, что тот, кто ещё утром покинул эту квартиру, сюда больше не вернёться... - Эллион, - Серена было хотела обнять девушку, но Эллион вздрогнула и закричала, когда Серена к ней близилась с медальёном в руках. - Уйди! - Эллион осела на пол, тихо попросив, но Серена ослушалась. Черновласка так и стояла, очень переживая за Эллион. - Убирайся! - Эллион громко закричала, зарывшись пальцами в волосы у скальпа. - Похороны завтра на Некромисе, - Серена тихо сказала, присев на корточки. Серена бережно положила кусочки металла рядом на пол, - в полдень! - Серена тихо сказала и развернулась. Она медленно шагала к выходу, всё надеясь, что может Эллион позовёт её, что бы что то сделать, хоть как то помочь... Но чем дальше Серена уходила от комнаты Эллион на Мисткале, тем громче она слашала рыдания Эллион... Они убивали Серену... Ателиус потерял своего сына... Серена сидела на лесинке, которая от дома вела на арену. Чёрно-красное небо неизменно переливалось, не давая понять, какое время суток сейчас идёт. Серена сидела, обняв себя руками за плечи, опустив лоб себе на колени. Арго сидел рядом, и понимал, сейчас ничто не сможет облегчить участь своей хозяйки и её братьев. Лерон заперся в библиотеке, ища информацию о тех, кто убил Анко. Месть стала занимать его разум, что бы тот не постиг горя, что уже овладело Ледяным Сердцем. Федерик заперся в зале, по дому еле слышно разносилась нежная музыка, но то и дело рояль издавал страныне многоклавишные звуки, когда парень со злости кидал руки на клавиши без разбора. Музыка была его способом грустить в одиночестве. Дориан заперся в оружейной. Были слышны крики и звуки падающего металла о каменный пол, словно физическая усталость могла унять боль потери. Серена просто не могла этого слышать. Девушка мгновенно сорвалась с места и неслась к храму, что стоял по середи арены для чьих то учений. Девушка со злости, с криками, можными ударами крушила многовековой камень, будто это могло вернуть Анко. Девушка рвала и метала от боли, страха, от того, что она не знала, не понимала, как ей сейчас быть. От того, как двое приступников смогли обыграть Астральцев, которых боялись все. От того, что она не смогла понять, как действуют враги. От того, что она не смогла этого даже своим чёртовым Даром. Какой толк от него, если она не может помочь своим близким? Как ей быть с тем, что доверил ей Анко?! Как быть с тем, что когда малыш родиться и подростёт, он или она спросит, где папа? И что будет с Эллион?! Как ей быть?! Серена осела на пол в пыли и громко заплакала, вгребая руки в холодную землью...хотелось просто не жить от этой боли! Хотелось на весь мир кричать, или заставить его замолчать...Хотелось столько успеть сказать, столько сделать...она даже не отдала сенсею свою работу о демонах ранга в. Сенсей ждал того доклада...как она могла? Вдруг в руки к Серене попала мелкая фигурка... Металлическая дощечка из игры, что Анко с ней играл. Серена ни разу не выигрывала у сенсея, как бы не готовилась. Как бы Лерон не пытался помочь ей находить лазейки, она ни разу не выиграла... и уже никогда не сможет. Ателиус был сильно ранен после битвы с убийцами его сына. Мамэя и Серена в четыре руки пытались залечить раны сенсея. Даже исцелив его от опасных для жизни травм, Мамэя и Серена понимали, что восстановление будет долгим. Враги сумели скрыться. Были отправлены лучшие Скорпионы на их поиск, но пока результатов не было. Двое суток от них ни весточки… И Серене казалось, что может и не быть. Она опасалась, как бы двое Скорпионов не напали на тех врагов. Если уж Ателиусу от них так досталось, то чего говорить о «простых» Скорпионах. Утром, сразу после пробуждения, Серена быстро оделась и кинулась вниз к завтраку. Как она и ожидала, за столом не было ни души. Каждый залечивал свои раны по своему. Серена тоже не хотела появляться на глазах у Ателиуса. Она понимала, что смерть Анко, это её вина. Она хотела пойти за врагом. Она пошла, и она не справилась с битвой. Анко её вине попал в ту ловушку! Серена взяла серебряный поднос, и начала ставить на поднос овсяную кашу, которую Ателиус ел каждое утро. Девушка налила свежевыжатого сока из апельсинов, но добавила туда долю воды, так как слишком кислотный напиток мог повредить Ателиусу…по щекам снова потекли слёзы, увидев пустующие место Анко. Серена вытерла слёзы в салфетку и заставила себя собраться хотя бы на пару минут, что бы отнести завтрак сенсею. Серена поставила на поднос тарелочку со свежими ягодами, а за одно и несколько печенок. Девушка аккуратно поднялась к спальне сенсея и на пару секунд остановилась у двери. Девушка пару раз резко выдохнула, а затем заставила силой мысли дверь тихонько открыться. Комната Ателиуса была очень просторной и выполнена строго в готическом стиле. Тёмно зелёные стены, деревянная обработка, изящная, но монументальная, мебель. Окна были затянуты тяжёлыми занавесками, что бы не мешать сну учителя. Серена тихонько поставила поднос на ночной столик и аккуратно положила ладонь на лоб Ателиусу. Его раны по не многу, но заживали, что очень радовало Серену. Она с облегчением вздохнула, закрыв глаза. Ателиус же, открыл свои. Серена улыбнулась сенсею: - Доброе утро, сенсей! - Вон отсюда! - Ателиус попытался грозно сказать, но раны не дали. Сенсей расшевелился в постели под одеялами. - Сенсей, вам вредно, - Серена начала, стараясь уложить Ателиуса на подушки, но тут голос вернулся к нему и сенсей внятно поднял голос на весь дом: - ВОН! Убирайся отсюда! - Ателиус кричал, отталкивая руки Серены. Девушка в страхе отступила на пару шагов. Изуродованное лицо Ателиуса страшно перекосилось в гневе. – Убирайся! ЭТО ТВОЯ ВИНА!!! - Ателиус кинул в Серену вазочку с ягодами, благо, Серена смогла увернуться. –ВОН ОТ СЮДА! На крики Ателиуса сбежался весь дом. В комнату вбежала Мамэя и тут же кинулась к Ателиусу, мимлётно взглянув на Серену в ужасе и ступоре. Мамэя, наверное, в дома она была единственная, кто мог тягаться с Ателиусом. За ней в комнату ворвались Дориан, Лерон и Федерик. Лерон кинулся к Серене, которая явно была в шоке от таких слов своего сенсея. Она напоминала застывшую статую. - Уберите её и помогите мне! - Мамэя строго сказала, посмотрев на ребят. Хрупкая жещина смогла уложить в кровтаь могучего мужчину. Лерон, кивнув братьям в знак того, что он позаботиться о Серене, резко телепортировался с Сереной в её спальню. - Что за чёрт? - Лерон спросил, держа Серену в своих руках. Девушка по прежнему была в шоке. - Я только отнесла завтрак, - Серена тихо сказала, спрятав лицо в ладонях. - Тихо, тихо! - Лерон говорил, крепко прижав к себе соратницу и сестру. – Пойми ты его, он сына потерял! - Это мо… - Серена шептала почти в истерике, благо, тихой. - Даже думать так не смей!!! - Лерон тут же жёстко потряс девушку в своих руках, чтобы она хоть немного очнулась. Чёрные локоны быстро упали на уж слишком бледное лицо девушки, закрыв его от глаз Лерона. - Это был бой, Серена! Анко спас нас всех! ТЫ не всесильна! Серена лишь осела на пол в его руках… Для Серены слова учителя были ядом, который медленно, но верно отравлял ей сознание. Признание Ателиуса наверное было тем спасительным канатом, который не дал ей сойти с ума… На похороны у памятника собралось не так много посетителей. Бывшие ученики Анко прибыли и отдали почести ранее, что бы лишний раз не тревожить глаза родным Анко. Астральцы стояли в первом ряду. Элион сидела у памятника на холодном камне. Серена и ребята пытались её поднять, но девушка каждый раз вырывалась и с тем смертельно пустым взглядом снова садилась на холодный мрамор. Ребята решили, что пусть, если ей так легче... Каштановые волосы сосульками лежали на белых плечах. Девушка была невероятно бледной. Серена очень опасалась за малыша. Но вместе с этим она понимала, что Элион знает, что малыш всё чувствует, и волнение вредит ему или ей. Элион даже не плакала. Похоже, что за неделю она выплакала все слёзы, что только могла. Сейчас девушка смотрела взглядом живого мертвеца-бездушным и пустым. Словно вся радость померкла. Словно солнце больше никогда не будет светить. Это пугало. Серена стояла на ногах из последних сил. Лерон это знал, поэтому Астралец крепко сжал её ладонь, словно подбадривая. - Пора, - Федерик тихо сказал, посмотрев на ребят. - Но сенсея ещё не было, - Серена повернула голову в сторону… и увидела. Мамэя катила инвалидную коляску, в которой, накрытый пурпурным одеялом, сидел Ателиус. Серена шагнула в сторону учителя, вырвавшись из рук Лерона. Серена поклонилась к ногам учителя, и слёзы потекли сами собой… Девушка упала на колени и опустила голову к самому полу перед Ателиусом. - Сенсей, простите, что я вас подвела! - Серена тихо сказала, сжимая руки в кулаки настолько, что ногти вбились в нежную кожу рук. Слёзы лились словно из рога изобилия… - Простите! Серена опустила лоб к земле у ног учителя. Нежные мужские руки подняли девушку выше. - Это ты прости. Я погорячился! - он попытался улыбнуться девушке. Сенсей аккуратно вытер слёзы девушки, а затем попытался встать… Но тут же подался вперёд. Серена поймала учителя, Мамэя тут же кинулась помочь девушке. Обе женщины отвели горюющего отца к телу сына. Ателиус лишь прогладил тело сына, и посмотрел на убитую горем Элион. - Милая, - Ателиус позвал брюнетку. Но Элион похоже не чувствовала ничего, кроме горя. Она не отозвалась на зов. - Элион! - Серена твёрдо коснулась плеча девушки. Элион будто очнулась от кошмара… который не закончился. - Ателиус! - Элион смиренно приклонила голову. - Дитя, сочувствую твоему горю, я знаю, вы любили друг друга! - Ателиус сказал, попытавшись взять особу за руку. Но Элион не выдержала. Девушка громко расплакалась, прилежа руки к животу. Девушка осела на землю, где её сразу же обнял Дориан. Он не мог допустить, что бы любимая своего сенсея (да и вообще любая другая девушка) сидела на холодном каменном полу. Тем более, будучи в положении. По этому жесту Ателиус всё сам понял. - Небеса, ты под сердцем носишь младенца? - Ателиус спросил. Серена сейчас была уверена, что колени могучего мужчины подкосились. Эллион вздрогнула от такого вопроса. В мире Мистиков иметь детей вне брака(который тоже не сильно законным то был) считалось позором для Мистика. Элион страшилась, что Ателиус не поддержит и осудит её. - Нет, - Элион взвыла, - нет! - Девушка закрыла лицо ладонью, только бы ребята не видели её позора. А вторая рука нежн прилегла к животу. Ни одна любящая своего ребёнка мать не могла себе отказать в этом жесте. - Элион, - Серена сочувствовала девушке. Носить под сердцем малыша от любимого человека… Для Серены это было не достижимым счастьем. Будучи на Астрале её тело застыло. В нём не происходило необходимых для зачатия изменений, и Серена смирилась, что ей не познать это чувство. Ведь её любимый был далеко и полагал, что она мертва. Но наверное это самое волшебное чувство в мире знать, что под сердцем бьётся ещё одно, которое там поселил любимый человек. И возможно, именно этот факт так раздирает сердце Элион. - Ателиус, Элион врёт, под сердцем она носит вашего внука! - Серена резко выдала, смотря сенсею прямо в глаза. Его строгие глаза наполнились слезами… Ателиус тут же освободился от Мамэи и Серены, упав к девушке. - Девочка, это правда?! - он страстно спросил, подняв к себе лицо заплаканной девушки. Она не могла поднять на него глаза… Но Ателиус сам понял, что это правда. Он резко обнял плачущую девочку. - Хвала небесам! - Ателиус тихо благодарил сына, смотря в мрачные небеса самыми счастливыми глазами. Его сын исчез не бесследно. Серена и Мамэя счастливо переглянулись. Теперь сын Ателиуса не потерян, он будет жить в своём сыне или дочке. Будет жить в их сердцах и памяти. - Девочка, Анко хотел на тебе жениться, до ухода на миссию мы говорили об этом, - Ателиус счастливо сказал, смотря на несчастное личико девушки. Элион удивлённо посмотрела на Ателиуса и снова заплакала, опустив голову ему на колени. Тело Анко начало искриться. Все быстро отбежали в сторону, что бы пламя не задело их. Пламя загорелось в секунды и поднялось высоко над камнем, а затем-резко потухло. Тело Анко больше не было. Вместо него на каменном пьедестале стояла точная копия Анко во весь рост в обмундировании Мистика. У его ног появилась книга, где была описана биография Мистика. Такая же скульптура была на каждом надгробье. Теперь каждый, кто захочет узнать о судьбе Мистика Анко, смогут это сделать. Тело Анко здесь было в надёжности. Враги никогда не смогут его использовать в своих целях. Стоны Эллион в жилетку Ателиуса наполнили древнее кладбище. Мамэя, стоя по зади других наконец то позволила себе поскошь в слезах. По щекам женщины слёзы потекли ручём. Всё, закончилось. Пусть Анко был не от её плоти, но он был её сыном. И мать горевала, как никто другой... Вот так умирали Мистики. Их не забывали и не хотели забывать даже после смерти. Поздно вечером Серена услышала шум в соседней комнате. Девушка было уже испугалась, что снова проснулась Элион, которую Серена так удачно смогла усыпить хотя бы на пару часов блаженства. Но прислушавшись, Серена поняла, что шум был из другой соседней комнаты. Серена бережно скинула длинные локоны на плечо, быстро протёрла лицо руками и вышла в коридор, как раз в тот миг, когда Дориан собирался стучать в её дверь. - Вы чего? - Серена робко спросила, поежившись от смутного холода в доме. Неожиданно, ранее уютный дом стал холодным и пустым. Холод буквально простирал каждый кирпичик дома и каждую клеточку его обитателей. - Ты с нами? - Лерон тихо спросив, впервые за долгое время ненастий улыбнувшийся Серене без задней мысли подколоть девушку. И до Серены вдруг «дошло», куда собирались ребята. Серена слабо улыбнулась: - Дайте мне минуту! - девушка попросила, и, не закрыв двери, кинулась в глубину комнаты, достала из шкафа накидку, и быстрым шагом вернулась к ребятам.Лерон взял чёрный кусок ткани из рук Серены и распахнув его, бережно опустил его на плечи сестры. Серена в тот миг чуть не расплакалась. - Серена, прежде, чем мы уйдём, - Дориан сказал, когда вся компания проходила мимо комнаты Элион, - проверь, как она! Серена кивнула, и тихонько, словно кошка, зашла в комнату и подошла к Элион. Девушка спала крепким, хоть и хрупким сном. Она что-то сжимала в руке. Присмотревшись, Серена увидела те самые металлические пластинки, что она сама отдала Элион. Их с Анко малыш был здоров для своего развития, что безумно радовало Серену. Девушка ласково накрыла плечи девушки пледом, и так же тихонько вышла из комнаты. - Элион крепко спит, - Серена спокойно доложила. - Тогда, поехали! - Лерон резко сказал, телепортировавшийся. Все ребята повторили тоже самое, и очнулись в одном и том же месте. У маленького занюханного барчика по середи пустынных улиц с темными зданиями. Людей было мало. На Гермесе на сегодняшний день эта деревня самая большая на всей огромной планете. Все былые города обратились в прах ровно 17 лет назад. Сейчас они были на самой перифириии самого огромного города. Множество людей не хотели жить тут, так как это близко к Пустыне-месту между городами, где жило множество нечисти. Люди боялись, и искренне верили в безопасность городов. А бедные жители были вынуждены жить тут. Хотя, Старки сам сюда поселился. Старки ведь был не прсто трактирщиком... Ребята зашли в трактир, и сели за свой любимый столик под лестницей около окна. От туда был унылый вид на пустынную улицу, но тем не менее, тут подавали отлично мясо, а вино из Гермесской малины во все века пила только элита. А сейчас… Старые запасы смелые трактирщики доставали в старых подвалах былых дворцов. - Ребята, рад вас видеть! - старый трактирщик подошёл к столику. Он никогда не брал собой меню, он наизусть знал заказ этого столика. - Старки, - Серена кивнула головой и тут же отвернулась, чтобы не заплакать. Девушка крепко зажмурила глаза. - Черновласка, что же с тобой? - Старки удивился поведению своей самой обаятельной гостье. - Старки, нам пять порций мяса, и пять порций вина, - Лерон тут же сказал, крепко сжав руку Серены под столом, и одумался, - хотя, нет, несите пять бутылок! - Празднуете? - Старки громко рассмеялся на полностью пустой трактир. - А где же мой самый платёжеспособный гость? - Старки, несите, что сказал Лерон, - Дориан попросил, положив на стол 5 золотых монет и добавил пару серебряных, чтобы старик не обиделся, что они отказываются от его компании. Ребята сидели тихо, пока ждали обеда. Каждый думал по своему, но всё о том же… Их мысли не давали им покоя, но зато их прервал Старки, неся первые тарелки аппетитного кушанья. Первую тарелку, как всегда, клали для Анко, а затем для Серены. Потом для Лерона, Дориана и Федерика. - Поторопите Анко, чтобы не остыло! Мясо и холодное несовместимые понятия! - Старки услужливо сказал и удалился за барную стойку. Он видел в их глазах, где Анко. Старки уже 320 лет держит этот маленький трактирчик. И Мистики тут самые частые гости, он видел и их радость и их горе. И пьяных в стельку, и трезвых, как стёклышко, правда, которые более страшные, старый трактирщик решить никак не мог. А сейчас он видел просто адские муки. Что за люди эти Мистики? Скрывают боль о товарище, а зачем? Кто не плакал, потеряв близкого и дорогого? Ну, кроме тех, кто вырвал сердце. Старки медленно спустился по барной лестнице в подвал. Была одна бутылочка, которую он берёг с начала войны. И принёс её ему однажды блудный сын… - Мы же просили, как обычно! - Федерик недовольно ударил кулаком об стол, когда увидел чужую для них бутылку. - Не кипятись, парень! - Старки грозно сказал, продолжая открывать бутылку. - Я вам расскажу одну историю. - Старки, ну зачем вы так?! - Серена уже жалобно спросила, еле сдерживая слёзы. - Вот, ты, черновласка, кого потеряла? - Старки плевать хотел на возражения ребят. - Одного из моих самых дорогих сенсеев, нашего предводителя! - Серена с гордостью ответила. - Видите, как гордо ответила? - Старки усмехнулся. - Видимо, не зря вас Анко с Ателиусом на пару гонял! - Старки, дайте нам поскорбить! - Дориан уже повысил голос. - Засохни, сосунок! - Старки выпрямился. – Мал ты ещё, на меня тявкать! - Старки встал во весь рост, который, надо сказать, был внушительным. Пусть старик и был седым, но Серена была уверена, что Старки не позабыл ни одного искусства, которому его учили на Мисткале. Как никак, Старки был единственным Скорпионом из первых, который ещё был жив. Он отошёл от дел уже давно, и стал осведомителем. И тут надо сказать-самым лучшим. А ещ он неведомо где досовал самое лучшее оружие и мог достать такие ценные целебные травы, что Мамэеи Серене до сих пор не удавалось узнть, как он это делает. - Старки, говорите, чего хотели, - Серена изнеможённо сказала, измученно посмотрев на старика. - Эту бутылку мне принёс 270 лет назад, по местным меркам, не знаю, сколько это по вашему, -Старки говорил, наконец то достав пробку из ненавистной бутылки, - её мне принёс один балбес, который тогда на Гермесе бред творил. Был перекупщиком, за деньги забирался в старые замки, крал, что попало, но особенно, он любил вино и дорогой алкоголь, и этот оболтус мне и принёс эту бутылку, перед тем, как его папаша его послал ума набираться а Мисткал, - он говорил, разливая малиново-багровую жидкость в хрустальные бокалы(как ещё давно подметила Серена, бокалы то из Афрозитского стекла, стоили безумных денег в мирное время, а в войну-просто баснословное богатство), - но в последний вечер тот балбес сделал последнюю вылазку в королевский дворец, именно за этой бутылкой. И он попросил распить её вместе с теми, кто будет по нему скорбеть в день его смерти в моём заведении! - Старки разлил вино в 6 бокалов, и поднял один из них. – На здоровье, ученики того балбеса! Серена гордо встала, резко подняв бокал, махнув им в сторону пустого места Анко: - Это за вас, сенсей!- Серена сказала, когда с её глаз резко сорвалась пара слезинок. И одна из них упала в бокал девушки. – За вас!- Серена повторила, приподняла бокалы, что сделали и все Астральцы, и вместе они резко опустошили бокалы. Сладкое вино никогда прежде не было настолько горьким… - А насчёт вашей возлюбленной, и, - у Серены голос сломался при мысли о малыше Анко и Элион, - не волнуйтесь, защитим, обережём, глядишь, - девушка нервно дернула печами, усмехнувшись, -потом и обучим! - Если сами не сдохнем раньше, - Дориан шутил, вызвав у своих соратников смешок. Стоящий радом Лерон прижал Серену к себе, гладя девушку по голове. Уж никто из них не думал, что первой расплачется Серена. Серена на миг повернула голову на пустое место Анко… назовите это бред сумасшедшей, бред горюющей, но там был Анко. Сидел на своим местом и улыбался той насмешливой, но такой доброй улыбкой, словно был жив… словно имел шанс. Он встал и направился к выходу. В дверях явление, смотря на Серену через плечо, молвило: - Береги мою семью, и моих учеников! Я горжусь вами! И не виню, Серенка! - Серена не могла понять, реально ли было это видение. Но Серенкой её звал только сенсей Анко... - За Анко! - все присутствующие в баре опустошили по ещё одному бокалу того легендарного вина. Последнего вина Мистика. - Вот вы Мистики такие странные, - Старки сказал, смотря на остывшую еду в тарелке Анко. Ребята за столом молча сидели уже пару часов, и Старки уже изрядно надоело это Натур-Морте. - Старки, почему? - Серена спросила, не поднимая глаз. - Вы всё скрываете, прячете, а потом удивляетесь дерьму, которое льётся на вас! -Старки мирно сказал. – Вот, ты, черновласка, прячешь слёзы? А зачем? Твой сенсей умер, естественно, что ты скорбишь! А ты, Лерон, за цинизмом, что прячешь? Дориан, что ты прячешь за своим оружием? А Федерик не способен думать на перёд, а только сегодняшним моментом. Что ты не хочешь, чтобы видели другие? - Старки риторически спросил. - Смысл? Вы ведь команда, а Мистики постоянно твердят про козырь в рукаве. Бред сивой кобылы в заднице! - Враги могут исполь… - Серена начала, но Старки её грубо прервал: - Да плевать врагам вашим на то, что ты хочешь стать льдиной! И плевать они хотят на то, что Дориан по какой-то причине не использует магию, предпочитая физические атаки! Плевать им на то, на что Лерон так обозлился, и плевать ещё больше на неорганизованность Федерика! Им бы убить вас поскорее! - Старки грубо сказал, ударив кулаком до столу, отчего бокалы пошатнулись звонким треском. - Поймите же вы, прекратите скрывать себя! Вы сами поете могилу своему счастью! - Старки зло сказал, кинув на стол золотые монеты Дориана: - Забери! - Но обед! - Дориан пытался возразить, но улыбка Старки его просто разоружила: - Забери! - Старки повторил, сказав таким странным голосом. – Анко тут столько пропил, что могу проставиться на его последний обед! - Старки, вы, - Серена пыталась осмыслить все слова старого трактирщика, а потом просто выдохнула от того, что ей было нечего сказать, - вы просто нечто! - Из твоих уст, черновласка, это звучит как комплимент! - старец немного склонил голову для Серены. - Это была констатация! -Серена угрюмо сказала, пропустив пальцы через густые волосы по скальпу. - Идите домой, - Старки устало сказал, - и залижите раны, не лезьте на остриё, иначе Ателиусу придётся похоронить ещё троих сыновей, и дочку! Астральцы медленно встали из-за стола и направились к выходу. - Черновласка! - Старки отозвал девушку, которая выходила последней. - Да? - Серена внимательно посмотрела на старика из дверного проёма. - Анко хотел, чтобы ты обучила его ребёнка, когда придёт время, он верил в тебя, - Старки усмехнулся, выпив из горла бутылки. - Я даже не думала бросать этого ребёнка! - Серена тепло улыбнулась, положив ладонь на сердце. - Тогда ступайте с миром! - Старки сказал хриплым голосом и начал собирать посуду со стола.