История

Серена медленно вела товарищей через пустынные коридоры, где алые блики скудного пламени отражались на стенах былого величия. Подвалы афродитского королевского дворца были самыми гостеприимными из всех, что девушка когда-либо встречала. Здесь не было шершавых чёрных стен. Здесь не было милой влаги и ледяного сквозняка, что пробирал до неистовой дрожжи. Здесь не было тех теней, что пугали до полусмерти любого. Подвалы былого дворца казались уснувшими. Афродита некогда славилась своей любовью к красоте и изяществу. Поэтому даже подвал королевского дома не срамил эту славу. Белоснежные стены в свете пламени и тьмы казались кроваво-карамельными, покрытыми копотью и пылью множества веков. Некогда сияющий мраморный пол был усеян прахом тех, кто был потерян в этом месте в древние войны. Даже тишина здесь была другой. Голоса утерянных для всех миров здесь будто шептали. Кто-то кричал. Кто-то словно стонал от вечных мучений. Кто-то рассказывал древние истории, словно надеясь, что его хоть кто-то услышит. Но здешние истории были на древних диалектах, и мало кто из ныне живущих понял бы мольбы утраченных. Серена знала, что эти подвалы не так-то пусты, как казалось. Часто, проходя мимо старинных зеркал в невероятных рамах из Салереанского золота и самых прекрасных самоцветов, что всё ещё ярко мерцали, в пыльной поверхности старинного серебряного зеркала можно было увидеть измученные лики обитателей этого замка. Эти страшные, измученные очи появлялись столь же стремительно, сколько и исчезали в неведении и вечном безмолвии. Часто, ночуя в этих стенах, Серена замечала странности. Ночью её будили диковинные звуки, чьих-то шагов, что исчезали во тьме за поворотом. Частенько девушка вздрагивала в ночи от леденящего кровь детского смеха, что доносился будто от кого-то, кто стоял прямо перед ней, а затем молниеносно раздавался эхом по мраморным стенам. Часто, проснувшись от прозрачного сна в пару часов, Серена обнаруживала, что её немногочисленные вещи лежат не там, где она их оставила. Нож, что лежал рядом, мог лежать у поворота в не просматриваемую пустоту. Мечи и вовсе могли висеть на тёмном факеле. А на пыльном зеркале, что отражали меч и факел, в пыли были отпечатки человеческих ладоней. Каждый раз, когда Серена осмеливалась всмотреться в это зеркало, на короткий миг она снова видела лики погибших. Именно Ателиус рассказал девушке о том, кто обитает в тихих подвалах, окутанных тайной и кровью давних времён. Зная старинные рассказы Афродиты, Серена не позволяла тишине играть в игры с её разумом. Она просто знала, что здесь бродят духи. Но ни разу эти обречённые души не пытались ей навредить, а посему, Серена была лишь предельно внимательна и сосредоточена, однако о нападении она не волновалась. Слишком мало власти у погибших здесь. - Лерон, не смотри! - Серена отвлекла беловолосого юношу, который увидел блик огня в очередном пыльном зеркале. Юноша повернулся к серебряному изделию и ласково провёл ладонью, чтобы снять густой слой пыли. В коридоре тут же отразились стоны, что громким эхом, гулом, казалось, доносились из королевских мраморных стен. - Что это?! - громко спросил Салазар, скривив лицо. Громкий звук был правда неприятен на слух и больно диссонировал по ушам. Но вместо ответа на столь серьёзный и важный вопрос, Серена резко кинулась к Лерону, уронив свой факел на пол. Применив нехитрые приёмы рукопашного боя, черноволосая нимфа заставила юношу упасть перед ней на колени. Убрав Лерона от зеркала, Серена тут же повернулась к нему и стала рисовать причудливые знаки в густом слое пыли, но вой обитателей межмирья лишь усиливался... Серене не оставалось ничего другого, кроме как вынуть из рукояти нож и резко вонзить его в зеркало со звонким треском. Зеркало мгновенно покрылось паутинкой трещин и опало на Лерона хрустальным дождём. Резко вздохнув, Серена тут же опустилась к Лерону, приподняв к себе его лицо. - Ты как, в норме? - её голос звучал чётко, ясно. Но уши Салазара уловили ещё какие-то высокие ноты, которым он не мог дать определение. - Да, - Лерон медленно ответил, слабо отвернув голову от девушки. - Лерон, начало третьей Чёрной войны?! - резко спросила Серена, схватив товарища за грудки. - Пятая эра по Среднему исчислению! - тут же, негодуя, ответил юноша, убрав от себя тонкие женские руки. - Хвала небесам! - Серена тут же вздохнула, поднявшись на ноги. - Серена, что это было?! - Салазар снова приступил к расспросам. - Духи умерших, - прошептала Серена, взглянув на пустую раму на стене. - Они уже многие века мучаются между двух миров, не находя успокоения, - тихо рассказала девушка. - А это, - она кивнула на Лерона, - была их ловушка. - Ловушка от призраков? - Лерон приподнял бровь. - Верно, - Серена серьёзно кивнула, - встав между двумя призрачными зеркалами и взглянув самому себе в глаза, ты бы отдал им свою душу, даже не заметив этого! - жестоко поведала она, оглянувшись на разбитую раму и ласково приложив к ней руку. - Но человек не может вот просто так отдать свою душу, - Салазар не поверил словам девушки. - Зато её вполне просто забрать, - девушка была безмятежна, словно море в штиль, - и для этого не нужны дьявольские договора, - иронично добавила она, окинув своих товарищей острым, словно сталь, взглядом. Они оба тут же поняли, что её слова истинны, и ослушаться их значило бы для них немедленную погибель. - Но ты же говорила, что они безвредны! - Лерон ничего не понимал, отчего недоуменно повысил голос. - Это так, - Серена не отказалась от своих слов, - если знать их нравы. Хотя, Лерону не много бы удалось им отдать! Она хитро прищурила глаза, столкнувшись взглядом с Лероном. Юноша понял, о чём толковала черновласка, но перед Салазаром он решил промолчать. У каждого из них своя правда о той ночи, когда некая Серена Астральская предала всё, что когда-то, по её словам, было ей дорого. - Просто не смотрите в эти зеркала, - коротко пояснила Серена, развернувшись к тёмному коридору, что ждал их впереди. - Шагайте за мной и смотрите вперёд. Тишина снова окутала тройку путников, но, благо, продлилась она недолго. Уже через несколько минут Серена поставила факел на подставку на белой мраморной стене, устало опустив небольшую сумку на пыльную землю. - Привал? - Лерон неприятно удивился этому открытию, не торопясь опускать своё бренное тело для отдыха на землю. - У вас – да, - тут же ответила Серена, нагнувшись к своей сумке. - Дальше идёшь одна? - тут же спросил Салазар, шагнув ближе к девушке. - Отсюда до выхода во дворец примерно триста метров, - Серена ответила ему, подняв фиалковые глаза к темноте, что стояла перед ней, - вы остаётесь здесь, для отдыха, я пойду на разведку. - Как скоро нам ждать твоего возвращения? - Салазар был предельно серьёзен. - Я вернусь примерно через три часа, - незамедлительно ответила девушка, достав из сумки серебристый револьвер. - Откуда он у тебя?! - Лерон еле слышно выдохнул, соколиным взглядом сверля табельное оружие в руках девушки. - Лучше не спрашивай, - Серена тихо ответила, зазунув револьвер за пояс и откинув волосы на плечи. - Я спросил, откуда оно у тебя! - Лерон резко схватил девушку за плечо, заставив её встать на ноги. - Оно бы не помогло вам тогда! - Серена не менее резко ответила товарищу, смело встретив его взгляд своим, положив сильные женские руки на его. – Это табельное оружие Тайного Крыла! Сэм его хранил около трёх веков, я его увидела чисто случайно, глупец не знал ценности этой вещицы! - её голос был резок и ясен. - Сколько у тебя пуль? - спросил тихим голосом Салазар, оттолкнув Лерона от Серены. Его глаза снова были как тогда, у дверей палаты его братьев… И Салазар всерьёз опасался того, что Лерон нападёт на девушку. - Тут всего три пули, - Серена ответила сенпаю, но взгляд её был прикован к глазам Лерона, - я взяла его собой не для убийства, - Серена опустила руки, надевая на них такие родные кожаные перчатки, - если я из него выстрелю, сдам всех нас, но оно может нас спасти! Во дворце вообще нет магии, и пройти этот остаток пути будет сложнее всего! - Если ты не вернёшься через три часа, как быть нам? - поинтересовался Лерон, язвительно подняв глаза к девушке. - С этой минуты я вам не указ более, - Серена вздохнула, скрестив руки на груди, - желаете идти за Ателиусом в одиночку - идите, желаете уйти - идите, - смело ответила она, - и там, и там у вас будут равные шансы погибнуть, - она иронично закончила свои слова, оглядев своих путников. - Мы будем ждать три часа, затем пойдём за вами, - тихо сообщил девушке Лерон. - Воля ваша, - Серена кивнула, развернувшись. Дальше красавица сделала шаг в темноту, легкими пальцами касаясь стены, чтобы не сбиться с пути. Вскоре её шаги окончательно затихли в звуках неизвестности каждого нового вздоха. Салазар и Лерон сели на холодный пол, не сказав и слова. Им оставалось лишь отмерять отведённые девушкой часы на то, чтобы она вернулась с благими вестями, молясь всем богам, чьи имена они только знали, чтобы всё разрешилось в их пользу. Или хотя бы без потерь. Серена тихо шагала вперёд. Без света и в этой тишине хотелось закричать, чтобы убедиться в том, что ты ещё жив. Но на тот момент такие напоминания девушке были не нужны. Она, словно хищная птица, летящая к своей цели, шла к окончанию своего задания. Для неё судьба предусмотрела только два возможных варианта: возвращение Ателиуса и смерть… Лерон сидел при свете факела, смотря на Салазара. Беловолосый юнец взглянул на факел, что так ярко мерцал во тьме и приятно грел затылок… То пламя обжигало, как никакое другое… Лерона резкой волной откинуло от стола, где несчастно рыдало юное дитя. Хрустальный воин не успел даже вздохнуть, когда дерево, перекладины, щепки и доски опали на его тело, мощно приковав юношу к пыльном полу, лишив его этого чудного дара - вздохнуть. Лёгкие тут же сильно пережались, голова казалась свинцовой и такой же бесполезной, ибо молодой воин ничего не мог сделать для себя в тот миг. Громкий шум, звук пламени о дерево, детский плач, крик женщины - всё смешалось в неповторимую симфонию горечи в ту яркую ночь. Лишь оглянувшись в сторону, в дыру, что демон проделал в стене дома, Серена и Лерон в мгновение увидели, как совершенно неподалёку от них в тёмное ночное небо взмыли несколько ярких пламенных столбов. В городе тут же раздались невообразимые вопли и крики. Лерон постарался взглянуть, целы ли его сестра и женщина. Юноша смог приподнять голову, он видел, как девушка обернулась к нему, в её глазах были испуг и смятение. Она резко повернулась к демону, начав что-то шептать. Но глаза Лерона видели, что слова нимфы не трогали огненное чудище, что стояло прямо над ребёнком без тела, лишь уродливая морда в огненном обрамлении. Крики женщины были в агонии. Серена начала всхлипывать от того, что пламя стало пожирать её одежду, ласкало её обнажённую плоть. Серена встала с кровати, всё громче крича свои слова, но демону они были безвредны. - Серена, убей! - резко закричал Лерон из последних сил, что остались в его теле. Девушка, вздрогнув, словно от удара, взглянула на него. В дыме и пламени он видел в её глазах то, что потом, через несколько часов она будет кричать ему в лицо. Она отказывалась от его слов и его приказа. Лерон видел, как демон стал поглощать тело ребёнка, заменяя их чакры. Лерон понимал, что демон скоро обретёт плоть, и только одна Приисподния знает, какие беды обрушатся на головы горожан… У Лерона не было времени обдумать решение, которое он уже принял. Да и думать он не хотел. Лерон был уверен, что так ему удастся остановить демона. Но, чтобы принять это решение, Лерону пришлось пойти на самую грязную сделку со своей совестью. В тот миг ему не нужен был Дьявол, который шептал бы поставить подпись. Не нужен был бы умирающий товарищ перед глазами, ради которого поставить эту подпись, отдав свою душу. Лерону часто приходилось убивать тех, кто учил его за их грехи. Лерону часто приходилось убивать тех, кого учил он сам, ибо, как учитель, он не разглядел грязи, что была у его учеников в сердце. Ему часто приходилось убивать тех, кто были ему соратниками, братьями, товарищами. Тех, с кем он ел, воевал, падал и вставал бок о бок. Ему часто приходилось убивать людей смертельными и не столь опасными ядами. Ему часто приходилось убивать окольными путями. Но то, чего Лерон никогда прежде не делал, так это то, что он никогда в жизни не имел нечестности убивать чужими руками. Но сейчас это был единственный выбор. - Техника Куклы: Техника Кукловода! - прошептал Лерон, обратив свою руку к Серене, что стоя посреди пламени, шептала древние мольбы о спасении и отступлении зла. Внезапно небо в городе озарилось ярким пламенем. Дюжины огненных столбов по всему городу взмыли к чёрным небесам, окрасив те в цвет запекшийся крови, где небеса переливались всеми оттенками от яркого света пламени. Рука Лерона тут же ощутила на себе власть над телом девушки. Серена сделала шаг вперёд по приказу движения руки Лерона, с ужасом окинув брата взглядом. Но она не видела его глаз под повязкой. Лерон отдал рукой ещё один приказ. Рука Серены потянулась за кинжалом, что был у девушки в сапоге. Сделав шаг, девушка приподняла согнутую ногу, достав рукой тот самый кинжал… Серена в тот миг дрожала от ужаса. Её тело было скованно. Как бы она не старалась избавиться от оков вражеской Техники, её тело покорно выполняло все приказы. Горячая кожа ощутила всегда холодное Менсилское серебро в руке. Пальцы сильно сомкнулись на рукояти оружия. По щекам Серены текли слёзы. От беспомощности перед тем, что ей предстояло пройти. И пугала девушку вовсе не огненная стена, что стояла между ней и ребёнком. Она понимала, что Лерон хочет сделать. Три быстрых шага сквозь пламя. Огонь сильно опалил одежду девушки, оставив лишь скудные лохмотья, чтобы прикрыть нагое тело юной нимфы. Делая последний шаг, её рука вознеслась над кричащим тельцем младенца. Его маленькая грудь судорожно вздымалась вверх и мигом падала вниз, издавая невероятные, жалобные крики. Ножки и ручки малыша отчаянно пытались найти теплоты и ласки там, где было лишь пламя и прах. - НЕТ, НЕ НУЖНО, ПРОШУ ВАС! - тут же закричала женщина, увидев, как Серена стоит с ножом в руках перед её ребёнком. Ослабевшая роженица из последних сил заставила себя встать на ослабшие ноги. Но те были не в силах её удержать, и юная женщина камнем упала на горячий пол. - Я прошу вас, не отнимайте у меня моё дитя! - тихо взмолилась она, протянув руку к Серене. Техника Лерона была несовершенной. Серена сумела повернуть взгляд в сторону несчастной. Встретиться с ней глазами. Увидеть тот немой ужас, который может испытать только мать. Увидела тот страх, что был в её очах. Ту мольбу без голоса. Ту надежду, которая таяла, словно снег. - Прошу вас! - прошептала она, пристально смотря Серене прямо в глаза… Взгляд Серены устремился к ребёнку… «Лерон не посмеет», - пронеслось у неё в голове. В тот же миг Лерон приказал девушке опустить руку. Серена с ужасом видела, как её рука падает, как сверкает серебряный клинок в бликах яркого пламени… Как плавно острое лезвие пронзило тело младенца. Как хрустнули его кости. Как на теле появились кровяные подтёки, унося за собой жизнь этого маленького человечка. Серена не осмеливалась выдохнуть… Её слух отказывался слышать крики женщины, что рыдала на полу за ней, но она слышала крики… Как вдруг внезапно из неоткуда поднялся невероятный ветер. Вьюга поднялась в середине комнаты, резко закружив в вальсе всё вокруг себя. Серена подняла голову, прикрывая глаза руками, чтобы рассмотреть то, что происходит. Ветер сильно ранил обнажённую кожу. Сила стихии заглушала любые звуки, которые только могла. Вьюга бушевала с такой силой, что откинула Серену к груде обломков, под которыми лежал Лерон… Окинув город взглядом, Серена видела, что такая буря бушевала во всём городе. Помучив горожан лишь ещё несколько секунд, буря стихла столь же внезапно, как и появилась. Мгновенно стало невероятно тихо. Серена оглянулась вокруг. Поняв, что неизвестно чего ожидать, Серена кинулась к ребёнку. Преодолев всего несколько метров, девушка снова увидела кровь, которую пустили её руки. Ребенок не дышал. Маленькое тельце стало пугающе синим, а из его груди торчал тот проклятый кинжал. Взгляд затуманился слезами, а руки покрылись дрожью и ледяным потом. Собственные ссадины и ожоги тут же перестали болеть, когда она поняла ужас всей этой картины. Девушка подняла дрожащие от ужаса руки к тельцу, не осмеливаясь к нему прикоснуться. Опытный взгляд медика подсказал девушке всю истину содеянного её же руками. Этот ребёнок больше никогда не вздохнёт. Никогда более этот ребёнок не будет дышать. Никогда. Какой бы ужас, неведомая, невесомая, вязкая пустота не была на сердце у Серены, его сердечко остановилось на века. Этого она не смоет ничем. Ни криками, ни молитвами, ни слезами. Ни даже реками собственной алой крови. Серене хотелось кричать. Кричать так, чтобы весь мир замер от её крика. Чтобы этого крика боялся весь мир, затихнув в оцепенении. Она не желала верить, не желала понимать и принимать то, что это сотворила она. Она ведь не могла… Она всегда спасала невинные жизни. Она не смогла спасти эту. «Ты его погубила!» - эти слова вновь и вновь раздавались в её разуме, когда она стояла над тельцем бездыханного ребёнка. Девушка стояла, облокотившись на руки и глубоко дышала, только бы не выпустить ту бурю эмоций, что бушевала в ней. Только бы не подпускать содеянного к сердцу. Только бы не… Внезапно женщина, что лежала на полу поднялась на слабые ноги. Её дыхание прервалось от того, что она увидела за Сереной. Черноволосая красавица обернулась к юной матери, надеясь что-то сказать, чтобы облегчить её страдания. Серена постаралась укрыть маленькое тельце за белой простынёй, но едва её свинцовые пальцы коснулись нежной ткани, голос женщины сорвался: - Не смей, не трогай его! - тут же закричала она, кинувшись к Серене. Юная мать грубо изо всех своих последних сил оттолкнула девушку в сторону. Её удар не был сильным, но Серену он ударил, как никакой другой, уколов в самое сердце и разнеся его на щепки с кровавым месивом. Женщина аккуратно повернулась к ребёнку. Её руки, губы, ресницы - все дрожало. С ресниц падали тихие, безмолвные реки слёз. Непрошеные и неутолимые. Её руки дрожали, опускаясь к телу её сына. Её лицо медленно искажалось в гримасе боли. Брови свелись. Уголки губ поднялись вверх, а сами губы дрожали, словно натянутая струнка. Ресницы скрыли её очи от этого мира, и голос разразился её рыданиями. Мать нагнулась над телом своего дитя, нежно приподняв хрупкое тело на руки и прижав его к своей груди, несмотря на кинжал. Она бережно, словно держа в руках песочную скульптуру, что может в любой миг рассыпаться в руках, приподняла белую ткань, укрывая своего сыночка. - Я никогда не забуду этого! - тихо прошептала женщина, прижимая лицо к щеке сына. – Я не знаю, как, не знаю, когда, но обещаю тебе, тварь, что ты познаешь моё горе! - презренно выплюнула она, смотря в потемневшие глаза Серены. – Твои ожоги заживут, а мои будут жить вечно! Дай-то боги, чтобы твоя душа никогда более не ведала покоя, дай-то дьяволы, чтобы твои сны не знали мира, дай-то, чтобы ты мучилась от каждого вздоха, а моля о смерти - не находила встречи с ней! - Я не желала! - Серена взмолилась к ней, сделав неуверенный шаг к женщине. Но та выдернула кинжал из груди своего ребёнка, мгновенно выставив его перед собой. - Я клянусь тебе, что этот кинжал пронзит твоё сердце, когда оно будет биться счастливее всех, клянусь тебе! - громко воззвала она, опустипвшись на пол в рыданиях. Её тело будто сломалось пополам, а локоны легли на пыльный, горелый пол, крепко прижимая сына. Кинжал звонко упал на каменный пол. - Нам нужно уходить, - на обнажённые плечи Серены легли тёмные руки Лерона, а его голос тихо молвил те самые слова. – Ты ничем уже им не поможешь, нам нужно идти! Но тело девушки оцепенело. Она не могла сделать и шага. Сказать даже слова. Казалось, что она забыла, как вдохнуть. Юноша в чёрных одеждах вытолкал девушку наружу, подняв их обоих на крышу соседнего дома, оставив юную мать в тёмной компании её грусти и скорби… Серена шагала по тёмному коридору, и наконец-то он закончился. Девушка упёрлась в новую стену в полной тишине и пустоте. Пальцы девушки знали, что нужно стать ровно по центру стены, для того, чтобы найти один кирпич, что выступает наружу. Его следовало вжать в стену, и тогда она сможет войти в дворец. Выдохнув, нимфа втолкнула холодный камень в стену, ожидая вердикта. Стена тихо, практически беззвучно расступилась пред девушкой, и она сделала шаг в такую же кромешную пустоту. Уже первый шаг в новое место омрачился ударом дерева о дерево. Девушка тут же замерла, подавив в себе желание сделать ещё шаг, чтобы выбраться из тьмы. Пришлось себе напомнить, что этот тайный проход был самым дальним. И во дворце он приходился на кладовку на кухне, в самом подвале замка. Серена сгруппировалась, и следующие шаги девушка делала крайне аккуратно, дабы не создать новых ненужных звуков. Она нагнулась, выставив перед собой руки, чтобы в случае необходимости убрать препятствие. Но вскоре она снова упёрлась в дверь. Внимательно поднявшись по ней руками, девушка сделала небольшой шаг вправо и подняла руки повыше. Тут же её лицо озарила улыбка, потому что руки нащупали во мгле старую масляную лампу. Повернув небольшой рычаг, Серена мгновенно зажмурила глаза, прикрыв их рукой. Лишь когда очи снова привыкли хоть к какому-то свету, Серена смогла опустить руку и оглядеться. Красавица находилась в небольшом помещении в компании нескольких десятков старых швабр. Старые оловянные вёдра валялись на грязном, пыльном полу. Больше в помещении не было ничего, кроме старых склянок с моющими средствами, что уже давно испустили свой дух, выветрившись за многие года простоя. Серена внимательно осмотрелась. Здесь не было ни одного полезного для неё предмета, а посему, девица внимательно оглянулась на дверь и позволила себе редкое удовольствие её приоткрыть.