История

- Что? - Серена вздохнула с ужасом я ярко-фиалковых очах. Слова, что только что покинули уста Федерика никак не могли уложиться в разуме Серены. - Но как такое вообще возможно?! - она обратилась к Федерику. Ателиус ещё в первый вечер Серены на Астрале сообщил девушке одно простое правило. Все мужчины этого дома - её братья и наставники. Любить их иной любовью, кроме как любовью к учителю, соратнику, товарищу, брату ей было запрещено. Ателиус так же пообещал ей, что девушке не стоит даже думать о том, что для кого-то из его подданных Серена может стать кем-то ближе, чем сестрой. Ателиус явно дал понять, что подобного он не одобрит и сделает всё, чтобы пресечь данное деяние в самом его корне. - Возможно, - Федерик печально усмехнулся, мечтательно смотря на Серену. Хотя, он скорее смотрел куда-то за девушку, думая о том, что ведомо лишь ему самому. - Мехримах покорила сердца всех нас. Айщегюль всегда была холодной, статной, расчётливой. Для Мистесы это хорошие качества, но только для Мистессы. Ни один человек не сможет быть мистиком все мгновения в перемене дней. Мистики - это словно песочные часы: поставишь их в одно положение, увидишь одного человека, перевернёшь, и человек так же меняется, будучи тем же самым песком в стекле. Айшегюль же всегда была одним и тем же. Ей доставляло удовольствие внимание мужчин. Её сердце бурлило радостью, когда она была единственной девой среди нас. Естественно, что госпожа Мамэя всегда была выше неё, и к госпоже Айшегюль всегда была холодна, несмотря на то, что Мамэя всеми силами старалась заменить им погибшую мать. Айшегюль привыкла быть во всеобщем внимании. И тут появилась другая. Появилась та, что сияла, словно солнце. Красота Айшегюль неоспорима, ты видела её, - Федерик дождался кивка Серены, - на балах всё внимание всегда было приковано к ней. Она этим играла, словно куклами. Но красота внешности Мехримах была другой. Она была нежной, и эта нежность не была наиграна. Она была скромной без задней мысли. Она была благородной без желания выгоды для себя. Она умела искренне радоваться простым вещам, она радовалась даже такой мелочи, как простой цветок, который Ателиус принёс в дом. Она радовалась пению птиц. Она не требовала от других многого, пока сама не могла сделать. Она была терпелива и покорна. В отличие от Айшегюль, она была чиста душой. Ателиуса она слушала во все внимании, ловя каждую фразу, слово, жест, мимику. Она хотела помогать людям, - на миг Федерик замолк, отпив горячей жидкости из своего бокала, и тихо продолжил, смотря Серене прямо в глаза: - Я не могу сказать, когда зародилась их любовь. Может, сразу, может, через века, проведённые в этих стенах. Но это не изменило того, что Лерон к девушке познал то, что дано всего раз в жизни: первую любовь. Я могу себе представить его муки в тот момент. Мехримах всегда была с нами. Мы вместе пили, ели, спали. Вместе побеждали и терпели наказания за провал. Она никогда не унывала. Ни разу я не слышал от неё жалоб на её судьбу. Она стала полной противоположностью Айшегюль. Не помню, кто это сказал, что Айшегюль и Мехримах - луна и солнце нашего дома. Солнечная Мехримах и лунноликая Айшегюль. Любовь их была запретной, но они сберегли её в тайне ото всех, Лерон не сказал даже мне и Дориану, боясь гнева Ателиуса. И я уверен, что Лерон не совершил ничего постыдного по отношению к Мехримах, он не того склада ума. Лерон всегда мечтал... По крайней мере, до того, как нас освятила Мехримах, что он встретит ту одну единственную, с которой он пробудет до последнего вздоха. Ему повезло, судьба подарила ему такого ангела. И я помню тот вечер!.. Лерон наблюдал за Мехримах, что кружилась на людном танцполе под зажигательную, лучезарную мелодию. После задания в Долине, компания молодых Астральцев была вынуждена приобрести новые одежды. На чудесной, зеленоглазой девушке красовалось потрясающее платье бирюзово зелёного оттенка с красивой вышивкой алых роз. Платье с переди было немного короче, чем с зади, платье не прикрывало колен девушки и полупрозрачная юбка красиво струилась по тонким, утончённым ногам юной нимфы. Её огненные локоны диким вихрем развивались по плечам, что были облачены в бежевый жакет. Она кружилась, смеялась, её улыбка была ярче даже самых чистых меркурианских брилиантов. И для Лерона-во много раз дороже...или это крепкая текила из чистой агавы так сильно кружила воину голову? Девушка ворожила его. Внезапно, юноша почувствовал, что он не желает, что бы кто то танцевал с той, кого он тайком прозвал ласковым прозвищем Лисёнок... Четин, Айшегюль, Федерик и Дориан - все сидели за одним столом вместе с Лероном, что-то живо обсуждая. Но некоторые, как Лерон, не могли заставить себя отречься от созерцания танцующей девушки... Мехримах распрощалась с очередным юношей, кому она подарила один танец, и в такт музыки, девушка шагнула к столику. - Пойдёмте танцевать, такая волшебная музыка! - девушка весело вздохнула, окинув соратников добрым взглядом. - Я пас! - Четин трагично вздохнул, кивнув на сильно опухшую ногу. После задания ребята окончательно истратили всю чакру, а по сему помощи они ожидали в шумном, людном месте. Когда в небольшом городке случается фестиваль, более людное место сложно представить. А Четину не повезло - ему в бою ранили ногу. Не смертельно, но юноша не мог идти самостоятельно. - У тебя уважительная причина! - Мехримах подмигнула черноволосому юноше. - Дориан, Федерик? - её счастливый и пылкий взор обратился к товарищам. - Нет, я тебе ноги оттопчу! - ребята в один голос молвили, серьёзно смотря на волшебную, огненноволосую бестию. - Мехримах, успокойся, - Айшегюль холодно сказала, поднеся к губам бокал с напитком цвета крови, - мы не за танцами сюда пришли! - она серьёзно резюмировала. - Лерон! - девушка повернулась к беловолосому юноше. - Смотри, какая волшебная музыка! - она опустила тонкие женские ладони к его грубым от боёв ладоням. - Пойдём! - она игриво молвила, таща его в сторону танцующих мелкими движениями стройного тела в такт зажигательной музыке гитар и барабанов. Лерон вздохнул с улыбкой, поддавшись чарам той, что уже давно его околдовала. Против его воли... но сейчас, шагая за ней в чащу танцующих пар, чувствуя её тёплую ладонь в своей руке, он не сожалел. Лишь молил богов, чтобы этот танец как можно дольше не кончался. Играла потрясающая музыка гитар, барабанов и всего того, что делало музыку весёлой, легкомысленной, задорной и лёгкой. - Я плохо танцую! - Лерон оповестил девушку, что не отпуская его ладоней танцевала краше любой из присутствующих девушек. - Я тоже, - она весело улыбнулась, замотав головой, и её огненные пряди красиво раскинулись по стройным, статным плечам, - но разве это имеет значение? - она легко поинтересовалась, притянув Лерона ближе к себе, и положив его руки себе на бёдра, а свои опустив на его сильные плечи и невообразимые белоснежные локоны. - Нет, не имеет! - Лерон не мог спрятать улыбку от глаз Мехримах. Юноша закружил девушку в простом танце в зажигательном ритме музыки. Ему хотелось, чтобы этот танец никогда не кончался... Как вдруг, Лерону стало мало просто танца. Он внимательно поднял руку с талии девушки, мягко касаясь стройного тела до плеча, а затем, самыми кончиками пальцев, пробежавшись по её руку, он снял её ладонь со своего плеча, закружив девушку. Мехримах не сопротивлялась - нимфа поддалась его движениям. На её лице расцвела удивлённая улыбка, и страстный, игривый огонёк загорелся в ярко-смарагдовых глазах. - И кто тут не умеет танцевать? - девушка кокетливо молвила, не сводя глаз с ледяных очей беловолосого воина, когда он поднимал её с поклона, придерживая за ровную спину. - Сейчас посмотрим! - Лерон улыбнулся ей, уводя в красивую линейку шагов. Рука девушки мягко и невесомо касалась его плеча, обжигая собой. Ладонь, что держала её тонкую ладошку хотелось сжать сильнее и никогда не отпускать. Её шаги были невесомыми, неощутимыми, но девушка полностью подчинилась юноше. Лерон мягко, но уверено вёл девушку, не позволяя ей столкнуться с другими людьми под светом свечей. Они вместе танцевали столь волшебно и завораживающе, что пары расступились к стенам бедного зала, оставив старый обшарпанный и стершийся от девичьих каблуков паркет во власти тех двоих. Айшегюль бурлила злобной, чёрной ненавистью, смотря на первую пару. Ярость в миг завладела разумом девушки, её тёмные очи потемнели ещё больше... Тем временем музыка лилась резким, звучащим ручьём, задиристо заводя двух танцоров, для которых более не было мира и зрителей. Шаги изящной, словно, сияющей девушки были словно не от мира сего. Она не стеснялась, была собой. Она не старалась прикрыть свою наготу, когда летящая ткань задиралась немного выше, чем того бы хотелось. Музыка унесла её сознание, словно она сама была музыкой. А Лерон с нескрываемым восторгом и обожанием смотрел на девушку, что так сказочно касалась его плеча и ладони. Коле желал притянуть её за талию к себе, девушка красивым поворотом вырывалась из его рук, не отрывая взгляда. Словно играя с тем, кого знали, как Колоса. И знали бы те, кто его чествовали этим именем, что его каменное сердце растаяло от её взгляда. Но не зря Лерона прозвали Колосом - юноша всегда добивался своего. Когда Мехримах в очередной раз предприняла попытку увернуться из его рук, Лерон резко шагнул за спину девушки, приобняв её за плечи. Она удивлённо подняла глаза, оглянувшись через плечо, но не возразила ему, когда юноша приобнял девушку за талию, прижав к себе спиной. Девушка ласково опустила ладонь на его руку на своем животе. Он же свободной рукой протянулся к её второй ладони, приподняв её высоко над головой девушки, и закружил красавицу в невероятном танце. Она вновь сумела вырваться из его сильных рук, отступив всего лишь на шаг, но Лерон успел ухватить птицу его счастья за её тонкое запястье и вновь притянуть к себе. Нимфа прижалась к нему спиной, подняв лицо к его очам. Молодой воин лукаво улыбнулся, опустив с плеча девушки край её жакета, оголив стройное женское плечо. Мехримах полностью доверилась юноше в танце. Когда через секунду он её закружил в зажигательном ритме, жакет вовсе слетел с плеч красавицы под громкие аплодисменты публики, что затаив дыхание наблюдала за ними двоими. Мехримах то и дело старалась отстраниться от юноши с улыбкой истинного ангела, в чьих глазах горел адский огонь страсти, навеянный горячительными ритмами музыки и восторженных криков с зала. Но юноша не отпускал её руки, старался сделать всё, чтобы не выпускать тонкую ладошку из своей сильной руки. Развернув девушку, Лерон нарочно опустил её тонкую ладонь на свой затылок, таким образом приблизив к себе девушку. Он словно дышал её дыханием. Его рука ласково погладила девушку по щеке, прикоснувшись к шелковистым локонам красавицы. Она ему улыбнулась... и показалось ли ему, что она ответила на такое прикосновение ласково потеревшись лицом о его огрубевшую ладонь? Всевышние боги и всенизшие дьяволы, прошу, сделайте это истиной! Его рука опустилась ниже к талии девушки, и снова ангел отстранился от него. Она с ним словно играла... но боги были свидетелями тому, что ему нравилась эта игра... - Айшегюль, - Федерик повернулся к черноволосой бестии, что наблюдала за танцующей парой в этом забытом богами месте. Юноша протянул деве руку. - Пойдём, потанцуем? - он с наивной надеждой поднял глаза к статной девушке с жемчужным лицом. Она резко перевела на него взгляд. На миг Федерик возжелал защититься от неё, от этого тёмного... вязкого взгляда. - Ты же мне все ноги оттопчешь! - она гордо выдохнула, не одарив юношу даже своей улыбкой. - Я просто хотел пригласить на танец тебя, - Федерик молвил, прикоснувшись к её ладони своей. - Я не в настроении,Федерик! - она ответила более резко, чем хотела бы на самом деле. Увидев странное удивление на лице Федерика, девушка тут же смягчилась. - Я устала после задания, братик, - она сделала грустное лицо, сведя брови. - Я понял, - Федерик улыбнулся. - Да ладно тебе, Федерик, вон, сколько девушек вокруг! - Четин громко сообщил. - Только все место для танцующих занято! - Дориан ловко усмехнулся, снова взглянув на тех, кто его украли. Мехримах нагнулась под руку Лерона, чтобы вновь попытаться к бегству, но не тут-то было - Лерон уже разучил все пути девушки к отступлению, и закрыл их все. Теперь они танцевали рядом, на расстоянии одного дыхания друг от друга. Её шёлковые локоны щекотали его ладони и лицо. Её ласковые ладони мягко касались его сильных рук и предплечий, иногда спускаясь к сильной груди ласковым, невесомым и едва различимым касанием, заставляя его сердце биться быстрее. Зал ликовал, музыка звучала, звёзды на тёмном небе сияли, а многочисленные факелы, что были прикрыты цветным стеклом, ярко бросали беглые блики... Ласковый бриз моря ласкал кожу, а любовь веяла, невзрачно коснувшись ледяного сердца... Лерон желал, чтобы тот танец не кончался вечность. Чтобы эта нимфа была ещё ближе, чем она уже была. Чтобы они сейчас не были на виду у всех. Он желал всего. И ничего одновременно. Музыка подходила к концу, подарив Лерону и Мехримах сладкие минуты пленительного, дурманящего танца. И музыка заканчивалась. Мехримах всё же удалось высвободиться из рук беловолосого Колоса, но она не желала быть без его тёплых объятий. Девушка тут же кинулась к нему, упав на него, скрестив стройные ножки. Юноша быстро закружил девушку. И, опустив её на старинный пол, она упорхнула от него на два шага, чтобы на издохе волшебной мелодии прижаться к нему всем хрупким телом девушки. Она счастливо улыбалась... Он чувствовал, как её грудь наполняется кислородом и оседает. Он чувствовал, как её дыхание сладко пахнет свежей малиной... Зал ликовал, и её улыбка стала шире, девушка стеснительно опустила лицо, не смея поднять глаз. - Что же ты так? - Лерон усмехнулся, тяжело дыша, немного приподняв её личико к себе. - На нас все смотрят, - она усмехнулась. - На тебя такую невозможно не смотреть! - Лерон искренне молвил, так же опустив глаза в доброй усмешке. - Не преувеличивай! - она в наигранной скромности молвила, звуча восторгу зала, что никак не умолкал. - Нет такого языка, чтобы я полностью высказал мой восторг, Мехримах! - Лерон тихо признался, галантно поцеловав ладонь девушки. - Но есть целый вечер, чтобы его показать! - Мехримах выдохнула, когда стали сходиться новые пары, закрыв девушку и юношу от глаз своих товарищей, образовав толпу. - Лерон! - голос Айшегюль словно оглушил тех двоих в звуках самой лучезарной музыки во тьме ночной. - Айшегюль! - Лерон тут же отпустил ладонь девушки, отстранившись на шаг. Мехримах выдохнула, дружелюбно улыбнувшись черноволосой особе. - Ты сегодня волшебно танцуешь! - девушка сообщила, широко улыбаясь. Она шагнула, прикоснувшись к локтю юноши, закрыв Мехримах от его глаз. Мехримах вздохнула, когда Айшегюль уволокла Лерона подальше от неё, смотря им в след… Какая же она глупая! Глупая, глупая, а ещё трусливая! Трусливая до невероятности! И как только самой не стыдно?! Разум девушки очень изощренно наказывал свою владелицу, но Мехримах была в волшебном расположении духа, невзирая на разочарованность в себе. Бойко развернувшись, девушка направилась к своему столику. Там ей встретились её братья: раненый Четин всё так же сидел, подняв ногу на второй стул, а Дориан и Федерик ждали девушку, высматривая её. - Мехримах, ты танцуешь, словно дьявол! - Дориан широко улыбнулся весёлой девушке. - Ты то дьявола часто видел! - Четин язвительно молвил, вызвав усмешку Мехримах и Федерика. Поймав на себе злой взгляд Дориана, Четин обернулся к рыжеволосой деве: - Ты была бесподобна, никто не смог сравниться с тобой! - он галантно молвил, приподняв её ладонь. - Благодарю, Четин! - девушка улыбнулась, резко вырвав свою ладонь из его руки. На руке она чувствовала ещё тёплые губы Лерона и не желала оскорблять это ощущение на своей ладони. - Подхалим! - Дориан решил продолжить перепалку. - В отличии от тебя, не тугодум! - Четин был беспощаден. - Мальчики, хватит! - Мехримах рассмеялась, встав между юношами, строго их осмотрев. - Мехримах, оставь их, не подерутся ведь! - Федерик засмеялся на столь смешную ситуацию. - А мы же знаем Дориана, так и норовит найти неприятности! - девушка разыграла чрезмерное волнение. - Тогда, пусть ищет дальше! - Федерик улыбнулся, взяв девушку под локоть. – Я же хочу найти танец! - Сочту за честь! - девушка опустила ладони на его руки, шагнув за братом… Их танец длился долго! Мехримах так же двигалась: воздушно, легко, словно летала. Лерон жадно смотрел на брата, с которым танцевала девушка с огненными локонами… Айшегюль танцевала грациозно, словно хищница. Но её луноликий взгляд не грел его душу. Его тянуло к золоту и траве, чем к ночи и луне. Он желал сейчас быть на месте брата. Сейчас Лерон осознал совершенно точно. Он безвозвратно влюблён в Мехримах. Влюблён в эту яркую, но такую скромную девушку. В столь дикую, сколько и спокойную. Искреннюю, словно не от мира сего. Полюбил вопреки всем запретам и обстоятельствам. Полюбил вопреки тому, что она должна быть ему сестрой. Но он не мог более терпеть. Теперь он знал, от чего он замирает при ней. И знал, что делать! Лерон вежливо остановил наскучивший ему танец с черноволосой девушкой, проводил её к столику, и вернулся. Федерик всё понял без слов по глазам брата. Он закружил девушку и сделал шаг в сторону, резко удалившись в толпу. Мехримах очнулась уже в руках Лерона. Он счастливо смотрел на неё. И почему-то она всё поняла без слов. Ей был нужен только его взгляд. - Я уже думала, что не смогу танцевать с тобой, - она тихо молвила, снова подчинившись ему в танце, что на этот раз сменился… Резкая, задорная мелодия сменилась медленной, чувственной, соблазнительной. - У нас ещё вся ночь впереди! - он таинственно улыбнулся. - Мне не хватит и всех ночей вечности, - девушка тихо выдохнула. - Благо, вечность у нас есть, - он тихо прошептал ей на ушко, и странная дрожь пробежалась по всему телу хрупкой девушки… Тогда она ещё не знала, что она уже в тот момент была под прицелом убийцы… Айшегюль наблюдала за ними. Свирепо и пристально. Плечи и грудь статной красавицы резко поднимались и опускались в ослепляющем гневе. Она была готова душу продать всем нечистым, лишь бы не было этой рыжей выскочки! Как смела она? Как смела эта безродная, глупая девка посягать на то, что было её по праву?! Айшегюль знала Лерона с первых дней на Астрале. Они росли вместе, будучи детьми на Астрале. Разлука на много лет, и Айшегюль вновь увидела беловолосого и сероглазого красавца, что украл её сердце ещё будучи совсем мальчишкой. Именно Лерон. Со своей тягой к познаниям, к бою, к искусству и языкам. Его спокойствие, его умиротворение, его красивое тело. Всё это разбудило в Айшегюль то, чего она не знала и не чувствовала никогда прежде. А сейчас… Лерон смотрел на эту пустышку такими глазами, что было дурно от этого. Хотелось закричать, но не под стало дочери великого Ателиуса Астральского кричать. Её воспитали статной и сильной. Такой она была всегда. А он выбрал её… безродную… безликую. Настолько смешную и простую, как прислугу. Что же он в ней нашёл? Зачем предал луноликую? Именно Лерон дал Айшегюль эту кличку - Луноликая. Сельена, так на Мисткале знали девушку. И девушке так нравилось, когда он так её называл… С глаз Луноликой упало несколько слезинок, полных обиды и боли, злости и ненависти… «Ты никогда не будешь его отрадой, рыжая», - она мстительно прошептала, уперев слёзы горести, сверля Мехримах взглядом. Они танцевали, и он не отрывал взгляда от огненной девушки. С ней он никогда так не танцевал… всегда держал дистанцию… Айшегюль утёрла слёзы и подняла глаза… Рыжеволосая девушка легко приподнялась на носочки, держа его ладони в своих. Её тёплые, сладкие губы лишь на короткий миг прикоснулись к губам со вкусом тёплой текилы… всего лишь на миг, показавшийся вечностью. И он закончился невероятно быстро, ускользнув в историю. Девушка опустилась, бросив взгляд изумрудных очей в его холодные, ледяные глаза, и развернулась, попытавшись пробраться через толпу обратно к их столику. Лерон словно очнулся от ночного сна. Молодой воин тут же кинулся за девушкой. Айшегюль замерла, наблюдая за ними. Молодой воин развернул девушку к себе, сладко поцеловав, приобняв её за тонкую талию, и гладя по щеке, а затем снова закружил в танце, что-то шепча ей на ухо… Холод пронзил грудь девушки. Лютый холод. Самые суровые заморозки. Те, что никогда не растают. Не дадут жизни, не изничтожив её… - Я видел, как убийственно, с какой ненавистью, злостью и негодованием она смотрела на Мехримах, - Федерик призрачно продолжил свою историю, налив себе ещё горячительного напитка. В комнате разлетелся запах засахаренных яблок. В свете камина запах дурманил. - Я тогда не понял этого. Я знал, что Айшегюль испытывает чувства к Лерону, но глупо надеялся на то, что она сможет полюбить и меня, - он сильно сжал тонкий бокал в сильной мужской руке. Стекло резко треснуло, осыпавшись драгоценными осколками на ковёр. - Федерик! - девушка заволновалась, подбежав к юноше, и схватив его за раненую руку - на ковёр падали чёрные капли чёрной крови, что ручьями стекали по ладони. - Ты любил её? - она спросила, подняв глаза к брату, внимательно поливая рану чистым алкоголем, что был рядом. - Если так можно назвать то, что я чувствовал к ней, - Федерик ответил, даже не поморщившись от такой пытки, - но ей был нужен мой брат! - Я не думаю, что то, что ты испытывал к Айшегюль и то, что она испытывала к Лерону - это любовь! - Серена проглотила комок в горле, внимательно наложив на рану брата тканевую салфетку. - Вот как? - тот удивился. - Любовь - это нечто взаимное, сокровенное между двумя сердцами, всё остальное - болезнь! - девушка объяснила свою позицию, в напряжении сведя брови. - Да что ты знаешь о любви, девочка? - Федерик с некоторой иронией молвил, усмехнувшись наивности сестры. – Или, то, что ты чувствовала будучи Мари в твоей прошлой жизни ты называешь любовью? - он иронизировал. - Криса я полюбила ещё ребёнком, мы росли вместе, - Серена тихо молвила, болезненно всхлипнув от тех воспоминаний, что она старалась не трогать, - и полюбила снова, не зная, что это тот самый мальчик, что подарил мне кулон! Разве не это игра судьбы - вернуть нас друг другу? - она уверенно молвила. - Это бред судьбы, а не её игра, - Федерик жёстко разбил её слова на сотни осколков, - тебе не было дано познать, как это любить того, кому ты дорог до порога смерти, но не любим. А я знаю, был там. Мне стыдно за эту мысль, но один вечер после задания, когда я столкнулся с демоном памяти, я желал смерти моему брату! Только потому, что я хотел быть с той гадюкой! - он выдохнул, коря себя. - Ты был огорчён, - Серена тихо сказала, наблюдая за братом, - в такие тёмные моменты просыпаются наши не самые приглядные стороны! - Дело в приглядных или не приглядных сторонах, Серена, я хотел убить брата. Брата, понимаешь? - он повысил голос, ударив раненой рукой бар, от чего бутылки дружно вздрогнули, нарушив спокойствие гостиной. - Я понимаю тебя, - Серена сообщила, но Федерик не дал её закончить. - Ну, да, ты нас всех хотела бы поубивать, а смелости ведь не хватит! Шансы-то у тебя все есть! - Не говори глупостей, Федерик! - Серена гордо подняла голову. – Я никогда намеренно не сделаю кому-либо из вас зло, сюда меня забрал Ателиус, а не вы! - Но нас ты тоже, скажем так, не особо жалуешь! - он всё играл. - Я здесь не к месту. Ты выпил, тебе нужно поспать! - Серена решила закончить этот разговор и шагнула к юноше, чтобы помочь ему подняться в его покои. - Ты действительно, как и она, - Федерик усмехнулся, всматриваясь в настолько другое лицо, но столь схожую душу, - но всё же, два бокала спиртного не сделали дела, я почти трезв! - Почти! - девушка сделала ударение именно на это слово. – И всё равно, то, что ты говоришь - это слишком дико! - она решительно сообщила. - Ты бы уже должна знать, что дикости - это наша участь! - он печально молвил. - Ваша, моя лишь от части! - Серена печально ответила. – Я вернусь! - Снова обманываешь себя! - Федерик усмехнулся. – Отсюда выход только ногами вперёд! - Что же, пусть так, - она гордо подняла голову, смотря на него ясными глазами… Федерик сейчас словно Мехримах увидел. Будто черноволосая и жемчужноглазная девушка обратилась в огненного феникса с изумрудными очами. - Ты даже не поверишь в вашу схожесть с Мехримах! - Федерик вдруг молвил, с некоторым ужасом смотря на девушку. - Да что ты заладил, похожи, похожи! Ваша Мехримах мертва, увы, этого не изменить! Вы можете пинать меня, поднимать на смех, но я не стану ею, как не старайтесь! - Серена была решительно настроена. - Я и не хочу тебе её судьбы, - Федерик тихо сообщил, - я тебе её не пожелаю, и сделаю всё, что в моих силах, чтобы уберечь тебя от судьбы нашей Фениссы! - Фенисса? - Серена удивилась. – Это её имя Мистессы? - она тепло улыбнулась. - Да, - Федерик тихо молвил, - от слова «Феникс»! - Воистину, она феникс! С её кончины прошло столько времени, а она всё ещё жива! - Серена тепло ответила на слова брата. Было приятно знать, что ту девушку здесь любили. - Она была кем-то более, - Федерик молвил, - ты, разумеется, можешь считать моего брата чудовищем, воистину, Лерон иногда наводит ледяной ужас на своих врагов, а порой и на своих братьев. Но нас этот ужас уже не пронимает, - Федерик печально сообщил, - ведь мы видели, как Лерон из мальчишки, что полюбил, стал тем, кто сегодня чуть тебя не ударил!