Неизбежный / Unavoidable

В течение следующих нескольких дней они только и делали, что трахались, ели, снова трахались, спали и трахались ещё больше. Как-то раз Кайло пришлось ответить на телефонный звонок, и Рей не переставала дразнить его на протяжении всего разговора. Рен не мог оторвать от неё взгляда, пока Рей скользила по члену влажными складочками, каждым своим движением заставляя его рвано выдыхать прямо в трубку. Ни на мгновение их не оставляла пьянящая сладострастная дымка. Потихоньку временной период между обострениями становился всё дольше и дольше, поскольку течка начала угасать раньше, чем ожидалось. Наверное, это каким-то образом связано с постоянной готовностью и отменной способностью Кайло удовлетворять все её потребности, ведь предыдущие течки, через которые Рей проходила в одиночку, были сплошной катастрофой от начала до самого конца: она нуждалась в оргазмах каждые несколько часов, и продолжалось это до тех пор, пока гормоны в итоге не приходили в норму. Гематомы и ссадины на теле Кайло постепенно заживали, окрашиваясь в неприятные оттенки жёлтого, красного, синего и фиолетового. Рей достаточно давно работала со спортсменами, поэтому вид сходивших синяков был ей не в новинку. На исходе четвёртого дня, проведённого вместе, они в обнимку лежали на огромной кровати — Кайло на спине, а Рей у него под боком. В перерывах между неистовыми приступами ебли они проводили много времени болтая о всяких пустяках; смотрели фильмы — обычно прерываясь на бесконечные сексуальные раунды; а также больше и больше узнавали друг о друге. Всё это было до странности по-домашнему, и Кайло удивлялся тому, что был ничуть не против такого времяпрепровождения. Обычно он находился в гуще событий, будь то вечеринки, тренировки, интервью на телевидении или толпы ликующих поклонников. Но присутствие Рей успокаивало что-то в самой глубине его души, и Кайло перестал чувствовать необходимость во всех этих развлечениях. Когда он почувствовал, как по её телу прошла дрожь, Рей всё ещё спала, положив голову ему на грудь. Несмотря на то, что сам он пылал жаром, словно печка, Кайло всё же убедился в том, что Рей укрыта как следует, и только после этого зарылся носом в её волосы. Глубоко вздохнув, он счастливо заурчал, почуяв запах своей пары, но вдруг понял, что её аромат изменился. Течка закончилась. Нужда, которая толкнула Рей в его объятия, заставляя её оставаться с ним на протяжении несколько дней, исчезла, и внезапно Кайло занервничал. Обняв её, он повернулся на бок, крепче прижимая спящую девушку к себе. Если Рей отвергнет его, Рен попросту сломается. Её разбудили прикосновения и поцелуи Кайло. Он касался её обнажённого тела, причём делал это совершенно без какого-либо сексуального подтекста. Захихикав, Рей улыбнулась, совершенно не подозревая о том, что Кайло пытается запомнить ощущения от прикосновений к её коже, сохранить в памяти её вкус и запах. Просто на всякий случай. Когда их губы слились в нежном поцелуе, Рей довольно и счастливо вздохнула. — Как твоя охота? Кайло уже прошёл сквозь две волны, и вчера началась третья. Обычно стадии у Рена были средними, длились по двенадцать-восемнадцать часов и сопровождались пятью-десятью оргазмами, но с Рей они растянулись на целые сутки. Покачав головой, он слегка прикусил кожу на её шее прямо над меткой запечатления. — Закончилась, как и твоя течка. Коснувшись губами ниже, он поцеловал метку и нежно прижался к ней зубами, будто оставить след навсегда было в его силах, стоит лишь укусить ещё раз. — Ты уже... ты подумала о том, чтобы принять мою метку? — Кайло неловко откашлялся, ненавидя то, как сильно поменялся его голос, изобличая крайнюю заинтересованность в ответе. Зарывшись пальцами в его волосы, Рей нежно провела ногтями по затылку и вниз по шее, отправляя по всему телу Кайло покалывающие волны удовольствия. — Да. Небольшой пузырёк надежды начал расти прямо под рёбрами, и, по всей видимости, радость отпечаталась на его лице, потому что Рей тут же подняла руку в знак протеста. — Стой, это значит «да, я подумала», а не «да, я принимаю метку». Пузырёк не лопнул, но определённо сдулся. Кайло замер в ожидании, но Рей, похоже, не собирается продолжать, поэтому он тыкнулся носом в её щёку, побуждая ответить. — И? Во вздохе, сорвавшимся с её губ, прозвучала покорность, но в запахе Рей Кайло уловил нотки беспокойства. — Мне нужно больше времени. Я не могу мыслить здраво, находясь в твоём доме и прижимаясь к твоему утреннему стояку под этим одеяльцем. Мне нужно провести несколько дней у себя. — Внезапно её рот превратился в сплошную линию. — В моей квартире, которую ты, кстати, приведёшь в порядок. ТЫ. А не тот, кого ты вздумаешь нанять. Несмотря на боль, пронзившую его из-за её желания избежать прямого ответа, что само по себе ощущалось отказом, даже если Рей подразумевала, что это не так, Кайло не смог сдержать смешок. — Что? Она ткнула в него пальцем, губы растянулись в дразнящей и нахальной ухмылке. — Ты накосячил, тебе и исправлять, иначе ты никогда не научишься. — Её голос смягчился, а взгляд подсказывал, что это действительно важно. — А мне нужно, Кайло, чтобы ты научился. Они ведь не запечатлены ещё, не женаты, и даже не состоят в серьезных отношениях, но что бы Рей ни попросила, Кайло выполнит любую её просьбу. В глубине души он знает, что это плохой знак, что он окажется у неё под каблуком в тот момент, когда они станут парой... но, как это ни странно, он совершенно не против такого расклада. Раньше он высмеивал Хакса за то, как тот души не чает в Фазме, постоянно угождая любым её капризам. Даже когда её нет рядом, Хакс всё равно отказывается от джина — своего любимого напитка, только потому, что Фазме неприятен его вкус, когда, вернувшись домой, Хакс лезет к ней целоваться. Но теперь очевидно, что Кайло ничем не лучше. — Ладно. Как скажешь. Чуть позже они всё же возвращаются в её квартиру. Рей напялила на себя тренировочные шмотки Кайло — те, что остались у него ещё со школы, потому что вся её одежда оказалась изорвана в порыве страсти, а его спортивки и футболка оказались единственной одеждой, не висевшей на ней бесформенной кучей. Кайло припарковался у её дома и начал выгружать из внедорожника вещи, которые упаковал в день похищения: всё барахло было напрочь забыто, пока они с Рей трахались, как кролики. Она, кстати, оказалась достаточно добра, помогая Рену занести вещи внутрь, потому что чем меньше он будет светиться на улице, тем меньше шанс, что его кто-то заметит, узнает и растрезвонит прессе. Рей слонялась по квартире, пока Кайло разгребал срач, который сам же учинил. Изредка она направляла его, указывая на места, где изначально размещались те или иные вещи, но в основном пыталась разобраться с тем фактом, что, по большому счёту, она выпала из реальности практически на целую неделю. Подключив свой телефон к зарядке, Рей дождалась, пока он оживёт, после чего начала проверять сообщения и перезванивать людям, чьи пропущенные звонки ожидали её внимания. Первым в этом списке был Финн, который оставил ей не менее сорока семи смс, одно другого краше, и шестнадцать голосовых, прослушав которые Рей обеспокоилась и нехило так запаниковала. После рассылки смс всем своим близким, то есть тем трём людям, которые приходились ей друзьями, она набрала Финна. Он ответил после первого гудка. — Боже мой, Рей, где тебя черти носят?! Я так переживал! Позвонил на стадион, мне сказали, что ты заболела, но дома тебя нет, и на звонки ты не отвечаешь — хотя на мои звонки ты отвечаешь всегда, ты же знаешь, как я волнуюсь, когда... Рей засмеялась — звук вышел хриплым, потому что Кайло целую неделю заставлял её орать как не в себя — и перебила друга. — Я знаю, знаю, мне правда жаль. У меня течка началась, поэтому пришлось пропасть на время. Шокированный вздох Финна из трубки разнёсся по квартире, и Рей знала, что Кайло прекрасно всё слышит. — Ты в порядке? Тебя обидел кто-то? Что-нибудь нужно, принести чего? — Финн едва остановился перевести дух. — До сих пор забыть не могу прошлый раз, когда ты заработала обезвоживание и похудела килограмм на десять. — Нет, нет, я в порядке, клянусь. Я... — Рей прикусила губу, намеренно не глядя на мужчину, который в эту самую секунду пытается сложить и повесить одежду в шкаф. — Мне кое-кто подсобил. Ответом ей послужила пауза. Такая долгая, что ей пришлось проверить, не сбросился ли звонок. — Финн? В трубке раздался такой громкий вопль, от которого Рей дёрнулась, убрав телефон подальше от уха, на расстоянии выслушивая разглагольствования друга. — Что!? Почему ты мне не позвонила? Ты же знаешь, я бы позаботился о тебе! Ты ж моя лучшая девочка, — услышав это, Кайло гневно зарычал, и глянув на него, Рей указала на кучу одежды, которую ему всё ещё следовало убрать. Рен надулся, а Финн, тем временем, продолжал вопить. — Кто он, я его знаю? Что за парень? Он воспользовался тобой? Я убью его, Рей, ты знаешь, я... Ну, я попрошу По сделать это, но какая к чёрту разница! Хочешь, чтобы я отвёз тебя к доктору? Если он тебя хотя бы пальцем тронул, я позвоню копам. Я помогу тебе написать заявление, и... — Финн! Рей знала его с тех пор, как им было шестнадцать и они жили в одной приёмной семье. Финн помог ей преодолеть первую течку, слава Богу, он — бета, и по сей день оба держали этот опыт в секрете. Они были ближе, чем друзья и, наверное, ближе, чем некоторые братья и сёстры, но ничего большего между ними не было и быть не могло. С самого раннего возраста Финн знал, что он гей. Когда он встретил своего жениха По, альфу-футболиста из конкурирующей команды, поначалу тот стал для Рей проблемой. Он видел в ней конкурентку, соперницу за внимание Финна, но, в конце концов, успокоился, доказав любимому свою преданность. Настолько, что Рей разрешила Финну рассказать По о своей разновидности, но только после того, как молодые люди пометили друг друга и обручились. И даже после этого По не разрешалось рыскать вокруг неё во время течки, не потому, что ему не доверяли, ещё как доверяли, но Финн и Рей не желали искушать судьбу. Финн замолчал, и она вздохнула. — Я же сказала, всё в порядке. Просто... кое-что произошло, и мы застряли у него дома. Как только я улажу все дела, ты сможешь прийти и убедиться в этом сам. Можешь даже По притащить, если хочешь. Услышав знакомое имя, Кайло дёрнулся в её сторону, убийственно глядя на трубку, зажатую в руке Рей. Подойдя ближе, он практически навис над ней. — По? По Дэмерон, из Повстанцев? Финн ахнул. — Рей, это он? Он что, всё ещё с тобой? Боже мой, малышка, мы сейчас спасём тебя! — Чёрт, нет, нет, Финн! Рей выпрямилась, но было слишком поздно. Финн повесил трубку, и ни он, ни По не отвечали, пока она отчаянно пыталась дозвониться до них обоих. Поднявшись с кресла, она толкнула Кайло в сторону входной двери. — Тебе лучше уйти, прежде чем они доберутся сюда… Но он упёрся, и, как ни пыталась, Рей не смогла сдвинуть его с места. — Нет! По — альфа, и я не хочу, чтобы он к тебе приближался, а этого Финна я даже знать не знаю! — Клянусь, если ты сейчас же не уйдешь, я никогда тебя не приму. Рей ненавистно использовать ультиматумы, но она не желает, чтобы По и Кайло сцепились в её квартире. А они определенно начнут драку, ведь По со всей серьёзностью принимает её за сестру Финна и сам относится к ней, как к младшей сестричке. Рей даже не сомневается в том, что Финн его накрутит; По ощетинится, готовый встать на её защиту, а Кайло и без того готов убивать, хотя до сих пор не совсем оклемался после последней стычки. Кайло Рен не привык отказываться от боя или отступать перед каким бы то ни было альфой. Он едва не вибрировал от напряжения и разрывающего напополам внутреннего конфликта, но, стиснув зубы, всё же схватил ключи и шагнул к двери. — Хорошо... но я хочу, чтобы ты позвонила мне сегодня вечером. Никаких оправданий. — Ладно, хорошо, топай уже! Он набычился, но всё же наклонился поцеловать её в макушку — нежное прикосновение резко контрастировало с тем, как резко он хлопнул дверью и зашагал по коридору.