Не все киборги одинаково полезны

      Эти самые проблемы начали множиться словно кролики весной. Что такое эти самые кролики и как они делятся, Сарвей не знал, но подозревал, что это сильно делящееся существо. Начать с того, что киборг, получив разрешение на восполнение энергии путём свободного доступа к источнику, проник в небольшой магазинчик и что-то сожрал на месте, что-то рассыпал по полу, а что-то надкусал, словно проверяя на съедобность. И это при том, что у любого киборга имеется встроенный анализатор. Разъярённый владелец магазина примчался по следам взломщика: тот оставил очень заметные свидетельства своего пребывания в торговом зале и убывания из оного, и разбудил сладко почивавшего Сарвея. Достопочтенный доктор, недоумевая, выбрался на крыльцо, и был невежливо натыкан в следы преступления. Владелец вопил на уровне ультразвука, потрясая печальной курицей, художественно обкусанной по периметру тушки. Следы зубов были столь отчётливы, что можно было снимать зубную формулу для идентификации. Киборг, вызванный пред светлы очи хозяина, бесстрастно сообщил, что действовал согласно приказу, а поскольку в доме продуктов, пригодных для пополнения энергии обнаружено не было, то он воспользовался доступом в ближайшее место, где они были.       — А зачем курицу обгрыз? — тупо спросил Сарвей.       — Данные анализа по определению пригодности продукта оказались неполными.       — Придурок, — печально проговорил хозяин. — Это же сырое мясо, его сначала пожарить нужно.       — Термическая обработка в условиях помещения была признана нецелесообразной.       Хозяин магазинчика понял, что чудом избежал разведённого посреди торгового зала костра с целью поджарки данной курицы, и схватился за голову. Сарвей мёрз на крыльце и с тоской вспоминал времена, когда в его жизни ещё не было проблем.       — Так вы будете платить? — ворвался в сознание визгливый голос владельца магазина.       — За что? — возмутился Сарвей.       — Это ваш киборг?       — Ну… да, — вынужден был согласиться доктор.       — Это он испохабил гору товаров в моём магазине?       — А вот не знаю! — тут же нашёлся Сарвей. — У вас имеются доказательства вандализма?       Владелец смущённо притих: действительно, сюда он пришёл, исключительно руководствуясь тонким следом просыпанного сахара. Другого у него не было, а на камерах, как он успел убедиться, было пусто.       — Вот! А вы киборг-киборг. Может, это и не он вовсе.       — А курица?       Голая обкусанная куриная тушка вопияла о справедливости, киборг посматривал на неё с определённо гастрономическим интересом.       — А откуда мне знать, может, вы сами её погрызли?       Сарвей победно посмотрел на оппонента, ловко выхватил вышеупомянутую курицу и ушёл в дом, оставив бедолагу переживать утрату своего имущества. Киборг тоже не остался на крыльце, лишь посветил напоследок красными глазами, намекая, что посторонним тут делать нечего. Дверь, в отличие от хозяина, киборг прикрыл очень аккуратно.       — Надеюсь, кроме этой курицы следов больше не было?       — Рассыпанный сахар.       — А зачем ты его рассыпал?       На этот вопрос у киборга не было ответа.       — Так… следов твоих похождений быть не должно! — задрал нос Сарвей. — Это приказ.       — Приказ принят к исполнению. Допустимо пополнение энергии из всех доступных объектов?       — А, валяй, всё равно у меня нет ничего.       Тут в голову учёного пришла одна (почти здравая) мысль и прочно там обосновалась, вызывая исследовательский зуд и желание реализовать идею и посмотреть, что из этого получится.       — А не дать ли тебе доступ к моему счёту? — задумчиво проговорил Сарвей. — Без чёткой установки последующей задачи. Интересно, что ты будешь делать, и как обходить требования системы?       Киборг ответил ему ничего не выражающим взглядом.       — Хотя нет, ты так меня разоришь. Я тебе лучше отдельный счёт заведу. Да, так и сделаю…       Сарвей помчался в кабинет, потирая руки: впереди ждал его новый эксперимент.       — Так… эй, ты! Иди сюда… нет, это кошмар какой-то, мне его так и подзывать? Эй, ты… тьфу, начисто… так, отзываешься на имя… — Сарвей осмотрел киборга, решая как того поименовать.       «Хм… кличку типа «Динго»? Ну-ну, ещё бы Мухтара вспомнил! Как там было? Ко мне, Мухтар? Тьфу, но как же его называть-то, не подбирать же человеческое имя, на самом деле. Так… он хитрый… лис?»       Сарвей посмотрел на покрытого шрамами киборга с бесстрастным лицом и пустыми глазами.       «Скорее, волк. Или…»       Тут Сарвей вспомнил, насколько силён киборг и решил, что медведь больше подходит. Решено — Бер. Доктор не помнил, откуда взялось название, но пусть так и будет.       — С этого дня откликаешься на имя «Бер». Это приказ.       — Приказ принят к выполнению.       — Ну-ну… итак, это карта оплаты… тут сейчас сто единиц, это тебе для твоих нужд на месяц. Покупки совершаешь по потребности системы.       — Приказ понят.       — Вот и иди, раз понят…       Сарвей проводил киборга взглядом и кинулся записывать ход эксперимента.       «10-00, подопытному образцу, идентификационное определение «Бер», выдана карточка для трат по требованию системы».       — Ох, как же интересно жить! — радовался Сарвей. — Интересно, что теперь будет делать Бер?       Ничего.       Киборг не сделал ничего.       «10-00, понедельник. Счёт не разблокирован».       «10-00, вторник. Счёт не разблокирован».       «10-00…»       Счёт так и оставался нетронутым целую неделю, зато Бер, вопреки всем подозрениям, выглядел странно довольным. И сытым.       Сарвей, кстати, увлёкшись ходом эксперимента, забывал не только киборга кормить — сам зачастую не обедал. Но первое же воскресенье, доктор каких-то там наук отправился в ресторан - была причина: со счёта сняли небольшую сумму, равную одной порции мороженого. Всё.       Но Сарвей считал это победой. Своей, разумеется. О том, почему киборг купил именно мороженое и почему не, скажем, порцию чего-нибудь калорийного для повышения уровня энергии, доблестный экспериментатор не подумал. Потому что… ура-ура! Киборг САМ купил что-то для себя.       И первый же поход в ресторан закончился как-то… печально. Во-первых, Сарвей, отмечая успех себя любимого, неожиданно крепко надрался. Проще говоря, пришёл домой едва не на бровях, спотыкаясь на каждом шагу и полежав по пути аж в трёх лужах. Благо выбор, после ночного дождя, был весьма богат.       Во-вторых, добравшись до дома в относительной целости, Сарвей обнаружил абсолютно невозмутимого киборга, не сделавшего попытку помочь хозяину. Доктору даже показалось, что тот испытывает какое-то удовольствие от вида угвазданного хозяина.       — Урод… — бормотал Сарвей переползая со ступеньки на ступеньку.       Впереди призывно маячила дверь в спальню, позади осталась попойка в ресторане и дооооолгий путь домой.       — Урррр… ай…       Последняя ступенька нагло извернулась и встретилась с челюстью доктора. Зубы лязгнули. Позади послышался смешок. Сарвей заполз на лестницу и грозно повернулся — киборг с тем же непроницаемым выражением на лице стоял у входной двери. Нет, показалось: машины не смеются.       — Урод… уродище… уродился же, урррод… — бурчал Сарвей вползая на коврик у кровати. До кровати он так и не добрался и уж точно не слышал, как киборг еле слышно проговорил:       — Сам урод.       Наутро у Сарвея болела голова, спина и стёртые колени. А костюм вообще был на выброс. Рассматривая в зеркало свою помятую похмельную физиономию, доктор удивлялся, как одна бутылка могла привести к таким плачевным результатам. Ну, ладно… две… или три?       А довольная (так показалось на контрасте) морда киборга неожиданно выбесила, и Сарвей, подскочив, заорал прямо в неё:       — Ты… ты… ты, урод! Ты урод! Я тебя ненавижу, кукла механическая!       И отпрянул, когда киборг медленно поднял руку и аккуратно взял хозяина за горло. Вернее, Сарвей попытался как-то избежать этого, но… попробуй-ка поспорить с машиной.       — Я тоже... тебя… ненавижу…       — А?       Шмякнувшийся на пол Сарвей, начал смешно и быстро перебирать ногами и пятиться от киборга, пока не упёрся спиной в стену. Широкие трусы, типа «семейные» (любил доктор эту древнюю модель нижнего белья) сползли к коленям, демонстрируя обвисший живот и кончик павшего бойца под ним.       — Ы…       — Живи.       — А?       Сарвей помотал головой и тут же пожалел об этом: в вышеупомянутом органе вспыхнули звёзды, и доктору внезапно понадобился унитаз.       — Испачкаешь пол, убирать будешь сам, хозяин, — последнее слово в контексте сказанного звучало как-то особенно издевательски.       — Угум…       Киборг не стал дожидаться внятного ответа, развернулся и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.       «За мороженым пошёл», — подумал Сарвей и резко захотел повторить вчерашний опыт — опять напиться. До зелёных чертей. Одно дело знать, что перед тобой киборг с активной мозговой деятельностью, и совсем другое, когда этот самый киборг внезапно сообщает, что всерьёз ненавидит своего хозяина и до момента «свернуть ему шею» остались считанные действия. И кстати, куда он собственно отправился? А если он кого-нибудь убьёт? А если… ой…       Падая и поднимаясь, Сарвей помчался в кабинет и дрожащими руками вбил идентификационный код, позволяющий отслеживать вживлённый чип. И потрясённо уставился на экран: на схеме пульсировали ДВЕ точки. Одна в гараже, а вторая… вторая показывала на дом. На кабинет. На него…       — У-у-у-у… — тихонько завыл Сарвей, отчётливо понимая, что бы прав в своей паранойе, и никто выпускать его не собирался. И пока он сам проводил эксперимент над киборгом, кто-то точно так же считал его самого подопытным кроликом.       На подгибающихся коленях Сарвей побрёл куда глаза глядят. Почему они глядели в сторону гаража, было непонятно, но зайдя туда доктор обнаружил довольного жизнью киборга с жареной куриной ногой в одной руке и пирожным в другой.       — Ты что тут делаешь?       — Восполняю уровень энергии.       — Да? — вяло переспросил Сарвей и неожиданно пожаловался: — А мне чип вживили.       — Знаю.       — Знаешь?       — Да. Нравится?       — Что?       — Быть как я.       — Я не как ты, я человек.       — С чипом. Как у киборга.       — Да… — сник Сарвей. — Я как собака, с чипом, чтобы не потерялся.       — Чтобы не сбежал.       — Да… мы оба, как две собаки.       — Я сбегу.       — Да.       — Да, — подтвердил киборг с хрустом разгрызая кость.       — А я?       — А ты нет.       — Почему? — обиделся Сарвей. — Я же умнее.       — Тебя убьют. Чтобы не разглашал военную тайну.       — А тебя?       — Попытаются.       Чем ответит на такую попытку киборг, Сарвей понял без слов.       И промолчал, понимая, что права осуждать за это киборга, у него нет.       И никогда не было.       Впервые Сарвею стало стыдно за свою работу, за то, что считал киборгов бездушными машинами, за ту программу подчинения, за всё. Нет, он не стал относиться к киборгам, как к людям, но проводить эксперименты почему-то больше не хотелось. Исправлять все свои прошлые ошибки Сарвей тоже не собирался: что было, то было. Но вот одну, последнюю — мог. Несколько движений пальцев, утвердительный писк комма…       — Эй, Бер! Иди сюда… — вбить, ввести, поставить и приказать: — Перезагрузись. Ты свободен. Иди.       Киборг медленно поднял руку, касаясь виска, будто собирался пальцами проверить состояние процессора, удивлённо глянул на… странно, система больше не обводила Сарвея контуром, не идентифицировала его как хозяина первого уровня.       — Иди же! — прикрикнул Сарвей. — Я там тебе денег кинул, на билет хватит. Скройся где-нибудь. Понял?       — Понял, — ответил киборг и неловко добавил: — Спасибо.       Он уже ушёл, а Сарвей так и сидел на последней ступеньке лестницы. Там его и нашли, уже мёртвым. Вскрытие показало, что у учёного просто отказало сердце, проверка идентификационных чипов ничего не дала: киборг исчез.       Куда? Кто знает? Космос велик, там найдётся место любому.