Поколение Икс

Полет к Щелочному Озеру был недолгим — одно из преимуществ быть обладателем реактивного самолета, способного легко преодолеть звуковой барьер. — В здании полно этих проклятых отражателей, которые блокируют мою телепатию, — мрачно сказал Чарльз Хэнку, Алексу и Армандо, когда они приблизились к месту назначения. — Я просканировал объект, — сообщил Хэнк, одновременно управляя черным Дроздом и просматривая оцифрованные карты, — и, похоже, нашел способ проникнуть внутрь. Там есть старый служебный туннель, еще с тех времен, когда это место было просто зданием под плотиной. Насколько я вижу, в этом секторе нет ни камер, ни датчиков. — Посади Дрозда как можно ближе, Хэнк, — распорядился Чарльз. — Сегодня действуем быстро и незаметно, джентльмены. И помните, только кодовые имена после выхода из самолета. — Представляешь, сколько шуток нам пришлось бы выслушивать, будь здесь Шон? — тихо заметил Алекс, и Армандо рассмеялся. Хэнку удалось посадить Дрозда менее чем в дюжине ярдов от входа в служебный туннель, и он отключил большинство систем самолета. Группа тихо вышла из самолета и прошла небольшое расстояние от Черного Дрозда до ржавого люка, служившего входом в служебный туннель, не поднимая тревоги. Получив телепатическое одобрение Чарльза, Алекс с точностью, которой не обладал ещё год назад, взломал замок на двери. Хэнк поднял крышку люка, открывая длинный темный проход. Не говоря ни слова, Хэнк раздал всем миниатюрные фонарики, которые при включении излучали тусклый голубоватый свет. — Зверь? — Алекс ментально усомнился. — Они не так подозрительны, чем яркие желтые лучи света, — защищаясь, ответил Хэнк. Чарльз вошел в туннель первым, несмотря на телепатические протесты мальчиков. Чарльз понимал, почему они хотели оставить его позади, но Чарльз редко был чисто логичным существом, и если это ловушка, что ж, Страйкер доберется до его мальчиков только через труп Чарльза. Итак, Чарльз повел их по сырому туннелю, сильно пахнущему сыростью и плесенью, игнорируя их мысленные предостережения о том, что он будет в большей безопасности позади них, и только отступил в сторону, когда группа наткнулась на вторую запертую дверь, по-видимому, ту, которая даст им доступ к центру объекта, где скорее всего прячут Логана. — Алекс, — произнес Чарльз, — тебе придется вскрыть и эту дверь. Будьте готовы к бою, мальчики. Не думаю, что мы сможем добраться до Логана, не подняв тревогу. Алекс шагнул вперёд, почувствовав некоторое облегчение. Чарльз нахмурился в тусклом свете. Честно говоря, он и вполовину не был таким беспомощным, каким его считали дети. — Мы не думаем, что ты беспомощен, — мысленный голос Армандо был успокаивающим, и Чарльз вздрогнул, осознав, что остальные уловили его последнюю мысль. — Конечно, нет, — быстро добавил Хэнк, — просто… мы знаем, что они нацелятся именно на вас, профессор. Страйкер знает о твоих способностях, даже если он не уверен в том, насколько ты силен, и если у него есть хоть капля разума, он понимает, насколько ты важен для нас. — Я более чем способен постоять за себя, — заметил Чарльз сухим, лишенным всякого веселья голосом. — Мы это знаем, — заверил Алекс, — но… Ты нам нужен. Мы не можем потерять тебя, профессор, а ты — мишень. — Неужели кто-то из вас всерьез считает, что мне вы не нужны? — огрызнулся Чарльз. — Конечно, нет, — тут же ответил Армандо, — поэтому сегодня мы все будем проявлять максимальную осторожность. Это определенно было то, что Чарльз одобрял всем сердцем, потому что он не смог бы больше вынести потерю одного из них, как и они потерю его. — Алекс, начнешь? С той же безошибочной точностью, с какой взламывал замок люка, Алекс послал маленькую вспышку ярко-алой плазмы в дверную ручку, заставив дверь приоткрыться примерно на дюйм. Чарльз сразу же ощутил более сотни Разумов, несколько рядом, но не слишком близко, включая бессознательного Логана. Единственным разумом, который он не смог почувствовать, был разум Страйкера. Чарльз вышел из туннеля в пустой коридор, по одну сторону которого стояли чертовы зеркала, блокирующие телепатов. У Чарльза возникло нелепое желание найти что-нибудь тяжелое, чтобы разбить их все, чувство, которое только усилилось, когда Хэнк вышел из туннеля вслед за Алексом и Армандо и закрыл дверь, отрезав телепатию Чарльза от тех, кто находился за пределами объекта.  — Страйкера здесь нет, но я чувствую, что здесь Логан. — Как ты думаешь, где может быть Страйкер? — спросил Хэнк, когда они двинулись к центру базы. Они прошли мимо нескольких человек, некоторые из которых были вооруженными солдатами, а некоторые — учеными, одетыми в окровавленные лабораторные халаты. Чарльз вошел в их сознание без малейшего чувства вины и изменил их восприятие, гарантируя, что те, мимо кого они проходили, никогда не вспомнят, что видели их. — Наверное, охотится за новыми мутантами, чтобы его ученые могли поэкспериментировать, — ответил Алекс, а его мысли были отравлены гневом и отвращением. — Боже, неужели они не могут почистить свои чертовы лабораторные халаты? Кому хочется разгуливать в крови? — Им лучше не утруждать себя чисткой, — серьезно объяснил им Чарльз. — Зачем утруждать себя удалением крови, если на следующий день халат забрызгается ещё сильнее? Логан, возможно, единственный мутант здесь сейчас, но до него их были десятки. Эта база существует гораздо дольше, чем мы предполагали; Страйкер знал о мутантах задолго до того, как я открылся ЦРУ. — Профессор, — предложил Армандо, — после того как мы спасем Логана, будет очень легко затопить этот объект. Масса воды, скорее всего, смоет его полностью. — Сначала мы включим сигнализацию, чтобы дать людям время выйти. Если мы убьем их, мы будем не лучше, чем они, и Страйкер сможет использовать это как предлог, чтобы заинтересовать ЦРУ охотиться на наших людей снова. — Согласен, профессор, — ответил Армандо. Логана они нашли всего несколько минут спустя, в помещении, похожем на хирургическую палату; на полу и стенах было множество пятен крови. Логан был привязан к лабораторному столу, сделанному исключительно из металла, и на нем не было никакой одежды. Чарльз мягко тронул его за плечо, заставив Логана проснуться с диким выражением глаз. — Кто вы такие? — горячечно потребовал Логан. — Это профессор, Логан, — тихо сказал Чарльз. — Я знаю, что на мне маска, но это я. Зверь, Хавок и Дарвин тоже здесь. — Я никого из вас не знаю, — прорычал Логан, и, видит Бог, он действительно в это верил. — Мы твои друзья, — объяснил Чарльз, — и друзья твоей дочери тоже. — У меня нет дочери, — отрезал Логан. Чарльз в тревоге повернулся к Хэнку, а Алекс в ужасе распахнул глаза. Хэнк оторвал взгляд от медицинских отчетов Логана, в его глазах смешались печаль и праведное негодование.  — Они связали какой-то предположительно неразрушимый металл, называемый адамантием, со всем его скелетом. Я могу только предположить, что боль от процедуры, должно быть, привела к его нынешней амнезии. — О Боже, — прошептал Алекс. — Вы можете вернуть ему память, профессор? — спросил Армандо. — Да, — решительно сказал Чарльз, потому что не было никакого шанса, что он потерпит неудачу, положив два пальца по обе стороны головы Логана, — я могу. — Какого черта ты делаешь? — требовательно зарычал Логан, напрягаясь в ремнях, все еще удерживающих его. — Успокойся, друг мой, — сказал Чарльз. — даю тебе слово, что позже ты поблагодаришь меня за это. А потом Чарльз погрузился в беспокойные мысли Логана. Это было нелегко — высвободить воспоминания, которые делали Логана тем, кем он был, и в то же время сохранить воспоминания, связанные с ужасной, болезненной и кровавой операцией, которую Страйкер безжалостно приказал сделать Логану. Вспоминая подробности операции, Логан снова приходил в себя — и результат собственной мутации. Наконец, Чарльз отступил на шаг от задыхающегося Логана, а ярость кипела в его животе. Страйкеру так повезло, что он решил сегодня держаться подальше от своей базы ужасов. В таком настроении Чарльз с радостью разорвал бы мозг ублюдка в клочья за то, что тот сделал. — Чак? — Логан говорил так, словно не верил в присутствие Чарльза. — Привет, Логан, — поздоровался Чарльз. Хэнк начал снимать толстые кожаные ремни, удерживавшие Логана, и тот застонал от боли. Чарльз посмотрел на лезвия, торчащие из-под ремней, и заскрежетал зубами от красных пятен на них, даже когда раны Логана начали заживать. — Страйкер — не более чем монстр, — прошептал Алекс, пока Хэнк быстро снимал с мужчины все садистские оковы. Логан соскочил со стола и уставился на него. Армандо передал Логану чистую синюю униформу, которая была ему маловата. — Действительно, — хрипло прокомментировал Логан, одеваясь, — этот ублюдок порезал мою любимую кожаную куртку и разбил мой мотоцикл. — И то, и другое можно заменить, — ответил Чарльз. — Давай вытащим тебя из этого адского места, друг мой. Нам всем пора домой. *** Как и предсказывал Армандо, базу на Щелочном Озере полностью размыло, когда Хэнк прорвал плотину несколькими точными попаданиями в нее с помощью лазерной системы защиты Черного дрозда. Никто не погиб, когда объект был разрушен; весь персонал находился на безопасном расстоянии, наблюдая за его уничтожением широко раскрытыми, растерянными глазами, не замечая, как самолет улетает с места и возвращается в Нью-Йорк. — Хлоя? — спросил Логан, когда они направлялись в особняк. — Она в полной безопасности, — заверил его Чарльз. — Она знает, что меня похитили? — Я не мог скрыть этого от нее, — признался Чарльз. — Мы получили сообщение во время обеда, когда она была со мной. — Не… не говори ей, что я забыл, кто она, — попросил Логан с глубоким и душераздирающим стыдом. — Не скажу, — пообещал Чарльз. — Но, Логан, ты должен знать, что это не твоя вина, то, что случилось, что с тобой сделали. Логан фыркнул, явно не соглашаясь. — Я точно не помню, что Страйкер сделал со мной, Чак. — Во-первых, твоя мутация защитила тебя от необратимого вреда, мой друг, — признался Чарльз, — вспоминая процедуру, которой подвергал тебя Страйкер… это привело бы к тому, чтобы стереть все твои воспоминания еще раз и до конца, поэтому мне пришлось похоронить это как можно глубже в твоём разуме. Логан понимающе кивнул: — Спасибо, профессор. *** — Папа! — Хлоя бросилась в объятия Логана. Логан поймал ее и прижал к себе, впитывая ее запах и присутствие, как человек, умирающий от жажды. Он так скучал по ней, он всегда скучал по ней, когда ему пришлось уехать. Она была единственным светлым пятном в его жизни, его девочка. — Если ты когда-нибудь бросишь меня снова, — предупредила Хлоя, ее голос был хриплым, и Логан почувствовал запах высохших слез, которые она, должно быть, проливала ранее, — я выслежу тебя и притащу твою задницу сюда после того, как пну ее, конечно. Логан рассмеялся, чувствуя себя легче, чем когда-либо за последнее время. *** — Эти адамантиевые штуки просто невероятны, профессор, — сказал Хэнк Чарльзу, когда тот вошел в лабораторию, чтобы пригласить ученого на ленч, — если бы они не были магнитными, я бы все легко подправил. В любом случае, я все еще испытываю искушение. Может быть, я смогу найти способ размагнитить их, потому что, вау. — Он правда неразрушим? — спросил Чарльз. — Да, как только остынет, — ответил Хэнк, — а это долгий и трудный процесс, который занимает месяцы. Нам придётся удерживать его горячим все время, пока не будем готовы сформировать его, потому что после этого невозможно будет ничего изменить. — Но Эрик может манипулировать им, чтобы заставить его изменить форму. — Он мог бы, — согласился Хэнк, его тон был осторожным, когда он ответил, — но он не вариант для нас. — Я знаю, Хэнк, поверь мне, я знаю. В любом случае, удалить его из тела Логана — это не то, что мы можем сделать? — Боюсь, что нет, профессор. *** — Я очень рад, что ты решил остаться здесь, друг мой, — сказал Чарльз Логану в Сочельник. Почти все уже легли спать, ожидая утра и праздника, который принесет рассвет. — Я не могу снова бросить Хлою, — грубо отозвался Логан с оттенком гордости. — она найдет способ убить меня. — Возможно, — согласился Чарльз и тактично проигнорировал то, что Логан чувствовал себя обязанным ему и его семье за спасение. На самом деле это было забавно, но Чарльз знал, что бесполезно пытаться отговорить упрямого человека от того, что он чувствует. — Страйкер все еще не сдох, — продолжил Логан. — Ему очень повезло, что вчера вечером его не было на Щелочном Озере, — откровенно признался Чарльз. — Я очень сомневаюсь, что смог бы удержаться и не причинить ему серьезного вреда. — Мы должны остановить его от похищения и причинения вреда другим мутантам, — сказал Логан. — Алекс был прав, этот человек просто чудовище. — Обязательно, — пообещал Чарльз. — И сейчас мы ждем, когда этот ублюдок ускользнет и не даст нам шанс добраться до него, — подумал Логан, — что нам делать, Чак? — Учиться. Стать сильнее. Собраться вместе, как семья, — сказал Чарльз. — Я думаю, ты станешь отличным учителем, Логан. — Нет, я серьёзно, мал… — быстро перебил Логан. — Я полагаю, что история — тот предмет, который тебе больше всего нравится, — продолжал Чарльз, словно не слыша возражений, — за исключением самообороны, в которой ты тоже можешь принять участие. Логан вздохнул и допил четвертое пиво за вечер, прежде чем сдаться. *** Рождество наступило рано утром двадцать пятого и было наполнено всем, чем должно быть наполнено Рождество: смехом, радостью, хорошей едой, любовью и грудами подарков, завернутых в яркую бумагу и ленты. Чарльзу легко было притвориться, что в этой праздничной и теплой атмосфере ничего не пропало. Но затем, когда день подошел к концу, Чарльз испытал огромное потрясение. На несколько мгновений он почувствовал незащищенный разум Эрика у ворот, прежде чем тот снова исчез. Чарльз тут же бросил все свои дела, а именно, попытку открыть бутылку марочного красного вина к ужину, и побежал вниз, игнорируя неоспоримый факт, что Эрик уже ушёл. Подойдя к воротам, он увидел маленькую коробочку, лежащую на снегу перед щитом, завернутую в серо-зеленую бумагу, на золотой бирке которой было ясно написано его имя. Чарльз долго смотрел на него, прежде чем вытащить ее из снега. Он отнес ее в свою комнату, используя телепатию, чтобы избежать встречи с остальными. В коробочке лежал яркий серебряный браслет толщиной в дюйм, на котором знакомым почерком Эрика было выгравировано по-немецки: «Ich Werde Dich Immer Lieben, Schatz». И сердце Чарльза снова разбилось.