Не чувствовал

      — Ты точно уверен в этом? — Хэнк неуверенно посмотрел на андроида, которой, переходя с ноги на ногу, нервно дергал губами. Диод ярко горел желтым, что не ускользнуло от мужчины. Темная комната, в которой почти не было освещения, горела янтарным цветом. Коннор, находясь в своей домашней одежде, стоял напротив Андерсона.       — Да, Хэнк, — Коннор вздыхает и, словно не веря самому себе, садится рядом с мужчиной. Андроид облизнул губы, будто у него была безумная жажда, будто именно сейчас абсолютно у всех андроидов резко появилась потребность в воде. Был бы он человеком, наверняка бы сейчас выпил чего-нибудь покрепче, чтобы поменьше волнения было.       Коннор, у которого нет этой надоедливой лампочки на лбу? Интересное, должно быть, зрелище. Он же будет совсем как человек. Хэнк и раньше иногда путал Коннора с настоящим человеком, а сейчас, когда парень лишится своего диода, мужчина наверняка сойдет с ума. Крыша поедет точно.       — Пожалуйста, сорви с меня это, — Андроид на несколько секунд закрыл глаза. Диод на мгновенье загорелся ярко красным, но потом снова вернулся в свой привычно желтый. Андерсон вновь осмотрел парня. Все-таки, Коннор без диода — не Коннор. Совсем непривычно будет. Но, если он сам этого хочет, мужчина может и потерпеть, привыкнуть. Это же будет наоборот лучше, ведь так? Коннор больше не будет похожим на машину.       — Ножницами? — Хэнк, до сих пор сомневаясь, поднял одну бровь вверх.       — Ножницами, — Коннор, вскочив с кровати, коснулся диода. Он сам не мог смириться, что прямо сейчас избавится от него. Несколько лет он ходит с этой лампой, не изменяя своим традициям, несмотря на то, что уже большая часть андроидов в стране давно убрала с себя диоды.       — Пошли, — Андерсон, почесав глаза, встал и, зевнув, направился в ванную. За ним взволнованно пошел Коннор. Андерсон, кажется, даже воодушевился. Было настолько интересно увидеть своего андроида таким, что Андерсон готов был хоть сейчас, своими голыми руками оторвать эту ужасную лампочку. Она его так много лет бесила.       Когда Хэнк взял в руки ножницы, он вдруг рассмеялся.       — Это должен сделать я? — Андерсон коснулся алого диода. Коннор кивнул.       — Я хочу этого.       «Ну, как знаешь».       Когда Хэнк прикоснулся к диоду ножницами, Коннор зажмурился: он боялся.       Рывок, и диод, зазвенев об пол, упал прямо к ногам андроида. Спустя пару секунд абсолютного молчания, Коннор медленно, до сих пор боясь, открыл глаза. А Хэнк, похоже, вот-вот и умрет от сердечного приступа.       — Твою мать.       Коннор, блять, был точно человеком. Теперь Андерсон несколько раз подумает перед тем, как назвать его «андроидом» или «машиной». Коннор в своей мешковатой одежде, с растрепанными волосами, без диода. Без диода. Его теперь не отличить от человека совсем. Он был безумно красив. Родинки, что покрывали его лицо, стали еще человечнее. Его лицо стало еще более человечнее. Он весь сам стал человечнее. Коннор, ничего не говоря, просто смотрел на Андерсона. Анализировал, пока Хэнк пытался справиться со своим комом в горле. Сдвинув брови к переносице, андроид повернул голову к зеркалу и, застыв, начал рассматривать себя.       — Твою мать, — повторил слова Андерсона парень.

***

      Хэнк проснулся от того, что кто-то поцеловал его в щеку. Андерсон, сонно взглянув на того, кто его разбудил, тихо хмыкнул. Сев на кровать, мужчина начал тереть глаза.       — Ты чего? Господи, если сейчас раньше одиннадцати, ты знаешь, что я с тобой сделаю, — Хэнк посмотрел на Коннора.       «Ох черт».       Андерсон до сих пор не привык к нему. Если раньше, взглянув на диод Коннора, можно было прочитать абсолютно все, то сейчас это сделать невозможно. Раньше Коннор был открыт для Хэнка, как книга. Теперь Хэнку приходилось лишь гадать, что чувствует, ощущает этот неугомонный парень. Раньше, когда Коннор со своим диодом приходил к Андерсону в одной футболке, мужчина медленно сгорал, нагревая свои внутренности. А сейчас, когда Коннор заходит в комнату Хэнка таким, Андерсон готов хоть сейчас убить себя всеми возможными способами. Коннор сразу же привык к себе. Хэнк нет. И Коннор этим пользовался.       — Доброе утро, я приготовил завтрак, — Коннор улыбнулся. Коннор, черт возьми, улыбнулся. — Но, перед этим, — Парень вдруг вытащил руку, что была у него за спиной все это время.       Он держал диод, который горел голубым.       — Я дарю его тебе, — Коннор снова улыбнулся и протянул диод мужчине. — Теперь, когда ты будешь волноваться за меня на работе, можешь просто посмотреть на него и убедиться, что я жив.       А Хэнк думал, парень его выкинул.       Мужчина взял диод и, рассматривая его, покрутил в руке.       — Спасибо.