Академия строгих правил

Всю ночь Совергон провел у Дани, что заставило Шавеля сильно поволноваться. Утром, парень направился в кабинет Рэнделла, перед походом в ванную, чтобы разузнать о состоянии друга. Как повелось, Ярик увязался за ним, на случай если Андрею нужно будет заткнуть рот. По дороге к комнате Дани, Шавель представил около тысячи вариантов диалога и развития событий, в целом, он ни разу не повторился. Но стоило Андрею встать у той самой двери, как парень встал колом, всматриваясь в ее узорчатую поверхность, будто пытаясь пойти на попятную. Ярик положил руку на плечо парня и постарался улыбнуться, чтобы успокоить друга. Кажется, у него это получилось, и весьма неплохо, ведь в ту же секунду Андрей несколько раз постучал по двери и ожидал Рэнделла. — Что надо? — дверь открыл сонный Даня. Волосы его были растрёпаны, а рубашка помята и еле застёгнута, глаза были слегка приоткрыты, голос— медленным. Андрей слегка опешил от резкого вопроса, но тут же вернулся в колею. — Я... — Шавель помотал головой и исправился, — Мы хотели бы узнать о состоянии Миши, —чётко проговорил каждое слово Андрей, расчитывая на разум только-только вставшего Дани. — С ним всё нормально. Спит, — кратко и отчётливо, будто передразнивая Андрея ответил Рэн. —А когда он сможет вернуться в комнату? — добавил Косухин, заглядывая в комнату. —Сегодня вечером, — из-за плеч Рэнделла появился Миша, который уже явно чувствовал себя намного лучше, — Соскучились? — усмехнулся Совергон, прошмыгнув меж рукой Дани и дверным косяком. — Просто поговорить нужно, — ответил Андрей, слегка краснея. Парень на самом деле пришел лишь для того, чтобы узнать когда вернётся Миша, что нужно было для обсуждения плана, но слова о том, что парень мог соскучиться по Мише, вогнали Андрея в краску. Закончив разговор, Ярик и Шавель направились на занятия. После выходного дня, лекции казались в несколько раз длиннее. Время тянулось будто только что приготовленная карамель, заставляя даже горящие глаза Шавеля тухнуть и медленно закрываться, под гнётом длинных и непонятных слов, порой даже предложений.

***

Наконец, через пару часов, это мучение закончилось и Андрей наконец смог покинуть учебное крыло. Вместе с Яриком они решили осмотреть школу в целом. До этого у них как-то не хватало времени, да и желания особо не было. Многим на территории академии можно было восхищаться: изумительные цветы, разделённые по видам и цветам высаженные в аккуратные клумбы так, что стоит подняться на несколько этажей наверх, например в учебном крыле, можно было заметить, что композиция представляла собой герб академии: могущественный и огромный дракон огненно-красного окраса, шея которого была закованна в седло, всадник отсутствовал, что создавало ощущение неполноты картины. Туловище дракона было тщательно составлено из Хиганбаны. Хиганбана — «паучья лилия», прозванная так, видимо, за необычности расположения тонких лепестков, издали напоминающих паучьи лапки. Эти цветы имеют множество названий, данных им, на основе их вида и древнейших легенд, связанных с ними, например: цвета пепелища, иэякибана – сожженным домом. В некоторых частях Японии этот цветок называют райсаманохана – цветок громовиков. Помимо удивительных названий, захватывающих легенд и завораживающего внешнего вида, цветок, к сожалению имеет в своих луковицах и стебле яд (ликорин). В небольших дозах он весьма полезен, но чрезмерное нахождение рядом может вызвать рвоту. Глаза дракона были выложены аккуратными, обработанными камнями, а седло высажено из неотразимых примул, сорта «Золотое кружево». Картина невероятно завораживала даже, если смотреть на каждый её элемент по отдельности, а целиком, он привлекла к себе взгляд настолько, что оторваться было невозможно. Ярик и Андрей медленно прошлись вдоль клумб, втягивая носом прекрасные ароматы. На удивление, Шавель смог найти общий язык с Яром, что делало эту прогулку еще более весёлой. Парни разговаривали о различных вещах, о своих точках соприкосновения. Будь то новая статья в газете, уникальное художественное произведение или просто хорошая музыка, Андрею хотелось болтать с парнем без остановки, не замолкая и на секунду. Косухин был восхищён активностью парня, он был готов слушать его часами напролёт, вот так, прогуливаясь по прямой, аккуратной дорожке, выложенной из камня, изредка поглядывая на цветы. Стоило клумбам закончится, парни вышли к немалому зданию. Это была библиотека. Здесь хранилось явно больше, чем пара-тройка запылившихся книг. Снаружи казалось, что это отдельная школа, наполненная кучей классов и учеников, но стоило заглянуть внутрь, как изумлению парней не было предела. Высоченные книжные шкафы из тёмного дерева уходили в потолок, а их полки были полностью заставлены различными, аккуратно расставленными книгами. Небольшой уголок библиотеки был оборудован для читателей: стояли столы и стулья, подходящие к ним, небольшие настольные лампы и пара компьтеров, за одним из которых парни заметили Лизу. — Странно, если исходить из того, что нам рассказывали, я не ожидал ее здесь увидеть, — прошептал Андрею Косухин. — А ты больше верь тому, что говорят, — ответил Шавель, — И вообще, нам тут делать нечего, — Андрей взял Яра за руку и вытащил парня из библиотеки. Оказалось, за время прогулки ребят, на улице успело потемнеть и значительно похолодало. По телу Андрея пробежали мурашки, даже жилетка не спасала от холодного ветра. — Пойдём быстрее, — Яр все так же сжимал руку Андрея, — Не хочу, чтобы ты заболел, — закончил парень и потащил Шавеля за собой в сторону общежития. Андрей вздрогнул от решительности парня, но желание позабавить своё самолюбие брало верх над новым, до недавнего времени, неизвестным парню чувством тепла в области сердца. — Беспокоишься? — ухмыльнулся Шавель, прижимаясь к руке Косухина. — Беспокоюсь. Волнуюсь, что тебя лечить придётся! — рассмеялся Ярик и продолжил путь к общежитию. В комнате их уже ждал Миша. С лица парня не сходила улыбка, если быть точным, он просто светился от счастья, переполняющего его. Подобное выражение лица Совергона, разумеется радовало ребят, но вызывало щепотку негодования. Ведь еще вчера этот парень свалился с ног в результате подскочившей температуры, а сейчас сидит как ни в чём не бывало и, с улыбкой на лице, вырисовывает что-то в альбоме. — Миш? — Андрей отвлек парня от листа бумаги и заставил Совергона улыбнуться ярче прежнего. — Ну, ты сказал, что вечером хочешь о чем-то поговорить, — парень отложил альбом на тумбочку и уселся поудобнее, — Я весь во внимании, ну, и он, разумеется, — Совергон указал на Яра, только что отпустившего руку Андрея. — В общем, я не согласен с мерами наказания, — Шавель встал посреди комнаты и начал выносить в массы свой план...