Don't Be Afraid

Если бы только Стайлз не почувствовал неизбежное желание огласить статус усыновления Джексона в ответ на его особенный непрекращающийся раунд издевательств во время их обеденного перерыва раньше, возможно, он не застрял бы в этом затруднительном положении. Буквально застрял. В мужской школьной раздевалке. В шкафчике. Джексон ждал, пока все остальные уберутся после тренировки (включая Скотта, который ждал снаружи, пока Стайлз закончит принимать душ), когда он схватил Стилински прямо от раковины, в которой он мыл руки, и засунул его в шкафчик, даже не сказав ни слова; его выражение лица было твердым и холодным, как сталь. Стайлз знал, что дело идет к чему-то такому, но быть запертым в шкафчике было ново. Он не мог даже притвориться извиняющимся — его попытки того, что могло быть простым «извини», были пронизаны таким сарказмом, что ему повезло, что Джексон был настолько щедрым, чтобы не побить его. Телефон удобно расположился в его собственном шкафчике и, таким образом, был недоступен, чтобы с его помощью позвать на помощь, что еще сильнее затрудняло положение. Не было никого вокруг, чтобы услышать его крики, а тело-хлопанье о дверь шкафчика не давало большого эффекта. Он потратил всего несколько минут своего заключения на это и решил подождать, пока Скотт вернется и найдет его — Стайлз был его водителем до дома. Так и произошло, знакомый скрип двери раздевалки отдался эхом от стен, и Стилински оживился, почти задремав. — Скотт? Это ты? Ответа не было, только звук поспешных шагов, которые звучали так, как будто они направлялись к душевым в углу. — Ох… Скотт? — Стайлз снова попытался, но безуспешно. Он изменил свою тактику в третий раз и крикнул: — Хм, кто бы ни был здесь, ты можешь, ЭМ… Поможешь мне выбраться отсюда?... Ау? Стайлз взбудоражился из-за отсутствия ответа. Он знал, что его слышали, но, казалось, игнорировали. И на секунду, он готов поклясться, слышал странное рычание, но он надеялся, что это просто водопроводные трубы, потому что кто бы это ни был, он включил воду в одной из душевых. — Если это ты, Джексон, послушай, чувак, прости. На этот раз я серьезно, хорошо? Ты можешь просто ударить меня или что-то такое? Мне нужно делать домашнюю работу. Единственный ответ, который он услышал, был звук воды, ударяющейся о твердый кафельный пол. — Окей, серьезно? Кто там? Выпустите меня! — Он прижался к плотным металлическим стенкам, чтобы посмотреть, кто может быть там, с ним, через маленькие щели в верхней части шкафчика, но так как они были под углом, он не мог видеть абсолютно ничего. Парень начал стучать в дверь шкафчика, на этот раз сильнее, и к своему удивлению и восторгу, он почувствовал вмятину, образующуюся там, где его кулак встречал металл. Воодушевленный этим, он продолжал колотить близко к тому месту, где был механизм блокировки, в попытке сломать его. Никто не будет винить или даже подозревать, что Стайлз сломал бы шкафчик, так что он не волновался. Прогресс был медленным, но тот факт, что он был, удивителен. И тот факт, что кто-то неторопливо принимал душ в нескольких футах от него, вызывая весь этот шум, подтолкнул его использовать еще большую силу… БАМ! Он вырвался из шкафчика с драматическим спотыканием, типичным для Стайлза, когда один из его многочисленных ударов, наконец, сделал свое дело, и заставил дверь шкафчика почти слететь с петель. И как только он собирался отпраздновать свой «Побег из тюрьмы», он посмотрел вверх, чтобы увидеть, кто игнорирует его, и застыл. Это был Дерек…но что-то изменилось. Невозможно было скрыть нереальное голубое сияние глаз, когда он поднял их и встретил взгляд Стайлза. Клыки тоже не были незаметными. Он был мокрый и дрожал под, предположительно, холодной водой и выглядел, как раненый щенок с его бровями, сдвинутыми вместе, его рот не говорил никаких слов, но умолял о прощении и понимании в том, как он слегка нахмурился. Но Стайлз не выражал эмоций, когда он медленно отступал, не зная, что он видит или как реагировать. Это вообще было по-настоящему? Он определенно очнулся бы от кошмара. — Стайлз… — Дерек едва не задохнулся. — Стайлз! — на этот раз он повторил все четче и громче. Стайлз, кажется, не мог ничего сказать, но: — Я… Я собираюсь… идти… — когда он оказался у двери раздевалки, его рука слепо шарила вокруг ручки. Тогда он нашел её, распахнул дверь и выскочил оттуда к главным дверям школы, где он нашел Скотта, ожидающего, сидя в телефоне: — Чувак, ты упал в туалет? — Скотт поднял глаза, когда увидел, что его лучший друг наконец подошел к нему. — Давай, пошли, — Стайлз схватил куртку Скотта за рукав и дернул его к стоянке. — О…хорошо, — Скотт согласился, по понятным причинам, хотя такое странное поведение Стайлза не было новым для него. Однако вся поездка на машине домой была непривычно тихой. Обычно Стайлз объяснял, почему он ведет себя странно, но он держал рот на замке. Обычно разговоры завязывает Стайлз, а ему нечего сказать. Скотт не был уверен, что делать или как поступить, а затем, прежде чем он догадался, они подъехали к его дому. — Чувак, все в порядке? — Он пытался в последний раз. — Да, все в порядке, — замолчал на мгновение Стилински, — Я так думаю. Стайлз держал это при себе. Скотт вздохнул, потому что он знал, что что-то беспокоит друга, но он решил пока не приставать к нему. — Как скажешь. Я знаю, что тебя что-то беспокоит, но это нормально, если ты не хочешь говорить об этом. Просто дай мне знать, когда будешь готов, чувак. — Да. Хорошо.