Зорко одно лишь сердце

      — Эй, Карла, ты чего застыла? — Джордж легко тронул ее за руку.       Женщина вздрогнула, и отвела взгляд от толпы гостей, в которой ей показалось, что на миг мелькнули черные длинные волосы высокого мужчины в темной мантии.       Вернувшись из очередной поездки, она решила устроить грандиозный прием, объединив под крышей Вороньего гнезда, как назывался ее дом, все три поколения своих друзей: бывших однокурсников, их детей и их внуков. Для каждого из них она постаралась найти интересное занятие. Малышня резвилась в парке аттракционов на лужайке перед домом, для молодежи в одной из комнат была устроена дискотека, «ветераны» с удовольствием беседовали в гостиной у камина, в столовой был накрыт экзотический стол с блюдами всех стран, в которых она когда-либо побывала: в общем, весь дом от подвала до чердака был в распоряжении гостей.       — Ничего, просто… Мне, наверное, уже пора, Джордж, — улыбнулась она. — Благодарю тебя за все. Ты самый лучший в мире друг. Всем остальным тоже передашь, что я очень их люблю и благодарна тому, что встретила их когда-то.       Мужчина нахмурился:       — Ничего не понимаю. Что с тобой, Ворона?       — Просто мне пора.       — Куда? Это же твой дом!       Она оглянулась на дверь, где у входа вновь мелькнул мужчина в черной мантии, и приложила пальчик к губам:       — Т-с-с, не поднимай шума, прошу тебя. Прощай, Джордж. Моё время пришло. Мне пора.       Крепко обняв друга и улыбнувшись своей лучистой и теплой улыбкой, женщина пошла, не оглядываясь, к выходу в сад.       — Джордж, куда она пошла? — подошла к нему Гермиона.       Мужчина очнулся от оцепенения, встряхнул головой и улыбнулся.       — Сейчас вернется, — затем бодро продолжил, — она прелесть, правда. Всегда поражался ее фантазии. Ты уже видела, что она приготовила для малышни?       — Нет.       — Тогда пойдем, я покажу. Это там, на лужайке перед домом. Там такие карусели…       Карла вышла в сад. Теперь она не сомневалась: впереди нее на некотором расстоянии шел высокий худой длинноволосый брюнет в черной мантии. Он направлялся в сторону беседки. Женщина пошла за ним, не ускоряя и не замедляя шаг. Когда она вошла в беседку, он стоял спиной к ней.       — Северус, — тихо сказала женщина.       Мужчина повернулся, и она увидела, что не ошиблась. Он не изменился ни капли, и она была этому рада: наверное, ее рассудок не перенес бы Северуса в белоснежном одеянии и с нимбом на голове. Он улыбнулся, прочитав ее мысли.       — Я бы, наверное, тоже не вынес подобного зрелища, — сказал он.       — Мне уже пора?       — Да. Я пришел за тобой. Я так долго тебя ждал. Ты молодец, ты все правильно сделала. Как всегда умница! Я горжусь тобой, моя девочка.       На губах женщины расползлась ехидная улыбка:       — Девочка? Какая к черту девочка! Я уже бабушка! — рассмеялась она.       Северус подошел к ней, обеими руками взял ее лицо, слегка приподняв к себе.       — Ты прекрасна. Как всегда прекрасна, моя девочка. Для меня всегда моя девочка, — прошептал он, видя, как меняется ее лицо. Морщины разгладились, волосы из седых вновь стали пепельно-русыми, праздничное платье изменилась на то самое жемчужно-серое, в котором он увидел ее впервые. Теперь перед ним стояла красивая молодая женщина: та самая Карла, которую он помнил.       — Ты не пошел дальше? Почему?       — Я решил подождать тебя…       — Спасибо.       — Идем?       — С тобой куда угодно, — она протянула ему руку, озарив его своей лучистой улыбкой.       И рука об руку мужчина и женщина пошли прочь, в закат, совершенно не замечая того, что в беседке осталось тело красивой еще пожилой женщины, устало опустившейся в кресло и словно уснувшей ненадолго. Рядом с ней на столике остался бокал недопитого вина. А в ее доме в это время веселились все ее многочисленные друзья…