Гарри Поттер и деканы Хогвартса

Наступил день, которого боялся Северус больше всего. Гарри Поттер отправляется в Хогвартс уже в роли студента-первокурсника. Эта мысль настолько заполонила разум зельевара, что он никак не мог отвлечься от этого. Прошло почти девять лет, как мальчик стал частью его жизни, да и жизни всего Хогвартса. Девять лет! И вот завтра Гарри Поттер уже первокурсник и отправляется в Хогвартс. Это будет завтра, а сегодня они остановились переночевать в Дырявом Котле, чтобы завтра ровно в 11 утра Гарри сел на Хогвартс-экспресс. — Пап, а если я всё-таки попаду не к тебе на факультет? — нервничая спрашивал мальчик, смотря через грязное и пыльное окно на толпящихся людей на улице. — Гарри… — начал зельевар. «Видимо мальчик волнуется не меньше, чем я». — Нет, а если я попаду в Гриффиндор, например, это будет значить, что… — Это будет значить лишь то, что факультет Гриффиндор обретёт очень одаренного студента и их ловец будет составлять огромную конкуренцию другим, — сказал Северус, приблизившись к ребёнку и ободряюще хлопая того по плечу. — Но если… — Никаких «но» и «если», — оборвал его зельевар, — тебе не стоит об этом беспокоиться, завтра ты сядешь в Хогвартс-экспресс, как и остальные студенты и поедешь в школу как и все. Когда приедешь, мы все будем ждать тебя там. Гарри благодарно посмотрел на него сквозь свои очки. — Спасибо, пап, — произнёс он, и Северус почувствовал, как голова ребёнка в буквальном смысле врезалась в его солнечное сплетение. — Постарайся найти себе друзей в поезде, — его голос не был лишён какой-то несведущей отрешённости, — ясно? Почувствовав кивок и услышав утвердительный ответ, который прозвучал из складок его мантии. Он вздохнул и обнял мальчика в ответ, — всё будет хорошо… *** Паника Северуса всё нарастала, когда деканы говорили друг другу напутственные слова, стоя за тяжелыми дубовыми дверями Большого зала. — Северус, не переживай ты так, — зацокала языком Минерва Макгонагалл, держа в руках старую Распределяющую Шляпу, — конечно, не стоит отрицать, что мы все немного волнуемся, но не так, как ты… Помона Стебль, которая стояла немного поодаль, приблизилась, чтобы поддержать разговор. — Неужели тебе настолько кажется важным, на какой факультет он попадёт, Северус? Зельевар повернулся к профессорам, поплотнее запахиваясь в свою привычную чёрную мантию, в которой стало как-то резко неуютно. — Да чтобы вы знали, я сказал мистеру Поттеру, — намеренно назвав мальчика по фамилии, отметив про себя, как это плохо звучит, — что мы будем его любить независимо от того, на каком факультете он будет учиться! Теперь всё будет не так, как раньше, всё будет по-другому. Просто хотелось бы… — Мерлина ради, — перебила его речь, уже переходящую в монолог Минерва, — да, не будем отрицать, что этот мальчишка добрый, умный, не лишён слизеринской хитрости и с переизбытком гриффиндорской…самоотверженности. Снейп кивнул. — Но в жизни главное, чтобы он был хорошим человеком, с теми идеалами, которые мы сами вложили в него. Чтобы он был смелым, отзывчивым… — продолжала она. — А ещё добрым и внимательным к другим, — улыбнулась Помона. — Умеющим думать, анализировать и принимать верные решения, — воскликнул Филиус Флитвик. Северус в примирительном жесте поднял руки. — Я понял, что в этот список уж точно никак не вписываются идеалы Слизерина, — хмыкнул он. *** — Поттер, Гарри! — вызвала по списку Минерва Макгонагалл. Казалось, что весь Большой Зал затаил дыхание. Гарри вышел из толпы первокурсников и сел на пошатывающийся табурет. Северус убрал руки в складки мантии, чтобы никто не увидел его скрещённых пальцев. Пара секунд, а может всё-таки и минуту разглагольствований от шляпы и… — Гриффиндор! Мир Северуса рухнул. Почти весь Большой Зал зааплодировал. — Ура! — С нами Гарри Поттер! — доносилось с гриффиндорского стола. Альбус поднял бокал с вином. — Поздравляю Гриффиндор! — воскликнул он, обращаясь к Минерве. — Нет, — простонал зельевар, — за что… — Ну-ну, Северус, — похлопала по плечу Помона, — по-другому и быть не могло. «Мерлин!» — Северус залпом осушил бокал.