8
5 августа 2018 г., 12:48
Все вновь сели за стол. Чимин сел между Хосоком и Юнги. Он был так счастлив, все-таки братья собрались за одном столом. Думаю для родителей ничего не может быть лучше этого. А оно и видно, мама счастливо улыбалась, а ее глаза блестели от слез, она явно была счастлива увидеть Юнги, все-таки они давно не виделись, хотя живут в одном городе. Но Юнги действительно был очень занят, и мама это понимала. Отец тоже еле заметно улыбался, он все еще пытался казаться непреклонным и холодным, но его глаза выдавали его, как говорят: глаза — зеркало души, именно поэтому они его и сдавали с потрохами. Они тоже слезились, и в них были видны искры радости. Чтобы отец не говорил, он любит обоих сыновей.
— Я думала, что у тебя много дел. — Сказала мама, обращаясь к Юнги.
— Я смог их отложить, — улыбнулся Юнги, положив свою руку на руку матери, — мамуль, разве я могу променять тебя на работу? Ты у меня одна, а работ будет еще уйма.
— Сынок. — Мама больше не могла выдержать, она расплакалась, встав, она обняла сына.
Чимин еле заметно улыбался, на его глазах тоже были слезы, он тоже был готов расплакаться. Но нельзя, и так много пролил сегодня слез. Вдруг он почувствовал на своей руке чужую. Посмотрев на руку, он увидел, что его держит Хосок. Посмотрев на него, он увидел, что Хосок тревожно на него смотрел.
— Все в порядке? — Прошептал Хосок.
— Да. — Улыбнулся Чимин.
— Так, — вдруг раздался голос отца, — уже поздно, комнат у нас достаточно, поэтому останетесь у нас.
— Достаточно? Отец, у нас их уже нет. Ты забыл? В комнате Чимина сейчас лежат наши документы и много хлама, они не могут там спать.
— Пусть Чимин и Хосок спят в моей комнате. — Вдруг сказал Юнги, удивив всех.
— А ты? — Спросил Чимин.
— Я лягу на диване. Не переживайте, я привык спать на диванах. В студии похуже бывало.
— Раз так хочешь. — Пожал плечами отец.
Дверь в комнату Хосока и Чимина была открыта, потому что очень жарко, уже очень поздно, все спали, все кроме Чимина. На его животе лежала рука Хосока, а сам он лежал на спине. Хосок был очень близко к Чимину. До Мина младшего доносились шуршания из зала, это Юнги переворачивался на диване.
Чимин медленно и аккуратно встал. Он закрыл дверь и направился к дивану, на котором спал Юнги. Он был повернут к спинке дивана. Чимин присел на корточки перед диваном, где была голова Юнги, как вдруг Мин старший вновь повернулся, и теперь он был повернут к Чимину лицом.
Мин младший молча смотрел на спящего Юнги, он сам не заметил, как его губы дернулись в улыбке. Чимин неосознанно потянулся рукой к его лицу, он провёл двумя пальцами по щеке Мина, на его удивление Юнги, который недавно был хмурым, сейчас же раслабился.
— Чимин. — Вдруг услышал Мин младший, как из уст его брата вырвалось его имя.
Если сказать, что Чимина это не испугало, это ничего не сказать. Он одернул свою руку и, быстро встав, ушел к Хосоку.
Когда Чимин лег на кровать, Хосок вновь прижался к нему, но он все еще спал. Чимин же был повернут к нему спиной, он прижал к своему рту руку, а из его глаз потекли слезы…
***
Чимин проснулся от шума на кухне. Рядом с ним уже никто не лежал. Встав, он направился на кухню, на которой была мама. В зале же никто не лежал уже. — Ма, а где Юнги? — Спросил Чимин. — Он уже уехал, ему кто-то позвонил и сказал, чтобы он приехал. — Ма, а ты не знаешь, он все еще встречается с Борой? — Не знаю, сынок. У него на нас то мало времени есть, а о каких отношениях может быть речь? — Ну, да, ты права. А где Хосок? — Он в ванной. — Понятно. Чимин сел на диван, он решил посмотреть телевизор. Наклонившись, чтобы поднять пульт с пола, он вдруг увидел что-то странно торчащие под диваном. Просунув руку он достал, ингалятор (?). Почему он здесь? Кто им пользуется? Разве у кого-то из семьи есть астма? В зал зашел сонный отец, видимо, он только проснулся. Ну, понятно, в кого пошел Чимин. — Па, — обратился Чимин к нему, — а чье это? — Он показал ему ингалятор. — Что это? — Удивился отец, взяв в руки ингалятор. — — Ингалятор для астматиков. Ты знаешь чей он? — Где ты его нашел? — Под диваном. — Нет, не знаю, а хотя нет, знаю. — Чье? — К нам недавно друзья приезжали, один из моих друзей астматиков, вот это его кажется. Я передам ему. — А, хорошо.***
Чимин и Хосок, собравшись, поехали к себе домой. Они пообещали, что при любой возможности еще приедут. Когда дверь за ними закрылась, отец схватил мать за кисть руки, чем удивил ее. — Что такое? — Спросила она. — Чье это? — Показав ингалятор, спросил он. — А чье это? — Хватит притворяться, это не Чимина, потому что он сам его нашел. Это не твое, потому что ты все время со мной, следовательно, неужели Юнги? — Послушай. — Нет, это ты меня послушай! Я его отец, почему вы мне ничего не сказали?! Какая у него стадия? Я надеюсь, что первая или вторая? — Третья. — Отец замер, его лицо стало изумленным, от третьей до четвертой стадии недалеко, а значит, что это опасно для его жизни. Вдруг жена его обняла, крепко прижав к себе. — Он уже взрослый мальчик, он попросил меня не говорить тебе, потому что боится, что ты возненавидишь его, ведь ваши с ним отношения и так на нитке ходят. Прошу ничего не говори ему, веди себя так, будто ничего не знаешь. Так будет лучше. — Но он мой сын. — Из глаз отца потекли слезы. — Что, если перерастет в четвертую стадию? Что, если я его потеряю? — Он справиться, — она начала гладить по его спине рукой, — он сильный, он сильнее всех нас. Просто доверься ему.***
Юнги зашел в небольшое кафэ. Оно было такое милое, в мягких тонах. На стульях милые подушки, как и по углам самого заведения. На стенах много фотографий, правда Юнги не мог понять, что на них изображено. — Юнги. — Донеслось до Мина, повернув голову, он увидел сидящую девушку за столом. Мин направился к ней. Девушка была очень красивая, длинные волосы, которые были уложены, красивая рубашка и нежно розовая юбка чуть выше колен и каблуки, ничего лишнего. Юнги сел напротив нее. — Заказала уже что-нибудь? — Спросил он. — Нет, я ждала тебя. — Улыбнулась девушка. — Мина, — вздохнув, сказал Юнги, — я же сказал, что опоздаю, я опоздал, ты должна была что-нибудь покушать. — Ну Юнги~я, не сердись. Я просто слежу за фигурой. — Тогда это все меняет. Почему ты мне позвонила? Что-то случилось? — Почему что-то должно случиться? Мне нужен повод, чтобы встретиться со своим парнем?***
Чимин позвонил Боре, он назначал ей встречу в кафе торгового центра. Ему нужно с ней поговорить. Зайдя в кафе, он сразу же увидел попивающую из трубочки сок Бору. У нее что, кто-то умер? Почему она вся в черном? — Привет. — Присев напротив нее, поздоровался Чимин. — Здравствуй. — У тебя что-то случилось? Кто-то умер? — Да, моя любовь к твоему брату. — Об этом я хотел поговорить. Вы все-таки расстались с Юнги? — Я бы не сказала, что расстались. — Вздохнув, ответила Бора. — Просто, у него совсем нет на меня времени. Если раньше он хотя бы по одному сообщению в день мне присылал, то сейчас ни одного. Если раньше отвечал на звонки и сообщения, то сейчас он больше этого не делает. Я пыталась с ним встретиться, но мне так и не удалось. — Мне жаль, правда. Вы очень хорошо смотрелись вместе. И папа был рад, что он встречался с тобой. — Чимин, он будет лучше всего смотреться не со мной, а только с одним человеком, с которым всегда хорошо смотрелся. С которым обращался так, как не обращался ни с кем. — Кто этот человек? — Удивился Чимин. — Такой действительно есть? — Ох, — тяжело вздохнула Бора, — не важно. Ты только об этом хотел поговорить? Если да, то я пошла. — Нет, — Чимин схватил Бору за руку, чтобы та не ушла, — вчера у моей мамы было день рождения. — Я знаю, я поздравила ее. — Так вот, Юнги пришел и мы остались с ночевкой. А утром под диваном, на котором спал Юнги я нашел ингалятор для астматиков. Я хочу узнать, Юнги астматик? — Что? — Удивилась Бора. — Нет, это не его. Сколько я знаю его, он им никогда не пользовался. — Понятно, тогда спасибо. — Чимин, — посмотрев прямо в глаза, обратилась Бора, — пожалуйста, измени все. Пожалуйста, верни все на свои места, если любишь — люби, не важно кто, не важно кто против будет, просто люби. Если ты сейчас не признаешься, сам не признаешь эти чувства, потом будет поздно. Страдать из двоих, будешь только ты. — О чем ты? — Удивился Чимин, он действительно не понимал. — Да так, ни о чем. Пока. — Бора встала и ушла, оставив Чимина одного в кафэ.***
Чимин зашел в свою квартиру. В комнате стоял какой-то странный запах, который врезался в нос Чимина. Пройдя на кухню, он увидел Хосока, который пил соджу, рядом с ним на столе уже стояли три бутылки. — Хосок? — Обратился Чимин, подойдя к нему, он положил свою руку на его плечо. — Пришел. — Усмехнулся Хосок. — Где ты был? — Я встречался с подругой. — Подругой? А может с Юнги? Думаю, с ним встретиться у тебя больше желания. — Что ты такое говоришь? — А что, я не прав? — Хосок повернулся к Чимину. — Я видел, как вчера ты ушел к нему. Скажи, что ты с ним делал? — Что? Я ничего с ним не делал. Хосок резко поднялся и рывком положил Чимина на стол, скинув все бутылки, он разместился между его ног, руками же уперся на стол у его головы. — Что ты делаешь? — Испугался Чимин. — Где он тебя трогал? — Злился Хосок. — Он ведь тебя трогал! Ты хоть понимаешь, что на шлюху похож? — Что? — Чимин сам не заметил, как начал плакать. — Прекрати реветь, шлюхам не позволено плакать. Раз уж он воспользовался твоими услугами, то это сделаю и я! Хосок припал с пошлым поцелуем к губам Чимина, он пытался вырваться, продолжая кричать, чтобы тот остановился, но Хосок уже перешел на его шею. Начав стягивать с себя и с него верхнюю одежду. Как бы Чимин не пытался вырываться, ему не удавалось, он намного слабее. Его мигом перевернули на живот, стянув с себя и с него штаны с боксерками, Хосок без смазки и растягивания вошел в Чимина во всю длину. От чего Чимин закричал, хотя это больше было похоже на визги. Ему было страшно и больно, внутри все разрывалось, а особенно сердце. Хосок продолжал вбиваться в Чимина, а тот продолжал кричать и просить выйти. Юнги, прошу спаси меня… Ты нужен мне сейчас… Но никто Чимина не слышал, кроме Хосока, которому было плевать, он зол, зол на то, что сердце Чимина не принадлежит ему. Что для него он друг, он всегда был для него другом, который всегда поддержит. Хоть они и ебались раньше, но что-то Хосоку подсказывало, что в мыслях Чимина ебался он не с ним. Когда Хосок обильно кончил во внутрь Чимина, он быстро оделся и ушел из квартиры, громко хлопнув дверью. А Чимин же упал на пол весь в слезах, он прижал к себе свою одежду. Ему сейчас было больше больно морально, он не ожидал такого от Чона, он никогда не думал, что Хосок сможет сделать с ним это. Слишком обидно и больно. Но, что Чимин понял, так это то, что все кончено. Встав, Пак начал быстро собирать свои вещи, хотя в заду очень было больно, ноги отнимались. Было слишком больно, но парнишка продолжал терпеть. Наконец-то собравшись, он обулся. Напоследок он посмотрел на квартиру, в которой ему было хорошо, ему всегда хотелось сюда возвращаться, все было по домашнему, и ему это нравилось. Но всему приходит конец. Положив на тумбочку ключи, Чимин вышел из комнаты и из жизни вместе с Хосоком. Он вернуться к родителям, но никому о случившемся не расскажет. Он знает, что если отец узнает об этом, то убьет Хосока. А что, если об этом узнает Юнги? Чимин знает, он не узнает и ничего не будет. Юнги плевать. Но Юнги будто знал, что это произойдет, он изначально не принял их, будто знал, что Хосок предаст его. Хотя это случилось из-за него самого. Вины Чимина в этом нет. Юнги вновь ударил в спину Чимина ножом, сам того не осознавая…— ♫ Я всё ещё не знаю, Любовь ли это? ♫
