Как можно крепче

— Слушай, хорошо же, что учебный год закончился, да? — целуя меня в лоб, спросил Винчестер. Я потянулась. — Оооо дааа… Теперь не надо рано вставать, бежать куда-то… Кстати, че там на часах? Я сузила глаза и посмотрела на часы. — Точно, ты ж слепуха у меня. Двенадцать ровно. — Че ты обзываешься? Я в шутку надула губы. — А ушки то покраснееелии. Блин. Даже обидеться в шутку не получилось. — А у меня идея. Я села на Винчестера. — Ну-с. — Поехали в лес. Верхом. Там есть маленький домик. В нем лесники ночуют, и то редко. — Так-с. Ну один конь у нас есть. А я на чем? — Ам. Найдем. Вон у дяди Пети сколько лошадей! Одолжит поди одного жеребчика, не убудет от него. — Ладно. Когда? — Да хоть сейчас! Ты готовь продукты, я за коня договорюсь. И я пулей слетела с Дина. Хоть мы с ним и встречаемся уже 2 месяца, ничего серьезного у нас не было. Поцелуи, объятия, нежные слова. Но ничего большего. Через полчаса я ввела во двор мастистую белую кобылу. — Это мне? Винчестер сидел на крыльце. Рядом с ним стояли 3 сумки с вещами и продуктами. — Да. Ее зовут Детка. Оригинально, да? — А может я лучше на своей? Дин кивком указал на Импалу. — Вот это дааа. — Чего? — Ты боишься. — Ни че я не боюсь. Винчестер смутился. — Ты никогда не ездил верхом! — Ну да. Это преступление чтоли? — Дииин. Теперь ты не отвертишься. Иди сюда. Дин встал и подошел ко мне. Уткнулся лбом мне в плечо. — Может не надо? — Надо-надо. Вот. Держи поводья. Я за Винчестером. Я передала поводья Дину и вывела моего красавца из стойла. — Ты мой хороший… Сейчас гулять поедем. Я пальцами расчесывала шелковистую гриву коня. Как только я подвела жеребца к Детке, та сразу мордой потянулась к нему. — Давай, учись. Под седло нужно подложить мягкую ткань, чтобы оно не натирало спину лошади. Вот так. Дин послушно выполнял все, что я говорила. Наконец, лошади были готовы. Я ловко запрыгнула в свое седло. Дин присвистнул. — Ты чего? — Ты такая клевая. — Припухни и запрыгивай. Спасибо. Он забрался в седло. — И где тут руль? Я захохотала своему жеребцу в гриву. Мдаа. Мне предстоит много работы. Мы ехали по лесу. Я дышала свежим воздухом и отпустила поводья. Вин умный, знает, куда идти. Сокращение его имени мне пришлось использовать, ибо когда я говорила «Винчестер» откликались оба. Да и «Вин» мне нравилось. Уж слишком крут был Вин Дизель. Детка покорно шла рядом с Вином, даже на шаг позади. Винчестеру было непривычно. Еще бы, столько лет за баранкой, а тут конь. Да еще и кобыла. — Слушай, а почему ты не села на Детку? — Вин, кроме меня, ни кого на себе не терпит. Сосед как-то попросил у меня его. До соседнего села съездить. Машина сломалась, а нужно было срочно. Ну я вывела Вина. Только сосед сел на него, конь забрыкался, встал на дыбы и сбросил седока. Только меня он одобряет. Я почти свалилась с Вина, когда мы в сгущающихся сумерках добрались до небольшого домика, и готова была целовать землю от счастья. Потому что самая нижняя часть спины, да и все остальные органы тоже, ненавидели уже седло той лютой ненавистью, которой обычно страдают демоны к неожиданно раскаявшимся грешникам. Меня совершенно не смутило наличие всего двух узких, грубо сколоченных кроватей, и я тут же оккупировала одну из них, блаженно растянувшись на отсыревшем соломенном тюфяке, оставив честь разбирать вещи Дину. Тело благодарно растрогалось от такой заботы и блаженно обмякло. Если кто-нибудь посмеет меня сейчас потревожить, ему не поздоровится, это точно. Убью заразу! Но меня потревожили самым наглым образом, и не поздоровилось как раз-то мне самой. По краю кровати вдоль стены прошествовала МЫШЬ! Причем с таким спокойным и невозмутимым видом, что я на доли секунды опешила от такой наглости, а потом меня просто сдуло из домика с дикими воплями. Дин, попавшийся на моем пути, поймал меня в полете с небольшого крылечка. Это и заставило меня, перепуганную до икоты, иначе я побила бы все рекорды по бегу на длинные дистанции. — Опять несчасное животное напугало? — ехидно догадался Винчестер. У нас уже был похожий случай. Я судорожно сглотнула и кивнула растрепанной головой, намертво вцепившись в его шею. Чтоб я еще раз в этот кишаший злобными грызунами дом вошла?! Да ни за что! Лучше на свежем воздухе спать буду, под открытым небом, под проливным дождем, под ледяным ветром, под градом и снегом, под что там еще бывает… Но туда я больше ни за что не пойду! И мне все равно, что Дин обо мне подумает. — Трусишка моя — усмехнулся Винчестер. — Такая большая, а маленькую зверюшку напугалась. И что она тебе сделала? — Мимо прошла. Дин засмеялся. — Это серьезное преступление против личности. А вон и твою обидчицу вперед хвостиком выносят. Довела несчастную мышку до сердечного приступа. Я повернула голову к двери домика и увидела важно шествующего Кроули, держащего в зубах безжизненные останки мыши. Интересно, куда он ее? Съест? Но Кро направился к нам. Он издевается да?! Я в ужасе сильнее прижалась к Дину, стискивая его шею в почти смертельных объятиях. Как он еще дышать мог в тот момент, осталось непонятным, я же его чуть не задушила. — Кро, убери это. Пес послушно направился к кустам. Ну почему я не боюсь червяков, змей и пауков? Зато вполне безобидная мышь вводит меня в состояние совершенно неконтролируемого ужаса. За что мне такое наказание? Я с опаской следила за Кроули, пока он не скрылся в кустах, и только после этого смогла выдохнуть спокойно. То, что Дин продолжает держать меня на руках, я заметила, лишь повернувшись к нему. Наши глаза находятся на одном уровне, чего в принципе быть никак не могло. Причем в глазах Винчестера плясали веселые бесенята, выдавая его истинное отношение к происходящему. — А ну пусти! — сердито дернулась я, но перед этим убедилась, что под ногами не валяются мышиные трупики. — А вдруг там страшный зубастый зверь сидит? — еле сдерживая смех и не торопясь меня отпускать, выдал Винчестер. Нет, он точно надо мной издевается! А еще лучший охотник на нечисть… В балагане ему только выступать вместе с Кро. Нашли себе развлечение — меня пугать. Я насупилась и рассерженно отвернулась, демонстрируя всем своим видом, что спектакль окончен. Пусть держит, если ему так хочется. — Ты меня чуть не задушила, — пожаловался Дин, выпустив меня наконец на волю и потирая шею. — И мало тебе, — пробубнила я. — Нечего надо мной смеяться. — Да ты бы себя со стороны видела! — хрюкнул Винчестер. И мне показалось, что он не против сам подкладывать мне мышей в постель хоть каждый день, только бы я еще раз на «бис» исполнила свою арию под названием «Мыши волнуются раз…». А обо мне кто-нибудь подумал? — Тебе валерьяночки накапать? — участиво спросил, выходя из-за дерева… Сэм? — Я сама сейчас вам накапаю обоим слабительного посильнее, будете знать! Совсем распоясались эти Винчестеры! Я кинулась на шею Сэму. Тот обнял меня. — Привет-привет. Я выпустила его из своих объятий. — Ты еще выше что ли стал? Сэм посмотрел на меня, слегка склонив голову, и улыбнулся. — Неет. Куда уж мне еще. Дин подошел к брату и обнял его. — Привет, братишка. Как добрался? — Да нормально. До Москвы — самолетом, до села — на такси, до сюда — пешком. А вы как? Дин подошел ко мне и много значительно кивнул в сторону двух пасущихся лошадей. Сэм обернулся. — Тань, ты че, ты ЕГО на лошадь посадила?! — Это было не столько сложно, сколько смешно. — А где вы их достали? — Жеребец — мой. А кобылу у знакомого одолжили. — Я надеюсь, Дин на жеребце ехал? Я с улыбкой покачала головой. Сэм заржал. Дин поджал губы. — Я пойду посмотрю, есть ли там еще мыши. Мне стало не до шуток. — Эй-эй-эй! Я тебе посмотрю потом! Винчестер-старший засмеялся и вошел в домик. — Достал он тебя поди? Сэм искренне беспокоился о моем психическом самочувсвтвии. — Да не. Жить можно. Мы вошли вслед за Дином. Спустилась ночь. Мы сидели около костра, жарили хлеб на палочках и смеялись. Заметив краем глаза, что я слегка дрожу от холода, Дин поднялся и зашел в домик. — Куда это он? Сэм хрустнул сухариком. Я пожала плечами. Винчестер-старший вышел с пледом на плечах и сел рядом со мной. — Иди ко мне. Я улыбнулась и прижалась к нему. Дин укрыл меня пледом и левой рукой приобнял за талию. — Сухарик будешь? Я протянула ему хлеб. Винчестер улыбнулся и откусил от моего сухарика. Я покачала головой. Сэм сначала недоуменно смотрел на нас. Но внезапно его взгляд прояснился и он хитро улыбнулся. — Возле костра же сидим, ты чего дрожишь то? Я пожала плечами. — Сэм? — А? Я посмотрела на Дина и взглядом задала вопрос. Тот кивнул. — Ам… Дин говорил, что у тебя была девушка. Медсестра, по-моему. А сейчас она…? — Ты про Стефани? Все нормально. Она в Америке. Ждет меня. — У вас все серьезно? — Нууу… Я думаю — да. — Ну и чудненько. Через полчаса я начала тихонько зевать Дину в плечо. Но меня спас Сэм. — Может уже спать пойдем? Я была бесконечно ему благодарна. — Ну пойдемте. Дин поднялся и левой рукой подтолкнул меня. Я уперлась лбом в спину Сэма. — Эм. Ребят, тут только 2 кровати. Дин вопросительно приподнял бровь. — И что? Сэм усмехнулся. Мне было все равно, сколько кроватей, где спать. Просто спать. И, желательно, с Дином под боком. Я уже откровенно зевала, пока парни расселивали кровати. Дин подошел ко мне. — Все готово. — Ага. И я свалилась ему на руки. От лица Дина Я поймал Таню и поднял на руки. Она уже сладко сопела. Я, улыбаясь, отнес ее на кровать и укрыл пледом. — Дин? — Ммм? — Ты ведь не хочешь спать? — Неа. Ты? — Я тоже. — Зачем тогда мы пошли спать? Сэмми пожал плечами. — Я просто увидел, как Таня зевает тебе в плечо. Вот и предложил. Я снял рубашку и лег рядом с Таней. Она лишь нахмурилась, когда я потянул плед на себя. Я приобнял ее. Таня тут же повернулась ко мне, обняла ногами за торс, рукой за шею, прошептала мое имя и засопела дальше. Я левой рукой гладил ее волосы. Сэм лег на свою кровать и положил руки под голову. — Дин? — Ам? — И давно? — Ты же знаешь. Два года. — Я не про то. — Аа. Два месяца. Почти. — Она любит? — Да. — Ты? — Безумно. Сэм перевернулся на живот и положил голову на спинку кровати. Сузив глаза, посмотрел на меня. — Надолго ли? — Она — не знаю. Я — навсегда. — Ты уверен? — Сэмми, я никогда не чувствовал ни к одной девушке ничего подобного. — Знаю. Ты узнавал, как ее зовут, только после постели, а то вовсе не знал. — С ней не так. Я осторожно поправил плед. — Я никогда ни о ком так не заботился и не беспокоился. Даже, знаешь, внешне она потрясающая, но в душе… — Ооо… — Да, Сэмми. Ее душа это целый мир. Она меня многому научила. Она рассказала мне то, о чем я и не подозревал. Она столько всего знает, это просто уму не постижимо! Че не спрошу — все знает. Вот ты знал, например, что в штате Огайо в 1865 году было всего 2 машины? И прикинь, они врезались друг в друга! Сэм улыбнулся. — Дин, ты прям расцвел. — Всмысле? — Ну я помню тебя в то время, когда Таня уехала. Я подходить к тебе боялся первые недели. А сейчас… В глазах жизнь загорелась. Румянец на щеках. Ежик на голове. Она сильно на тебя влияет. Очень сильно. Таня пошевелилась и прижалась ко мне еще ближе. Я улыбнулся и поцеловал ее в лоб. — Мне кажется, я нашел свое счастье. Сэмми улыбнулся. — Я рад за тебя, брат. Мы немного поговорили об охоте и других делах. Сэм вырубился первым. Я еще некоторое время наблюдал за ними. Но потом и сам отрубился.

***

Мне приснилось, как Дин ласково целует меня в висок. — Солнышко, мы скоро вернемся. Не волнуйся. И он ушел. Проснулась я от того, что кто-то своим мокрым носом тычет мне в щеку. — Крооо… Я спрятала голову под подушку, пытаясь ухватить пропадающий сон. И тут на подушку сверху сел мой пес. — Отец твой кобель, Кроули, твою мать, слезь, я же задохнусь, Дин тебя убьет, Сэм поможет закопать! Кроули спрыгнул с подушки и я наконец вдохнула. — Больше никогда так не делай! Стоп. А где мальчуки? Я вышла на крыльцо. Кони паслись неподалеку. А Импалы не было на месте. Значит это был не сон. Интересно, куда это они уехали? Ладно, приедут — все равно расскажут. Я позавтракала и поехала на конную прогулку. Нужно было размять лошадей да и самой размяться. К двум часам я планировала вернуться. Но кони нашли великолепную речку, и грех было в ней не искупаться. А потом я просто уснула на берегу. Когда я проснулась, уже вечерело. — Парни уже приехали, наверное. Я свистнула коней, села верхом на Вина, взяла за уздечку Детку и мы двинулись в сторону домика. Не доезжая буквально 300-400 метров, я услышала вой полицейских сирен. — Госпади, что там случилось?! И погнала коней во весь опор. В кустах я спешилась с Вина и выглянула на поляну. Около домика стояло 2 полицейских машины и Импала. Два полицейских разговаривали с Сэмом. Его волосы были взъерошены и сам он был обеспокоен не на шутку. И тут из домика вышли еще двое полицейских и за ними Дин. Что с ним?! Глаза красные, голова опущена. Полицейский что-то говорил ему, но Дин не слушал и смотрел на то место, где вчера стояли кони. В руках он держал мою-его футболку с AC/DC. Да что случилось-то?! До меня долетали некоторые фразы полицейского. — Вы не беспокойтесь так. Мы найдем ее. Только дайте нам какую-нибудь вещь, принадлежавшую ей. Мобильный телефон, например. Дин достал из кармана рубашки мой мобильник и отдал полицейскому. — Только найдите ее, я вас умоляю. Дин прислонился к стене и отрешенно смотрел на небо. Вдруг из рации раздался позывной. — Шестнадцатый, прием. Прием. Недалеко от поселка обнаружен труп девушки. Сэм побледнел и повернулся к Дину. Винчестер-старший медленно сполз по стене. Его лицо было бледным, губы поджаты. А глаза… В глазах было столько горя… Он положил мою футболку себе на колени. Обхватил руками голову. Его плечи беззвучно затряслись. И тут я поняла. Они ищут МЕНЯ. Я ведь ничего не оставила, даже записки. И телефон у меня в домике остался. Это МЕНЯ они почти похоронили. Это он из-за меня так убивается?! Я не выдержала и подбежала к нему. — Дин! Он даже головы не поднял. — Винчестер, твою мать! Я топнула ногой. Дин вздрогнул. Он узнал мой голос. Медленно поднял голову. Ежик мой… Потерял меня… — Таня… Винчестер встал и рывком прижал меня к себе. Я гладила его по спине, обнимала за шею, перебирала пальцами пряди темно-русых волос. — Мальчик мой… Хороший мой… Дин уткнулся лицом мне в шею и жадно вдыхал мой запах. Его щеки были мокрыми от слез. — Зайчик мой… Ну ты чего?.. У меня задрожал голос. Ох не к добру это. Дин все сильнее прижимал меня к себе, и глубже зарывался лицом в мои волосы. Его плечи тихонько тряслись. — Ну все, все… Я с тобой… Тот труп ко мне никакого отношения не имеет. Винчестер поднял голову от моей шеи. Я ладонями вытирала слезы с его щек и сама плакала. — Дин. Я люблю тебя. Дин прикрыл глаза. Его ресницы блестели от слез. Облизал губы. И прошептал: — Я тоже люблю тебя. На нас смотрели полицейские и Сэм. Но для меня существовал только Дин и его мягкие, чуть соленые от слез, губы.

***

— Может, все-таки расскажете, куда вы вчера смотались с утра пораньше? Мы втроем сидели на берегу той речки, где я уснула. Дин ни на минуту не оставлял меня. Даже сейчас я сидела, поджав под себя ноги, а его голова лежала у меня на бедрах. Я издевалась над его волосами. Сначала лохматила их, а потом расчесывала пальцами. — В соседнем селе жил вампир. У меня глаза на лоб полезли. — Чеегоо?! У нас? В России? Вампир?! Очешуеть можно. Дин улыбнулся и прикрыл глаза. Мне надоело его лохматить, поэтому я просто перебирала пальцами пряди его волос. — А вот где была ты? Сэм сел напротив меня. — Я поехала на прогулку. Доехала до этой речки. Искупалась и уснула на берегу. Потом поехала обратно, а там… Ну вы знаете. Дин нахмурился. Он вообще не хотел вспоминать о вчерашнем дне. Я пальчиком провела по его бровям, разглаживая их. Винчестер улыбнулся. У Сэма зазвонил телефон. Он глянул на экран и улыбнулся. — Да, милая. Винчестер-младший встал и отошел от нас. Дин открыл глаза. Сегодня они были ярко-ярко зеленые. — Что у меня вот тут? Я все щупаю, а понять не могу. И он указал пальцем на щеку. Я наклонилась к его лицу ближе и попыталась рассмотреть. — Тут нич… Дин приподнялся на локтях и поцеловал меня. Долго. Жадно. Я улыбнулась в поцелуе. — Засранец. Дин улыбнулся в ответ. — Да. Хорошо. Ага. И я тебя. Сэм вышел на берег. — Оппа. Развернулся и отошел обратно в лес. Дин оторвался от меня на секунду. — Какой у меня понятливый брат. — Прям золото. Винчестер сел и мы продолжили наше столь страстное занятие.