Кошачий Лорд

      - Ай-яй-яй, Том, - произнёс волшебник, когда Лили свалилась на землю от непростительного заклинания, прилетевшего ей в спину.       - Ты?! - в глазах воспитанника смешался ужас и недоумение. - Зачем ты убил её?!       - Я? - волшебник по-доброму улыбнулся, будто сейчас они в очередной раз встретились в его кабинете, а не в полуразрушенном доме. - Мой мальчик, зачем же перекладывать свои грехи на меня?       - Что ты несёшь? - Реддл ошарашено уставился на директора.       Вместо ответа Дамблдор махнул палочкой, и на молодого волшебника навалились воспоминания. Как он натравливает василиска на ни в чём не повинную девочку... Как он собирает компанию со своего факультета, и ритуалом выжигает на их руках свою метку... Как он заставляет своих последователей мучить магглов... Как он насылает круциатус на тех из товарищей, которые осмелились не подчиниться...       Вот только до нынешнего момента все эти воспоминания ютились на задворках сознания, прикрытые мощным ментальным барьером. Барьером, который поставил Тому Дамблдор в один из их совместных вечеров! А воспоминания о других вечерах Реддл пожелал забыть в то же мгновение, как вспомнил.       - Ненавижу... - тихо прошептал напоследок Том, после чего сознание его покинуло, полностью подконтрольное Дамблдору.       - Что ж, пора приступать к следующему этапу, - волшебник повернулся к годовалому младенцу, который сейчас тихонько посапывал в своей кроватке и совсем не догадывался о том, что сейчас произошло.       Дамблдор неспеша накладывал на тоненькую проволоку одно заклятие за другим. Они сделают мальчика послушным и не дадут выйти из под контроля. А сама проволока послужит отличным показателем его избранности. От этой мысли очки-половинки сверкнули и волшебник улыбнулся: а ведь верно, Гарри действительно избран. Избран на главную роль самим Дамблдором.       Закончив с заклятиями, "светлый" волшебник одним точным взмахом палочки вживил проволоку в лоб мальчика. От этого юный избранный тут же проснулся и заревел от боли. Он начал весьма сильно ворочаться в своих пелёнках, которые открывали только личико младенца, и это не понравилось Дамблдору. Вновь взмах - и Гарри тихо-мирно спит, а новоприобретённый шрам больше не беспокоит малыша.       - Так, скоро прибудет Рубеус, - пробормотал себе под нос волшебник, наводя последний лоск на жилище Поттеров. После чего аппарировал с места убийства.       Когда Хагрид летел на Тисовую улицу, держа Гарри в своей огромной руке будто это самое дорогое, что у него есть, было уже темно. И под треплющимся на голове покрывалом, в которое был укутан младенец, было не разглядеть ничего, кроме темноты волос. Да и зачем на голове у ребёнка что-то выискивать, верно?       Ночную тишину над Тисовой улицей нарушили приглушённые раскаты грома. Постепенно их звук становился всё громче, до тех пор, пока великан не заглушил мотоцикл прямо посередине дороги.       - Профессор Дамблдор, я привёз его, сэр, - пробасил лесничий.       - Что ж, Хагрид, это замечательно, давай его сюда. Пора покончить со всем этим. - Дамблдор взял Гарри на руки и повернулся к дому Дурслей.       - Могу я... Могу я попрощаться с ним, сэр? — спросил Хагрид.       - Не стоит, Рубеус, - слегка нахмурившись, ответил директор. - Мы же не навсегда с ним расстаёмся.       Дамблдор перешагнул через невысокий забор и пошел к крыльцу. Он опустил Гарри на порог, достал из кармана мантии письмо, сунул его в одеяло и вернулся к поджидающему его лесничему.       - Вот и всё, - вздохнул Дамблдор. - Больше нам здесь делать нечего. Нам лучше уйти и присоединиться к празднующим.       - Ага, - сдавленным голосом согласился Хагрид. - Я это... я, пожалуй, верну Сириусу Блэку его мопед. Доброй ночи вам, профессор Дамблдор.       Смахнув катящиеся из глаз слезы рукавом куртки, Хагрид вскочил в седло мопеда, резким движением завел мотор, с ревом поднялся в небо и исчез в ночи.       Дамблдор тоже не стал задерживаться, и, сверкнув на последок очками от вновь засиявших фонарей, исчез. А юный Гарри спал, ещё не подозревая о том, какую судьбу ему уготовил великий интриган.