Победить

      — Мерлин, — плюхнулась Лута на трибуну. — Я чертовски устала. Гер, если мне выпадешь ты, то я из одежды выпрыгну, чтобы победить.       — Почему это? — полюбопытствовал Гарри.       — Мы поспорили, — охотно объяснила Лута. — Тот, кто продует, месяц делает все эти домашние дела.       — Ты даже не знаешь, что они в себя включают.       — Не занудничай, Гер, — Лута примкнула к его плечу и положила голову, доверчиво обнажив шею. — В конце концов, я уверена, что их будешь делать ты.       — Надейся, — усмехнулся Герберт.       На арене сражались Молния и Гора — одни из фаворитов этого сезона; первый заслужил зрительскую любовь надежностью и непоколебимостью, с которой он уничтожал противников, а второй — быстротой и стремительностью, помогающие ему обезвреживать врагов.       …Гарри помнил свое первое посещение Тени так же отчетливо, как и то, что в тот раз выиграл Молния. И это непрошенное воспоминание делало только сильнее чувство странности: подошедшая к нему Лута до боя успела, переглянувшись перед этим с Гером, шепнуть: «Будь осторожнее с Молнией. Он вербует в Пожиратели».       И отошла. Щебечет с Гером как ни в чем не бывало.       И как понимать?       — Ва-ау! — присвистнула Лута, глядя на арену с заинтересованностью.       Молния создал клонов: что-то это напоминало. Заклятье было хорошим, Гарри заинтересовался им. Где бы еще узнать — не подойдешь же… Тем более, мысли занимали совсем другие вещи, и внезапное предупреждение Луты было в их числе.       Гора по-животному зарычал, вырываясь из веревок, которым позволил себя обхватить — был недостаточно быстр для того, чтобы уклониться. Мышцы под кожей взбугрились, напряглись — сила прикладывалась немалая. Молния пытался отдышаться, напряженно наблюдал за противником. «Глупо и самоуверенно, — понял Гарри. — Ты дал ему время, идиот».       Треснула первая, затем сразу же вторая веревка. Остальные опали разом: некоторые повисли на вздувшихся от усилия мышц, но Гора не обращал на это внимания. Он пошел на Молнию, прокладывая прямой маршрут — и даже Гарри стало неуютно, хотя он находился в безопасности.       — Да бл…ин! Капец! — экспрессивно высказалась Лута, размахивая руками. — Ну не тупите, а-а-а!       — Не ругайся, Лут, — ехидно поддел Герберт, но Лута, взглядом прикованная к происходящему на арене, не ответила.       Молния не был тощим или худым — скорее даже наоборот. Но в сравнении с Горой откровенно проигрывал, так что закономерно отходил, отплевываясь незначительными заклинаниями.       Что же, в этом решении Гарри был с ним солидарен.       — Хотел бы я посмотреть на твой бой с ним, Ворон, — задумчиво произнес Гер, наблюдая за мускулистым Горой. — Это было бы интересное зрелище.       Однажды они дрались, и Гарри выиграл чудом. Сейчас он понимал: тогда Гора ему откровенно поддавался.       «Если он выиграет Молнию — то все может быть, — подумал Гарри и помрачнел. — И если пройду я».       — А я посмотрела бы, как он сошелся с Молнией, — призналась Лута, пока тот воспользовался каким-то снова неизвестным, но эффектным ослепляющим и оказался за спиной у Горы. — Мор-рдред! Глаза мои! Представить не могу, каково Горе, если даже тут слепит… Так вот, ваш бой, Воробушек, можно было бы обобщить одной фразой «кто кого перехитрит».       — Ха-ха, — кисло отозвался Гарри.       — Ты волнуешься! — с нотками восхищения в голосе выдохнула Лута, умиленно смотря на Гарри. Он передернулся. — Нет, серьезно! Не обижайся! Просто…       — Не слушай ее, — перебил Гер, накинув беспалочковое Силенцио. Лута открыла рот, приготовившись делать пантомимы. — Она болтает, потому что тоже переживает. Боится, если ей попадусь я, проиграть.       К концу предложения он ухмылялся, как настоящий мерзавец, и такого Лута стерпеть не смогла. Щелкнув пальцами, она затараторила:       — Да нифига, Гер! Я выиграю — раз плюнуть!       — Беспалочковая Финита, — удивился Гарри вслух: ребята на такое явление почти не отреагировали.       — Главное — мотивация, — фыркнул Герберт.       — Гер-р! — зарычала Лута. — Что значит «она боится»?! Да я.!       — Смотри, — вклинился Гарри, потому что эти голубки могли продолжать еще долго. — Кажется, у Молнии плохи дела.       — Да, — мимоходом постановила Лута, кинув беглый взгляд на арену. — Но я все еще не понимаю, почему это я боюсь.       Молния срочно пытался сколдовать что-то, но откровенно не успевал; ему приходилось уклоняться от заклинаний, посылаемых Горой, а это жутко сбивало концентрацию — Гарри знал. Еще сильнее концентрацию сбивало фоновое щебетание Луты, все еще возмущавшейся насчет необдуманного высказывания Гера.       — Да поцелуй ты ее уже! — не выдержал Гарри. — Сил нет, одни слова — и то неприличные. Гер, не тупи.       Он на секунду отвернулся от происходящего на арене (бой затягивался, шла твердая ничья) и повернулся к Дуэту. Лута хлопала глазами и понемногу заливалась краской, Гер осознавал сказанное:       — Чего?       — А я согласна с Воробушком, — едва слышно на фоне остального гомона пробурчала Лута, вдруг сбросив с себя наносное. — Не тупи, Гер.       Отвернувшись, Гарри хмыкнул. Ну, теперь в «их» месте стояла относительная тишина, разговоров на отвлеченные темы не слышалось, Лута нейтрализована, а миссия выполнена. Гарри вновь вернулся к происходящему на арене.       Бой затянулся, а это было тем, чего теневики старались не допускать ни в каком раскладе. Никто не мог победить. Гора — потому что не имел возможности контратаковать, Молния — потому что его атаки, наоборот, не приносили никакого вреда.       — Без вариантов, — только и сказал Гер, вернувшись к месту их наблюдения.       — Да щас! — тем не менее возмутилась разомлевшая Лута, и к ее мнению стоило прислушиваться: она делала деньги на ставках. — Они еще побарахтаются, вот увидите.       И правда: Молния, напрягшись, вдруг отскочил от очередного заклятья, которое тут же взорвалось, угодив в барьер, и начал спешно что-то трансфигурировать.       — Что он делает?       — Кинжалы! — прошептала Лута.       И правда: Молния, окружив себя куполообразным щитом, ушел в оборону, создавая острейшие и опаснейшие предметы. Гора, понимая, что его победа на грани фола, изо всех сил пытался пробить щит. Бесполезно: заклятья врезались, рассыпались мелкими разноцветными пылинками, а щит оставался непоколебим. Лишь мерцал от соприкосновения с чужой магией и исходил волнами при особо сильных ударах.       Издав животный рык, Гора начал копить энергию. Магия сгущалась, концентрируясь в одной точке, воздух кипел от напряжения. Казалось, темнело — все будто замерли. Волшебство закручивалось темными сгустками, вращалось, немного искрило. Гарри задержал дыхание: он всем своим телом ощущал скопившееся в воздухе напряжение. «Щит не выдержит, — понял он. — А выдержит ли Молния — вот это вопрос».       — Заклятье шаровой молнии, — тихо вставила Лута. — Силен, гад.       — Иронично, — хмыкнул Гер, не обращая внимания на тихую обстановку, словно не замечая жадного, ненасытного интереса к происходящему на арене. — Только вряд ли у Горы внезапно прорезалось чувство юмора; шутить он не уме…       Миг — и щит, окружавший Молнию, пропал; не успел Гарри додумать паническое «умрет!», тот в ту же секунду сместился вправо и выпустил все кинжалы в Гору. Уклониться у того не было возможности: он держал заклятье. Охнув, как атлант, державший на плечах небо, он согнулся из-за вонзившихся в тело кинжалов и потерял концентрацию.       На секунду оглушило.       — Ох… — сдавленно произнесла Лута, схватившись за голову. У Гарри тоже звенело в голове, а в глазах не складывалась картинка, будто у него до сих пор было плохое зрение.       — Энервейт, — наставил палочку на Луту Гер, и та облегченно вздохнула, кивком поблагодарив возлюбленного. — Энервейт, Ворон, не спи: наложи на меня.       — Нельзя накладывать на себя самому?       — Нашел время, — пробурчала очнувшаяся Лута. — Энервейт, спасибо, Гер. В таком состоянии это делать опасно, так что…       Гарри не ответил: он наблюдал за боем. Видимо, выиграл Молния. Только он остался стоять на ногах после произошедшего выброса магии.       — Насколько же сильно рвануло, если даже барьер не удержал все в себе, — задумчиво произнесла Лута, окончательно оклемавшись. Сам же Гарри чувствовал себя не очень хорошо: в голове тихо, но надоедливо звенело. А ведь мне еще сегодня драться, невольно подумалось ему. Лишь бы попавшийся противник тоже был тут и наблюдал за боем — так они будут в равных условиях.       Гора лежал не шевелясь, как мертвый. У него было несколько серьезных ран, и песок рядом с ним пропитывался кровью.       Молния, пошатываясь, как после качественного Конфундуса, подошел к нему, смотря сверху вниз. Даже с такого расстояния Гарри мог видеть его самодовольную улыбку.       Молния что-то говорил. Вероятнее всего, читал заклятье, выбивающее Гору из Турнира. Но видимых признаков этого не проявлялось: не было видно характерного зеленого цвета.       — Что он делает? — раздался растерянный голос Луты.       — Костоломное, — хрипло каркнул Гер.       Гора вдруг заорал, будто его заживо резали. Гарри похолодел: он не думал, что Гора, этот взрослый, мощный и сильный мужчина может так истошно кричать. Молния сказал ему что-то: в ответ послышался лишь скулеж.       — Мы можем что-то сделать? — засуетился Гарри. — Черт возьми, нужно остановить это! Нельзя так оставлять, мы…       — Ничего нельзя сделать, — прошептала побледневшая Лута, неотрывно смотря на истязания. — Пока Молния не снимет барьер и не прочитает Турнирное заклятье, остановить его нельзя. Идет бой. Все мы давали клятву не вмешиваться в чужие дуэли, если ты помнишь.       — Но… — сглотнул Гарри, — Можно же что-нибудь придумать! Наверняка можно обойти клятвы…       — Даже если и так, — выплюнул Гер. — Барьер мы снять не сможем.       Гарри с возрастающим ужасом смотрел, как Молния истязается над телом побежденного противника. Мускулистый Гора стал похож на истерзанный голодными собаками кусок мяса, и зрелище было отвратительным. Гарри, как завороженный, не мог оторвать взгляд. Ему казалось, что эта картина выжжется на обратной стороне его век, и, закрывая глаза, он будет видеть ее постоянно. Гора мог только тихо стонать: однако в тишине, стоявшей в зале, эти звуки казались неестественно громкими. Гарри попытался проглотить возникший неоткуда ком в горле, однако сухость во рту не позволяла сделать этого. Он мог лишь беспомощно наблюдать — делать то, чего он так боялся, чего хотел избежать, ради этого придя в Тень.       Почему-то на месте Горы представлялся покойный Сириус.       …Когда Молния, наигравшись, стал читать турнирное заклятье, Гарри показалось, что по всему помещению пронесся вздох облегчения. Разрушив барьер, Молния невозмутимо поклонился и под крики, плевки и неодобрительный свист легкой походкой ушел. К Горе сразу же подскочило несколько теневиков; принципы невмешательства в личное пространство и «каждый-сам-за-себя» на время были забыты. Вскоре пострадавшего обступили так, что на зрительских трибунах ничего нельзя было разглядеть.       — Победил Молния, — буднично объявил вечно невозмутимый комментатор. — Следующий бой.

***