Двое из ларца

      У нас сегодня супервеселье. Это высшая точка любого хорошего дня — и настроения — когда человек, любой, даже я, абсолютно счастлив. В такой день кажется, что ничего более для счастья не требуется — гуляешь с неожиданной возлюбленной, которая стала за пару часов тебе дороже многих товарищей, почти на один уровень с семьёй, весело проводишь с ней время — сидишь в кафешках, как многие заурядные парочки, фотографируешься с ней везде, где только можно, чтобы запечатлеть эти моменты взаимного счастья. Эта заурядность, которой пропахло совершенно всё твоё естество, вселяет в тебя счастье. И заканчивается это также заурядно для какой-нибудь манги…       — Я бы хотела отметить наше первое свидание! У меня даже есть идея на этот счёт. Как тебе такое — умри для меня? — девушка, которая мне так сильно нравилась — которую я люблю, — и говорит мне такое! Ну, представьте! В памяти, словно ожившие страницы, всплывают дни сражений с монстрами, порождёнными Шин-Рой. Смерть Учителя. Знакомство с Айрис. Клаудом. Тосковал ли я по ним? Вероятно, многие эмоции о старой жизни смываются от рождения в новом мире — и сейчас свежи лишь картинки, но не ощущения того, что я тогда испытывал. Наверное, ощути я в действительности все те эмоции в момент собственной смерти, я бы сразу тронулся умом.       … Твоей смертью. Второй раз — поскольку первый был много лет назад, так много, что я уже и забыл большую часть тех событий. Толпа врагов — которые наседают и наседают. Уже тогда я, наверное, понимал, что не выживу, в конце концов, по раздельности они были лишь жалкими солдатиками, которых послали остановить меня, но всем скопом — их силёнок вполне могло хватить додавить меня, прижать к стенке… Смертельно ранить. Я только пообвыкся в новом месте, в новом мире, с новой семьёй, товарищами. Эту жизнь я так мечтал прожить без войны в чётких рамках своих идеалов — доброты, честности, справедливости. Слишком несправедливо умирать вот так безвестно — и бессмысленно — второй раз.       А потом пришла она, Риас Гремори, и вернула меня в виде своей пешки. Своей фигуры на шахматной доске в битве с теми, о ком я понятия ничего не имею. А ещё я пробу…       Так. Всё. Достаточно! Последние слова я с рыком выплюнул сквозь сон и сел прямо на кровати, оглядываясь по сторонам и не веря в то, что я только что почувствовал — не увидел, не услышал, а именно почувствовал — всё, что происходило со мной сейчас — ничто иное, как видение будущего. И в прошлой жизни я с таким сталкивался уже. Руки слегка подрагивают. Почему бы мне считать это правдой — абсолютно не за чем, просто, во-первых, как раз сегодня у моего брата свидание, во-вторых, оно с падшей, в-третьих, Риас Гремори действительно демон, который может возродить моего брата, в-четвёртых, в его левой руке взаправду живёт дракон. Сваливаюсь с кровати, ощущая звенящую тишину в голове — не стоило вчера так поздно ложиться спать, а то проснулся я как раз к закату. В это время они должны быть уже у фонтана в парке… Если сон не соврал. Но мне слабо верится, что сон мог соврать — в отличие от людей, они врать не умеют.       По-быстрому приведя себя в боеспособный вид, я выбежал из комнаты и столкнулся на лестнице с мамой, которая смотрела на меня с вытянувшимся от увиденного лицом. Я прекрасно себе представлял, как выгляжу сейчас — бешеный взгляд, растрёпанный и абсолютно заспанный, похожий, скорее, на наркомана заправского, чем школьника. Но это не беда — беда начнётся тогда, когда мой брат умрёт. Поравнявшись с матерью, я приобнял её за плечи и напомнил кое о чём.       — Вы же сегодня уезжаете к бабушке?       — С-сынок, ты чего?.. Ты точно в порядке? — мама начала ощупывать моё лицо, но я раскидал её ладони, тряхнув головой: — Ты не заболел? Голова вроде бы нормальная.       — Мам, — кратко обратился я к родителю: — Ты слышала, что я спросил? Вы сегодня едите к бабушке — сестру с собой прихватите.       — Зачем это? — с вызовом бросила Цукико, но я уже направлялся через коридор к дверям. Мама догнала меня уже на выходе. — Она же не хотела.       — Она… Передумала, — рыкнул я в ответ. — Соберите её вещи и поезжайте всей семьёй. Даже мы с братом скоро к Вам присоединимся. Договорились? — у меня не было времени придумать хороших отговорок на сей счёт, тем не менее, мне вполне кажется, что мама на радостях от того, что поездка в итоге будет «семейной» — забудет обо всём: и моём странном поведении, и о том, что сестра вовсе не хочет никуда ехать, а на выходных у неё как раз концерт, на который она обещалась сходить с подругами. Мне сейчас главное — чтобы они убрались из дома. Я прекрасно понимаю, как дальше развернутся события, даже без помощи пророческого сна — не убив моего брата, падшие «уйдут» ни с чем, но о нас сто процентов прознают местные «демоны» — от которых одно название, однако, связываться с ними мне всё равно ни к месту, ни ко времени. И дальше они попытаются завербовать либо меня, либо брата, а, возможно, — и вероятно — нас обоих сразу, чтобы не разбрасываться кадрами. И вот как раз это-то мне никак не улыбается — быть на побегушках у демона. С одним демонов в своей прошлой жизни я уже ушёл в паритет, и мне не охота связываться с очередным «доктором».       — Якумо, а ты вообще куда? — мама уже была на полпути к возвращению к своим делам, но всё же что-то щёлкнуло ей в лобной доле, потому она крикнула мне, когда я уже почти закрыл за собой дверь.       — У брата возникли непредвиденные обстоятельства.       — Так он же на свидании с девушкой? К-какие ещё непредвиденные обсто…?       — Они расстались. Пойду посижу с ним, поддержу его, — мама так и осталась стоять в ступоре, когда я уже со всех ног бежал по улице в два раза быстрее некоторых олимпийских спортсменов благодаря заклинанию «ускорения». Побег в парк выжал меня как лимон, в конце концов, я никогда не был спортсменом, как мой брат, да и в прошлой жизни физические столкновения мне не особо нравились — магия это моё всё. Когда побег почти удался, во мне ненадолго поселилась радость — ведь я успел; но это было мимолётно. Уже через каких-то пару мгновений я осознал, что ощущаю рядом враждебное присутствие. У соседнего входа в парк, который как раз расположился неподалёку, стояла толпа — даже не знаю, как их назвать, — пожалуй, смешанных особей: трое падших и один человек. Группа поддержки? Или непосредственные исполнители казни? Одним словом, мне плевать. Исток прошёл по позвоночнику, холодком остановившись где-то в животе, после чего выплеснулся из ладоней. Под ногами падших и человека мигом была произведена трансмутация элементов, из-за чего асфальт вспороло множество острейших, как бритва, камней, которые приобрели вид наточенных пик. Пройдёмте на бутылочку, господа и дамы! В конце концов, как говорил мой дед: не знаешь, друг или враг, стреляй — потрепаться можно и с трупом. Стоит отдать должное новым знакомцам — среагировали они быстро, и многих даже не задело, тем не менее, пока они отвлечены, я планировал скорейшим образом добраться до брата и его новой девушки.       Чем ближе я к подходил к центру парка, тем отчётливее становились голоса — каждый раз я слышал не тех, кто мне был так нужен, — и бежал дальше, но в один из моментов передо мной показался тот злополучный фонтан: а рядом с ним братец, разглядывающий с самым идиотским выражением лица свою пассию, которая зачем-то показала перед ним крылышки… По-моему, только законченные идиоты вскрывают карты перед врагом ещё до сражения, даже пусть он и слабак — а вдруг слабак вовсе не слабак?       — Ю… Ма? Что это значит? — когда эта драка закончится, я тебе обещаю, Исе, глаза на жопу натяну, потому что ты редкий мудак — ты прекрасно видишь, что ничего хорошего ждать не приходится, ТАК БЕГИ!       — То и значит! — выдал я, в ту же секунд стреляя сформированными на кончиках пальцев ядовитыми иглами, каждый из которых — так или иначе — настиг Амано Юму. — Что ты стоишь и смотришь, ОТОЙДИ ОТ НЕЁ!       — Брат? — этот идиот продолжает стоять на месте и смотреть на то, как я творю магию, а его пассия уже отлетает прочь, удачно материализуя световое копьё, чтобы пырнуть Иссея в живот. Вовремя же я запустил отсчёт для заклинания телепортации — брат приземляется прямо позади меня, после чего я активирую растительный купол, который снаружи покрыт ядом и имеет иммунитет почти к любому виду магии. Я разворачиваюсь к Иссею и сразу же даю ему по шее. — За что?       — А что ты стоишь и смотришь на меня так, как будто первый раз в жизни видишь? Она тебя убить желает, а я — спасаю твою задницу, неужели в первые же секунды ты этого не понял? Я вижу, что ты шокирован, но давай разберёмся с этим после, — за что стоит любить моего братца, даже если он был в полном отчаянии, он не теряет боеспособности и прекрасно умеет обособляться от второстепенных проблем в пользу одной, самой главной.       — Что ты предлагаешь? — он равняется со мной, поднимаясь с земли. В руке у меня крутится огненный шарик, чтобы освящать полнейшую темноту под куполом щита. Минус этой способности — пожалуй, абсолютное отсутствие света внутри, но, как мне видится, это иногда неплохо, например, если запереть кого-нибудь в нём.       — С одной бы я и сам справился — но их там четверо, не считая твоей бывшей девушки. Займись мужской половиной, я возьму на себя женскую. Перед этим наложу на тебя множество усилений — на скорость, на силу, на живучесть, на ловкость, но прошу тебя — избегай с ними прямого столкновения. Тот, что человек, определённо лучше тебя в борьбе на ближней дистанции, а падший — в любой момент готов тебя пронзить копьём, только дай шанс, поэтому ни на секунду не снижай бдительность.       — А ты справишься с тремя оставшимися? Уверен?       — Не уверен.       — Что? — Исе посмотрел на меня с выражением абсолютного удивления. А что ты хотел от меня услышать? Я ожидал увидеть только одного падшего ангела, а не четвертых в компании опытного бойца-человека, к тому же — даже сон показывал только одну падшую. Ск. — Якумо, что ты имеешь ввиду? Ты не можешь их победить?       — Я уже сказал, — спокойно ответил я в тон брату, на секунду повернувшись и заглянув ему в глаза. — Повторять не стану. Будь, что будет. Поехали.       Стена рухнула, развеяв большую часть ядовитой пыльцы по пространству вокруг фонтана. Одновременно с этим в одну из падших, на которых я нацелился, полетела гигантская, каменная глыба. Разрушить глыбу или как-то иначе спастись от попадания по ней падшая не успевала: блондина столкнулась с глыбой лоб в лоб и отлетела куда-то в растительность. Следующей на очереди стала Амано Юма, которой сначала по голове, а затем и по другим частям тела прилетело несколько ударов огненным хлыстом — её напарница, оставшаяся пока ещё целой, попыталась помочь подруге, но прежде чем та взлетела, я вызвал из-под земли путы, которые оплели её по самую грудь и не давали взлететь, пока я продолжал загонять «бывшую» моего брата в тупик. При таком накале бой либо закончится быстро, либо мы умрём, потому что моя магическая энергия тоже, к сожалению, конечна.       У брата в этот момент всё было не так уж и плохо — а затем и вовсе хорошо, что меня даже удивило: мои усиления не просто удачно сочетались вкупе с его природными бойцовскими навыками и тренировочным опытом — они спасали ему жизнь всякий раз, когда я думал, что уже не сносить ему головы. Особенно меня поразило то, что Иссей уже во второй раз, когда его оппонент-экзорцист попытался пронзить его клинком, а затем ловко отскочил, смог не только уловить суть движений оного — он догнал его в отскоке, перехватил его удары и приложил к земле настолько сильным ударом, что экзорцист мигом потерял сознание.       — Зельзан! Бесполезный овощ! — вскричал тот падший, что был вторым противником моего брата. В этот же самый момент у меня появилась свободная минутка, если можно так выразиться. Пока Юма была ослаблена, а другие две падших заняты путами, я сформировал и поднял в воздух несколько земляных пик, после чего прокричал брату.       — Брат, в сторону! — но кое-чего не рассчитал — времени. Падшему потребовалось меньше времени на создание копья из чистого света, чем мне — из земли, но мы разошлись в паритете: и он, и я — оба достали свою цель. Только вот он получил удар в грудь, а я — под ребро, откуда сразу же хлынула свежая кровь.       — ЯКУМО!       — Ара-ара, не так быстро! — зарычала Юма, после чего рысью бросилась к моему брату, ускоряясь при помощи крыльев и материализуя копьё, чтобы пронзить его. Я свалился на одно колено, потом на другое, в конечном итоге, обессилел и упал лицом на дорожную кладку, слушая, как мой брат пытается отскакивать от своей бывшей пассии. Дай убей ты её, увалень! Она же ведь не будет с тобой цацкаться, стоит ей загнать тебя в тупик. Силюсь приподнять голову, ощущая, как одежда промокает льющей из бока кровью. Исе в засаде…       Его уже окружили несколько все те, с кем я так силился разобраться. Падший, которого я пронзил, так же упал замертво, а вот его подельники: блондинка, синеволосая, Амано Юма и побитый экзорцист Зельзан загнали Иссея в ловушку и смотрели, как львы на ягнёнка — не знаю, идиоты ли они или нет, но я не вижу смысла чего-то ожидать. На их месте я бы прибил цель, чтобы ничего не сорвалось. Но, видимо, они фанаты каких-то суперзлодейских клише, ожидающих, когда всё пойдёт не по плану… Изредка доносится голос Юмы, которая что-то выговаривает Иссею, вероятно, унижая его перед кончиной. Чтоб Вас, Семерых, геморрой разразил… Никогда не любил эту силу, но другого выхода не вижу. Использую кровососа, и вся кровь, разбрызганная по округе, в том числе и того умершего падшего, всасывается в моё тело, регенерирует мои раны.       — Эй, раздолбаи! Поздно! — только и крикнул я, видя, как они сразу же спохватились, что меня не добили. Оба кулака вгрызаются в дорожную кладку и сотрясают землю с такой силой, что вся округа просто переворачивается к чертям собачьим: фонтан выворачивает наизнанку, а вместо воды из него начинает течь смола и нефть, деревья с корнем вырывает из голой земли, падшие валяться с ног, как и мой брат. Смола и нефть, как живые существа, текут под ноги к падшим и экзорцисту, связывая их, не позволяя двигаться. Земля вокруг фонтана раздроблена, взрыхлена, а из ям и трещин поднимается пар, смешанный с дымом.       — Что происходит? — закричала одна из падших, спутанная нефтью. Использовав собственную силу, она подожгла путы световым копьём, но вместо свободы она закричала в пламени — вспыхнула точно спичка, но, прежде чем сгорела, я ощутил её Исток. Вкусный. Переливчатый. Уникальный. Мистический Исток. Душу, которую так легко можно было поглотить — только руку протянуть. Руки словно превращаются в две большие воронки, всасывающиеся в себя её душу. Падшая мигом прекратила кричать, позволяя огню пожрать собственное тело — её душа уже давно покинула тело. Туман рассеивался, а вместе с тем мне, наконец, удалось обнаружить оставшихся в живых Юму и моего брата. Неподалёку от них приходили в себя ещё одна, синеволосая падшая и Зельзан. Стоило мне только заметить их, как Исток покинул их тела — я поглотил и его, а этот дуэт трупами упал на взрыхленную землю.       — НЕ-Е-ЕТ! — закричала последняя оставшаяся в живых падшая, когда посмотрела на тела своих компаньонов. Затем увидела бледный свет, нарывами сверкающий через мою кожу, словно внутри моего тела было совершенно другое существо. В теле выросла и сомкнулась, обмотав, точно цепь, неописуемая сила. С неба разлился Божественный свет Благословения.       — А ты что же? — усмехнулся я, опускаясь перед дрожащей девчонкой на одно колено, чтобы посмотреть в её глаза. — Рассчитывала, что мы не убьём Вас? Мы хотим выжить, поэтому убьём, — в следующий же миг я выставил перед Юмой руку, с которой сорвалось несколько тоненьких бледных молний. Всё тело падшей подверглось метаморфозе, которая заставляла её сжиматься в размерах, в конечном итоге, уменьшившись и став полностью неподвижной. Девушка превратилась в статуэтку, обрамлявшую красивый, полый, стеклянный сосуд. Подняв сосуд с земли, я подошёл к сидевшему около дерева Иссею.       — Ты… Убил их? — с задумчивостью промычал он, но тут же выпалил: — Зачем ты это сделал?       — Не лишайся логики так не вовремя, братец. Они пришли сюда, чтобы отнять твою жизнь, а ты предлагаешь мне оставить их в живых? Прости, но нет. Даже если бы их одолел ты лично, я бы никого из них не оставил в живых.       — Почему? — я присел на корточки перед ним и несколько секунд смотрел ему в глаза.       — Говорю же, не будь идиотом. Как думаешь, кто бы пострадал, не избавься мы от них? Не только мы, Исе, но и наши родные — мама, отец, возможно, сестра. Ты их не знаешь так же, как не знаешь, на что они способны. Нельзя было рисковать. Я предпочту убивать, зная, что спас этим кому-то жизнь, чем буду страдать из-за того, что родной мне человек пострадал потому, что я оказался слаб. Пойдём, — обхватив его руку, я поднял брата на ноги и тут же сам чуть не упал, но он всё же быстро сгруппировался и сам подхватил меня под руку.       — Ты в порядке?       — Да не совсем. Рану-то я вылечил, — показав брату пронзённый копьём падшего бок, на котором не осталось даже шрама от некогда ужасной раны, поплотнее запахнул место удара футболкой и поковылял вперёд. — Но мне нужно передохнуть — давно я не использовал магию в таком громадном объёме. Пойдём, поскорее, домой.       — Но… Родители…       — Да, я знаю. Они уже должны уехать. Будем надеяться, что я прав, иначе будет трудно объяснить это чёртово пятно от крови вкупе с дырой. Ты-то сам как? Цел?       — Ха, отделался лёгким испугом. Спасибо, Якумо, — Иссей улыбнулся, а я отвернулся и начал рассматривать дорогу — мы отправились в путь по противоположной дороге от того входа, через который я попал в парк. Думаю, скоро сюда нагрянет полиция — если она вообще приедет, потому что её почему-то ещё не слышно, — а мне совсем не улыбается объяснять ещё и им, откуда это пятно, кто мы. Можно было уповать на то, что мы — пострадавшие, но тратить на это время — не резон. Я отклеился от брата, как только мы покинули парк, наложил на себя ещё одно лечащее заклятье для уменьшения наступающей боли во всём теле, после чего применил на нас «ускорение» — и мы за несколько минут домчали до дома. Стоило брату зайти в дом, как я сразу же захлопнул дверь, запер её и наложил на дверных косяках защитные руны.       — Ты чего? Брат? Что происходит? Чего ты так распереживался? — но увидев мой бешеный взгляд, Иссей снова пришёл в нервно-готовое состояние. — Что происходит?       — Ничего, — я расслабленно улыбнулся, потом саркастично отвёл взгляд и выдохнул: — Мы спалились, понимаешь? Или ты, чёрт возьми, думаешь, что эти падшие ангелы — единственные «необычные» жители нашего городка. Я с малолетства делал всё, чтобы не попадаться им на глаза, но сегодня — все мои труды сползли в унитаз, как какое-то говно.       — И ты уверен, что за нами придут? — брат двинул за мной, когда я пошёл сначала в гостиную, чтобы наложить руническую защиту на окна, а потом — за тем же самым — в кухню. Наш поход закончился на чердаке дома. Всё это время я молчал, потому что обдумывал наши дальнейшие действия, и заговорил только на самом верху, будто нас там никто не услышал бы. Ну, после наложения рунической защиты — сто процентов никто не сможет подглядеть за нами извне. Никто, даже божества, коих пусть и не наблюдается, но подстраховаться никогда не помешает.       — Абсолютно точно уверен. Видишь ли, братец, в отличие от тебя я каждый свой шаг выверяю, а чтобы правильно всё рассчитать, всегда следует знать своих врагов в лицо. Я изучил и демонов, и ёкаев, проживающий в этом городе, даже мельком падших удалось исследовать, поэтому я более-менее знал, чего ожидать от сегодняшнего столкновения. А демоны за нами придут просто по той причине, что им нужны сильные фигуры — и я точно уверен, что при нашем отказе они с нами рассусоливать не станут — принудительно обратят либо просто избавятся.       — Откуда такая уверенность?       — С одним я был знаком. И поверь, даже тебе, такому Святому из Святых, не понравилось бы общение с ним. Так что докторов с меня, пожалуй, хватит… — всё то время, пока мы общались друг с другом, а я периодически рассказывал брату обо всех нюансах, мы обыскивали чердак на предмет оружия, точнее, одного-единственного обреза. Когда в руках Иссея показалось необходимое средство, я тут же взял его себе и принялся накладывать на обрез руны — но уже не защитные, какими они были раньше, а атакующие, при этом помещая в обрез ещё и частицу Истока.       — Ты уверен, что это нам будет так необходимо.       — Чаёк ты будешь пить с демонами в другой раз и не при мне. А пока, — я откинул ствол обреза, посмотрел, заряжен ли он, применил на нём ещё одну магию для бесперебойной перезарядки, после чего отдал обратно Исе. — Учись стрелять.       — А… Я умею уже.       — Ну и отлично. Теперь у нас с тобой одна задача — выжить любой ценой. Когда они приходят, ты не атакуешь до моей команды, но, только если что-то пойдёт не так, ты стреляешь без моей команды и точно в голову первому встреченному демону — без разговоров, без предложений попить чаю или посидеть поболтать. ТЫ. УСЁК? — рявкнул я, заглядывая брату в глаза. Не смотря на то, что Иссей был на полголовы выше меня — в основном, из-за своей мускулатуры и постоянных тренировок для поддержания тела в идеальном состоянии, сейчас казалось, будто выше я — в сто раз выше и опаснее, чем мой брат может себе представить. Пришлось выпустить ауру, иначе его не уговоришь.       — Да, — он сжал губы в тонкую полоску и твёрдо кивнул. Кажется, он начинает врубаться, в какой ситуации мы находимся. — Ты вроде бы говорил, что тебе необходим отдых? А сейчас носишься, как заяц. Может быть, хотя бы ненадолго приляжешь, брат? — в этот самый момент я осознал, насколько сильно был вымотан — в такой ситуации, я бы даже выразился нецензурным словечком, но даже на это у меня попросту не было сил. Я, конечно, не занимался физическими тренировками, однако, проблема была в том, что магия и любая манипуляция с этой энергией опустошала организм ещё сильнее, чем любые физические нагрузки. Вяло кивнув в ответ на вопросы Иссея, я направился вниз, в гостиную, где блаженно приложил голову к подушке. Проклятье, в какой же мы заднице.       — Чай? Кофе?       — Н-ца. Ты серьёзно? Может, потанцуем ещё?! — рыкнул я себе под нос, но брат услышал. — Разведи в простой, холодной воде много сахара — ОЧЕНЬ МНОГО — а потом дай мне. Это помогало раньше.       — Раньше? — на кухонном столе Исе как раз нашёл записку от родителей, которые предупреждали, что они уезжают и завтрашним утром позвонят, поскольку как раз доберутся до места назначения. Попросили обязательно уточнить, когда ждать нас. Если помрём, то не приедем вовсе. А если выживем, то заглянем только через пару лет. Я прекрасно понимал, что оставаться здесь, под боком у демонов, будет проблематично. Сражение с падшими далось тяжело, сражение с демонами — сто процентов — будет ещё опаснее. Мы не готовы. Я-то не готов к такому, не то что брат. Когда он принёс мне целый графин воды с сахаром, я незаметно для него просканировал его левую руку при помощи Истока. Если бы он знал, какого громадного дракона я вижу, каждый раз осматривая мир через призму мира духов. Его дракон — можно сделать ставку на него, но для этого всё равно понадобится время — нам придётся где-то переждать оставленную нами бурю, поднатореть, отточить навыки, развиться, раскрыться, как цветам. И главная сложность, что нет такой возможности — нет ни людей, которые могли бы помочь, ни мест, где бы мы могли отсидеться. Возможно, сегодня мы для всего мира станем врагами. А, возможно, уже давно ими были. — Так что ты имел ввиду, когда сказал «раньше»? — Иссей вывел меня из моих затянувшихся размышлений.       — С тех пор, как я родился в этом мире, мне приходится решать множество задач, ведь большей части своих сил я, к сожалению, из родного мира не прихватил.       — Из родного мира? Ты тоже не отсюда? — только я прикрыл глаза, чтобы ненадолго расслабиться после того, как опустошил весь графин с водой, как мне пришлось сесть на диване и внимательно, сощурившись, посмотреть на Иссея. — Я ведь… Я тоже не из этого мира. Я… Меня звали Зак Фэйр, был СОЛДАТОМ — это что-то типа суперсолдат из какой-нибудь научно-фантастической эпопеи. А ты?       — Погоди. Стоп, так это была не шутка?       — Ты про что? — изогнул бровь мой «брат». Теперь уже не знаю даже, как его изначально называть.       — Я… Когда я побежал тебя спасать, — я сел на кровать, чувствуя, что организму полегчало после жуткого онемения и слабости. В мышцы как будто возвращалась жизнь, правда, местами в теле всё ещё оставался «осадок» — нечто вроде гипертрофированности. — Я ведь спал до самого вечера сегодня. Мне снился сон, и в нём я видел… Видел, как тебя убивают. Со мной не впервые такие вещие сны, но, минуточку, так тот бред, который ты рассказывал о каком-то мире с войнами мегакорпораций, о некой Айрис и своём Учителе… Ты… Что не врал?       — Ну, нет. А с чего ты вообще решил, что я вру, если, как сам говоришь, сны вещие? — Иссей посмотрел на меня исподлобья.       — Я… Списал это на комплекс восьмиклассника. Мне казалось, вернее, я был чертовски уверен, что ты самый обычный школьник, просто… Застрявший в собственных фантазиях. А оно вон как… Значит, мы, — я откинулся на спинку дивана и смотрел на брата, который наклонился ко мне и держал в руках наготове обрез. Если он, как выразился, суперсолдат из другого мира, думаю, огнестрел для него в самый раз?       — Мы оба из разных миров. Ты из мира фэнтези, который я так долго считал лишь вымыслом больной фантазии, — Иссей улыбнулся, сам расслабленно откидываясь на спинку кресла. Он казался вымотанным, но расслабленность, наконец, позволила ему трезво мыслить, а не тупо оценивать происходящее, заостряясь на каких-то конкретных вещах. Зацикливаться, будто он впадал в какое-то… Тупое непонимание.       — А ты из мира научной фантастики, которую я считаю шлаком любителей подрочить на машины и Звёздные Войны. Ха. Я так понимаю, ты в норме? Всё это время ты вёл себя так, будто тебе дали чем-то по голове.       — Да… Да, просто было неожиданно осознавать, что моя девушка пыталась меня убить.       — Воспринимай её, как самку богомола, — я натянуто улыбнулся в ответ на его слова и собственное заявление, а потом снова впал в задумчивость, но на этот раз размышлял вслух: — Меня очень интересует подобное. Как думаешь, какова вероятность, что в одной семье могут родиться несколько детей — и все они, по сути, пришельцы из чужих миров, волей судеб попавшие в водоворот перерождения.       — Если ты так говоришь, то вероятность мала, — краем губы улыбнулся Иссей.       — Абсолютно верно. Катастрофически мала и стремится в бесконечность.       — Хочешь сказать, это не просто так? Всё это? То, кто мы есть? То, что с нами происходит? — я вытащил из кармана статуэтку бывшей девушки моего брата. Сосуд, который украшала её фигура, наполнялся бледно-зеленоватой жидкостью — и с виду напоминала лужу из соплей и рвоты. — Что это? — в ответ на вопрос я поставил статуэтку на столик.       — Моя сила. Исток. Всё хотел создать подобный Механизм, но обстоятельства как-то не складывались, а тратить жизни простых смертных на подобное без нужды — мне не в радость. И тут такой случай представился. Механизм накапливает Исток из самой реальности. В таких количествах это не смертельно для мироздания, зато полезно для меня.       — Чем-то напоминает Материю из моего родного мира.       — Материю? — я склонил голову на бок, заинтересованно слушая рассказ.       — Ну, в моём мире Корпорация, на которую я работал, использовал энергию планеты, Лайфстрим, для создания вооружения. В том числе и Материи. Это всё очень напоминает магию, только… А, забудь. Они ничем почти не отличаются, — я улыбнулся. даже спорить уже не хочет, знает ведь, что переспорю. — А кем ты был в прошлой жизни? — несколько секунд я пялился в одну точку, аккурат над головой Иссея, собираясь с мыслями, а заодно ощупывая пространство вокруг при помощи Истока — никого не было. Неужели наши гости запаздывают? Или вовсе думают, что спешить не следует?       — У меня… Мне в прошлой жизни было семьсот двадцать лет. Почти дожил до возраста самых почтенных эльфов. Я… Моё имя не имеет значения, честно. Да я уже и сам его не помню, поскольку, в основном, меня называли Божественным. В моём мире те, кого благословил бог или богиня, могли быть пробуждёнными — магами Истока, способными стать Избранными пантеона богов моего мира. Такое случалось не всегда — по большей части, это требовались в дни великих трагедий. Такой была война мира с Пустотой. Эта сила могла поглотить всех, а причина крылась всё в том же Истоке. Минули годы — и нам удалось исправить всё. Не всё, конечно, было так, как хотелось, но… Всё кончилось значительно менее плохо, чем могло бы быть. И это хорошо. Я удалился на покой, передав полномочия будущим Божественным — пробуждённым, но один из них… Как водится, всё не слава богу всегда. Один из них предал остальных и убил — а затем убил и меня. Вот таким вот образом у тебя появился брат-близнец, Иссей, — я усмехнулся.       До самого утра мы не сомкнули глаз — занимались всяким разным, лишь бы отвлечь себя от сна, а заодно не снимать бдительности. Ну, защита дома хотя бы снимет опасность появления врага прямо у нас под носом — с остальным мы в теории разберёмся, но в чём-чём я уверен, так это в том, что я и рта не дам им раскрыть. Мне демонов уже хватило в прошлой жизни, и в этой я категорически не хочу с ними даже разговаривать — ну, разве что в бою могу перекинуться парой словечек. Крепких, матерных словечек.       — Скажу тебе честно, мы в жопе, — снова устроившись на диване, я влил в себя ещё один графин с сахарной водой. — Я понимаю, я должен сейчас сказать что-нибудь позитивное, но позитива, как не кстати, у меня не наблюдается — либо мы их, либо они нас. А если ты хочешь решить проблему, то у тебя есть обрез. Два выстрела в голову прекрасно решат эту проблему.       — Ты уверен, что к нам придут скопом?       — Да, я бы думал обратное, если бы мы — я — не разворотил тот парк сверху донизу, в конце концов, в тот момент для меня самым главным было твоё спасение, неважно — какой ценой.       — Спасибо тебе… За это, — Иссей в очередной раз улыбнулся. У меня не было сомнений, что он прекрасно понимает, в какой ситуации он бы находился после моих рассказов — мало того, что его бы убили, так он ещё бы и возродился в качестве раба демона.       — Не за что. Ты — мой брат. Если бы пришлось сражаться с демонами и падшими одновременно, я бы всё равно это сделал. Повторюсь, с демонами будет труднее. Они держат этот город под собой, это их территория. А раз они до сих пор его не потеряли, значит, они тут самые сильные.       Звонок в дверь раздался неожиданно, но я ещё до их появления у дверей знал о приближении.       — Хм, какие культурные демоны. Решили позвонить. Братец, открой им.       — Чт?.. — Иссей удивлённо посмотрел на меня. — А, печати, — я ему подмигнул и встал в проходе, чтобы видеть, как Иссей открывает дверь. Как только на пороге появился белобрысый школьник из нашей с братом академии Кё, Исе поймал флешбэк из далёкого прошлого — вернее, он был просто удивлён, что демоном всё это время был школьник. Я и забыл, что не рассказал ему об истинных личинах некоторых наших одноклассников.       — Милости просим, — произнёс я в момент поклонения Юто Кибы, ступившего на порог нашего дома, и печать сразу же парализовала демона, после чего обе моих руки засверкали пламенем, усиленным Истоком. — И ПРОШУ УБИРАТЬСЯ К ЧЁРТОВОЙ БАБУШКЕ! — рявкнул я, после чего Иссей отскочил, а огненный шар вышвырнул Кибу за пределы нашего дома, взорвавшись. Он был усилён Истоком только ради увеличения взрывной мощи, но я не думаю, что переборщил — Киба выживет, отлежится и будет снова как новенький. Тем временем, я вышел за порог и сразу же обратился к стоящим за территорией нашего дома демонам, которые помогали Кибе встать: — Разговор будет простой. Я знаю, кто Вы и чего хотите, нас с братом не интересует рабство у демонов ни в каком виде и ни в каком варианте — поэтому сейчас всё сложится по одному из двух сценариев: первый вариант — ты, Риас Гремори, забираешь свою свиту, пока они ещё не разорваны на части и больше даже близко не появляешься у порога нашего дома, второй вариант — ты необдуманно начинаешь с нами битву, и я за себя не ручаюсь — поблажек можешь не ждать. Так что выбираешь?       Несколько секунд Гремори лихорадочно сжимала кулаки, не поднимая взгляда, который постепенно становился бешеным — и не сулящим ничего хорошего. Как я уже и говорил, с демонами будет сложнее — но, если верить своей собственной оценке, самой опасной в свите Гремори является вовсе не принцесса клана демонов, а её Королева — Акено Химедзима. В тот самый момент, когда с пальцев Гремори сорвалось пламя разрушения, я отпрыгнул назад и захлопнул дверь, услышав из-за двери её полные гнева слова.       — Не хочешь быть моей пешкой — это можно было бы обсудить цивилизованным образом, проклятое животное, но теперь тебе не жить. За своих слуг я уничтожу тебя, Якумо Хёдо, даю тебе слово.       — Что нам теперь делать? — взволнованно бросил Иссей, держа наготове зачарованный обрез. Дом начало ощутимо отряхивать — за окнами сразу же потемнело, хотя ещё недавно там виднелись первые проблески рассвета. Сила разрушения Риас Гремори целиком накрыла здание, защищённое моей магией. Благо, на мне это никак не отразилось, в конце концов, защита подпитывалась из сосуда с Истоком, который я прошлым вечером создал из бывшей девушки моего брата.       — Дом… Выдержит. Надеюсь.       — Может, действительно, не стоило так жёстко начинать этот разговор, предварительно атаковав её подчинённого? — Исе заглянул мне в глаза, когда я, наконец, закончил размышлять над тем, как поступить дальше. Я возьму на себя Риас и Акено, а мой брат, надеюсь, справится с Конеко Тодзё, в конце концов, они, как мне кажется, в одинаковых «весовых категориях».       — Мы этого уже никогда не узнаём, — пожал я плечами: — К тому же, нельзя поставить ультиматум с определёнными требованиями, не показав при этом готовность отстаивать свои требования. Чт?.. — на мгновение у меня закружилась голова, но очнулся я только через пару секунд после падения — страшно гудела голова, а дом начало трясти совсем уж сильно, шкафы стали падать, а полки с посудой греметь — вскоре вся кухня была усыпана мелкими и крупными обломками посуды, с электричеством — те же проблемы: оно выходило из-под контроля вследствие магического резонанса, из-за чего лопались лампочки, и мелкие молнии разлетались по всем углам комнат.       — Брат? — почти в кромешной тьме, освещаемой лишь лёгкими всполохами магических молний, меня позвал Иссей, дыхание которого я слышал почти что рядом с собственным ухом. — Всё… Хорошо? Ты упал просто ни с того ни с сего, — голова гудела, но только спустя миг я осознал, что это была не усталость и не боль — голова гудела от голосов. Это были… Мысли… Но не мои — они принадлежали моему брату и демонам снаружи. Я слышал каждого из них так отчётливо, словно они разговаривали прямо передо мной. Риас Гремори. Акено Химедзима. Конеко Тодзё. Даже Киба Юто, который голосил в сознании «Больно!.. Больно!.. Больно!..», сдерживаясь при этом в реальности из последних сил, дабы не закричать.       Конеко Тодзё: «Убью… За Юто-сана прибью! Пускай только покажутся — каждому из них переломаю кости, обещаю!»       Риас Гремори слабела — все её мысли были о том, как бы продержаться до уничтожения дома, но она слабела гораздо быстрее, чем мой щит. Ещё несколько секунд, и она вполне могла лишиться всех магических запасов — поэтому драться будет не в состоянии.       Но главная цель — Акено. Она достаточно сильна, чтобы закатать нас с братом в асфальт.       Не знаю, откуда на мою голову свалились эти способности в форме чтения мыслей других людей — или, в нашем случае, демонов — но они, как нельзя, кстати. В голове созрел план, поэтому в ответ на вопрос брата я лишь поднялся на ноги и снова наложил на него несколько усиляющих заклятий: ускорение, воодушевление, чистоту разума и необъяснимое уклонение — их вполне хватит, чтобы он смог разобраться Конеко.       — На счёт три, приготовься, мы выходим. На тебе их мелкий талисман — сделай всё, чтобы они была выведена из игры, Риас и Акено я займусь лично.       — Будет сделано, — шуточно отдав мне честь, Иссей «взвёл курок», после чего я начал отсчёт, одновременно накладывая Благословение магией Истока, чтобы ослабить демонов. Стоило Благословению осветить пространство вокруг дома, как Риас ослабла окончательно, потеряв большую часть магического запаса. Магия разрушения гасла с такой скоростью, что вскоре в дом снова бил солнечный свет. В этот же момент мы вышли — Иссей первым выскочил на крыльцо, сделал два выстрела в сторону Конеко, из которых она поймала только один — в левый бок, другой же она благополучно пропустила, сразу же бросившись на Иссея. Из дверного проёма снова двинулось ожившее пламя. «Эпидемия огня» нацелилась на Риас, но в последнюю секунду свернула в сторону Акено, поражая её магический щит. Когда удар закончился, её магический щит треснул, и она увидела, что Риас рядом со мной — в момент атаки «Эпидемией» я телепортировал к себе Риас, чтобы через мгновение использовать школу превращения — и обратить принцессу демонов в… Курицу. Это чтобы она совсем уж не доставила неудобств.       — Риас!       — Да не переживай ты так, я не причиню ей вреда, просто не хочу, чтобы она мешала, — новая волна эпидемии огня, которая напоминала молнию из чистой магмы, устремилась в Акено, которая на сей раз не сдержала весь напор, а ушла из-под удара в самый последний момент. — После поражения Короля ты главная, верно, Акено-сан? Если позволишь нам с братом уйти, мы больше никого не тронем.       Химедзима несколько секунд упорно сверлила меня взглядом, хотя на самом деле — это я знал точно благодаря прочтению её мыслей — она изучала то, что происходит у меня за спиной. Только через ещё одно мгновение я осознал, что спину мне прикрывал брат, который должен был сдерживать Конеко — но не смог. Она вырубила его, отправив в кирпичную стену нашего дома, которую он благополучно пробил.       — Это было бы логично, если бы только ты не остался в меньшинстве! — Акено запустила в меня святую молнию, которую я в свою очередь попытался перебить электрическим разрядом, усиленным Истоком — но так не вовремя получил удар сзади от Конеко. Потом ещё и ещё. В конечном итоге, сил удерживать оборону с двух сторон мне не хватило — и Тодзё продолжала сокрушать меня бетонными атаками по телу, от каждой из которых хрустели кости, а впоследствии — то, что от них оставалось. Очередным ударом она пробила рёбра, пустив мне кровь. Я выдохнул, не в силах даже застонать от боли.       — Кажется, Риас будет довольна. А теперь верни ей нормальный облик, Якумо-сан? Мне не хочется проводить через твоё тело убийственные разряды, — Химедзима держала на руках курицу, чьё оперение было полностью багровым. — Ара-ара, НУ ЖЕ! — с нажимом проговорила Акено, и Конеко мощно ударила меня по голове. Затуманенный болью рассудок придумал один из самых дерзких планов в моей жизни — использовав одну из магических техник школы некромантии, которая не требовала произнесения заклинания, я схватил Конеко за ту руку, которой она меня держала, притянул демоницу к себе и изо рта вырвался сгусток крови, наполненный порчей. Тодзё мигом отскочила, но было поздно — её тело получило сокрушительный урон даже для такой неуязвимой Ладьи, как она. Использовав превращение ещё раз, я изменил руку на щупальце осьминога, обхватил шею Конеко, как хлыстом, и отправил её в полёт, прочь от нашего дома. Но не успел я обернуться к Королеве Гремори, как получил новый разряд током.       — Ты перебил весь мой клан! За такое, дорогой кохай, даже не мечтай отделаться быстрой смертью, — да, кажется, я умру… Послушался удар — и Акено свалилась на землю, закрыв глаза и выпустив обращённую в курицу Риас, которая мигом раскудахталась, улепётывая зигзагами по улице. Рядом со мной появились знакомые ноги брата.       — Иссей?       — Ага. Это просто ужас. Они монстры, — её голова наполовину покрыта кровью, как и затылочная часть шеи, но в остальном, он выглядит очень даже ничего… По сравнению со мной так точно. — Сейчас. Погоди.       — Нет, это ты погоди… — в руках заискрил Исток, смешанный с гидромантией — вода омыла нас обоих, облепив прочным скелетом, после чего от ран не осталось и следа. Дальше я уже смог встать на ноги самостоятельно. — Значит… Так… — с передышками говорил я: — Иди в дом и забери чемодан с вещами, который мы подготовили. Посмотри, всё ли на месте. А мне нужно поймать эту чёртову курицу. Жду тебя в конце квартала.       Иссей скрылся в доме, а я сразу «вырастил» за спиной две паучьи лапы, которые мгновенно перехватили убегающую вдаль курицу и замотали её в паутину, чтобы не было возможности бегать. Мирно шествуя через полуразрушенный район, где ещё лежали Акено и Киба, я выговаривал этой курице так, словно она была моим психоаналитиком.       — Стоило это всё тех жертв, на которые ты пошла, Риас? На какой хер мы тебе вообще сдались оба? Ты же должна была понимать, что тот, кто был способен противостоять команде из падших ангелов и экзорцистов вполне сможет чем-нибудь ответить и демонам. Тем более, после нападения падших я бы не ожидал ничего хорошего и от демонов. Так что сама виновата. Не волнуйся, все твои слуги живы, подлечатся и будут, как новенькие. Что же с тобой, маленькая курица? Будешь хорошо себя вести, обращу обратно в человека, а коли не будешь — зажарю и даже брату об этом не скажу, ты уяснила? — перед самым окончанием диалога мы оказались в конце улицы, где нас ждала бесплатная жилищная парковка, где стояло всего несколько машин. Используя магию, я создал дубликат хозяйского ключа и сел в машину, ожидая Иссея. Сел я за руль, так что брату при появлении пришлось обходить машину, чтобы сесть на переднее сидение. — Ха, дожил. Разговариваю с курицей.       — Что мы теперь будем делать? — закинув чемодан и пару сумок на заднее сиденье, где удобно расположилась теперь уже наша «домашняя» курочка. — Обязательно было угонять соседскую тачку?       — А что ты предлагаешь?       — Ну, ты бы мог… Наколдовать волшебную метлу… — я хохотнул.       — Гарри Поттера насмотрелся? Так вот, я не волшебник, я ёбаный заклинатель — запомни, что это разные вещи, — на этом моменте я вставил ключ, предварительно наложив на него руническое заклятье, — и завёл машину. Автомобиль мгновенно покрылся различного рода руническими символами, надписями и рядом прочих компактных, усечённых заклинаний. — К тому же, мне не хочется тратить лишнюю энергию на ненужные телодвижения.       Я положил руки на руль и… Завис. Иссей тоже не торопился говорить, мы оба понимали, что сейчас мы принимаем очень сложное решение. Помимо всего прочего, обстоятельства были сильнее нас — мы в жопе.       — Мы в жопе. В. Ж. О. П. Е. — повторил я уже вслух. — Когда я… Потерял сознание у нас дома, я открыл в себе какую-то способность — честно, не спрашивай меня сейчас о том, что она из себя представляет, как она появилась — я не знаю ответов, но смысл в том, что я слышал — и слышу Ваши мысли. Всех окружающих. И между мыслей Риас, — я указал на курицу в стекле заднего вида: — Я узнал о том, что её брат — верховный демон Ада, Сатана.       — Мы в жопе, — повторил Иссея, абсолютно точно повторяя мою интонацию: — И что? Мы вот так просто уедем? Куда? — я, наконец, решился тронуться. Более-менее сносный опыт вождения у меня был, поэтому мы без проблем выехали за город.       — Не знаю я пока, куда-нибудь! Подальше отсюда, а эта курица будет залогом нашей удачи в случае, если нас найдут. Ну, в крайнем случае, в случае сильного голода можно будет её зажарить!       — Якумо! — курица пискливо поддакнула, кукарекнув в мою сторону.       — Шутка. У демонов отвратный вкус. У меня есть план — точнее, его очертания. Тебе нужно «качаться». И повышать управление той силой, которую ты ещё не пробудил.       — Какой силы? — Иссей искренне недоумевал. Не сомневаюсь, что он даже близко не понимал, о чём я — хотя ответ был скрыт в его левой руке, как бы двусмысленно это не звучало. Используя Исток, переливаю часть зеленоватого сгустка из своей души в его, принудительно активируя Механизм в форме драконьей лапы. Драконья лапа в случае Иссея была слабой и не развитой, совершенно начальная и бесполезная форма Механизма, дающая носителю минимум сил, а самое главное — внутренний жилец до сих пор спит. — Чт?.. Что это такое?       — Что чувствуешь?       — … Прилив энергии, — через мгновение раздумий ответил Исе, после чего принялся оглядывать своё новое «приобретение», а я — раздумывать, как бы помягче разбудить драконью душонку, живущую по соседству с моим братом, как паразит, ведь от этих двоих в скорости может — даже должна — зависеть и моя жизнь.