Двое из ларца

      Я слышу мысли дракона… Я старее твоего мира, мальчик. Когда я родился, Вы избивали друг друга дубинками. Когда я возмужал, Вы научились переплавлять металлы — и стали создавать всё более совершенное оружие. Но даже спустя тысячи лет Вы всё такие же слабые и никчёмные. Человеческий род — смехотворная попытка Библейского Бога и Еретических Богов проявить свои лучшие качества. Но вместо этого они показали свою созидательную импотенцию — потому что появились Вы. Жалкие. Подлые. Слабые людишки. А потом Твой Бог решил, что может меня убить. И превратил в эту рукавицу, не оставив мне никакого выбора. Уж лучше бы он меня убил. Уж что есть у Твоего Бога, так это отменно блядское чувство юмора.       А теперь вижу Сатану, Сазекса Люцифера, в окружении слуг клана Гремори. Вы позволили украсть мою сестру, хотя обязаны были положить жизни ради победы с врагом, сколь бы сильным он не был. Для того ли мой род приютил Вас, слабачьё? Затем череда ударов кнутов — каждый удар наполнен магией разрушения самого дьявола, и полуживыми остаются сразу все члены клана Гремори — Химедзима, Юто, Тодзё.       Я ощущаю высь — далёкую, безмятежную, голубую, покрытую облаками, как торт — взбитыми сливками. Взгляд меняет угол, и с самой выси я несусь вниз, точно в свободном падении, но столкновения не происходит, лишь темнота, в утробе которой стучат несколько сердец. Достаточно громко стучат, чтобы я расслышал их — это не живые существа, но похожие на новорождённых. На секунду темнота приоткрывает мне вид: это были яйца — полупрозрачные, пурпурного цвета с чётко просвечивающим ядрышком по центру. Драконьи яйца.       Сердце пропускает удар — и стук прекращается; я открываю глаз.       Сердце опять пропускает удар, но уже не из-за шаткого осознания смысла показанного видения, а из-за солнечного света, бьющего по глазам со стороны водительского сидения. Солнце медленно клонится к закату, а я лениво потягиваюсь, пытаясь за считанные секунды привести мысли в порядок — хотя за прошедшие часы мне так и не удалось этого сделать. Мы ехали весь день после сражения с семьёй Гремори и последующую ночь, а рано утром свернули с транспортного шоссе на небольшую стоянку посреди леса, где обычно оставляют автомобили любители походов и лесной жизни. Судя по запаху, доносящемуся до меня откуда-то неподалёку, кто-то что-то жарил — мясо, вроде бы. Желудок сразу же жалобно заурчал, ударяя в горловину тошнотой. Не поем — точно умру. Представляю, как бы удивились демоны, теперь охочие до нашей кровушки, что их нынешний противник сглупил и помер из-за голода. Рядом послышалось шебуршание — ещё до встречи глазами с курочкой, осознал, что Риас приютилась где-то под боком, греясь. Но теперь птица проснулась и сразу же закудахтала, после чего рванула из приоткрытой дверцы автомобиля.       — Ну и не очень-то хотелось, — я перевернулся на бок, чтобы размять кости, а вдогонку Риас прокричал: — Я, кстати, надеялся, что это брат ТЕБЯ ЗАЖАРИЛ!       — Что говоришь? — брат копался в вещах в багажнике. — Я кролика на самом деле поджарил, зачем же я буду живого чел… — но Иссей мигом осёкся, после чего откашлялся и изменил формулировку предложения: — В общем, еда тебя ждёт, не торопись, братишка. Я даже не представляю, как ты устал.       — Верно, — я посмотрел на брата искоса, но без какой-либо злости, скорее, с крайней степенью сарказма: — Не представляешь, — после справлений всех жизненно необходимых нужд, я подхватил в одну руку курочку Гремори, а во вторую — сосуд Амано Юмы с накопленным в склянке Истоком. Поставив сосуд перед костром, я принялся жадно уплетать насаженного на наточенную, словно копьё, палку кролика, вернее, ту его часть, что брат мне оставил.       — Как себя чувствуешь? — после еды я сладко потянулся, довольно улыбнулся и сразу же схватил сосуд с Истоком, поглощая рвотоподобную жидкость.       — С-супер! — протянул я, и тут Риас клюнула меня в запястье — после нескольких уколов я выпустил птицу из захвата, и та немедленно рванула в леса. — Куда побежала, дура? — через несколько секунд я сам махнул на неё рукой, доедая своего кролика.       — Не боишься, что она потеряется? — Исе недружелюбно посмотрел на меня, после чего порвался схватить курицу, но я его застопорил магией, объяв его ноги толстенным плющом. — Перестань, брат. Нельзя дать ей пострадать — ты же и сам говорил, что она — залог нашего успеха.       — Да ничего с ней не будет, успокойся ты. Эта курица не лишилась человеческих мозгов при превращении в птицу, поэтому она вполне осознает, ЧТО и ЗАЧЕМ делает — жить захочет, глупостей не вытворит. Скоро солнце зайдёт, не торопись, но, но к заходу мы должны уже будем готовы выезжать, — Иссей кивнул и сразу же призвал латную рукавицу дракона, забыв обо мне. При первом появлении Механизма я надеялся, что дракон проснётся, но теперь понимаю, что спит это создание вовсе не из-за того, что Механизм был нерабочим — вероятно, их с Иссеем совместимость ещё недостаточно полная, либо же моему брату придётся из кожи вон вылезть, чтобы его разбудить. Эх, нет у нас столько времени — времени не было вовсе, в любой момент нас могут порвать на британский флаг, — да и сил на это тоже.       Приготовив машину к отъезду, я снова достал карту, как вчерашним вечером на привале, и изучил маршрут — мы проехали уже одну префектуру, не считая нашей родной, и к следующему утру должны были миновать ещё две — в идеале, до конца следующей недели мы должны были достичь Хоккайдо, но это только при том развитии событий, что ничего не поменяется как в наших планах, так и в объективных обстоятельствах. А что после Хоккайдо? Я не знаю. Вечность скрываться тоже в мои планы не входило… С бензином ещё беда, скоро совсем не останется, да и денег немного — придётся использовать очарование на бензоколонке.       Закончив подготовку машины, я поставил на приборную панель сосуд с Истоком, в котором снова капля по капле накапливался источник моей силы. Ещё немного, и хватит на парочку неплохих плюшек с метаморфозами объективной реальности. Поскрябывая поверхность нижней губы пальцем, я задумчиво рассматривал даль, будто она что-то подсказывала — но нет, там лишь мерк закат, оставляя после себя россыпь беспричинно вспыхивающих звёзд. Из раздумий меня вывел Иссей. В руках он держал свои немногочисленные пожитки, кое-что ещё.       — А Риас? — в ответ на это заявление птица кудахтнула, чтобы привлечь к своей маленькой персоне немного внимания — она всё это время была в машине? Мы с братом обернулись, одарили курицу отсутствующими взглядами и повернулась обратно. — Готовы? Стоп…       — Что такое?       — Чуть не забыл. Активируй лату. Лучше побыстрее с этим разобраться, а не оставлять на потом, — по моей просьбе брат сразу же показал мне Механизм — точно такой же, каким он и был: с гигантской изумрудной жемчужиной по центру тыльной стороны ладони, с небольшими вкраплениями естественных драконьих наростов, вроде рогов — и пока ещё без когтей на пальцах. Да и наростов, на мой взгляд, при должной эволюции, должно было быть больше.       — Что ты хочешь сделать? — я ничего не ответил, но снова направил сквозь руку брата свой Исток, но на этот раз с частичкой собственной души. Уже через мгновение я направлялся в кромешной тьме к единственному источнику здешнего света — гигантскому, кроваво-красному дракону, мирно спящему в далёкой и чёрной части бессознательного моего брата.       — Ящерица! Слышишь, ЯЩЕРИЦА! — закричал я, образуя по бокам от себя две гигантские руки на чистой силе Истока — каждая из них сначала приложила дракона по черепушке, после чего левая обхватила шею дракона, а другая продолжала «наигрывать» его тушку сродне боксёрской груше, пока дракон всё ещё медленно, словно пьяный, приходил в сознание. Левая рука притянула его голову вплотную ко мне, и я заглянул в глаза гигантскому змею: — С добрым утречком, блять! — последний удар обе руки нанесли совместно и прямо в челюсть. С таким «будильник» никогда не проспишь. — Знаю, что жёстко, без обид — но мне нужна твоя помощь! — когда дракон, наконец, поднялся на все четыре лапы после нокаута, его глаза бешено изучали меня, а ум определённо анализировал сказанное.       — ТЫ КТО ВООБЩЕ? Носитель мой новый что ли?       — Нет, я брат твоего так называемого «носителя».       — Брат? — дракон удобно подложил под своё исхудавшее тело хвост, накрылся крыльями, словно одеялком, и повернул ко мне голову, изгибая шею под совершенно неестественным углом. — И как… Ты попал в его душу с таким раскладом? Моё имя Драйг, Я…       — Ты — Красный Император драконов, Валлийский Небесный дракон, и так далее и тому подобное — я читал мифы о тебе, прошу прощения за срочность, но есть вероятность, что мы можем умереть раньше, чем ты даже познакомишься со своим нынешним носителем, если сейчас не будем действовать предельно быстро и осторожно, — в этот самый момент Драйг, кажется, проникся обстановкой. Думается, ему не впервой оказываться в таких экстремальных обстоятельствах с первых мгновений пробуждения.       — Что происходит?       — Мы насолили Сатане, — в ответ на это заявление дракон скорчил удивительно отвратную рожу, от которой мне даже захотелось отвернуться, тем не менее, было не совсем понятно, что он хотел сказать таким преображением «лица». Прежде чем мы продолжили разговор, я остановил его последующие вопросы-ответы на первой ноте и вышел из души Иссея, предварительно «вытягивая» при помощи Истока и душу дракона на поверхность, чтобы пробудить и рукавицу, и дракона — последнего для того, чтобы можно было разговаривать с ним прямо через Механизм. — Драйг? — когда передо мной показался знакомый мир, а не «тёмная усыпальница» некогда могущественного дракона — я сразу же завёл машину и тронулся, заставив Иссея одновременно с этим положить руку над приборной панелью, чтобы зеленоватый туман, создававший образ Драйга, находился прямо перед нами. — Познакомься, это твой носитель — Хёдо Иссей, мой брат. Моё имя Якумо. Я тебе уже описал, в какой сказочной мы жопе, поэтому не буду ходить вокруг да около — нам нужна твоя сила.       — Могу только посоветовать Иссею укреплять своё мастерство тренировками, поскольку его тело и без того в прекрасном физическом состоянии — это не должно составить проблем.       — Нет, так не пойдёт, нам нужны скорейшие результаты.       — Ну, это не ко мне. Сейчас я рукавица, а не полноценный дракон, так что у нас два вариант — либо мы в неспешном темпе ожидаем «эволюции» Иссея, — брат кивнул в ответ на слова дракона, хотя я прекрасно понимал, что это не вариант — эти двое могут, о чём угодно договариваться, но когда к нам заявятся слуги Сатаны, им обоим — первым же — будет не до смеха. Но тут брат прервал Драйга.       — Либо мы можем пойти обратным путём. Найти проблемы — и таким образом «качнуться».       — Есть более интересная возможность, — пока за окном машины мелькали пейзажи, я пытался подобрать слова к тому, как попроще описать, вернее, изложить свой план и брату, и его дракону. — Мы можем найти драконьи яйца. Не надо удивляться, Драйг, в моём мире они были такой же редкостью, как и здесь — уверен! Брат, тебе потом объясню, что это такое — хотя тут и по названию уже должно быть всё понятно. Моё видение… Во сне…       — Опять сон? Что на этот раз? — Исе внимательно на меня смотрел — кажется, его уже не удивляет никакая магия и говорящие «руки», обитые в металл, зато здорово поражает моя способность видеть будущее. — Ты увидел эти самые драконьи яйца?       — Ага. Правда, не понял, где они. Вокруг была тьма. Пустота. А ещё я увидел, что нас ждёт в случае, если брат Гремори нас всё-таки схватит. Увидел мало, но и увиденное было не особо приятным. Драйг, ты сможешь… Указать верное направление поиска? — времени посмотреть на дракона у меня не было да и желания, честно говоря, тоже, но краем глаза я уловил его не то что бы недовольную, скорее, смиренную мину.       — Это будет трудно. Вокруг может оказаться слишком много магических возмущений.       — Может, но это не должно влиять на поиск драконьей энергии в той или иной её форме. Мы же ищем «сырые» драконьи яйца — а это просто фонтан чистой, драконьей энергии без всяких примесей. Голая субстанция, считай.       — Сырые драконьи яйца? Из них можно приготовить омлет? — мы с Драйгом в этот момент замолчали, а дракон ещё и позволил себе то ли ироничный, то ли отчаянный вздох.       — Это не очень смешная шутка, брат. «Сырые» яйца дракона — это материал, который предназначен для оплодотворения взрослым самцом или самкой. Идея проста — у дракона деторождение в два этапа проходит: первый — самка после совокупления с драконом отсаживает от материнского организма дочерние клетки — эти самые «сырые» яйца. Они похожи на рыбью икру, только в них энергии столько, что, если бы кто-то создал атомную электростанцию, работающая на этих яйцах, одно яйцо могло бы снабжать энергией всю Японию на протяжении десяти-пятнадцати лет. Смысл ясен?       — Ясен, самой собой, но… Что ты хочешь, чтобы я сделал с этими яйцами, когда мы их найдём?       — Если мы их найдём, — вставил свои пять копеек Драйг, хотя я не разделял его пессимизма, в конце концов, один-то дракон в Японии хотя бы единожды откладывал яйца. В моём мире в крупных регионах всегда можно было поискать и найти драконьи яйца, правда, поиски могли занять не один год — но статистика такова, что в регионах с малой драконьей активностью — и где, соответственно, драконам проще выводить потомство, не боясь нападения агрессивных конкурентов и просто соседства с другими видами драконов — так или иначе сокрыты драконьи «гнёзда». И, как правило, только другие драконы могут их отыскать. И, какое счастье, у нас как раз есть такой дракон!       — Ты их съешь. Одно — одно съешь, два — два съешь. Употребишь всё — это и повысит твою совместимость с драконьим Механизмом, и даст твоему организму доступ к огромному количеству энергии. Думаю, такого количества как раз хватит для «эволюции», да, Драйг? — план был хороший, вот только мне прям очень сильно казалось, что судьба обязательно подкинет нам очередную свинью. В конце концов, тот, кто знает будущее, обязан и понимать, что время найдёт способ всё расставить по своим местам. Скрипя зубками, дракон согласился.       — Но это же… Не будет неправильным?.. — брат меня сейчас откровенно удивлял: ему Сатана может скальп снять, а он переживает за нерождённых драконов, даже один из которых может погубить больше народу, чем это сделаем мы при всём желании. Но неожиданно для себя же Исе передумал продолжать этот разговор, не дав мне даже начать очередную тираду: — Забудь. Я сделаю то, что должен. Мы и так уже достаточно далеко зашли — дороги назад нет.       В ответ на его слова я притормозил у обочины, как раз рядом с перекрёстком двух дорог. Поставив машину на ручник, я закинул брату руку на плечо и просто выдавил из себя «Спасибо», после чего вышел из машины, чтобы залезть в багажник, где в отдельном небольшом ящичке лежали инструменты. Взяв там молоток, я наполнил его Истоком и залез обратно в машину, предварительно закрыв багажник.       — Брат?       — Я подумал, что лучше сделать это сейчас, чем когда мы будем на месте. Подставь руку, — молоток засветился бледно-зелёным сиянием, после чего с моей подачи обрушился на изумрудную жемчужину. Иссей дёрнулся и тут же обмяк. Потерял сознание. Забросив молоток на заднее сидение, теперь уже наполнил одну руку Истоком и погрузил в Механизм.       — Что ты делаешь? — на этот вопрос Драйга я удивлённо уставился на вновь появившийся, дымчатый образ дракона. — Ты удивлён? — дракон определённо был в нормальном состоянии.       — Ты должен был вырубиться, как и брат. Этот удар воздействовал на душу.       — Откуда ты… Владеешь такой техникой?.. Ранее ты говорил, что из другого мира? Но это не просто какая-то техника, это та же технология, при помощи которой Библейский Бог создал Сверхартефакты. И та же магия. Кто ты такой?       — Библейский Бог? Это христианский, что ли? Так тебя в эту рукавицу поместил он? Не знаю, кем он был, — продолжая переливать Исток в рукавицу, я одновременно с этим постепенно терял силы — но перенастройка Механизма была почти готова. — Но его работе я бы дал три с минусом. Как школьник всё испоганил. Создать артефакты, подобные этому, ради сражений — как оружие. В моём мире я занимался созданием подобных Механизмов. И я придумал все технологии их создания, но ни одно из моих творений не было создано для войны. Для защиты людей — да. Для любых других целей — но не для войн.       — Ты не ответил на мой вопрос, откуда ты? И кто ты сам?       — В моём мире таких, как я, называли Божественными. Мы были Избранными Семерых богов нашего родного мира. Мы обладали удивительными силами — и направляли их на благоденствие нашего мира.       — Ты… Можешь разрушить Механизм?.. — после минутной паузы и своих раздумий прямо задал вопрос красный дракон.       — Если я его разрушу, я убью и брата, и тебя — и твоя драконья сущность тебя не спасёт. Поэтому нет. Я его меняю изнутри. Как я уже сказал, этот дилетант — Библейский Бог — создал оружие, но Механизмы так только хуже работают. Спросишь, почему? — на несколько секунд онемел кончик языка — кажется, я сам скоро вырублюсь, если не покончу с отладкой настроек. Надо сворачивать эти внештатные «ремонтные» работы. — Потому что любое оружие требует опыта — это правило верно и для Механизмов, если они созданы по типу оружия. То есть, когда человек использует Механизм оружейного типа, он вынужден начинать с самых низов и трудом и потом добавиться силы. Но я-то могу изменить этот факт. Изменить саму цель работы Механизма. Суть.       — Снять ограничения?       — Именно. Если поменяются задачи Механизма — изменится и сущность, которая не будет ограничивать владельца, а, наоборот, подначивать его развиваться, делать его сильнее ежесекундно. Но даже по такому принципу работа будет очень медленной, поэтому нам необходимы катализаторы, которые усилят Вас с Иссеем, — когда настройка была закончена, я чувствовал себя полностью вымотанным — а на улице уже полностью стемнело. Достав с заднего сидения специально заготовленную бутылку с сахарной водой, сразу же осушил её наполовину и забросил обратно. Машина тронулась через пару секунд, как я почувствовал облегчение от произошедшего. — Касаемо твоего освобождения из Механизма, я постараюсь что-нибудь придумать на этот счёт… Алгоритм потребует времени, но я его создам. Придётся передублировать твои способности и функции Механизма. Как ты себя сейчас ощущаешь, дракон?       — Так, словно у меня неожиданно появились все органы чувств, а не только зрение и слух — что дальше? — Драйг по одному моему монотонному молчанию, кажется, понял, чего я хотел — он должен был настроиться и распознать драконью ауру в округе. — Драконьи яйца… Я не уверен, но в горах к юго-востоку ощущаются слабые возмущения драконьей ауры, к сожалению, там слишком много совершенно чужеродной энергии — словно, маги или иные существа сидят и высиживают эти самые яйца.       — Значит, у них где-то гнездо под носом, а они его в упор не замечают, — на следующем повороте, который я на всякий случай проверил по карте, мы свернули и проехали до первого поворота направо, который уводил шоссе кривой и волнообразной змеёй сквозь горный хребет. Не самая высокая часть Японии, тем не менее, здесь можно было надеяться найти только две вещи — либо мистических тварей, типа ёкаев, либо — монахов, которые практикуют магические искусства? Ближе к четырём утра проснулся Иссей, сразу же заворочавшийся на месте и недовольно оглядывающий округу. — Как самочувствие?       — Это. Было. Больно.       — Я знаю, прости за это, но я забыл сделать это на привале, а так мы хотя бы время не потеряли. Почти на месте.       — Где мы? — Иссей заозирался из окон по сторонам, но сквозь плотный листовой слой не так уж и легко что-то высмотреть, не считая, конечно, изредка проскальзывающий оконечностей гор. — В горах?       — Драйг засёк след драконьей ауры. Едем на проверку. Сейчас-то ты как? — слегка притормозив на следующем повороте, я глянул на брата, который явно выглядел бледно, но вполне сносно, да и аура его слегка изменилась, но вот его мысли — как мне помогала слышать моя новая способность — были перепутаны и не могли прийти к норму.       — В туалет хочу.       — Самое время пошутить.       — Я серьёзно, — пришлось притормозить, а ведь не доехали, как оказалось, всего ничего. Уже за следующим выездом, где дорога круто сворачивала налево, заканчивался лес и открывался живописный вид на прибрежный городок, а на самом утёсе, перед съездом вниз, уютно располагался крупный храмовый комплекс.       — Это он! — рыкнул Драйг: — Здесь аура чувствуется увереннее! Правда, всё же размыто. Я знаю, что это за энергия. Это…       — … Божество, — вслух прервал я Драйга. — Брат, дай руку.       — Опять? — неожиданно возмутился Иссей, но я тут же резко остановил машину.       — Другую, балда, — как только он вытянул конечность, я ухватил её одной рукой, а другой приложил два пальца к его запястью, оставляя на ней полосы из Истока. Потом по той же схеме провернул операцию на себе. — Нам нужно скрыть энергию, иначе нас сразу же обнаружат. Пойдём. Нам нужно осмотреться.       Мы с братом покинули автомобиль, а он ещё и предварительно вырубил перчатку, после чего мы оставили на пассажирском кресле Риас — и медленно поплелись к храму; из него исходила волна энергии золотистого цвета, которая во внешнем проявлении напоминала ветровую волну — божество явно проживало в этом храме и воспитывало защитников, или, по крайней мере, собственных поклонников, хотя с учётом, сколько там было сильных аур — могу открыто предположить, что всё-таки это были защитники. Обычные верующие не обладают такой силой.       — Может, попробуем войти?       — Думаешь, нас примут с распростёртыми объятиями, а не отрежут головы? Хотя, с чего бы им на нас нападать, ведь они нас не знают, но всё же я не хочу рисковать — с виду мы обычные, но лично у меня паранойя на этот счёт, у них — если они защищают божество — также паранойя может быть ничуть не хуже: откуда ты знаешь, что ещё вчера никто не пытался на них напасть?       — Но мы скрыли энергию. Они точно примут нас за простых людей.       — Но могут проверить нас иным образом, например, поймать на лжи — а то и чего похуже, — всё равно я был против хождения в этот храм. Хотя попасть туда — безоговорочно — необходимо! Есть иногда у судьбы такая шутка — сводить две параллельные прямые случайным и порой абсолютно нелепым образом. С нами в этот раз произошло именно так: когда мы проходили мимо храмовой лестницы, на вершине которой располагался вход в храмовый комплекс — двери отворились, и оттуда вышла только одна барышня, одетая в тренировочное кимоно. Она смотрела на нас безднами своих глаз — и у меня неожиданно вспотели ладони. Впервые я видел такие проникновенные, выразительные глаза. По спине забегали мурашки. Из нас двоих я, наиболее противящийся идее зайти в храм, первым ступил на лестницу, чтобы подняться наверх. Я прямо-таки кожей ощущал три вещи: свою дурость, уповавшую на удачу, смятение брата, который ни черта не понимал логики моих действий, и эту странную тягу к этой… Девушке.       — Брат, — тихо шикнул мне в спину Иссей, после чего я остановился и дождался, когда мы поравняемся друг с другом. — Ты чего? Ты всерьёз идёшь туда?       — Мне почему-то кажется, что именно нас там и ждут.       — В каком это смысле? — вытаращил на меня глаза братец.       — Ну, не зря же они открыли двери? Вот и посмотрим, что из этого выйдет. Если что, спишем на недопонимание.       На секунду ладонь Иссея заискрила зеленоватым свечением, после чего послышался приглушённый голос Драйга.       — Хочу отметить, что затея — полная…       — Заткнись, — рыкнул я, но дракон уже скрылся в душе брата.       — Здравствуйте, путники, — начала девушка, в большинстве своём смотря мне прямо в глаза — почему я чувствую жар? Щёки прямо-таки огнём горят, как будто я… Смущён. Чем? Её вниманием к себе, но мне… Приятно… Как будто я только это и хочу. — Моё имя Оухи Ориобана. Я — старшая экзорцистка храма Мавари. Прошу простить, что наша Достопочтенная Госпожа не смогла присутствовать при Вашем прибытии, хотя безусловно — и она, и мы, экзорцисты, рады пополнению в наших рядах.       — Простите, но мы?.. — Иссей чуть не брякнул вещь, которая могла порушить вообще всё.       — Мы очень рады, — с нажимом произнёс я эти слова, поворачиваясь к Иссею и взглядом показывая, чтобы он заткнулся: неужели он не понимает, что это по сути своей наш единственный легальный способ проникнуть в храм — и мы не можем его вот так вот просто упустить. — Спасибо, что дождались. Проводите нас? — я улыбнулся самой милой и простецкой улыбкой, какую смог естественно изобразить в данной ситуации, а потом опомнился и поклонился: — Прошу прощения и я у Вас, от долгой дороги совсем забылся… Моё имя Якумо Хёдо, а это мой брат — Иссей.       — Приятно познакомится! Пройдёмте!

***

      Как же приятно, наконец, хоть капельку расслабиться. Сатана не полезет в битву с местным божком, даже если очень хочет меня достать, но появилась новая проблема — нам нужна живая и максимально правдивая легенда, чтобы находится здесь, как можно дольше. Неизвестно ведь, где яйца, возможно, что их прячут, а, возможно, об их существовании не знает и сам бог этого храма. С завтрашнего дня начнём поиски, а сегодня можно передохнуть… И в кои-то веки принять хороший, горячий душ, смыв с себя всю эту тяжесть за последние пару дней. Сам того не осознавая, я весь вечер прибывал в каком-то приподнятом настроении — просто не хотелось думать о негативном, а вот почему — совершенно не догадывался, пока в один момент мне в голову не пришло лицо служительницы храма. Эти глаза. Чёрт. Внизу живота так нежелательно разыгралось возбуждение, и я попытался «привести» себя в нормальное состояние, но, кажется, для этого понадобится нечто большее, чем просто желание.       За спиной в этот момент как раз послышался шорох — странно, в это время вроде бы все расходятся по комнатам, как сказала Ориобана-сан. Возможно, какой-нибудь учитель допоздна засиделся. Или очень старательный ученик, но стоило мне обернуться, как на входе в мою кабинку застыла Оухи. Я без какого-либо стеснения изучал её, не особо обращая внимание и на тот факт, что между моих ног всё ещё играло возбуждение. Прикрываться даже и не думал.       — А… — наконец-то подал голос я, но лишь для того, чтобы задать максимально уместный в данной ситуации вопрос: — А разве эти душевые общие? — почему-то в эту самую секунду я решил не отрешаться от мира вокруг, а, наоборот, использовать свою новоприобретённую способность чтения мыслей — в особенности, на Ориобане. Мне так хотелось слушать её и слушать. Я услышал сразу два одновременных ответа — один, сказанный её устами, а другой — мыслями.       — Да, — коротко ответила экзорцистка, улыбаясь и медленно опуская взгляд чуть ниже моей груди, явно не решаясь посмотреть ещё ниже. Но в её голове был совершенно другой ответ: «Нет».       — Ты врёшь, — я улыбнулся и приложился спиной к стенке. — Могла бы и получше придумать легенду, раз так хотела меня увидеть.       — Мог бы и ты вместе с братом получше придумать легенду о том, что Вы сюда пришли в качестве переведённых экзорцистов, — эти слова заставили мою улыбку сползти с лица, но лишь на мгновение, потому как Оухи, не снимая халата, опустила на пол купальные принадлежности и и прошествовала под душ, в мои объятия. Возбуждение не проходило — нет, оно становилось только сильнее, а мой мозг воспалённо копошился в её мозгу — я не читал её мысли, я заставлял её возбуждаться, я словно давил на какие-то точки в её мыслях, которые возбуждали Ориобану и заставляли почти в голос стонать, пока вода и пар укрывали нас от любопытных глаз. Мои мысли делали её ещё страстнее, горячее, я точно управлял не только собой, но и ей. А потом я всю ночь только и делал, что выполнял её самые грязные прихоти, проскальзывающие в её голове с пометкой «Мне бы хотелось…» — но которые она ни при каких условиях не озвучила бы мне вслух.