Назойливый журналист

      — Этот Деку вообще охуел! — раздраженно проскрипел Кацуки, листая ленту новостей, что так и пестрила за последнее время. Половина статей там было от того парнишки, которого так ненавидел Бакуго.

[Сегодня героя номер один — Взрывного киллера, видели с героем номер два — Сноу меном. Они держались за руку. Может они встречаются?]       Далее шла огромная статья от этого журналиста, что явно порол одну лишь чепуху, судя по записям. Какой нахер из него гей? Скорее уж им являлся этот идиот, с его-то внешностью!       — Я уебу его сразу же, когда увижу, — обиженно прокричал про-герой, кинув телефон на диван, всё сильнее негодуя. Он был готов взорвать здесь всё к чертям собачьим, — сраный Деку, блять!       Крик и мат стоял по всей квартире. В гостиной начался погром мирового масштаба, пока туда не соизволила заглянуть Урарака, что с непониманием смотрела на своего парня.       — Качан, — раздался её тихий голосок, — ты будешь кушать?       — Да пошел он нахуй! — орал как резаный Кацуки, чуть не пробив в стене дырку, — пидор несчастный! Да, наверное, сам жопу всем подставляет!       К такому Урарака давно привыкла, хотя иногда непонимание некоторых действий блондина у неё присутствовало, особенно когда дело доходило до погрома, что к концу мог превратиться во что-нибудь ужасное. Поэтому строительной бригаде Очако звонила чаще, чем матери родной. Им уже давали скидку, как постоянным клиентам. Из-за подобных выходок телефон Урараки всегда был при ней в кармашке шорт, чтобы позвонить сразу, как только случается погром в квартире. Ваза, что подарила мама Кацуки, когда узнала об их отношениях, вдребезги разбилась, вода вытекла на паркет, а цветы, раскидались по всему полу.       — Успокойся, Качан, — произнесла шатенка, медленно подходя к про-герою, что весь полыхал от злости, — а то такими темпами квартиру уже никакая бригада не спасет!       И почему-то Кацуки прекратил, опустив руки. Пыль стояла столбом, а множество цветов, которыми спонсировали Бакуго-сан и Очако-сан, уверяя, что дома у них полно зелени, были, лежали на полу.       Начало их отношений стало своеобразной легендой, что шла по академии UA, откуда выпустились оба про-героя. О них никто не знал, кроме родственников и близких Кацуки и Урараки. В основном со стороны Урараки это были: её подруга детства и светлой юности Мина Ашидо, а также друг, с которым она выпустилась из академии — Иида Тенья, по прозвищу Ингениум, что работает в агентстве их семьи. Всё, больше никто не знал. Со стороны Кацуки знал друг, с которым он общался в академии. Киришима был единственным, после Урараки конечно, кто терпел взрывной темперамент Бакуго, часто получая по башке от блондина. Красный бунтарь довольно быстро прославился из-за его приятного характера, за что дети особо полюбили этого героя. Кажется, он в отношениях с Миной... Ну, так блондину сказала Урарака.       — Этот уебок, — раздался голос Кацуки, а следом и скрип — тот сел на диван, что пережил атаку гнева, — скоро допляшется! Я лично приду к нему на работу и уебу нахуй!       — Ты о молодом талантливом журналисте Мидории Изуку? — переспросила девушка, садясь рядом с парнем, положив голову ему на мощное плечо. — Он вроде бы хорошо пишет о героях! Такие интересные статьи!       — Не знаю, что ты читаешь, но он, блять, считает меня пидорасом (а это не так??? п/а)! — орал злой, как чёрт, блондин, чуть ли не взрываясь. — Понимаешь? Сколько можно терпеть?       На этот счёт девушка ничего сказать не могла. Она просто промолчала, проведя рукой по блондинистым волосам, что торчали в разные стороны, словно от взрыва.       — Я хоть сейчас готов убить этого подонка! — продолжил свою тираду Качан, готов вновь разгромить квартиру так, что от неё останутся одни лишь щепки. — Завалюсь и убью нахуй!       — Успокойся, Качан, — начала Урарака, вновь проведя рукой по волосам, — успокойся. Ты же понимаешь, что такое поведение будет стоить тебе репутации? Герой номер один убил журналиста!       — И что ты предлагаешь? — недовольно фыркнул Бакуго, взглянув на девушку. — Поговорить с ним? Сказать, какой он, блять, молодец?       Очако легла тому на колени, прикрыв глаза. Было нечего сказать, но хотелось как-то поддержать. И всё же, что-то подсказывало ей, что от слов получилось бы ещё хуже.       "Главное, чтобы он не узнал про то, что куча артов и фанфиков уже про них написано, особенно где они ебутся!" — подумала первым делом Уравити и раз пятнадцать перекрестилась, моля об этом бога.       — Может обмануть его? — произнесла Урарака. — Сделать так, чтобы он больше не лез в личные дела героев?       — И как ты предлагаешь это сделать? — озабоченно спросил Бакуго, проводя рукой по мягким волосам девушки. — Я весь внимание.       — Для этого нам нужен Шото, — она начала осторожно говорить, но сразу же комната наполнилась криками и орами от Бакуго.       — Этот двумордый! — Кацуки орал, как ненормальный. Казалось, что скоро соседи будут звонить в психушку. — Да хоть убейте, но ни за что!       — Но, Качан, — прошептала Урарака, пытаясь вставить хоть слово, но чувствуя руку блондина на бедре, — нам это нужно для плана!       — Давай не сейчас, — раздался голос парня который, повалив девушку на диван, стал сверху, — не сейчас, круглолицая. Мы слишком долго не виделись.       Долгий поцелуй. Покусывая пухлые губы Урараки, Кацуки спустил руки на талию девушки, снимая с неё футболку с каким-то глупым принтом в виде динозавра.       — Качан, — раздался хриплый голос Урараки, когда губы Бакуго коснулись её нежной шеи, оставляя багровые засосы. Из губ вырвался протяжный стон.       Следом, рука Кацуки расстегнула бюстгальтер, кинув его на пол. Губы кусали бледную кожу, оставляя засосы и укусы. Девушка выгибалась, соприкасаясь с его телом, стонала в голос.       Бакуго усмехнулся, стянув с себя футболку, оголив накаченное тело, покрытое множеством шрамов от битв. Дыхание стало тяжелым, особенно когда он глянул на обнажённую девушку, что лежала под ним. Тот возбудился, словно животное, а член стал твердым.       — Хочу тебя, — прошептал Кацуки, дотронувшись рукой до затвердевших, вставших сосков, — полностью и без остатка.       — Ка-а-чан, — простонала в голос Уравити, когда губы коснулись сосков на груди, а дыхание стало прерывистым и тяжелым.       Ток словно прошиб тело, заставляя биться в конвульсиях и в экстазе. Пот градом стекал с них, а возбуждение, казалось, нарастало с неведомой силой. Особенно это было у Кацуки, что дрожащей рукой стягивал штаны, а следом и трусики Урараки, которые все уже были мокрые.       — Ты возбудилась не на шутку, — дрожащим голосом проговорил Бакуго, наклонившись к лицу девушки, — мокрющая вся.       — Кто бы говорил, — пыталась съязвить шатенка, но вновь застонала, когда его руки коснулись клитора (пацаны,сорьке,я ору. п/а), отчего та выгнулась, прикусив нижнюю губу.       Рука прошлась по чувствительной коже, заставляя Урараку сильнее выгибаться, а выделения стали сильнее. Ноги тряслись, как и само тело.       — Хватит играться, — хрипло отозвалась девушка, когда ласки Бакуго участились, — войди в меня! Возьми меня всю!       — Что прости? — Кацуки как назло играл с ней, горько усмехаясь. — Не расслышал.       — Войди в меня, прошу, Качан! — крикнула Урарака, застонав при этом еще сильнее, когда Кацуки коснулся губами внутренней части бедра. Девушка выгнулась сильнее, а тело тряслось, словно в оргазме.       — Как скажешь, круглолицая, — усмехнувшись произнес Кацуки, стянув с себя трусы и подставив набухший половой орган ко входу Очако.

***

      Мидория допивал пятую чашку кофе, продолжая сидеть за монитором компьютера. Глаза болели, слезились, а белок приобрел красный оттенок. Документы с докладами стопкой лежали на столе. Это были все работы за последние пару месяцев, что он провел в геройском мире.       Мидория Изуку родился без причуды. Когда его все сверстники могли показывать свои квирки, он стоял в стороне, с завистью смотря на детей, покусывая губу. Особенно на Качана. Почему он родился без причуды? Как так вышло?       Наверное, поэтому Изуку и стал журналистом — назойливым, противным сплетником, который словно мстит всему геройскому миру за такой прокол.       У Мидории было всё, чтобы стать хорошим репортёром — миловидная кукольная внешность, ум, сообразительность, а также интерес к миру героев. Сколько раз ему удавалось пройти туда, куда ни одного журналиста не пускали — только один взмах ресницами, миловидная улыбочка и вся слава доставалась ему. Не чудесно ли?       И сейчас он доделал статью о Тринадцатом, что спас от цунами тысячу человек. Брать у него интервью было неким очередным трофеем в его коллекцию, который заставлял завидовать каждого работника СМИ.       — Эй, Мидория-кун! — раздался голос Каминари — его напарника и оператора по совместительству. — Ты как там? Не уснул?       — Да вроде пока нет, — раздался голос Изуку. Он широко улыбнулся. — кофе неплохо справляется!       — Ну это явно хорошо, — блондин поправил свою футболку, посмотрел на парнишку, а следом и на его рабочий стол, который был просто усыпан яойной мангой с яркими закладками. — Слушай, может перекусим?       — Я не против, впринципе, — произнес Мидория и достал из ящика свой обед, что давно уже превратился в ужин. — Не ел с самого утра, так что я совсем не против, Каминари-кун!       Рукав черной рубашки оголил бледную кисть парня, что была вся в шрамах. Да, Мидория скрывал их по какой-то причине, никому о них не рассказывал, даже Денки.       Столовая, где работали Денки и Изуку, была довольно просторной. Народ кишил там, словно это не общественное заведение, а огромный муравейник. Каждый был чем-то занят и не сидел на месте, а то ведь так можно и хорошую долю счастья упустить!       Столы были на удивление свободны, хотя в это время обычно все и вспоминали, что обед-то давно уже прошел! Именно поэтому все направлялись сюда.       — Эй, Каминари, — начал Изуку, когда те сели за стол, — мне нужна твоя помощь.       — Если ты опять про этих двоих, то я пас, — пробубнил Каминари, продолжая жевать сэндвич. — Я не для того высшее получал, чтобы всякую гейскую порнуху снимать!       — Ну Каминари-кун, — протянул мальчишка, взглянув на друга, — прошу, очень нужно! До меня дошли слухи, что Качан и Тодороки собираются в отель "Любви"!       — Это всего-лишь слухи, — возразил на это блондин, — им не всегда нужно верить!       — Но, это правда! — возразил только на это Мидория, — Тцу-чан сообщила мне про это, а она никогда не врет!       — Всё равно я пас, — отрицательно произнес Каминари, — не хочу на это глядеть.       — Но хентай-то ты смотришь! — возразил на этот счет Изуку, ставя в неловкое положение парня, который залился краской. — Так что и с этим тебе не составит труда помочь!       — Смотреть в экран и видеть в живую — это разные вещи! — возразил Денки. — Да и к тому же, я на девчонок люблю смотреть!       — Ну хотя бы камеру, — заныл по новой Мидория. — Прошу, хотя бы камеру!       — Нет, — отрицательно качает головой Каминари, но ровно до тех пор, пока на стол не летят пару новеньких зеленых купюр. — Ладно, твоя взяла! Дам я тебе камеру на эту хрень!       Казалось бы, счастью не было предела. Мидория готов был станцевать румбу прям здесь, наплевав на усталость, а также на мнение остальных ребят. Всё это казалось сном!       "Я докажу, что они геи!" — подумал про себя Мидория, улыбнувшись во весь рот.