Пустота

Зачем я спас его? Что это дало? Что принесло? Какой от этого толк? Доктор убил человека, чтобы спасти Азриэля из-за того, что он не видел, чтобы цветок заслужил смерти. Пусть даже он и творил ужасные вещи... Но это был виноват не он. Однако человек не смог этого разглядеть и понять. Но Гастер мог. Вообще он начал многое понимать... Но теперь, убив человека, доктор сделал свой выбор... Убив впервые, да ещё и так молниеносно, сразу учёный практически и не почувствовал ничего. Но сейчас отвратительные ощущения заполняли всё естество доктора. Жутко мутило, казалось ещё чуть-чуть и его вырвет. Но Гастер держался. Он просто должен принять это и жить дальше. Он должен был оставаться сильным. Теперь его жизнь, видимо, снова круто повернётся... Гастер решил уйти. Снова вернуться в Пустоту. Там никто не пострадает из-за него... Там никто его не увидит, никто о нём не вспомнит... Пустота и тьма заменят ему всё и всех. В этом и был плюс этого места, она забирала всё, чем был связан доктор в прошлой жизни, но в то же время давала новую. Новую жизнь, новую связь. Оказавшись в Водопадье перед той самой серой дверью, доктор бесшумным движением руки тихо распахнул её. Темнота встретила его мягким чёрным мраком, маня внутрь, гостеприимно распахивая пустые объятья, радостно встречая старого друга. Гастер и не думал, что он действительно соскучится по этому месту... Шаг вперёд, и учёного обдало приятной сиюминутной свежестью, приятно обволакивая тело целиком. Доктор расслабился. Теперь он мог ни о чём не думать, ни о ком не заботиться. Здесь только он и Пустота. Пустота, что стала для него домом. Гастер брёл точно вперёд, уставившись в пол. Как далеко он сможет зайти? Это место ведь бесконечно, да? Неприятные мысли всё равно нескончаемо посещали голову учёного, словно нарочно издеваясь над ним. Доктор вспоминал свою жизнь. Вспоминал свою работу. Вспоминал исследования и интересные открытия, сделанные им. Вспоминал, как король спускался к нему в тёмную лабораторию и вместо своего любимого чая приносил специально для доктора кофе, принуждая сделать перерыв. Гастер вспомнил, как Азгор всегда находился рядом и ободрял его, когда что-то шло не так, как он хотел; как радовался вместе с ним при его успехах. Пусть король и не всегда понимал, что делает его учёный, но он всегда его поддерживал... Это грело. Почему-то только сейчас... Но теперь этого больше никогда не будет. Короля больше нет, а Гастер... Гастер больше не сможет стать прежним... Доктор вспомнил маленького Азриэля, у которого была на редкость тёплая улыбка. Но улыбался он нечасто. Учёный видел его всего пару раз, когда король приходил в лабораторию, беря его с собой. В основном, принц скромно прятался за отца и с испугом посматривал на доктора в белом лабораторном халате, что не вызывал у него доверия. Учёный всегда старался ему улыбнуться, но Азриэль ещё больше пугался, прячась за длинной фиолетовой мантией отца. Гастер усмехнулся своим воспоминаниям, продолжая копаться в памяти. Он вспомнил Санса, весельчака-скелета, что всегда улыбался не зависимо от ситуации и искал, где бы подзаработать, пробуя себя во всех сферах. Да уж, кем только он не устраивался. И продавцом хот-догов, и арендодателем телескопа, и наблюдателем КППа, и ещё много кем. Однако зачем ему были нужны деньги, доктору оставалось только предполагать. Да и вообще в этом скелете крылось ещё много загадок. Отчего-то он всегда появлялся в самое подходящее и выгодное для него время и так же мгновенно мог исчезнуть... Или во время битвы, если Санс был не в лучшем настроении, его глаза становились либо пустыми, либо левый глаз зло горел ярко-голубым цветом, да и вообще атаки скелета не были похожи на обычные, они были...куда более смертоноснее. Хотя скелет дрался в самых исключительных случаях. В основном, он предпочитал свести всё шутку. На самом деле, он был тем ещё лентяем. И всё же что-то такое в нём всё-таки было... Ещё Гастер вспомнил брата Санса, Папайруса. Весёлый парень, мечтавший стать членом королевской стражи, из-за чего он постоянно держался неподалёку от Андайн, что являлась её капитаном. Вся эта троица так или иначе всегда держалась вместе, временами подкалывая друзей или заботясь друг о друге. Казалось, что они были...счастливы. Большего доктор вспомнить не мог. Ему не хотелось больше думать обо всём этом. Все, кого он знал, были такие радостные. Они любили друг друга, заботились, переживали о своей семье или друзьях. А Гастер в противовес этому был одинок и никому не нужен. Это наводило тоску и уныние. Доктору хотелось их увидеть. Увидеть своих знакомых, хоть как-то поучаствовать в их жизни, пусть даже он просто будет молчаливо стоять рядом, но этого так хотелось. Учёного сжигало желание. От бессилия, что он не может себе этого позволить, доктор вздохнул и развернулся. Но как только он это сделал, в его спину ударил слабый искусственный свет. Гастер с интересом посмотрел назад. На уровне его глаз в воздухе находился большой прямоугольный экран. На нём был изображён Санс, что сейчас дремал на своём очередном месте работы в Снежнеграде (видимо из-за этого ему и приходилось менять их так часто). Гастер с интересом наблюдал за происходящим на экране. Спустя несколько секунд скелет открыл глаза и, удостоверившись, что за ним никто не наблюдает, словно сквозь землю провалился. Экран зашумел, но почти сразу восстановил картинку. Здесь скелет пожимал руку...человеку. Гастер непонимающе пожирал взглядом экран. Неужели ещё один? И так быстро? Странно. Но доктор старался сохранять спокойствие и продолжал наблюдать за парой, показанной на экране. Человек как-то странно выглядел, даже Санс это заметил, сделав небольшой акцент на этом в диалоге с ним. Но видимо тот, к кому это было обращено, не видел особой в этом проблемы и ничего не отвечал и вообще вяло реагировал на всю болтовню Санса. Доктор даже сквозь экран почувствовал, что скелет не был этим доволен. Но придержав своё мнение, он вместе с человеком прошёл дальше. Скелет, приметив своего брата, предложил человеку подыграть Папирусу, объясняя это тем, что тот мечтает поймать человека. Однако тот снова отстранённо промолчал. На этом Гастер потерял нить происходящего. Он неожиданно вспомнил, что экрана до этого не было, он просто взял и появился из...Пустоты. Доктор представил ещё один экран сбоку от первого. Через мгновенье желание доктора было исполнено. Ещё какое-то время спустя, довольно большое пространство вокруг учёного заполнилось многочисленными изображениями всех известных ему монстров. Каждый отображал того, ради кого и был создан экран, и всё происходящее вокруг него. Иногда получалось, что на нескольких экранах показывалось одно и то же. Это означало, что эти монстры проводят время вместе. Теперь и Гастер был вместе со всеми ними. Он был рядом и в то же время был на безопасном для них расстоянии. Он нашёл выход. Свой собственный. Проведя так за нескончаемым наблюдением, Гастер никак не мог оторваться. Ему было всё любопытно. Всё интересно. Он бы мог просидеть так ещё очень долго, но, как ему вдруг показалось, что-то словно пищало где-то рядом с ним. Как надоедливый комар. Писк не думал униматься. Через какое-то время, обыскав всё пустое пространство, что его окружало, доктор понял, что его зовут. Вот только откуда? И как? Здесь же не мог никто находиться... Но всё ярче это чувствовав, учёный решил, что нужно попытаться найти зовущего. Вот только кто это мог быть? За всё это время Гастера видели лишь трое, а значит только эти трое были точно уверены в его существовании. Азгор, человек и Флауи. Первые двое сразу отпадали. Стало быть...доктора звал цветок? Бессмысленно. Гастер взмахнул рукой, заставляя появиться ещё один экран, показывающий Флауи. Цветок находился там же, где они виделись в последний раз. У барьера. Растение беспомощно что-то неразборчиво выкрикивало в Пустоту. Возможно, из-за этого Гастер его и услышал... Доктор хотел было переместиться к Флауи, чтобы понять чего тот хочет, но вдруг изображение экрана начало быстро меняться, словно проматываясь в ускоренном режиме вперёд. Через какое-то время оно снова пошло как надо, но уже совсем на другом моменте. Моменте смерти Флауи. Человек, которого он недавно видел с Сансом, жестоко бил цветок, сразу после мольбы последнего сохранить его жизнь. Ударив один раз, человек не успокоился и наносил удар за ударом, пока от Флауи ничего не осталось. Это... Это было будущее растения? Неужели Пустота и правда знала всё? Гастер мог только удивиться и подумать о том, что в этом мире есть чему учиться... А ему даже есть у кого... Пустота показывала все свои возможности, все свои секреты. Совершенно добровольно, по собственной воле. Доктор не мог понять, почему он "достоин" такого? Почему он? Разве он отличался чем-то от кого угодно другого? С самого начала его главным вопросом было: Почему он остался жив здесь? Это место напоминало ему чёрную дыру. Учёный знал, что внутри них время идёт совсем по-другому и реальность воспринимается вовсе не так. Но из дыры выбраться было невозможно. Это было неоспоримо. А вот Пустота... Либо здесь всё было куда сложнее и сравнение с чёрной дырой здесь было неуместно, либо Пустота сама отпускала доктора, прекрасно зная, что тот вернётся. Запомнив момент со смертью Флауи, доктор показался в Пустоте у барьера, где золотой цветок беспомощно звал Гастера. Заметив того, кого он неустанно звал, Флауи поднял свою головку на тёмный силуэт, с трудом видя очертания фигуры. - Ооо, ты пришёл. Мой тёмный герой. Я долго думал о твоём поступке и, несмотря на то, что прошло уже несколько лет, решил поблагодарить тебя... - цветок, не зная как правильно обращаться к учёному, с благоговением и благодарностью смотрел на неизвестного для него монстра. - Несколько лет? Какой сейчас год? - тихо спросил доктор. - 202X, мой спаситель, - удивлённо пролепетал цветок, не понимая в чём, собственно, дело. Опять. Опять доктор потерял ощущение времени, а прошло его немало. Теперь появление человека не было столь удивительным. Всё же с того момента прошло почти десятилетие. - Спаситель? - переспросил Гастер. Он понимал, о чём говорил Флауи, но не считал себя героем. Что сделано, то сделано... Пусть даже под давлением импульса. - Да, ты же спас меня от человека, когда я сам потерпел поражение. Я лишь хотел поблагодарить тебя и... Я, я могу тебе пообещать, что больше никогда никого в своей жизни убивать не буду и даже... - Не стоит, - Доктор неожиданно прервал итак волнующегося Флауи, - Я не потому "спас" тебя. Ты можешь делать, что хочешь. Меня это не касается... - Но как же? А почему тогда ты спас меня, тёмный герой? - Не...называй меня так. Я не герой, - Гастер раздражительно фыркнул. - Как мне к Вам тогда обращаться? - Доктор. - Доктор? - Да. - Х-хорошо. Почему же тогда Вы спасли меня, док? - всё не унимался Флауи. - Возможно, я сделаю это ещё раз... А точнее сейчас. Защищать тебя я больше не буду. Ты уже видел другого человека? - Гастер не ответил прямо, переводя тему. Ему не хотелось объяснять свои мотивы. Почему-то он думал, что его не так поймут. Если поймут вообще. Да и, это было сложно объяснить. Просто так было правильно. - Да! Он мне понравился. В нём не было никакого сострадания. Он убивал без разбора! Он не пощадил ни одного... - Он убьёт тебя, - доктор снова прервал захлёбывающегося от переизбытка чувств цветка. - Чт-что? - Флауи точно не ожидал такого. На самом деле в голове он уже давно построил план, как они вместе с этим человеком, с его силой, покажут Подземелью всю суть этого мира. Поэтому слова доктора, крайне удивили его. Такого он точно не ожидал услышать. - Он убьёт тебя, если ты попробуешь втереться к нему в доверие. - Почему Вы так решили? - Я видел это. Я видел твою смерть. Я видел, что бы ты сделал, что бы ты сказал, видел, как ты молил его не убивать тебя, видел, сколько ударов он нанёс тебе, видел, что после этого от тебя ничего не осталось... Я не хочу вмешиваться в эту временную линию, но раз уж я уже это сделал из-за тебя...не пренебрегай моими словами... Но верши свою судьбу сам. Я и так сказал слишком много, - Гастер, не желая слушать что-либо ещё, отвернулся от цветка, растворившись в темноте. - Но как же так..? - расстроенно пискнул цветок уже в пустоту.