Я Белого Волка ищу

От автора:       Мои дорогие и любимые читатели!       Прошу еще раз обратить ваше внимание на то, что данная работа написана в жанре "Омегаверс". А посему я попрошу вас воздержаться от негативных комментариев. Не нравится жанр - не читайте работу. Не нужно высказывать мне в отзывах, что это "ужасно и отвратительно". Те, кто меня знает, знает и то, что я люблю извратиться над своими героями. И да, мне этот жанр очень близок. Я вижу особую красоту в животных инстинктах, которые главенствуют над героями в данной вселенной. Это честно и волнительно (главное в таких экспериментах - грамотно и красиво описать мир омегаверса, тогда он зайдет на ура). И я надеюсь, что у меня это получилось и что найдутся люди, которые оценят работу и порадуют хорошими отзывами (критику принимаю только по орфографии и пунктуации, редко - по стилистике). Пожалуйста, уважайте мои чувства, как я уважаю ваши, заранее предупреждая о содержании текста.       Моим постоянным читателям большой привет) Всех люблю! Пожалуйста, напишите мне пару слов, я буду очень ждать!

С уважением, М.К.Б.

- Ты безумна, моя страсть, Жестокая грёза — любовь, любовь. - Ты безумна, безукоризненная лгунья, Сказала, что спасёшь меня — любовь, любовь. ... - Ты безумна, моя страсть, Опасная игра — любовь, любовь. - Ты безумна, безукоризненная лгунья, Просто спаси меня — любовь, любовь. Едва взглянув в твои глаза, мне стало ясно, Что придётся принимать любую твою ложь. - Я никогда не говорил, что буду твоим возлюбленным. - Я никогда не говорил, что буду твоим другом. - Я никогда не говорил, что не выбрал бы другого. - Буду твоим возлюбленным - Никогда! Любовь — безумство...

Thirty Seconds To Mars feat. Halsey - Love Is Madness

      Серебряный хвост мелькает меж темными, поросшими мхом стволами деревьев и вновь исчезает в густом тумане чащи. Я пытаюсь перебраться на другой берег, но сильный поток реки, которую я перехожу вброд, неумолимо сбивает меня с ног. Бурлящая вода хлещет по голеням и бедрам, я хватаюсь за камни, выглядывающие острыми пиками из-под ледяных волн, но, как не пытаюсь, не могу сдвинуться с места. Опять застрял посреди реки, отплевываясь от грязи, лезущей в рот вместе с брызгами воды. А белый волк, вновь появившийся на другом берегу, зло сверлит меня своими пронзительными желтыми глазами, будто предупреждая, чтобы я не смел приближаться к нему. Он скалит зубы, рычит, шерсть на его холке встает дыбом, преображая зверя до мурашек на коже. Он опасен и непредсказуем, но я почему-то не чувствую страха. Нет, только восхищение, истинное восхищение зверем и восторг при взгляде в дикие, сверкающие яростью глаза. И тяну к нему свою онемевшую от холода руку, чтобы... вновь проснуться.       Яркий солнечный свет бьет в глаза, и я морщусь, прикрываясь ладонью. Я снова уснул на рабочем месте. Кости ломит от неудобного положения - я отключился прямо в офисном кресле. Сейчас самый сезон, поэтому работы немерено. Лето - пора свадеб, а это значит, что я еще не раз усну за своим столом, склоняясь над горой заказов, легших текстом на белые листы бумаги. Даже осенью не будет покоя, ведь пока Токио владеет тепло, свадебная суматоха и не подумает стихнуть. Но это к лучшему.       - Господин Матсумото?       Я встряхиваю головой, пытаясь прогнать остатки сна. Месяц. Вот уже месяц мне снится один и тот же сон. Сон о белом гордом волке, готовом разорвать нарушителя его уединения в клочья. Почему же я так отчаянно тянусь к этому зверю?       - Доброе утро, Ютака-кун.       - Вы снова уснули за работой? - мужчина хмурится и недовольно качает головой. - Так вы совсем зачахнете! Посмотрите на себя - бледный, с синяками под глазами. Нельзя же так себя изводить!       Я хмыкаю, невесело улыбнувшись в ответ. Этот парень... он всегда так заботится обо мне. Да и об остальных сотрудниках свадебного агентства. Моего свадебного агентства. И в то же время он совершенно не заботится о себе. Такой вот человек - последнюю рубашку отдаст ближнему, а о себе и не подумает. Он добрый и отзывчивый, но все же, не следует так щедро растрачивать себя на других людей. Это чревато последствиями.       - Сам-то когда в последний раз высыпался? - спрашиваю я, потягиваясь. Кости захрустели. - Тебе нужен отдых. Уже месяц работаешь без выходных, верно?       - Ничего мне не нужно! - вздергивает бровь Ютака. - К тому же, вы без меня тут совсем сгинете! Ну, что это такое? Костюм помялся...       - Сколько времени? - перевожу тему, ища глазами часы на стене. Десять утра. Стоп. Десять? - Почему ты не разбудил меня раньше?       - Вот еще! - фыркает мужчина, сложив руки на груди. - Вы и так по четыре часа в сутки спите!       - У меня клиенты, - я прижимаю ладонь к гудящей голове. Вот черт. - И много работы!       - Я все сделал! - не унимается Ютака. - И вообще, времена, когда мы с вами пахали как проклятые, давно минули. Сейчас у вас внушительный штат сотрудников. Положитесь же на нас, наконец! Иначе нам начинает казаться, что мы просто протираем штаны за своим рабочим местом! Даже зарплату неудобно получать!       - Ютака-кун...       - Мы больше не бедные мечтатели, Матсумото-сан. Мы крупнейшее в Токио агентство по организации свадебных мероприятий. И лишь благодаря вам я могу дышать свободно и ни от кого не зависеть. Позвольте же мне вернуть долг!       Это правда. Ютака - Омега. И я тоже. Страшно вспомнить, как много нам пришлось пройти, чтобы вырваться из этого порочного круга и добиться признания и уважения общества. Этот мир принадлежит Альфам, социальное неравенство и предвзятое отношение. Родился Омегой - родился рабом. Не рыпайся и не высовывайся, твое дело - молча подчиняться и ублажать своих хозяев. На большее не способен. Но я сломал этот стереотип. Я доказал, что могу быть лучше этих самодовольных избалованных ублюдков, которым не нужно из кожи вон лезть, чтобы добиться чего-то стоящего. Никто из этих заносчивых тупиц не был вынужден бороться с обществом, терпеть нападки окружающих его людей и издевательства "сильных мира сего". Никто из них не знает, как это тяжело - карабкаться из грязи наверх, сбивая руки и ноги в кровь. Сколько за свою жизнь я слышал издевок и насмешек? Как много людей говорили мне, что у меня не получится встать на одну ступень с Альфой? Я все преодолел. Я сделал все возможное. И теперь могу ходить по улицам с гордо поднятой головой. Я не раб! И не секс-игрушка. Да чтобы я когда-нибудь связался с Альфой...       - Господин Матсумото!       - Что?       Я смаргиваю, выныривая из раздумий в реальность. Ютака, до того, видимо, что-то мне объясняющий, беспокойно заглядывает в глаза, щелкая пальцами у моего лица.       - Эй, вы в порядке? Может, все-таки, отдохнете? Поезжайте домой, выспитесь хорошенько...       - Все нормально, - качаю головой. - Ты что-то говорил?       - Да, - Ютака неуверенно закусывает нижнюю губу. - У нас новый заказ. Сегодня утром поступил, когда вы спали. Клиент...       - Альфа? - догадываюсь я по нерешительному взгляду коллеги. - Я возьму.       - Может, не стоит? Я могу заняться им сам.       - Нет, - я вздыхаю, сжимая пальцами переносицу. - Альфа не будет работать с простым подчиненным. Мне в любом случае придется браться за заказ самому.       - Это так, - вздыхает Укэ. - Клиент уже предупредил нас о том, что будет работать только с вами. Как же сложно!       Я фыркаю. Очередной самовлюбленный выскочка. Ненавижу Альф. Что они о себе возомнили? Но делать нечего - деньги они платят не малые. Да и репутацию заведения надо поддерживать. Иначе мы рискуем потерять новых клиентов.       - Кто заказчик?       - Сузуки Акира, - мрачно отзывается мужчина, передавая мне стикер с номером телефона. - Тот еще фрукт.       Я закатываю глаза.       - Тот самый?       - Тот самый.       - Хорошо, я перезвоню ему. Можешь идти. И...       - Кофе?       - Пожалуйста.       Ютака кивает и выходит из кабинета. Я же безразлично верчу в пальцах небольшую бумажку яркого желтого цвета, на которой был написан телефон и имя клиента. Желтый - цвет Альфы.       - Час от часу не легче.       Акира Сузуки - один из самых богатых и влиятельных людей в Токио. Вот только все лавры он получил благодаря своему отцу, оставившему сыну в наследство весь свой бизнес - крупнейшую сеть автомобильных компаний-производителей. Сам папаша отошел в мир иной пятнадцать лет назад, когда его отпрыску стукнуло двадцать два. Своевольный, гордый, избалованный мажор... решил жениться? Вот так номер. Его надменная рожа на обложках дорогих журналов и взгляд свысока всегда бесили меня. Звездный мальчик, которому все досталось на золотом блюдечке с голубой каемочкой. Ни капли труда и усилий. И, как назло, он стал моим клиентом. Назло, потому что именно его... я ненавижу больше всех остальных Альф, с которыми мне только довелось встречаться. И пусть я впервые увижу его воочию, а не по телевизору, в очередной программе новостей или передаче о жизни "толстых кошельков", я уже заведомо не переношу его. Но делать нечего, и я поднимаю трубку стационарного телефона, чтобы набрать номер бизнесмена и договориться о встрече.       - Слушаю.       - Господин Сузуки? Доброе утро. Это свадебное агентство "Черный бриллиант". Вы звонили нам сегодня утром.       - Матсумото Таконори?       - Он самый, - дернув губой, но пытаясь не показать своего недовольства голосом, подтверждаю я. - Вы хотели переговорить со мной лично, я прав?       - Правы, - грубый низкий голос. Высокомерный, неприятный, режущий слух. Я делаю глубокий вдох. - Моя невеста настояла на том, чтобы планированием свадебной церемонии занялись именно вы.       - Рад слышать, - я щелкаю мышкой, выводя компьютер из спящего режима. - Вы уже думали над...       - Она уже все решила. Свадьба в европейском стиле. В вашем каталоге - под номером семь.       - "Торжество розовых лилий".       - Оно самое. Звучит ужасно, но ей понравилось. Однако она внесла свои корректировки.       Я скалюсь, сжимая пальцы в кулак. Я потратил несколько лет на создание дизайна той или иной церемонии, в каждом предлагаемом нашим агентством варианте все идеально - от арки над венчальным алтарем до рисунков на скатертях! Каждая мелочь продумана! А эта стерва хочет что-то изменить? Впрочем, я уже много раз сталкивался с подобной безвкусицей. Мне не привыкать.       - Она хочет обсудить этот вопрос лично.       - Мне подъехать? - спрашиваю будничным тоном, принявшись стучать пальцами по столу. Не везет так не везет!       - Буду признателен.       - В какое время вам удобно меня принять? - я машинально раскрываю свой блокнот и вынимаю ручку из кожаного переплета.       - Сейчас она примеряет свадебное платье и вернется домой к полудню.       - Тогда, в двенадцать? - я быстро записываю время. - Могу ли я узнать ваш адрес?       - Конечно.       Сузуки диктует мне адрес своего особняка, и, быстро попрощавшись, сбрасывает вызов. Я делаю глубокий вдох, но все равно бью кулаками по столу в попытке выпустить пар. Он разговаривал со мной так, будто я прислуга! Ничтожная жалкая букашка! Этот урод...       Так. Спокойно. Сделай глубокий вдох, Таканори, ты же профессионал! А Сузуки - просто очередной клиент. Подумаешь, корректировки. Это же мелочи. Зато статус агентства повысится - имя этого ублюдка прославит нас на всю Японию. А как иначе? Ведь "Сам Сузуки Акира" обратился к нам за помощью. Надо пользоваться моментом! В конце концов, если бы я не использовал каждый выпадающий на мою судьбу шанс, я бы сейчас мыл посуду в местной забегаловке, никому не известный и бедный как церковная крыса, а не принимал заказы "хозяинов мира сего" в теплом уютном кабинете. Ну, разве не здорово?       - Матсумото-сан? - вернувшийся в кабинет Ютака ставит передо мной чашку свежесваренного кофе. - Все в порядке?       - Подготовь каталог и документы для заполнения. Я еду в гости к "Его Величеству".       Дорога до особняка была не близкой. Пока я катил по шумным улицам Токио к пригороду, то и дело объезжая пробки и "собирая все светофоры", я вновь и вновь прокручивал в голове не дающий мне покоя сон. Белый волк не выходил из головы. Вот уже месяц - одно и то же видение. И странное томление в теле при взгляде в дикие озлобленные глаза цвета осенней листвы. Я чувствовал беспокойство и непреодолимое желание коснуться зверя, защищающего свои территории от чужака. Я просыпался со странным чувством в груди - то ли тоской, то ли предвкушением. Сердце билось как бешеное, а тело отчаянно тянулось навстречу хищнику. Я знал, там, во сне, что он растерзает меня на мелкие клочки, разорвет мою плоть своими белыми острыми клыками, не желая мириться с присутствием в его мире незваного гостя, но все равно рвался к нему навстречу, словно ничего важнее на свете не было. Я хотел его догнать. Зарыться пальцами в его густую серебряную шерсть. Ощутить ее запах, смешанный с ароматом травы и утреннего тумана... ароматом свободы. Почувствовать жар его дыхания на своем лице. Животные прекрасны. Я всегда восхищался ими - они не предают, не идут по головам, не убивают себе подобных ради развлечения. Честные, следующие своим природным инстинктам, жестокие и грациозные. Животные лучше людей.       Я вздыхаю, замечая на горизонте изогнутые крыши традиционного японского замка. Говорят, что деньги не пахнут. Но это не так. Они пахнут потом и кровью простых работяг, вроде меня или Ютаки. И лишь мы знаем, каких трудов они стоят людям. Богачам не понять. Папеньким сынкам - подавно. Так что засунь свою гордость поглубже в глотку, Таканори, и делай свою работу. Иначе все, за что ты боролся все эти годы, станет бессмысленной тратой времени. Ты выше этих пежонов. Да, все так.       Я подгоняю свой черный Ауди к огромным железным воротам и опускаю стекло, чтобы выглянуть из машины. Охрана. Ну, еще бы. Один из них подходит ко мне и спрашивает о цели визита. Объясняю, дожидаюсь, когда мужчина свяжется по рации с кем-то из особняка, и проезжаю на территорию замка. Уже там, у парадного крыльца, меня встречает прислуга - парень в костюме портье, который забирает у меня ключи от автомобиля, чтобы припарковать его, и горничная, милая девушка в черном платье и белом передничке.       - Господин Матсумото?       - Добрый день, - киваю, улыбнувшись девушке. - Все верно.       - Добро пожаловать, - горничная кланяется, растянув губы в приветливой улыбке. - Я Мэй, личная служанка госпожи Кирихара. Позвольте проводить вас в дом.       - Благодарю. Госпожа уже ждет меня?       - Нет, - девушка открывает для меня двери, пропуская в холл. - Она была вынуждена задержаться в салоне. Небольшие проблемы с платьем. С вами поговорит хозяин.       Я киваю, разрешая Мэй проводить меня в гостиную первого этажа. К слову сказать, дом был огромным, по традиции - широким и просторным, в три этажа. И, как и следовало ожидать, богатым и не в меру пафосным. Пафосным настолько, что уютом тут и не пахло. Картины, вазы прошлых веков, место которым в музее, ковры, дорогая мебель цвета темного шоколада. Свежие цветы на столе, зеркальные потолки... броско и безвкусно. Зато имелся необъятный стеллаж с книгами напротив панорамных окон от пола до потолка. Он был забит книгами и, казалось, трещал по швам от их веса.       - Присаживайтесь. Я приготовлю кофе.       Я кивнул, принимая приглашение служанки и опускаясь в глубокое кожаное кресло. Слишком громоздкое, как по мне.       - Хозяин сейчас спустится. Я уже предупредила его о вашем прибытии.       - Благодарю.       Мэй кланяется и быстро семенит к входным дверям, оставляя меня наедине со всей этой роскошью. Я оглядываю комнату скептическим взглядом. От обилия вещей рябит в глазах. Какая холодная атмосфера, даже камин в европейском стиле не приносит уюта, а наоборот - отталкивает. Как вообще можно жить в таком доме? Мне становится неудобно сидеть в этом дорогущем кресле, которое, кажется, собиралось проглотить меня целиком, и я нервно поднимаюсь на ноги. Уж лучше так. Быстро поправив свой любимый темно-синий костюм-тройку, украшенный искусственными камнями, я бросаю короткий взгляд в зеркальную гладь журнального столика. Тональный крем ловко скрыл следы усталости на лице, а черные тени и бордовая помада - просто прихоть. Мне нравится носить макияж, с ним я чувствую себя лучше, увереннее. Он словно маска скрывает мои истинные мысли и чувства, защищая от таких людей, как Сузуки Акира. К тому же, я с юных лет любил красивые вещи. И впоследствии окружил себя ими, создав собственное свадебное агентство, где все было прекрасно, вплоть до складочек на салфетках. Я знал в этом толк, и потому атмосфера этого места раздражала непомерно. Здесь не было красиво. Нагромождение ценных вещей и произведений искусства вперемешку с дорогой современной мебелью не может быть красиво. Но ничего. Потерплю и эту безвкусицу.       Взгляд вновь цепляется за стеллаж с книгами, и я, отбросив невеселые мысли, подхожу ближе, чтобы рассмотреть корешки печатных произведений. Большинство из них - иностранные. Именитые авторы, некоторых мне даже не доводилось читать. Интересно, чья это библиотека? Навряд ли Сузуки. Этот мажор, поди, и детских книжек в руках никогда не держал. Я усмехаюсь сам себе, потянувшись к старому потрепанному временем томику Шекспира.       - Простите за ожидание. Я...       Я оборачиваюсь на низкий, похожий на мелодию баса голос... и мгновенно проваливаюсь в свой беспокойный сон.       Передо мной снова белый волк. Пронзительный взгляд, угрожающий оскал. Гибкое тело сверкает в лучах бледной луны из-за капель росы, запутавшихся в шерсти. Я бездумно протягиваю руку, чтобы зарыться в нее пальцами, и чувствую, наконец-то, чувствую мягкий мех в своем кулаке. Жаркое дыхание на лице, дурманящий запах свободы, яркий, сильный, будоражащий... сводящий с ума. Он оседает в легких радиоактивной пыльцой, перехватывая дыхание. Желтые дикие глаза, взгляд которых заставляет колени подгибаться, полный гнева рык и ожог от укуса на губах. Я знал, что он съест меня...       Внезапный грохот где-то за пределами сна заставляет меня вздрогнуть. Картина сумрачного леса рассеивается, я смаргиваю образ волка и напарываюсь взглядом на матовое лицо мужчины, в сантиметре от своего собственного. Сознание проясняется, и шок от происходящего прошибает меня насквозь - от пят до макушки. Я понимаю, что меня вжимает в стеллаж крепкое натренированное тело. Чувствую сильные руки под своим пиджаком, нагло уместившиеся на талии, колено между ногами, давление чужого бедра на паху и горячие губы, смявшие мои собственные в грубой ласке. А я... я обнимаю его в ответ, комкая в пальцах непослушные, вытравленные краской волосы.       Ужас, родившийся глубоко в груди, отражается и в карих глазах напротив, и я резко отталкиваю от себя хозяина этого дома, задыхаясь от охвативших меня чувств.       Нет. Нет! Этого не должно было случиться! Только не со мной!       - Это невозможно! - низкий звериный рык. Сузуки отворачивается от меня, находя взглядом служанку, что уронила поднос с дорогим сервизом, застав нас с поличным. - Пошла вон!       Мэй бросается прочь, перепуганная не меньше моего, а я судорожно пытаюсь стереть с губ чужой вкус, размазывая по щекам бордовую помаду дрожащими руками.       Этого не может быть. Это же просто смешно! Это смешно!       - Ты.       Я втягиваю воздух сквозь сжатые зубы, поднимая на мерзавца полный ненависти взгляд. Чтобы я... с этим ублюдком... ни за что в жизни!       - Почему именно ты?!       Акира вновь оказывается напротив. Он с силой ударяет ладонями по стеллажу, по обе стороны от моего лица.       - Почему именно сейчас?!       - Ты у меня спрашиваешь?! - кричу в ответ на грубый тон. - Будто я в этом виноват! Я тоже...       Запах.       Одурманивающий запах. Голова кругом, мир перед глазами снова начинает плыть. Нет, не могу! Не могу потерять контроль! Не здесь и не с ним!       - Отойди!       - У меня свадьба. У меня невеста! - Акира выплевывает эти слова мне в лицо, даже не думая выпускать меня из ловушки своих рук. - А ты...       - Что я? - хрипло перебиваю мужчину, упирая ладони в его грудь. - Это твоя избранница выбирала свадебное агентство. И это она задержалась в салоне за примеркой этого чертового платья! Если бы она вернулась вовремя, ничего бы не произошло! Мы бы вообще могли никогда не встретиться! Черт, да отойди же от меня!       - Не могу.       Сузуки сверлит меня обезумевшим взглядом, тяжело дыша. Так же, как и я, он на взводе. Грудь ходит ходуном, губы приоткрыты, кожа под моими пальцами горячая и влажная. Наверное, я тоже такой - сейчас?.. Такой же дикий и жаждущий? Похожий на животное... Почему?       - Почему? - шепчу я, отворачиваясь. Мне нужно расстояние. Я должен вырваться! - Это просто детские сказки...       - Придется в них поверить.       Мужчина хватает меня за подбородок, заставляя посмотреть на себя. И одно только прикосновение заставляет мое тело затрепетать в его объятиях. Возбуждение накрывает тяжелой волной, вынуждая хвататься за полки позади, чтобы не скатиться по ним спиной на пол. Не хочу. Только не с ним!       - Не стану! Я отказываюсь верить в это! Истиной пары не существует! - я бью его по руке и все же вырываюсь из разрушительной ауры хищника. Бежать. Бежать отсюда подальше! Но Сузуки хватает меня за запястье и дергает назад, заставляя оступиться и удариться об его грудь своей. Сильная рука вновь окольцовывает мою талию, плотно прижимая меня к накаченному торсу мужчины, а вторая ложится ладонью на щеку, обжигая кожу.       - Твой запах...       - Отпусти.       Зрачки расширены до предела. Я едва держусь в сознании, призывая на помощь здравый смысл - единственное, в чем сейчас уверен. Я не хочу этого. Я не подстилка для Альфы! Я не стану...       - Ты мой.       Я раскрываю рот, чтобы выплюнуть накопившийся во мне яд по отношению ко всем Альфам и одному - в частности, но этот ублюдок пользуется моментом и запечатывает мои губы в новом плотоядном поцелуе. И этого оказывается достаточно, чтобы я потерял последние крупицы самообладания. Ладони вновь зарываются в светлые волосы, язык с жадностью сплетается с чужим языком, и я стону от удовольствия, вжимаясь в разгоряченное тело. Запах росы и волчьей шерсти забивает легкие до отказа.... Свободное падение и жажда. Жажда быть съеденным безжалостным хищником, в чьих руках я рассыпаюсь подобно песочной фигурке. Еще. Глубже. Слаще. Жарче. Хочу...       - Аки?..       Голос за спиной пронзает опьяненную страстью голову подобно выстрелу. Я тут же прихожу в себя и отскакиваю подальше от мужчины, вырвавшись из цепких лап. Оборачиваюсь, заставая на пороге женщину, и нервно сглатываю, замечая пробежавшие по ее щекам горькие слезы. Чехол со свадебным платьем выпадает из ее тонкой ослабевшей руки.       - Простите.       Я бросаюсь прочь, пробормотав это на ходу, и выбегаю из проклятого дома на улицу. Бегу прямиком к машине, не дожидаясь, когда ее подгонит к крыльцу прислуга, падаю на водительское кресло и ударяю по газам. Губы горят адским пламенем, в голове каша. Я до боли впиваюсь ладонями в руль, пытаясь сосредоточиться на дороге. Все тело бьет крупной дрожью... А искаженное возбуждением лицо мерзавца врезается в сетчатку глаз, загораживая обзор. Я рвано глотаю ртом воздух, но не могу успокоиться, и яростный крик вырывается из горла сам по себе, заполняя духоту салона отчаянием.       Это невозможно. Этого не должно было случится.       - Никогда!