1 глава
27 июля 2018 г., 22:06
Двое велогонщиков в жёлтой джерси поймали взглядом большой и яркий знак: до финиша остался один километр. Остался последний километр, который разрешит эту жестокую и утомляющую битву на выносливость и силу духа. Третьегодки подъезжали к финишным воротам уверенно и спокойно, однако так только казалось.
Их никто не преследовал – все остались далеко позади. Кто-то продолжал ехать вперёд, но уже без особого напора – усталость брала верх, а кто-то, выжав все свои последние силы, к сожалению, покидал гонку. Кто-то после такого чувствовал горечь и обиду, а кто-то – облегчение и спокойствие за себя и свою команду.
Велосипедисты, для которых товарищество было одним из важных элементов в гонке, отставали или сходили с дистанции без сожалений, ведь они знали, что их чувства, надежды и мечты всё ещё продолжают движение по этому тернистому пути... только уже на других колёсах.
Единственным правильным решением для команды будет оставить позади уставшего товарища, который отдал всего себя ради того, чтобы его партнёры могли идти дальше. Как бы тяжело и обидно это не звучало, приходилось с этим мириться. Но продолжающие гонку точно знают, что старания сокомандников, которые усердно трудились и боролись до конца, обильно истекая потом, а порой даже и кровью, не были напрасны, поэтому нет смысла досадовать и ругаться. Всё будет в порядке. Финиш близко.
«Твои чувства обязательно дойдут до него, как бы далеко ты не был».
***
Онода ехал на колесе своих товарищей и по совместительству близких друзей: расчётливого и надёжного Имаизуми и Наруко с ярким и буйным нравом. С каждым пройденным метром тревога Оноды нарастала всё больше и больше, тоненькие ручонки паренька охватывала дрожь, а сердце бурно трепетало, но совсем не так, как раньше. В гонках с Манами сердце Оноды всегда бешено колотилось, но тогда было всё иначе: тогда были другие обстоятельства и совсем другой настрой. Сейчас тело пылает, и кровь кипит как-то по-особенному. А всё потому, что сегодня для трёх друзей вот-вот подойдёт к концу их последний интерхай. Проехав знак с надписью «1,5 км», Онода, не в силах сдержать слёз и сбитого дыхания, изумился: – Ребята, это же не сон? Не сон, правда? – Даже я начал думать, не сон ли это. Не похоже на меня, – ухмыльнулся Имаизуми, а потом насмешливо обратился к товарищу сзади, – Наруко, ты там жив? Тот спринт тебя изрядно вымотал. Не покинешь нас? – И-имаизуми-кун, а это не слишком? – такие колкости, пусть и незлые, но ведь перед самым финишем, для Оноды казались неуместными и даже в какой-то степени безумными. Старания Наруко на прошлых интерхаях захватывали дух. Однако сам Наруко, стремясь поярче засиять перед публикой, всё равно не мог выдерживать тяжёлых нагрузок и сходил с гонок. Воспоминания о тех случаях вызывали горечь, но Онода и Имаизуми уже давно отбросили это чувство и уже точно никогда не покажут его своему неугомонному другу. «Не нужно меня жалеть. Я сам поплатился за это, – говорил тогда Наруко, – и я ни о чём не жалею». Наруко молча следовал за Имаизуми с опущенной головой. Ярко-красные волосы, некогда бывшие в необычной укладке, потеряли форму и скрыли его глаза. На лице Наруко вмиг распласталась широкая с оскаленными зубами улыбка, излучающая уверенность и азарт. – Пф, ещё чего! – Наруко выдал кроткий смешок. – Я не собираюсь отставать! Это наш последний раз! У нас ещё есть одно не законченное дело. Онода озарился. – Наруко-кун, та мечта финишировать всем вместе, втроём! – ахнул он, глядя в спину друга. – Мы… – голос Сакамичи оборвался. Дрожь от восторга пробрала парня до кончиков пальцев. Это точно не сон! – Да, – тихо протянул Наруко, – поверить не могу, что мы наконец-то приближаемся к концу... вместе, – он крепко сжал кулак на своей груди. – Я весь горю. Я сейчас взорвусь от нетерпения! – воскликнул он, нацелив взор вперёд. Онода, Наруко и Имаизуми победно устремляют крепко сцепленные руки друг друга вверх, проезжая через огромную жёлтую арку в сопровождении оглушительных оваций; на финише их ожидают группа поддержки, кохаи и бывшие сэмпаи, которые сразу же побегут навстречу и будут кричать, крепко обнимая каждого: "Отлично постарались!", "Вы были такими крутыми!", "Я никогда ещё не видел подобного!" – всё это для троицы друзей было простыми грёзами, но эти грёзы продолжали долгое время с надеждой жить в их сердцах. Нет ничего плохого в этой мечте, да, она немного наивная, да и победитель в гонке может быть только один. Но ведь каждая маленькая мечта имеет право сбыться, так почему нет? Онода почувствовал, что он тоже сейчас вот-вот взорвётся. Но что это за чувство? Его ещё никогда так не будоражило изнутри. Пот ручьями лился с лица, дух перехватило так, будто кто-то намеренно пытался его задушить, тело тяжелело, сознание туманилось, а в глазах темнело всё сильнее и сильнее. Наруко почувствовал прикосновение руки к своей спине. Рука нехорошо дрожала. – Онода-кун? – Наруко обернулся в сторону товарища. Онода с трудом вобрал в лёгкие новую порцию воздуха и... не смог выдавить ни слова. Наруко настороженно выпрямился. Недоумение на его лице разом сменилось на ужас. В таком состоянии он ещё никогда не видел Оноду. Лучше бы и вовсе не видел. Глаза Сакамичи были пустыми, и они продолжали куда-то смотреть, но только не на Наруко, бледная кожа ненормального оттенка, дыхание бешеной частоты. Даже в таком виде Онода пытался как ни в чём не бывало улыбаться, и это не на шутку пугало. Казалось, что, сделав новый вдох, он соберётся с силами и что-то скажет, но у него ничего не получилось. – Онода-кун! Вряд ли что-то изменится за этот последний километр, на велогонках нет места чудесам – Имаизуми и Наруко поняли это, когда увидели, как их вечно робкий, но очень старательный друг медленно отстал и с пронзающим сознание грохотом велосипеда проскользил по асфальту несколько метров. Его неподвижно лежащее на дороге тело сразу же скрылось за поворотом, даже не намекнув, всё ли с ним в порядке.***
– Шустряк, так ты знал? – Да…
