Завтрашний свет

Свет — это ясность. Он отделяет мнимое от настоящего. Понимание приходит со светом. Поэтому я всегда с таким нетерпением ожидаю утра.

      — Мам, мам, смотри! Я нашла иссоп! – яркий детский крик заполнил весь домашний сад, усеянный множеством вычурных растений.              Подбегая к беловолосой женщине, ребенок азартно улыбнулся, протягивая раскрытую ладонь, на которой покачиваясь трепетно шуршали листья растения. Вытянутое растение с продолговатыми листьями и ветвистыми стеблями, блондинка с ожиданием взирала на мать. Цветки имели большей частью васильковый окрас, под лучами солнца переливаясь в лавандовый.       — О, милая. Это не иссоп – это шалфей,– присев на корточки, женщина мягко улыбаясь, погладила свою смышленую дочурку по белёсым волоса.       — Да? Но они так похожи, а какая разница если они внешне одинаковы?– взгляд белых глаз с недоумением прошлись по растению, после вновь возвратились к женщине.              Непроизвольный смех вырвался из лёгких. Такой нежный и спокойный, что невозможно было не залюбовался.       — Хахах, Акира, то что растения похожи внешне не делает их свойства одинаковыми.       — Как это?– все так же не понимала девочка.       — Хм, давай тогда на примере объясню.       Выпрямившись, женщина осмотрела вокруг себя цветущий сад наполненный большим разнообразием растений: цветы, целебные травы, ягоды, небольшие деревья с фруктами, все это так гармонично смотрелось вместе, создавая непередаваемую идиллию. Вечерами было так умиротворяюще сидеть в небольшой беседке и смотреть на это все. На светлячков, что порхали над листьями и цветками, что создавали впечатление, словно звёзды решили спуститься с неба и осветить своим тускловатым свечение земную гладь.       В купе с этим луна создавала прекрасный палитр оттенков, выглядывая из-за облаков словно пытаясь осветить всё что ей встретить на пути. Так умиротворяюще. Наконец найдя то, что было нужно, женщина быстро подошла к кусту с ягодами и сорвала одну.       — Ну вот смотри – это красная бузина, – удерживая ягоду большим и указательным пальцами, женщина поднесла её так чтобы малышка лучше могла её рассмотреть, – Все части этого растения ядовиты, даже если ты просто потрогаешь её, забыв впоследствии вымыть руки, можешь занести яд через порез, слизистую носа, глаз и рта. Самое интересное, что ягоды черной полностью безопасны в созревшем виде, из них делают напитки и пироги. Это растение провоцирует головную боль, слабость, боли в животе, иногда судороги. Также возможна сердечная недостаточность и остановка дыхания.       Прерывая повествование мама малышки наклонилась к корзине, немного порывшись, достала красную ягоду, держа её на одном уровне с предыдущей.       — А вот это красная калина. Её ягоды по праву заслуживают звание кладовой полезных веществ для организма. Её применяют при профилактики простуды и вирусных инфекций. Полезный эффект обеспечивает большое содержание в ягоде витамина С и антиоксидантов. Калина даже после термообработки сохраняет полезные свойства и помогает укрепить все органы и системы, даёт энергию организму. Калина помогает избавиться от бессонницы и действует как мягкое успокоительное средство. Употребление ягоды поможет справиться с язвами, экземами, гнойниками. Полезна и кора ягоды, из которой готовят настойку, помогающая остановить кровотечения Косточки калины употребляют для восстановления функций кишечника. При постоянном употреблении косточек калины, можно почувствовать себя лучше, организм очищается, в теле появляется легкость, перестают мучить мигрени, исчезает усталость, восстановится сердечный ритм.       Закончив рассказ, женщина, под удивленные возгласы дочурки, высоко подкинула ягоды так, что если проследить за их траекторией солнце несчадко будет слепить в глаза, так высоко они были подкинуты, и быстрым движением кистей накрест поймала их. Медленно раскрывая ладони и, вытянув их как можно ближе к девочке, она задала вопрос:       — А теперь, в какой руке у меня калина, а в какой бузина?       — Ммм,– закусив губу, Акира медленно поводила пальцем по воздуху, указывая то на одну ладонь, то на другую. Немного поколебавшись указала, как она думала, на правильную ладонь,– в п-правой калина?       — Пуф,– легкий щелбан прилетел по лбу малышки, – и ты заработала отравление.       — Чтоооо?– потирая ушибленное место, удивилась девочка.       — Вот видишь. Очень опасно использовать растения, не зная их свойств. Потому очень важно обращать внимание на детали, очень внимательно рассмотреть растение, учесть фактор расположения, влажность и ещё много разных нюансов.       — Вау, мама я тоже хочу быть такой умной как ты! Когда-нибудь я стану хорошим медиком, чтобы как ты лечить людей и найду лекарства от всех болезней! – сверкая глазами произнесла Акира.       Так прекрасно когда у людей есть заветная мечта, которая даёт им стимул идти вперёд несмотря на трудность пути. Они всегда полны энтузиазма, преодолевают столько трудности и с улыбкой смотрят в лица тем кто смеётся над их мечтой. Но что за жизнь без мечты? Разве так плохо мечтать? Ведь те кто заветно верят в исполнение собственной мечты, уже сделали большой шаг к её достижению. Даже если ты мечтаешь о недостижимом, исполняя которую, ты становишься сильнее. Не должна заветная мечта мечтой остаться. Все пути открыты, так вперед!       — Тогда хорошо постарайся.       — Обещаю!

Мы часто жалеем,что жизнь не картинка в журнале,что нашим заветным мечтам не положено сбыться.. ©Ольга Василевская

***

      Одинокий остров полумесяца. Страна Уходящей Луны. Один из самых продвинутых островов в сфере медицины. Но навеки потерянная библиотека знаний о болезнях, экспериментах и лекарствах. Первые результаты экспериментов по созданию искусственного дьявольских фруктов, поедание которого не лишало съевшего терять способность плавать.       Остров находился в полной изоляции от внешнего мира, большая часть остова состояла из нагорья, что давало хорошую видимость моря. В тоже время железное кольцо, вокруг острова, охваченное полчищем морских королей, не позволяло пиратам и Мировому правительству вступить на землю.       Находясь под железным занавесом жители десятилетиями передавали свои знания, а потомки модернизировали. Страна ставшая настоящей угрозой для правительства, территория не поддавшаяся контролю. Слишком много знаний. Слишком похожие на своих предков. Слишком опасные.

***

      Шум? Сквозь пелену на грани сна и реальности едва просачивались звуки.              Крики. Взрывы. Что происходит?       Мысли. Они так беспорядочно бегают в голове. Свет луны бьющий сквозь полуприкрытые ставни, ослепляет.       Луна дрожит. Она плачет. Мама. Папа.              Сознание пробила какофония звуков. Дверь распахнулась, от силы удара вбившись в стену. Запыхавшийся молодой мужчина с ружьем за спиной, воровато оглядел комнату. Отыскав взглядом, забившегося в угол ребенка, тут же ринулся к нему падая на колени. Тело ребенка окатило теплом. Липким и красным, что растекалось с правого плеча, дурно пахнущим, с привкусом металла. Что-то говоря, мужчина подхватил ребенка на руки, прикрыв одной из глаза, помчался вниз по лестнице прочь из дома.       Сквозь пальцы мелькали детали горящих зданий, красным пластом неподвижно лежащих тел.       Крики: проклинающие, отчаянные, злобные, молящие. Крики пробирающие до костей.       Взрывы — оглушающие, выстрелы — точные.

      Луна была полной, луна была кровавой

      — Оставайся здесь, в свете луны! — строгий бас приказывал, — Жди маму и не высовывайся, птица несет смерть, поняла!       — Да — слезы стекали по лицу, а голос дрожал.       Дома было опасно, птицы жгли их вместе с теми, кто там был. Луна могла защитить только снаружи, внутри она была бессильна. Стана была в агонии, она пылала. Мама говорила, что птицы рано или поздно прейдут, где птицы там тьма. Они против Луны.       

***

      Я словно вижу очень страшный сон от которого никак не могу проснуться. Меня всю трясло, пальцы рук словно ломало. Сознание вернуло на несколько минут назад: неразборчивые крики, шум и треск ломающихся досок, а после тупые удары о стену. Обхватываю голову с такой силой, что несколько волосинок падают наземь. Это не реально. Слезы уже обильно стекали по щекам, не позволяя думать нормально. Беззвучно рыдая, я старалась дышать, что получалось отнюдь через раз. Не слушать эти страшные крики. Это не реально. Главное не слушать. Мне страшно. Мамочка, папочка, мне страшно.       

Это не реально?

      Страна плакала и стонала в агонии, красные языки пламени ласкали крыши. Птицы пришли в их дом. Птицы пришли, потому что драконы страшатся. Луну боятся так же, как когда то Солнце и Забытых. Тучи сгущались, ночь будет долгой и мучительной. Ночь будет темной.              — Акира беги!!! — выстрел и тело не добежав опало наземь.

Это реально.

      Небо заволокло тучами. Рядом появилось что-то пугающее, что-то высокое, что-то большое. Перезаряжая по пути револьвер, мужчина в костюме резко остановился. Острый взгляд вперился в место секундой ранее пустовавшем.       — Ребенок? Как ты... — удивленный полушепот был подавлен, — Ладно, думаю тебя будет достаточно, — хриплый голос, был категоричен. Схватив ребенка за волосы, широкими шагом направился в сторону моря, подальше от пылающих крыш. Путь его освещала показавшийся вновь свет с неба. Тело охватило плохое предчувствие.       — У-убери... — с трудом поднимаясь, удерживаясь о накренившийся ствол, шептал — Убери от неё свои руки, — тело подрагивало, но в разрез с этим глаза горели праведным гневом, в них отражался весь гнев Луны, — Ублюдок!       Мужчина закричал, выпуская из рук ребенка. Он корчился и катался по земле, словно горел заживо. Не теряя ни секунды, ребенок кинулся к матери. От неё пахло железом, деревянное тело с трудом стояло, облокачиваясь о дерево.       — Прости моя Луна... Ты должна жить...

***

Королевство Сакура. Остров Драм.

      Маленькая девочка, проснувшись от холода, в страхе стала озираться по сторонам. Укутанная с головой в простынь, малютка не понимала «где она?» «кто она?». В покосившемся домике, которому уже не один десяток лет с дырявыми стенами, не защищавшими от ветра, отсутствовавшими дверью и окнами, крыша, которая удивительно как ещё держалась, сидела девочка и тихо плакала, зовя то маму, то папу. От дуновения ветра малышка плотнее сжалась в простыне. Неудивительно.       Одета легко, не по сезону, явно не отсюда. Летнее белое платьице, хотя от грязи уже было скорее серым, с множеством порезов, в некоторых местах просто содраны куски ткани, полностью содраны рукава, открывая плечи, трудно было назвать это платьем, раньше по длине достигавшие колен, сейчас было укорочено до уровня чуть ниже бедра. Все тело было в грязи, синяках и царапинах. В боку имелся большой порез с уже засохшей кровью, оставив на некогда белоснежном платье багровые пятна.                    Спутанные грязные волосы. Босые ноги также были все в царапинах и кровоподтеках. Если посмотреть со стороны, то можно с уверенностью сказать что на ней не было практически живого места. Некогда наполненные счастьем и беззаботностью глаза, потухли, сейчас в них была лишь пустота и слезы.       Неизвестно сколько она там просидела и сколько просидела ещё, если бы не далеко от домика не проходила старуха, хоть понятие старуха не очень с ней вяжется.       Сначала услышав плач она хотела пройти мимо ибо это никак не касалось её, но по мере удаления от домика плач только усиливался, потому плюнув на всё она развернулась и направилась в место откуда доносился столько невыносимый звук.             Заглянув внутрь она слегка удивилась. Не то чтобы она не ожидала увидеть здесь ребенка, скорее неожиданным было видеть в каком состоянии он находился. Сидела почти что на самом снегу, под ней находились несколько потрепанных газет. «И как такая мелочь от переохлаждения-то не умерла». Мысленно подметила женщина.       — Эй соплячка, ты чего тут делаешь?       Прислонившись к дверному косяку, женщина решила утолить свое любопытство, продолжая внимательно осматривать ребенка. «С виду вроде и не скажешь что сидит она здесь долго». Но девочка словно и не слышала вопроса все также продолжая плакать, вытирая слёзы исцарапанными руками, постоянно что-то бессвязно говоря.       — Эй-Эй-Эй, хорош уже реветь.       Не выдержав женщина подошла почти вплотную к ребенку и как провинившегося щенка подняла за шкирку так, чтобы они могли на одном уровне смотреть друг другу в глаза. Простынь, до сего момента скрывавшая тело ребенка полностью раскрылась, позволяя хорошо рассмотреть девочку. Опешив, малышка на секунду перестала плакать, а после будто разочаровавшись в том что увидела вновь заплакала. Взгляд женщины был прикован к волосам девочки, к грязным, но тем не менее белым волосам.       — Лунариан?! — шокировано произнесла женщина. «Нет вряд ли, крыльев и огня нет и кожа мертвецки бледная. Тогда получается это...». — Эй мелочь, не прекратишь реветь, я тебя без анестезии вскрою.       Зловеще улыбнулась женщина. Малышка, вновь перестав плакать, подняла, покрасневшие от слез глаза, к незнакомой женщине.       — Вы... Доктор? А как вас зовут?       Осипшим голосом спросила малышка, одной рукой вытирая оставшиеся слезы, а другой потирая нос. После они с минуту осматривали друг друга. Закончив осмотр своего будущего пациента, женщина хмыкнув заявила.       — А ты у нас я погляжу смелая. Зови меня Куреха. Так откуда ты у нас взялась? Не похоже, что ты с этого острова.       — Я-я не помню...       Тяжело вздохнув, женщина положила свободную руку на бок и призадумалась, а стоит ли ей взять ребенка себе. Вылечить то она вылечит, а вот что потом с этим чадом делать.       — Хоть звать то помнишь как тебя?       — Акира...       — Ну что-же Акира, пойдёшь со мной лечиться, даже не отказывайся, мои пациенты от меня уходят либо здоровые, либо мертвые.       — Хорошо!       Куреха ожидала какой угодно реакции, но... Искренняя улыбка, глаза словно опять наполнившиеся жизнью от такого она даже слегка опешила. Собравшись, она улыбнулась свой зловещей улыбкой, закинула к себе на плечо «мелочь», как она её теперь называла, и направилась в свой «ведьмин обитель», как его кличили жители острова, а саму же женщину ведьмой. Ох, и сколько ребенку предстоит там выдержать.

— Знаешь, в чем все отличие между Светом и Тьмой?— Не знаю. Этому нас не учат почему-то. Трудно сформулировать, вероятно?— Совсем не трудно. Если ты думаешь в первую очередь о себе, о своих интересах — твоя дорога во Тьме. Если думаешь о других — к Свету.— И долго туда придется идти? К Свету?— Всегда.