Multiplayer

Куджо в недоумении свел брови к переносице, и между ними мгновенно показалось несколько неглубоких морщин. Как они еще не превратились в постоянные — загадка похлеще Бермуд. Хотя внешний вид — кроме, разве что, одежды — определенно волновал молодого биолога в последнюю очередь. Иначе он вряд ли бы так часто связывался со всей этой стендо-галиматьей. — Почему? — негромко спросил он, серьезно глядя на Нориаки. Тот несколько сбавил шаг и пропустил челку сквозь пальцы: — Потому что они еще дети? — А есть градация по возрастам среди юзеров? — Дело даже не в том, что они обладают стендами, — Какёин бросил взгляд за минуемый угол и облегченно вздохнул, — а в том, что в моральном плане это… непросто. — Нам было по семнадцать, — напомнил Куджо, — или год разницы имеет значение? — У нас и завязка была чуть более динамичной, — Нориаки приподнял уголки губ, повернув голову в сторону внушительного друга, — все равно. Ты действительно считаешь, что у нас есть право подвергать опасности мальчишек? — Они не отступят. Как-то мальчишка в одиночку вытащил меня после взрыва, хотя мог и сам плохо кончить. — Коичи-кун? — Какёин не без удовольствия уловил чужое удивление. — В отношении кого-либо еще ты не выделил бы это «в одиночку» так явно. Джотаро неловко потянулся к козырьку. Его спутник сдержанно улыбнулся. Улыбка со вздохом пропала с его губ спустя семнадцать шагов. — Мы что-то упускаем. Куджо в молчаливом ожидании покосился в его сторону. — Мы проверили почти всех, Джотаро. Осталось трое. Что, если Киры нет среди них? — Кавадзири Косаку более чем подозрителен. — Из-за одной только фотографии? Тогда с него стоило начинать. — Убийств больше не было. Если мы выдали себя, он в любом случае прижмет хвост… — Но рано или поздно покажется, — закончил за него Какёин. Какое-то время оба молчали. — Насколько, по-твоему, Джоске надежен? — Надежнее деда, — почти не раздумывая, бросил Куджо. Проницательность вовсе не входила в число его достоинств, однако любой, кто знал Нориаки хотя бы с пару недель, сумел бы прочесть его реакцию: чуть прищуренные глаза, сжатые губы, быстрые взгляды вверх и в сторону, когда он слишком тщательно подбирает слова… А еще поглаживание щеки и касание оправы очков одновременно в ответ на непозволительно долгие, и потому раздражающие взгляды в его сторону. Только сейчас очков на нем не было, и жест этот вышел весьма неуклюжим. — Что? — Какёин приподнял бровь, тщательно скрывая недовольство. — Вы двое. Что не так? Молчание. Джотаро ожидал брошенный мимо взгляд. Просчитался. — Он постоянно спрашивал о тебе. В чем дело? — Если бы ты говорил чуточку больше, — Нориаки едва заметно усмехнулся, — то знал бы, что из тебя не такой уж плохой рассказчик. — Какёин, — безрезультатно давил человек в белом. Когда Куджо остановился у перекрестка напротив станции, его собеседник в том же темпе ступил на лестницу надземного перехода и, не оборачиваясь, махнул на прощание рукой. Джотаро доверил ему одиночное наблюдение за уже прощупанным типом. И дело вовсе не в том, что он волновался — сил Нориаки более чем достаточно, чтобы сломать противнику шею. Но если пустить его в самоволку, он свернет черт знает куда, но так или иначе получит все, что только пожелает. Даже скрывающегося серийного убийцу. Держать дистанцию с объектом наблюдения было не так-то трудно. Нориаки замер у витрины закрытого еще магазина, внимательно вглядываясь в собственное отражение. Одернул пальто, поправил воротник, загладил волосы назад, позволив вьющейся пряди упрямо вернуться на прежнее место. Нахмурился, задержав руку у шеи. Даже наклонил голову в бок и невесомо коснулся пальцами горла. Зацепил мочку уха. Поднял сжатый кулак правой руки и снова оглядел себя. Как же нелепо! Даже хуже, чем его вспыхнувшие щеки. Хорошо, что в такую рань на улицах почти никого нет. Резко выпрямившись и мысленно проклиная топорщащийся воротник, Какёин бросил последний пристыженный взгляд отражению и быстрым шагом двинулся дальше, убеждая себя не думать о глупостях. Однозначно безуспешно. По крайней мере, до этого, на протяжении трех дней, получалось куда лучше, да и тот факт, что Джоске старался не попадаться ему на глаза, бесконечно этому способствовал. Сегодня же он какого-то черта забыл в холле отеля, намереваясь переговорить о чем-то с Джотаро до начала слежки. О, это молчание было крайне неловким. Нориаки многое бы отдал, чтобы взглянуть на себя со стороны, просто ради интереса — достаточно ли хорошо он держался? Теперь же этот наглый подросток упорно не выходил из его головы. Какёин вполне мог понять приступ паники или ярости, но того, что нахлынуло на Хигашикату в номере, он объяснить не мог. Во всяком случае, он попытался. Допустим, что каким-то совершенно не притянутым образом, — рассуждал он, — весь «инцидент» сводится к следующему — пубертат. Физиология, нервное напряжение, стресс — Нориаки пережил это в свое время, хотя теперь, оглядываясь на школьные годы, с трудом припоминал, как справлялся до пятидесятидневного путешествия. Возможно, видеоигр и художественного кружка оказывалось достаточно. По крайней мере, он знал, что не набрасывался на людей с кулаками. Или без них… Едва ли то, что Какёин привлекал не только женщин, могло особенно ему льстить. От всех этих мыслей неприятно зудело где-то в затылке. Так продолжаться не может. Нориаки не подросток, чтобы убегать от проблем. Он непременно разберется. Применит силу, но так или иначе прояснит ситуацию. Есть нечто, в чем Какёин еще не раз себя упрекнет. Например, в том, что из-за этих назойливых мыслей он утратил всякую осторожность и слишком ускорился. Свернув в тот же переулок, куда направлялся его подопечный, Нориаки меньше всего ожидал столкнуться с ним лицом к лицу. Не мог же он потерять хватку?.. Вот дьявол. — Так-так, — пропел Намикава Рэйдзи, беззлобно улыбаясь своему преследователю. И хотя разница в росте была незначительной, может, на четверть фута, на расстоянии вытянутой руки это воспринималось иначе. — Выходит, какая-то блоха и впрямь кусает меня за хвост. Какёин мгновенно призвал Hierophant и отскочил в сторону, когда в сантиметре от его лица промелькнула полупрозрачная рука стенда. Не удар. Захват. И все же для приветствия слишком поздно. Намикава имел преимущество не только в росте, но и в скорости — он почти игриво увернулся от атаки. Нет, не совсем. Hierophant прошел насквозь и застыл, когда огненно-рыжая кисть вражеского стенда схватила его за горло, лишенное всякой защиты. — Ну же, — Рейдзи сделал еще шаг навстречу ошеломленному Нориаки, — я просто хочу поговорить. Губы слиплись между собой и, казалось, вот-вот потрескаются, но облизывать их, усугубляя положение, Какёин предусмотрительно не стал — толку в любом случае было бы немного. Ветер, впрочем, тоже утих. Горячий воздух был неподвижен; почти идеальная жаркая тишина раздражала больше, чем палящее солнце. Песок приятно грел сквозь несколько слоев одежды, но к оголенным щиколоткам он был куда менее снисходителен. Слева, в паре шагов, заерзал Жан. — Эй, Полнарефф, — не сводя глаз с фляги, прошептал Какёин, — пусть Chariot ударит ее отсюда. — Я? Да туда голову целиком затянуло! — Француз тяжело сглотнул. — Ну проткнет он ее, а… Ну уж нет! Ты ближе, выстрели Изумрудным Всплеском! — Черта с два. — Вот и не заставляй других делать то, чего сам не стал бы! Совсем сдурел?! Нориаки, глубоко разочарованный, глянул в его сторону и снова уставился на флягу. Кровь, вода — что бы в ней не находилось, оно перестало вытекать, скатывая пыль и впитываясь в песок темными багровыми разводами. По другую сторону упавшего вертолета так же кучно собрались остальные. Какёин усмехнулся: почему Джотаро сам смотрел в бинокль, если вполне мог отдать его Star Platinum? Липкое предчувствие угрозы заставило Нориаки крупно вздрогнуть. По позвоночнику щекотливо катился холодный пот. Полнарефф продолжал разгоряченно выступать, когда что-то правее него проступило сквозь песок. Что случилось раньше — пришло осознание или лужа превратилась в прозрачную, неестественно подвижную пятерню — теперь не имело значения. Нориаки пристально, даже завороженно смотрел на нее, судорожно соображая. — Это… — мысли были быстрее губ и защитных рефлексов. «Вода атаковала нас!» — прокричал пилот, и теперь Какёин понял, что он имел в виду. Понял, хоть и слишком поздно. Он разглядел только быстрый выпад этой прозрачной лапы, а затем все слилось — жар, усталость, пронзительный крик француза и острая всепоглощающая боль. Мир вокруг ускорился, завертелся и с новым возгласом Полнареффа померк, окунаясь в бессознательную пустоту… Нориаки даже вскрикнул от неожиданности, согнувшись и закрыв руками лицо. Отвратительная способность, если не мерзкая, но любую разумную догадку о ее природе, будто волной, смывало порывами знакомой боли. Осязание подводило — по щекам, казалось, обильно стекала кровь, а руки при этом оставались абсолютно сухими. Переборов замешательство и до скрипа стиснув зубы, Какёин открыл глаза. Стало гораздо легче. Со зрением все было в порядке, хотя от внезапно яркого света перед глазами плясали разноцветные пятна. — Очень неплохо, — Намикава демонстративно похлопал, сунув портфель под мышку. Его стенд, точно болванчик, повторил за хозяином. Это была тощая фигура с непропорционально длинными тонкими конечностями, полностью непроглядно-черная, кроме кистей, головы и V-образного рисунка на груди — их «кожа» была оранжевой, переливающейся, как небо на закате. Безухая, безносая голова чудно покачивалась на длинной шее, а белые, будто нарисованные в манге, глаза с точностью передавали настроение юзера. Сейчас он явно был счастлив, как ребенок. Ничего общего с Killer Queen, если судить по описанию Джотаро. — Жуткий тип, а? — Рейдзи лукаво усмехнулся, проследовав за взглядом Нориаки до своего стенда. Уголки глаз черно-оранжевого чудища дернулись вверх. — Понятия не имею, откуда он взялся. Ходит за мной, как бродяжка, если ее прикормить. Хотя иногда от него бывает толк. Отзывается на Scar Tissue, и либо его это устраивает, либо он давно смирился. Scar Tissue? Какёин едва сдержался, чтобы не коснуться пульсирующих шрамов на лице. Как-то… слишком просто. В чем подвох? Нориаки медленно выпрямился, заставив себя опустить руку. — Давить на больное — то же самое, что играть краплеными картами, — заметил он, со всей тщательностью отслеживая чужую реакцию. Внутри неприятно скреблось, будто от чрезмерно жестокой сцены в кино. — Ну, ну, я ведь не копаюсь в чужом белье и не подглядываю, — Намикава выглядел не так невинно, как ему хотелось бы, — достаточно того, что эти воспоминания кого-то периодически терзают. — Он с любопытством глянул на поврежденные веки Какёина. — Неприятно, наверное. Hierophant Green, вывернувшись из захвата, отпрянул и дал мощный залп Изумрудного Всплеска, но результат был тем же — каждое ядро прошло сквозь цель. Рейдзи раздраженно цыкнул: — Он продолжает нам мешать. Предупреждая следующий выстрел, Scar Tissue, молниеносно оказавшийся позади стенда Нориаки, напрыгнул на него, прижав его руки к телу полупрозрачными ногами и захватив шею в сгибе локтя. Деликатно, даже бережно, но достаточно крепко. Какёин чувствовал, как Hierophant буквально приклеивается к горячей поверхности другого стенда, будто бы тот был покрыт медом. Выражение «липкий ужас» приобрело не совсем материальное, но все же воплощение. — Возвращаясь к нам, могу я перейти на «ты»? Это куда уместнее, учитывая то, как мы… — Намикава быстро глянул в сторону сцепившихся стендов, — близки. Нориаки поморщился, когда его стенд шутливо похлопали по щекам. И это, и то, что чужая хватка не позволяла ему двинуться, нисколько не успокаивало. — Брось, поговори со мной, — обиженно протянул Рейдзи. Он аккуратно поправил пальто Какёина, пораздумав, поднял его воротник, и тут же, вцепившись в волосы у самых корней, дернул назад, заставляя запрокинуть голову. Нориаки зашипел и оскалился, пытаясь пошевелить руками, но так ни к чему и не пришел. — Можешь начать с имени. Кто на меня настучал? Кто-то из совета директоров, не так ли? Они купили себе места, разве плохо, если кто-нибудь сбросит их с этих денежных пьедесталов? Обычным работягам, которые гробят здоровье на сверхурочных, даже не высказать этим свиньям, что они на самом деле думают! И я начинаю жалеть, что не разобрался с ними окончательно. И, будто лишь сейчас заметив выражение лица собеседника, отдернул руку: — Ах, прости, прости! Иногда на меня находит… всякое. Назови имя, и, клянусь, такого больше не будет. Молчишь? Неужели ты не поэтому за мной следил? Да скажи хоть что-нибудь! — Мне попался не тот психопат, — раздосадованно пробормотал Какёин и вскинул подбородок, мысленно рисуя крестики на лице Намикавы. Нужно немного потянуть время. Джотаро в любом случае устроит ему взбучку. У Scar Tissue дернулся уголок глаза. — Тогда не стоит беспокоиться. Мы не дадим тебе скучать. — Не вижу других вариантов, — Джотаро без особого интереса смотрел в сторону корзины, — навыки пилотирования деда беспокоят меня куда больше, чем нападение стенда в воздухе. Нориаки с прежним сомнением наблюдал за смуглым чадом, которое только и делало, что бросало на него неоднозначные взгляды. В такой компании место рядом с пилотом казалось особенно привлекательным, но, разумеется, Джотаро и Полнареффу сзади было бы просто негде поставить колыбель. Ночные кошмары, не давшие Какёину нормально выспаться, теперь не позволяли ему даже переговорить с его спутниками. Глаза слипались сами собой, и Нориаки, поддавшись, скоро задремал. «Ну нет…» Кажется, когда он начинал клевать носом, Полнарефф все еще о чем-то болтал, но в кабинке колеса обозрения, где их поджидал труп собаки, они появились в одно время. — Эй, Какёин! — француз подскочил от неожиданности и принялся вертеть головой, точно осматриваясь по сторонам, если с таким усердием вообще можно что-то разглядеть. — Где Джотаро и мистер Джостар? И сами мы где? — Это продолжение моего утреннего кошмара! Это сон! Нориаки до последнего отказывался верить в собственные слова, тогда как Полнареффа его реакция не слишком впечатлила. — Сон, значит? — он расслабленно плюхнулся на сиденье, зачем-то заглянул в собачье ухо. — Ну, если это сон, то нам не о чем волноваться. В том числе, о мертвой собаке. Какёин даже побледнел от злости: — По-твоему, нет ничего странного в том, что два человека видят один и тот же сон? — Может, ты и прав, но… — француз, задумавшись на мгновение, вскинул руки, и буквально из ниоткуда в них появились ведро попкорна и солидный сахарный рожок. — О, видал? Стоило мне только пожелать, и все сразу же исполнилось! Если верить, что сон хороший, таким он и будет! «Ну и болван…» Нориаки, вздохнув, напомнил ему о мертвой собаке, которую они видели утром недалеко от отеля, рассказал о том, как столкнулся с Death 13… даже порезанную руку показал. И все же верить ему Полнарефф начал лишь в тот момент, когда из рожка на него посыпались черви, а из размозженной головы животного показалась огромная фигура с не менее внушительной косой. — Hierophant Green! — воззвал Какёин, но безуспешно. — Полнарефф, вызови свой стенд! Скорее! «Ничего не выйдет…» — Н-никак! — Hierophant, ну же! Мой стенд! Неужели мы не можем использовать стенды во сне?! «Очевидно, нет. Подожди-ка, что…» — Разве это не романтично — умереть вот так? — голос Death 13 скрежетал, как металл по металлу, а неизменная улыбка делала его приглушенным и оттого более ужасающим. Коса в замахе описала широкую дугу. — Умри! — Полнарефф! Но тот лишь стремительно растворился. С псом перед смертью такого не случилось, значит… «Он проснулся тогда. Да что же это…» — Нехорошо, — Death 13 раздраженно цокнул, — похоже, кто-то его разбудил. Ну ничего! Покончу с ним, когда он заснет в следующий раз, а пока… И, будто в фильме ужасов, он медленно обернулся в сторону опешившего школьника. — Какёин, время умирать! Мгновение — и образ огромной фигуры в плаще рассыпался, словно пазл, и собрался иначе — прямо перед Нориаки стоял Намикава. Лицо его исказилось от ярости и замешательства. — Да как ты… — начал он, но тут же умолк, вдруг уставившись на свои ноги — прямо поверх брюк до самый лодыжек его опутывали зеленые ленты. Рейдзи обернулся в сторону стендов, точно собираясь выяснить, чем занят Scar Tissue и почему его противник столько себе позволяет, но черная фигура с округлившимися глазами по-прежнему была приклеена к спине другого гуманоида. С той лишь разницей, что ноги зеленого создания касались земли и непонятным образом сливались с сетью из десятков таких же щупалец. — Пришлось потратить немало времени, чтобы сделать это скрытно, — милосердно пояснил Какёин, и на губах у него заиграла чуть заметная усмешка. — Из сна можно вырваться, если понять, что это — сон. Может, не всегда, но такое случается. — Scar… — никто не дал взбешенному Намикаве подозвать к себе стенд — ленты натянулись подобно канатам и рванули его за ноги, роняя на асфальт. Scar Tissue, стоило хозяину потерять равновесие, материализовался окончательно и отлетел на несколько метров, перевернувшись в воздухе. Рейдзи тяжело приподнялся и коснулся рукой ссадины у себя на лбу. Именно там, где был один из воображаемых «крестиков» Нориаки. — Ты за это ответишь… — взревел Намикава, но злости в нем было куда больше, чем жалости к себе. — Он безобидный, конечно, но у каждого можно найти что-то особенно… шокирующее. Scar Tissue! Выпрямившись, его стенд, все еще осязаемый, забавно покачнул оранжевой головой, и, пригнувшись, как спринтер при низком старте, бросился в сторону Какёина. Hierophant Green выстрелил с упреждением, и добрая треть ядер достигла цели. Остальные прошли насквозь, и полупрозрачная ладонь стенда, по инерции пролетевшего до Нориаки, лишь на миг коснулась его плеча. Серый до этого пиджак Рейдзи покрылся мелкими темными пятнами. Он больше не двигался, и Scar Tissue исчез. Какёин присел рядом с проигравшим и с тяжело перевернул его на спину. Раны Намикавы не были смертельными, грудная клетка неравномерно вздымалась. Мысленно готовясь к выговору, Нориаки вытащил из кармана телефон и по памяти набрал номер Джотаро. Но стоило ему нажать кнопку вызова, как плечо сковало неприятное, близкое к болезненному, ощущение, будто на кожу попали брызги раскаленного масла. Перед глазами запрыгали темные пятна, и все на их фоне поблекло. Прежде чем окончательно потерять связь с реальностью, Какёин почувствовал, как телефон выскальзывает из его рук.