"Посмотрим..."

Несмотря на все неверие Диксона, Карен с каким-то пацаном-переростком действительно заявилась к нему вечером, принеся неизвестно как добытые ключи от цепей и явно великоватую куртку, которая должна была скрыть раны пленника. Предстояла самая непростая и ни хрена не продуманная часть плана: прогулочной походкой пересечь пол этого гребаного городка, до ворот, где дежурили Саша с Тайрисом. Автомобиль, видите ли, брать нельзя было, транспортом без повеления великого и всемогущего Одноглазого пользоваться права никто не имел. А лишнее внимание привлекать тоже ни к чему. Черт побери всех этих баб – неужели за несколько недель более толкового плана не смогла придумать? Топая по темной улице Вудберри, Дэрил старался не глазеть по сторонам, несмотря на то, что вокруг не было ни души, и навстречу им никто не попадался. Карен объяснила это тем, что тут вроде как комендантский час, и с наступлением темноты без причин шастать не принято. Диктатор гребаный, до чего народ довел… Слишком громкие в тишине шаги и темный мужской силуэт, движущийся им навстречу, заставил дамочку вцепиться пальцами в ладонь охотника. Кажется, приехали. - Карен? – крепкий мужик явно с трудом вспомнил имя женщины. – Ты куда? Не поздно для прогулок? - Мы несем дежурным еду и воду на ночь, - заискивающе улыбнулась дамочка и показала небольшую сумку в руках сына. - Туда и обратно. - Ясно все с вами, - тут же потерял интерес к группе чувак, но потом вдруг бросил задумчивый взгляд на прячущего глаза Диксона. - А это кто? Не помню я его. - Муж мой, - широко улыбнулась Карен, заставляя Дэрила закашляться от возмущения. - Да ты что? Не знал, что у тебя муж есть, - поддержал светскую беседу этот болтливый придурок. – Малкольм Ройс. Мы тут недавно, но вроде со всеми знакомы уже. Где пропадал эти дни, что не видно тебя было? - Дэйл Грин, – неразборчиво пробормотал охотник, позаимствовав имена у друзей, и хмыкнул. – Ревнивая она у меня, да еще и старше, сам понимаешь... Не выпускает днем, говорит, уведут бабы. Вот только ночью и под конвоем… - Как же тебя угораздило, - сочувствующе протянул Ройс. - Ну, а если серьезно - болел, - пожал плечами реднек, снова для убедительности покашливая и делая вид, что не замечает рожиц, которые упорно корчила возмущенная брюнетка. - Ну, с выздоровлением! Тогда еще свидимся! Не буду вас задерживать, дежурные, наверное, заждались, - кивнул мужик, пропуская их и продолжая свой путь. - Я тебя не старше, - прошипела тут же дамочка, словно, блин, щас ниче важней не было, чем ее никому нахрен не нужный возраст. - Я вообще не понял, мам, зачем он нам нужен? – недовольно пробормотал пацан, тут же получив от Диксона увесистый подзатыльник. - На правах мужа твоей мамки, - сплюнул Дэрил под ноги. – Слышь, малец, щас выйдем за ворота, и уже я буду думать, нахрен ты нам нужен. Так что заткнись, сумку в зубы, и шуруй. Пререкаясь, как настоящая семейка ненормальных, они приблизились к взволнованным дежурным, уже успевшим сбросить за ворота подготовленные рюкзаки. Осмотр местности показал, что ни в спящем уже городе, ни за его пределами ничего не видно и никого не слышно, и беглецы быстро спрыгнули вниз. Малец по имени Ной, конечно же, не мог не сделать им подлянки, и совершенно наглым образом подвернул ногу. Благо, хоть не завопил на всю округу, сдержался при виде выражения лица охотника. - Ты ведь дорогу знаешь? – спросил Тайрис, помогающий шагать пареньку. - А ты че? Забыл уже? – хмыкнул Диксон и осмотрел спутников, у каждого из которых было при себе огнестрельное оружие. - Кажется, вы кой-чего забыли. Или мне голыми руками ходячих добивать, если встречу? - Держи, - протянула Карен Дэрилу нож и пожала плечами. - У нас больше нет и вообще… - Блин, придурки, - буркнул реднек, косясь на спутников, которые, по его мнению, едва перебирали ногами. Но извиниться эти чаморошные, даже если и хотели, то не успели. Визг тормозов и свет автомобильных фар, направленный прямо на небольшую компанию беглецов, к лишнему трепу не располагал. *** Сидя за столиком местной забегаловки, молодой Мэрл с беспечным видом выслушивал советы своих корешей. Они, как настоящие друзья, подбившие Диксона поспорить на то, что он сможет соблазнить самую главную заучку города и всей округи, теперь честно пытались помочь ему в этом нелегком деле. Положение осложнялось тем, что эта самая Нэнси была не такой уж замарашкой, а улыбалась так вообще умопомрачительно, и последние пару месяцев парень не мог выбросить ее из головы, о чем дружбаны, конечно, не догадывались. Мэрл честно пытался разок подкатить к девахе во дворе редко посещаемой им школы, набив морду какому-то чмырю, который оказался в итоге ее любимым младшим братом, подошедшим к сестре с каким-то невинным вопросом. После этого случая Нэнси при виде Диксона стала быстро переходить на другую сторону улицы, а то и вовсе сворачивать в ближайший переулок. А страдающий от любви, или че оно там такое, юноша зарисовал все лица моделей в дорогом сердцу журнале, чтобы легче представлять на их месте свою пассию. И дернул же его черт, напившись, согласиться на такой дебильный спор! Всякому ясно, что девка не из этих и не даст ему ни за что. Но воодушевленные кореша считали иначе и теперь сыпали прописными истинами, считая, что Мэрл дураком будет, если не сможет уладить такое плевое дело. Ну подумаешь ведь, бабу какую-то закадрить! - Ты, главное, ей почаще говори, что она красивая, ноги от ушей и уши не лопухами, я тебе отвечаю, - серьезно вещал один. – Моя сеструха ну тает просто, если ей че такое скажешь. - Веник ей подгони, - вздохнул второй. - Тока ты это… Дворами, дворами, а то бабу ты один раз поимеешь и все, а репутацию на всю жизнь угробишь, прогулявшись в таком виде по главной улице. - Стихи еще можно, Шекспир-Мекспир и прочие страсти, главное с чувством так, чтоб до слез пробрало, а когда заревет – в охапку, к забору, юбку на голову… - Ну, там он уже сам разберется. Короче, план у тебя есть, времени завались – аж неделя, так что мы в тебя верим, братан! Друзья радостно хлопали бодрящегося парня, почти что поверившего в свой успех, а он только беззвучно повторял про себя «ноги, уши, веник, стихи, юбка…» Главное только не забыть, че в какой последовательности делать, и ниче важного не пропустить в столь гениальном плане, подогнанном заботливыми корешами. - Ты что, на свиданку? – шустрый малец с изумлением смотрел на старшего брата, крутящегося полчаса у зеркала. – Пацаны говорили, что ты втюрился в Нэнси Паттисон и теперь на ней женишься. Ты че дурак, да? А как же я? - Сам дурак, - буркнул задумчиво Мэрл, расстегивая пару верхних пуговиц на рубашке, чтобы смотреться еще более брутально. – Какой еще жениться, блин? Че за бред твои пацаны несут? Давно не получали? Мне эта мымра по другому делу нужна. - А, - глубокомысленно кивнул Дэрил и снова склонился над своим извечным, зачитанным до дыр, единственным комиксом, даже не посмотрев вслед выходящему брату. А тот, тут же выбросив из головы мелкого, уже мчался навстречу своей судьбе, которая после его пятиминутного мычания на тему красоты ее ушей, все же согласилась встретиться с Мэрлом вечером, чтобы этими самыми красивыми ушами дослушать про свои охрененные ноги. Вырвав прямо с корнями цветы на соседской клумбе, Диксон, наконец, оказался у двери Нэнси, тщетно пытаясь струсить налипшую землю с рук и одежды. Как ни странно, девушка, даже несмотря на сомнительного качества и происхождения букет, все же пошла на свидание и честно выдержала целых два часа скитаний по самым темным улицам городка. Так как Шекспира парень не знал, и знать не хотел, он вместо стихов торопливо пробормотал даме сердца пару куплетов самой приличной из своих любимых песен и полез целоваться. - Сначала сказал, что она мымра и тебе нахрен не нужна, а теперь лижешься с ней перед всеми, - голос брательника прозвучал, как гром среди ясного неба. Это мелкое недоразумение, по всей видимости, следило за парнем, если умудрилось появиться здесь в самый подходящий момент. Не успев даже развернуться к Дэрилу, чтобы задать тому хорошую трепку и, как минимум, навсегда лишить ушей, Мэрл получил удар по самому дорогому от оказавшейся слишком расторопной девицы и охнул, согнувшись. Объяснять что-то этой стерве сразу перехотелось. - Не пара она тебе, - сочувствующе вздохнул мелкий поганец и, округлив глаза при виде выражения лица брата, бросился наутек. Так и закончилась для Мэрла первая и единственная история любви в его жизни: отбитым достоинством и проигранным нахрен спором. *** Вздрогнув от шороха, Диксон прервал свои воспоминания о прошлом и покосился в сторону Мишонн, устроившейся с книжкой в клубке одеял. Шериф был столь добр, что прислал с азиатом не только теплые вещи и какую-то книженцию, но еще и бутылку вина по требованию реднека. Тот эту самую бутылку сразу же заныкал в одной из камер, тщетно надеясь на то, что эта интересная вещица привлечет внимание шоколадки. Но женщина даже не вспоминала о спиртном (ниче бабы в жизни не понимают!) и уже второй день первая с Мэрлом не заговаривала. А вот он от нефиг делать все чаще и чаще поглядывал в сторону подруги, которая с каждым часом казалась ему все более интересной. И фигурка у нее ладная, и патлы в замысловатую прическу скручены, и глазищи выразительные, и губы такие, что каждая моделька из тех самых журналов обзавидуется. Стряпать умеет, молчать тоже, ходячих мочит и вообще с пониманием баба. И трогательная какая-то такая она в своей угрюмости. Чем-то Дэрила напоминает, тот бывало, тоже сядет, насупится и молчит, как будто языком своим пообедал давно. И фиг разберешь, че они молча там думают, то ли дело он, Мэрл, – сразу со всеми своими мыслями делится, как честный и открытый человек! Правда сейчас навязчивыми мыслями о том, что из самурайки вышла бы хорошая подруга, и не только боевая, поделиться было решительно не с кем. Мишонн оповещать о своих намерениях он не рисковал – катана при ней, вдруг встанет ночью и позарится на его хозяйство, чтоб наверняка не приставал. А больше никого, кроме пауков, тут и не имелось. Вот и приходилось самому с собой прокручивать варианты возможного развития событий. Увы, после того памятного первого раза, Диксон имел дело с более простыми дамочками, которым выпивку поставил, ущипнул пару раз и все, можно вести в темный угол. Проще некуда! С этой же явно надо какие-то мудреные вещи проделывать перед самым главным и основным. Так что там кореша в юности говорили: бабы падки на лестный треп, веники, стишата и прочую муть? Стихов реднек не помнил, да и не настолько хороша самурайка, чтобы он ради нее из себя клоуна корчил. Цветы тут при всем желании не найти. Хотя можно попытаться совестливого шерифа прижать требованием притащить какой-нибудь веник. Но че этот глюканутый осенью найдет? Разве что выродков своих притащит, сопливым тоном вещая о том, что дети – цветы жизни, тьфу! А вот комплимент Мэрл сделать может. Не ну а че, не мужик он, что ль? Главное, слова нужные подобрать. А вино поможет! - Ну, че ты тут? – подсел Мэрл к тут же отшатнувшейся Мишонн и сделал вид, что ни хрена не замечает такого невежливого поведения дамы. – Винца? - Спасибо, - сделала глоток из бутылки самурайка и настороженно посмотрела на Диксона. – Что за повод? Придумал что-то? - Ниче я не придумал, - расстроено махнул рукой реднек, тоже отпивая. – Блин, как-то хреново знать, что брательник точно в беде, и сидеть тут. Ждать непонять чего… - С ним все будет хорошо, - вдруг ободряюще сжала целую руку друга женщина, криво улыбнувшись. - Сама-то веришь? – нахмурился Мэрл, глядя на опустившую глаза Мишонн и вспоминая, че он в общем-то приперся. – Ладно, забей. Словами Дэрилу ни хрена щас не поможешь. Ты это… Может, тебе че надо еще? Ты не молчи, давай, говори, выбьем у этих уродов все возможные удобства. Я выбью! - Для меня? – недоверчиво покосилась на мужчину самурайка, уже более весело отпивая новый глоток крепленого вина. – С каких пор ты что-то требуешь не только себе? - С этих недоносков не грех потребовать гуманитарную помощь, блин, даже для голодающих ходячих, не то что для тебя, - буркнул раздраженно реднек, вспоминая наглые рожи неблагодарных дружков своего брата и только через минуту понимая, что он снова отвлекся от самого главного. – И вообще ты же ба… женщина, вам там то се, помады нужны всякие, зеркала, сумочки, пироженые-мороженые. - Ничего мне не нужно, - мотнула головой Мишонн. – Выйти уже хочу. - И че делать собираешь, когда эти придурки одумаются? С ними останешься? – поинтересовался преувеличенно безразличным тоном Диксон. - Не знаю, - пожала плечами подруга, хмурясь. – Вариантов нет, а тут Андреа, да и остальные не так уж и плохи. Хотя после вот этого всего… - Можешь со мной свалить, - беспечно, словно приглашая прогуляться на пиво, предложил Мэрл. – Не пропадем точно. С этими все равно каши не сваришь – война, блин, у них и прочая дребедень. Защищай, бегай на побегушках, и не рыпайся. Че, хошь сказать, тебя радует такая перспектива? - Постоянно в дороге, впереди зима, твои идиотские шутки и неумение спокойно подумать, перед тем как бросаться навстречу опасности, - перечислила насмешливо Мишонн. – Тоже не лучше. - Блин, че ты все так воспринимаешь? – разошелся Диксон, оскорбленный в лучших чувствах. – Ниче не понимаешь в красивой жизни: свобода и все такое. Найдем брательника, хату какую-то укрепим, запасов собрать еще успеем, подыщем потом ему тоже бабу… - Тоже? – отодвинулась при оговорке мужчины самурайка, снова замыкаясь в себе. – Спасибо, обойдусь. - Блин, я ей можно сказать… - возмутился Мэрл, недоговаривая о своей последней руке и сердце в придачу, и вдруг заинтересовался. – А ты это… Слышь, я ж ни хрена про тебя не знаю. Замужем была? - Нет, - все же ответила Мишонн, принимая бутылку и делая большой глоток, кажется, решив напиться сама, чтобы не опьянел Диксон. – Собиралась. А потом все это… - А хошь? – напряженно поинтересовался реднек, понимая, что на свадьбу, как этот придурок китайского производства, он даже ради завоевания бабы не готов. - Нет, - посмотрела на него, как на идиота, самурайка и отодвинулась еще дальше, пытаясь заодно ополовиненную бутылку спрятать. - Эт хорошо… Ты, кстати, это… - все же решился приступить к своей главной цели мужчина, приосанившись. - Знаешь, что глаза у тебя… ну такие… короче, типа красивые… Блин, вот че сиськам комплимент сделать всегда легче? И вообще, честно сказать бабе, мол, ты прекрасна, как Памела из журнала, а я еще круче, идем перепихнемся, пока время есть. И нахрен все эти сопли разводить, все равно ведь цели и желания у всех одинаковые: и у того, кто сразу зовет в кусты, и у того, кто носит веники и плетет лабуду про красоту глаз. Только вот вторым гораздо хреновей – ни радости тебе никакой, ни результата гарантированного. Ну и че шоколадка заткнулась? В счастливый обморок чтоль свалилась от его слов? Но женщина явно все пропустила мимо ушей, настороженно зыря в сторону тюремного коридора. Оглянувшись и прислушавшись, Диксон замер. К блоку кто-то приближался и, судя по звуку шагов, это был не Рик и даже не постоянно шастающий сюда Глен. Но кто тогда?