"Посмотрим..."

В десятый раз убрав единственную и, наверное, именно потому такую прыткую, руку Мэрла со своей ноги, Мишонн попыталась прислушаться к пространной речи Рика, который начал издалека, упоминая вопросы доверия, дружбы и взаимовыручки. А также обмана, предательства и утаивания важной информации. Все присутствующие терпеливо ждали, понимая, что легче выслушать все это молча и, наконец, узнать, что же случилось. Ведь, судя по тому, как уставилась в пол, сжав в кулаках тонкую ткань своих потертых джинсов, Бет, она прояснила шерифу ситуацию о том, кто разгуливал ночью по тюремному двору. - Итак, Карен, мы тебя слушаем, - закончил Рик, заставив Мишонн встрепенуться и снова отстранить ладонь Диксона, забравшуюся слишком высоко – кажется, он тоже прослушал все на свете, удивленно покосившись в сторону Карен, вцепившейся в запястье хмурого Дэрила. - Какие проблемы? - уточнил охотник, нервно сжимая в пальцах свой верный арбалет и мрачно глядя на своего лучшего друга в лице шерифа. - Она со мной была. - И ни разу не выходила? Уверен? - вкрадчиво поинтересовался бывший коп, глядя при этом не на Дэрила, а на резко побледневшую Карен, которая до сих пор не сказала ни слова. - Один раз к мелкой твоей вставала, - нехотя признался тот. - И чего? - Бет, - передал эстафету Рик. - Простите, пожалуйста, - покосилась та на Дэрила и его женщину, хлопая полными слез глазами. - Но я не могла промолчать. Вы же на моем месте тоже бы сказали! Любой бы сказал! Правда, ведь? - Да хватит сопли на кулаки наматывать, чего там такое видела? - настороженно поинтересовался напрягшийся Мэрл, который был явно недоволен тем, что его младший брат оказался втянут непонятно во что. - Джудит и правда ночью хныкала, и я встала к ней. И тогда же увидела, как вышла из камеры Карен. Она пошла в сторону медпункта, ну, я подумала… Ну, мало ли, что там им понадобилось. Ну… в общем, вообще не обратила внимания. Малышка никак не хотела засыпать, я ей спела пару песен, потом подошел Рик спросить, почему я… эм, он ушел, я осталась, и прошел почти час, пока Джудит не уснула. И когда я вышла от нее, то увидела мокрые следы в коридоре… - Ночью был дождь, - кивнула Мэгги сестре. - Следы были не мужские, маленькие, и вели в наш блок, к камере Дэрила, - пожала плечами Бет. - Я внимания тоже тогда не обратила, просто удивилась слегка и выбросила из головы, но сейчас вспоминала. Получается… ну, или все было не так, как кажется, но тогда... - Тогда Карен нам сейчас скажет, куда она вставала, зачем ходила на улицу и почему соврала Дэрилу, сказав, что была у ребенка, - договорил за нее Рик, подходя поближе к девушке и ободряюще сжимая ладонью ее хрупкое плечо. - Я… в самом деле, встала к ребенку, но увидела, что к Джудит уже зашла Бет и… у меня болела голова, я всего лишь выпила таблетку. Мне послышался какой-то шум у выхода, я выглянула на улицу, но никого не заметила. Вернулась в камеру. И все. Я… я ничего плохого не делала, поверьте. Я не предавала вас! Рик! Дэрил! Карен оглядывалась на присутствующих, но все лишь опускали глаза, прекрасно понимая, что она врет. У нее не получалось обманывать правдоподобно и красиво – ее реакция была слишком очевидной. Она боялась, и боялась сильно. Вот только кого и чего? Тех, кто вынудил ее быть шпионом в тюрьме? Или их – тех, кто тут живет? Мишонн внезапно поняла, что не чувствует злости по отношению к расстроенной женщине, заламывающей руки совсем рядом. Ее было жалко. Жалко, несмотря на то, что, в любом случае, виновата она сама. Призналась бы уже – и вместе бы все решили. Именно так считал и Рик, пытаясь уговорить Карен рассказать все, как на духу, взывая к ее разуму, мягко уговаривая, пытаясь угрожать и прерываясь, оборванный Дэрилом. Он обещал, что Карен никто ничего не сделает, что ее простят. Но она упрямо повторяла одно и то же, глядя себе под ноги и кусая губы. - Карен! Ты же понимаешь, что тебе все равно никто не поверит! Черт, мы не можем тебе доверять! А что, если завтра ты вообще ворота им откроешь и пустишь в тюрьму? - прервала Рика Мэг, держась за свой плоский живот. - Карен, пожалуйста… Ты ведь уже давно с нами… ты знаешь, что у нас дети, что мы… Ну, если там ничего такого: может быть, ты просто кому-то из близких эту сыворотку передала, чтобы спасти, ну разве мы не поймем? А если тебя заставили, то ты только скажи, мы поможем, защитим, спасем. У тебя ведь Ной и Дэрил, и все мы. Но пламенная речь девушки никак не помогла, заставив Карен лишь расплакаться, прикрывая лицо и отстраняясь от застывшего на месте Дэрила, кажется, уже не знавшего, что думать, но от своей женщины все же не отходящего и готового защищать ее от любого. Он даже шагнул наперерез Рику, который устало попросил Мишонн о помощи. Видимо, именно ее, безразлично взирающую на все происходящее, он счел лучшей кандидатурой для того, чтобы отвести Карен в камеру и запереть там, пока они все не решат. Судя по тому, что шериф кивнул только Дэрилу, Глену и Мэрлу, попросив Бет позвать в комнату отдыха Хершела, решать вопрос будут не все. Андреа с Мэгги попытались было спорить, но Рик оказался непреклонен, лишь пообещав позже выслушать их точку зрения. А никто другой из мужчин за присутствие на совете женщин не высказался. Лишние эмоции им сейчас только помешали бы. *** Убедившись, что у Карен в камере имеется все необходимое, и понадеявшись, что Зак по просьбе шерифа сможет отвлечь Ноя до вечера, Мишонн, поколебавшись, присела на край койки. Она понятия не имела, что можно сказать той, которая по какой-то непонятной причине решила молчать до последнего. Почему она молчит? Может быть, они чего-то не знают? Может быть, не учли что-то еще? Но что? Детей у Карен больше нет, иначе бы Ной упоминал о брате или сестре. Мужа или других родственников, оставшихся в Вудбери, паренек тоже хотя бы раз, но вспомнил бы вслух. Чем еще ее могли убедить молчать? Вариантов не было. - Что теперь будет? - подала голос Карен, обняв колени и избегая смотреть в лицо Мишонн. - Не знаю. Они скажут, когда до чего-то договорятся. Если хочешь ускорить процесс, лучше признайся. Ну же, Карен. - Я не могу, - упрямо мотнула головой та. - Я бы сказала тебе, почему. Ты мне… почти подругой стала. Но ты, как раз ты, и не поймешь меня. Прости… - Я уже не понимаю, - нахмурилась Мишонн, в очередной раз перебирая варианты: почему не сможет понять именно она? - Забудь, - отмахнулась Карен, наматывая на палец прядь волос. - Дэрил даже не пришел… - Он тебе сейчас там нужней, уж поверь. Потом придет, вот только вряд ли поймет твое молчание. Как и все остальные. Ладно. Нужно будет что-то, зови. Вода есть, поесть тебе кто-нибудь принесет. - Подожди! - встрепенулась та, видя, что Мишонн уже подошла к порогу камеры. - Если что-то узнаешь, приди, скажи… пожалуйста. И присмотри за Ноем. - Хорошо. И ты, если надумаешь что-то сказать – обращайся в любое время. Подумай, сейчас это твой единственный выход. Но Карен, кажется, уже не слушала, уставившись в пустую серую стену и вздрагивая при звуках запираемого замка, который как раз принесла печально качающая головой Алисия. Женщина, судя по виду, тоже совершенно не злилась на пленницу за кражу и прочее. Ну вот не выглядела она хитрой и коварной предательницей, и все тут. Хотя, кто знает, доверять Карен Мишонн тоже не рисковала - а вдруг она прирожденная актриса? - Зря девочка молчит, - отметила Алисия, вздыхая. - Возможно, все не так страшно, как она думает. Чаще всего именно так и бывает. Мы боимся чего-то, придумывая слишком много, а когда решаемся признаться, оказывается, что все нервы и переживания были зря. Пойдешь на кухню? Там все собрались. Бет распереживалась, что из-за ее слов с Карен может что-то случиться, Рик уж слишком резко выражался перед советом. - Нет, без меня, - хмыкнула Мишонн, содрогнувшись при одной мысли о проведении времени в женском царстве за выслушиванием слез и причитаний. Провожаемая понимающей улыбкой Алисии, она свернула за угол, беззаботным шагом приближаясь к комнате отдыха и удивляясь, почему никто, кроме нее, не решился на этот простой шаг – стены помещения были достаточно тонкими, чтобы услышать ведущуюся там на повышенных тонах беседу. А если еще и тихонько приоткрыть дверь буквально на сантиметр, то можно спокойно слушать, о чем говорят внутри. Хотя какое кому дело до долгих споров, если рано или поздно Рик все равно сообщит результат? Прижавшись спиной к стене у двери, Мишонн напряженно вслушивалась в голоса мужчин, которые, судя по всему, пока ни до чего не договорились. Да и вариантов было немного: или возвращение Карен в Вудбери, или заточение ее в камере. Но оба этих решения имели массу своих недостатков, о которых и велся спор. - Ее убьют, - глухо повторил Дэрил, который был, по понятным причинам, категорически против изгнания Карен из тюрьмы. - Ну, не убьют, конечно, - послышался голос Мэрла, знающего Вудбери лучше всех присутствующих. - Если эта цаца вдруг ни в чем не виновата, то пытать ее там будут долго. Ну, убьют в итоге, конечно. Но не скоро. - Нет, это недопустимо, - тут же вздохнул Хершел. - Мы не можем так рисковать, пока у нас есть хотя бы малейшие сомнения. - Можно ее просто… куда-нибудь, - с сомнением проговорил Рик, после чего послышался звук резко отодвигаемого стула. - Уйдут они – уйду и я, - предсказуемо заявил не такой уж и верный помощник шерифа, ставя того в безвыходное положение. - Ну, ты, братишка, загнул, конечно, - хмыкнул Мэрл насмешливо. - Ради какой-то бабы… Или ты из-за пацана? Так его можем оставить, прокормим, чего уж. - Дэрил, ты серьезно? - впервые подал голос Глен, который, как самый младший, больше слушал, чем говорил. - Что ты тогда предлагаешь? - терпеливо спросил Рик. - Мы же не можем ее вечно держать взаперти. Ты сам будешь против. Но и сделать вид, что все в порядке, мы не можем. Кто знает, что она сделает завтра? Впустит кого-то на территорию тюрьмы, сама что-то кому-то из нас сделает, подсыплет нам снотворное в еду, пока готовить будет? Мэгги правильно сказала: у нас дети. Мы не можем рисковать. - У нее тоже ребенок, - задумчиво заметил старик. - Вряд ли она станет им рисковать. - Откуда мы знаем? - хохотнул снова Мэрл, по чьему голосу Мишонн отлично понимала, что на самом деле ему совсем не смешно. - Это мой братишка уши развесил: мол, его сын и все такое. - Он не мой, - впервые честно признался Дэрил. - Это ни при чем. - Погоди, что значит – не твой? А какого мне голову морочили? И кто еще в курсе? А второй твой или как? - Какой второй? - тут уже не смог утерпеть и любопытный Глен. - Мы сейчас обсуждаем кто чей ребенок? Или все же вернемся к главному вопросу? - постучал по столу Рик, прерывая столь занимательную беседу. - Ладно, шериф, не кипятись, ты прав – это наше дело, вас не касается. Так я о чем… Вот морочила нам всем эта Карен голову, что ее пацан – сын Дэрилины, а откуда мы знаем, что он ей самой – сын? Потому что они так сказали? Охренеть, какой достоверный источник в наших обстоятельствах! Так что я бы на вашем месте все эти сопли про ее ребенка и прочую муть забыл бы. Мамаша с болезным сыночком – идеальное прикрытие! Блейк бы додумался, а чего? - Вариант. Дэрил, я все отлично понимаю, - вдруг согласился с Мэрлом шериф. - Но ты тоже пойми нас. И постарайся выяснить у Карен, что и почему она скрывает. Если она ни в чем не виновата, ей нет смысла молчать. Я так понимаю, пока мы ничего лучше временного заключения для нее решить все равно не сможем. Нужно больше информации. С Ноем я поговорю, может быть, он что-то знает и окажется разговорчивей… матери. Ключи от камеры Карен у Мишонн, Дэрил, я ее предупрежу, чтобы она никому, кроме меня и тебя, не давала их. И… я надеюсь на твою благоразумность. Слыша звуки отодвигаемых стульев и шагов, Мишонн тихо зашла в соседнее помещение, видя, как мимо проходят встревоженный Рик и уставший Хершел в компании с мрачным Гленом, который сам себе, вероятно, вынес выговор за то, что не поверил своей жене во время ночного дежурства. А вот Мэрл и Дэрил почему-то не спешили. Но уж к ним она точно может подойти: собрание окончено, решение, пусть сомнительное и временное, уже принято. Можно и поддержать своего мужчину, отношения с которым, вопреки ожиданиям, ее только радовали, переживающего, наверное, за своего младшего брата. - Хватит лопухом таким быть, братишка, - вещал Мэрл, стоя посреди комнаты. - Эта баба тебя с самого начала окручивала и в доверие втиралась. Спасла она пленника, блин, и влюбилась по уши, ага, конечно. И все так удачно сложилось, прям как по маслу... Ну, я понимаю, лестно и все такое, да и баба она в самом соку, но не последняя же на земле еще! Не позорься ты со своими воплями о том, что бросишь все и с ней побежишь. - Отвали, - не реагировал на слова брата сложивший руки на груди в защитном жесте Дэрил. - И держись от нее подальше, понял? - До первого приказа твоего душки-шерифа пообщаться с нашей тихушницей по душам. Сам-то он, конечно, не сможет, а вот меня… судя по опыту… - Мэрл, прекрати, - вмешалась Мишонн, появление в комнате которой братья в пылу спора даже не заметили. - Это все решать только Дэрилу. И ты своим словами сейчас… - Слышь, крохотуля, не мешайся, а? Это семейное дело, мы сами с братишкой перетрем, - неожиданно заявил он. - Давай, чего застыла? Твои советы не нужны. - Как скажешь, - сухо кивнула она, но Мэрл, кажется, даже не понял, что сейчас обидел ее. - Дэрил, ключ дать? - Спасибо, - неразборчиво буркнул Дэрил, вынимая ключ из пальцев Мишонн и выходя вслед за ней из комнаты, уже даже не слушая снова начавшего что-то говорить брата. Наверное, он собирался тут же отправиться к Карен, поговорить с ней, но встревоженные и слишком громкие голоса неподалеку заставили их всех насторожиться. Судя по доносящимся словам, что-то случилось. Переглянувшись с Дэрилом и демонстративно не замечая раздраженного Мэрла, Мишонн метнулась вслед за Риком и прочими к выходу на улицу, встречая там Боба, ведущего какого-то перепуганного, видимо, из-за того, что в его спину упирался пистолет, незнакомого паренька с белой тряпкой в руках. - Вот, явился под ворота, - сообщил дежурный, косясь в сторону вышки, где оставалась еще Саша. - Не стреляйте, только не стреляйте, я пришел передать письмо. Кто у вас главный? - оглядывался их гость, трясясь и протягивая им какую-то бумажку. - Давай, - ничего хорошего не ожидал от этого послания Рик, разворачивая бумагу, читая и кивая Мэрлу на паренька. - Его внутрь и глаз не спускать. - Эй! Я ничего не знаю! Я должен вернуться! Вы должны меня отпустить! - попытался тот сопротивляться, отлично понимая значение улыбки Диксона, которую он явно видел не в первый раз. - Чего там? - уточнил Дэрил, мрачно поглядывая на брата, тоже не спешащего в тюрьму и держащего их непрошенного гостя за ворот куртки. - Губернатор щедро предлагает нам целую неделю на то, чтобы покинуть тюрьму. Иначе – война. Собравшаяся вокруг толпа охнула в один голос – в последнее время угрозу со стороны Вудбери всерьез уже не воспринимали, привыкнув к шаткому нейтралитету. Который закончился слишком быстро.