Newt's New Friend

Если бы неделей ранее кто-то сказал Германну, что растение-мутант станет причиной, по которой он и Ньют теперь вместе, он бы рассмеялся ему в лицо. Но по воле судьбы получилось всё именно так. Германн удивлялся, как его жизнь дошла до такого. Он полагал, что в мире с кайдзю и разломом в другое измерение он должен был привыкнуть к странностям, но Ньют не переставал удивлять его. После первого раза они пришли к совместному решению оставить растение на некоторое время, чтобы получить возможность самостоятельно изучить тела друг друга, понять, что им нравится, а что нет. Так Германн узнал о кинке Ньюта на унижение и подчинение, что доставляло удовольствие и ему самому. Он также обнаружил, что Ньюта заводят его пальцы: если Германн проводил большим пальцем по губе Ньюта, он обязательно не упускал возможности облизать его. Так Германн узнал, как сильно он любит рот Ньютона. Раньше ему казалось, что было лучше, когда Ньют держал его закрытым, но сейчас Германн смог лично оценить все таланты Ньютона. В первый раз, когда Ньют отсасывал ему, Германн кончил рекордно быстро. Он был бы смущен, но Ньют нашёл это таким горячим, что сам кончил практически без каких-либо прикосновений. Несмотря на то, какое удовольствие они получали друг с другом, не прошло много времени, прежде чем они вспомнили о растении. Ньют учился заботиться о нём, даже купил подходящий горшок, так что мысли о своем питомце никогда не покидали Ньютона. И даже Германн вынужден был признать, что ему понравился их первый раз, проведённый совместно с этим растением. Он помнил, как тентакли прикасались к нему, и жаждал почувствовать это снова. — Слушай, — сказал Ньют между поцелуями, — что, если в этот раз мы снова возьмём растение? Германн смущённо вдохнул, но тут же быстро согласился. Ньют спрыгнул с кровати, чтобы взять растение с его места. Он легонько постучал по нему, прежде чем просить выйти. Три тентакля вылезли из луковицы, ожидая дальнейших инструкций. Он поставил растение на тумбочку и сел обратно на кровать. — Что ты хочешь, чтобы оно сделало? — спросил Ньют, глядя на Германна. — Могу я… Я бы хотел посмотреть, как оно трогает тебя, — Германн покраснел. Он не чувствовал стеснения наедине с Ньютом, но для того, чтобы привыкнуть к цветку, ему нужно было время. — Я могу устроить это, — ответил Ньют, подмигнув. Три тентакля направились в сторону Ньюта, исследуя каждый сантиметр его тела, до которого могли достать. Германн всё ещё удивлялся их нежности. Казалось, им нравилось дразнить Ньютона такими медленными ласками, да и сам он был не против. Ньютон извивался под из прикосновениями и прерывисто дышал, постанывая. — Могу ли я посмотреть немного, ах, посмотреть, как они будут прикасаться к тебе? Ты не против? — спросил Ньют невнятно из-за ощущений, которые доставляли тентакли. Германн сжал губы и кивнул головой, чувствуя, что не может высказать свою мысль словами. Он разделся и сел обратно на кровать рядом с Ньютом. Его вид действительно возбуждал. Другой тентакль прошелся по всей длине члена Германна, от чего он издал дрожащий вздох. Щупальце скользило вверх и вниз по нему, после чего обвилось вокруг. Германн застонал и плотно сжал простыни, уже начиная подрагивать от удовольствия. Этот раз был даже лучше, чем он запомнил предыдущий. — Блять, Германн, ты такой горячий, — Ньют принялся покрывать его шею поцелуями, наслаждаясь тем, как он дрожит под его прикосновениями. Ньютон ненадолго отозвал тентакль от себя, чтобы получить возможность раздеться, после чего переместил его на член Германна, толкая того на кровать и утягивая в поцелуй. Ньют сидел верхом на Германне, упираясь в его бедра и чувствуя его руки на своих собственных. Ньют смотрел в глаза Германну неестественно широкими зрачками. Спустя пару мгновений он перевел свой взгляд на растение, и Германн, заметив это, усмехнулся. — Оно может вернуться, если ты хочешь. Я и сам наслаждаюсь его присутствием. — Боже, да, — Ньют усыпал лицо Германна поцелуями, от чего тот неловко посмеивался — я рад, что тебе тоже нравится, это так чертовски горячо. Дыхание Германна стало в поверхностным и прерывистым, едва он ощутил тентакли на своем бедре. Он рефлекторно раздвинул ноги, и, когда тентакль достиг его ануса, Германну пришлось зажать рот рукой, чтобы сдержать стон. Глаза Ньюта округлились, и он удивился, что могло вызвать такое действие Германна. Он приподнялся на его бёдрах и увидел тентакли в процессе интересного занятия, ощущая, как Германн дрожит под ним. — Ох, чёрт, — прошептал Ньют, глядя на то, как Германн приподнимает бедра к тентаклям, — ты хочешь, чтобы они трахнули тебя? Германн закрыл глаза и кивнул, он смущался слишком сильно, чтобы посмотреть на Ньютона. Тот слез с кровати и пододвинул стул, на который смог сесть. Германн издал жалобный вздох, открывая глаза, когда ощутил пропажу Ньюта. — Я хочу посмотреть. Если ты не против, конечно. Блять, Германн, ты даже не представляешь, насколько сексуально это выглядит. Один из тентаклей поглаживал соски Ньюта, пока другой был занят его членом. Он знал, что не сможет долго сдерживаться, если будет наблюдать за Германном. — Я правда не хочу кончать так быстро, так что, если ты поможешь мне немного, это будет здорово, — с этими словами Ньют оттолкнул тентакли от себя. Другое щупальце вышло из растения и обвило основание его члена, не слишком сильно, чтобы причинить боль, но достаточно, чтобы не дать кончить. — Д-да, так будет хорошо. Между тем два других тентакля зависли над телом Германна, пока первый продолжал развлекаться с его задницей. Тот выглядел невероятно развратно, а ведь тентакли ещё даже не перешли к основной части. Германн попытался насадиться на тентакль, но он отодвигался назад, продолжая дразнить его, и Германн скулил от переизбытка желания. — Ты должен сказать им, что делать, — ответил Ньют, тяжело дыша. — Пожалуйста, трахни меня уже, — Германн прошептал и покраснел от собственных слов. Ньют рассмеялся бы с того, как Германн пытается превратить свою мольбу в приказ, если бы он не выглядел при этом так чертовски сексуально. Тентакль подчинился и медленно проник внутрь Германна, от чего он выгнул спину и застонал. Тем временем два других щупальца уже продвигались к его члену. Он посмотрел на Ньютона, но быстро вынужден был отвести взгляд, потому что этого вида было бы достаточно, чтобы незамедлительно кончить. Ноги Ньюта были широко раздвинуты, тентакли располагались на бедрах и члене. Его тело блестело от жидкости, выделяемой растением, что только добавляло развратности картине. — Боже, Германн, ты выглядишь так прекрасно. Ты готов к ещё одному тентаклю?  — Да, — голос Германна звучал чуть громче шёпота, — ах, Ньютон, — через секунду тентакль проник глубже, заставляя Германна простонать. Щупальца медленно растягивали мышцы Германна, позволяя ему насладиться процессом. Он вскрикнул, когда почувствовал, что они нашли его простату. — Ньютон, так ты чувствовал себя тогда? Той первой ночью? Mein gott, это так хорошо! — Да, — ответил Ньют, — восхитительно. Германн застонал, насаживаясь на тентакли, в то время как два других лениво продолжали исследовать его член по всей длине. Это сводило Германна с ума, но он ещё не был готов кончить, поэтому позволил им продолжать. Ему нужно было больше. Германн внезапно покраснел, когда понял, что стонет в голос и выкрикивает грязные фразы. — Трахни меня, трахни меня, пожалуйста, — Германн проскулил, уже будучи достаточно опьяненным удовольствием, чтобы игнорировать свое стеснение. Тентакли подчинились и ускорились. Германн простонал и снова посмотрел на Ньюта, который извивался и тяжело дышал, умоляя тентакли войти в него и не отводя взгляд от Германна ни на секунду. — Тебе нравится зрелище? — спросил Германн, пытаясь придать голосу заигрывающие нотки, что с трудом давалось из-за прерывистого дыхания, но Ньюту это всё равно казалось чертовски сексуальным. — Да, Гермс, тебе стоило бы увидеть себя сейчас. Ньют заскулил, когда очередной тентакль провел по уголку его рта. Он незамедлительно открыл рот, с желанием принимая тентакль в него, не разрывая при этом зрительный контакт с Германном, который в этот момент думал, что хотел бы заменить тентакль своим членом и почувствовать тёплые и мягкие губы Ньюта. Германн был уже на пределе, тентакли задевали его простату при каждом толчке. Он старался сдерживать себя, но это было невозможно, учитывая положение вещей. — Достаточно, — задыхаясь проговорил он, — дай мне кончить. Тентакли обвили его член и стали совершать быстрые движения. В это же время Ньют попросил тентакль, сжимающий основание его члена, ослабить давление. — Ах! Ньютон! — вскрикнул Германн. Он выгибал спину, пока тентакли грубо трахали его. Германну для оргазма потребовалась всего пара движений по его члену. Для Ньюта же хватило одного этого вида, чтобы кончить, выкрикивая имя Германна. Тентакли, закончив со своим делом, быстро вернулись в луковицу. Ньют откинулся на спинку стула, пытаясь перевести дыхание и дать себе время, прежде чем вернуться на кровать к Германну и оставить поцелуй на его шее, лениво улыбаясь. — Тебе понравилось? — спросил Ньют. — О да, определённо да, и тебе, кажется, тоже. — Чувак, это была самая горячая вещь, которую я видел в жизни. Германн засмеялся и обнял Ньюта. Им обоим нужен был душ перед сном, но никто ещё не был готов вставать, поэтому они остались лежать на кровати, наслаждаясь друг другом. — В следующий раз, — сказал Ньют, нарушая тишину, — мы должны проверить, кто сможет продержаться дольше. И Германну очень нравилась эта идея.