Как заставить мамоно работать?

      Пробудившись, Аменте сделала сразу два важных открытия. Первое - спать в саркофаге ужасно неудобно. От этого ноет спина, затекает шея и еще в нем до одури душно. Вторым же было то, что вместо пухленькой женщины она проснулась стройной красоткой. Во всяком случае, в гробнице стало заметно свободнее, а ведь когда ее втискивали внутрь, камень сжимал ее со всех сторон так, что было не продохнуть. Фараон неловко перевернулась на бок и торопливо ощупала себя. Все верно, она не ошиблась. Под ее длинными пальцами скользила бархатистая кожа, мышцы плоского живота и упругая крепкая попка. Не успела Аменте как следует насладиться новыми формами, как крышку саркофага подняли. На нее уставились подведенные тушью глаза. Не в силах промолвить ни слова, фараон изумленно вытаращилась в ответ. Столпившиеся над ней девушки с кошачьими и волчьими ушами явно кого-то напоминали, вот только Аменте никак не могла сообразить кого именно. Очевидно, спросонья фараон была слегка заторможена. Так они и молчали - девушки почтительно, фараон же напрягая память и пытаясь понять, почему вместо стражей гробницы ее тревожат какие-то зверо-девицы. - Кто вы?! - наконец властно вопросила Аменте, подымаясь в саркофаге. - Где мои слуги и стражи?! Девушки тут же заговорили, перебивая друг друга. Они-то есть ее слуги и стражи. Причем практически в полном составе. Да-да, вон эта смешливая красавица с кошачьим хвостом - чудовище-охранник, задающее нарушителям коварные вопросы. Точнее была им, пока не превратилась в мамоно. Серьезная девушка с посохом, увенчанном весами - неподкупный анубис. Вон эта, которая тайком утирает слезы радости, тоже анубис. А вон та, которая прыгает на месте от счастья - еще один сфинкс... На шокирующее известие Аменте отреагировала довольно спокойно. Фараон всего лишь бухнулась обратно в саркофаг и сбивчиво забормотала: - Сколько же я спала?! Как мы дошли до жизни такой! О Ра, прости, что с нами стало?! - Не извольте беспокоиться, госпожа, - склонившись в поклоне, с готовностью ответила одна из анубисов. - Мы с удовольствием быстренько все расскажем! Быстренько растянулось примерно часа на четыре. Выяснилось, фараон провалялась в своей усыпальнице тысячи лет. За это немалое время произошла целая уйма событий. Аменте с удовольствием выслушала о поражении Верховной Богини от человека и монстра. О превращении всех чудовищ в монстриц она слушала с чуть меньшим удовольствием. А последняя (трехсотлетней давности) новость - возвращение Верховной на небеса и ее примирение с Повелительницей Демонов, даже слегка испортила ей настроение. Получалось, фараон проспала самое веселье, хотя давным давно могла бы править своим государством, пусть и в виде мамоно. Собственное превращение в монстра Аменте не расстроило. В конце-концов, она и раньше была женщиной. Разница заключалась лишь в том, что раньше она была женщиной с полубожественной силой, а теперь - красивой женщиной с полубожественной силой. Собственно, оставаться в усыпальнице дальше было бессмысленно. Аменте уже представляла мир, в котором проснулась. Фараон величественно встала в саркофаге, милостиво приняла лапу ближайшего сфинкса и спустилась на землю. Касание мягкой, но сильной лапки, почему-то отдалось дрожью внизу живота. Сладкие спазмы разошлись по всему телу Аменте, прокатившись горячей волной. Много лет назад ей так же помогали спускаться с трона мудрые визири и славные военноначальники. При одной фантазии об их крепких мужских руках, лоно и грудь Аменте зазудели. Фараон вдруг осознала: больше всего на свете ей хочется замуж, заласкать избранника до полного изнеможения, а потом родить ему много детей. Какая жалость, что из ее двора сохранились одни монстродевы! Рассчитывать на знакомых мужчин ей уже не приходилось. Все они давным-давно умерли от старости. - "Придется искать мужа в другом государстве", - решила фараон. Прокручивая в голове сцену будущей свадьбы и сгорая от нетерпения, фараон отправилась на поверхность, чтобы осмотреть свое приданное - целое царство.

***

      Наверху Аменте ожидало жуткое разочарование. Одного взгляда хватило, чтобы понять - свадьба безнадежно откладывается. Помимо себя, предложить ей фактически нечего. Приданного практически не было. От древних владений почти ничего не осталось. Время не пощадило земель фараона. За тысячелетия море разрослось и затопило юг ее царства. Вода подступила прямо к оазису, в котором находилась ее усыпальница. Северная половина страны пострадала не меньше. Некогда плодородные земли поглотила пустыня. Обширные пашни, сады и колодцы засыпал песок. Все, чем теперь владела фараон - это оазис Таласкана на побережье, потрепанная гробница, да около сотни прислужниц. По прежним меркам она стала практически нищей, а ее земля - непригодной для жизни. Украдкой поплакав и полежав в ароматической ванне с лепестками жасмина, Аменте немного успокоилась. Фараон рассудила: прежние времена безвозвратно канули в лету, надо смотреть в будущее. Тем более, вместе с ней должны были спрятать казну. Как кстати с ней? Аменте отправилась в сокровищницу. По-счастью усыпальницу не разграбили, все золото лежало на месте. Фараон вытряхнула ларцы, опустошила сундуки, свалила в кучу золотые блюда, кувшины и вазы. Затем Аменте тщательно пересчитала богатства, а пересчитав, здорово приуныла. Фараон уселась на груду золота и впала в печальную задумчивость. Сумма имелась приличная, но для приданного явно маловатая. Она же в конце-концов великолепный фараон, а не какая-то замухрышка анубис! А какая фараон без богатого приданного и цветущего царства? На такой не женится ни один мужчина. А если женится, соседки-правительницы будут радоваться, но с оттенком превосходства - мол как все же хорош наш мир! В нем даже бедолажка Аменте нашла добрую душу, которая над ней сжалилась. Нет, это так не годится! Что же ей делать? Как возродить былое величие? Как сделать ее царство местом, где монстры и люди смогут жить в любви, достатке и веселье? Фараон принялась размышлять.

***

      Решение отыскалось неожиданно и как-то само по себе. Оно посетило Аменте ранним утром, когда девушка прогуливалась по оазису, набираясь аппетита перед завтраком. Озаренная гениальной идей, фараон забралась в следующий за ней паланкин и приказала бегом нести ее в тронный зал. Туда же срочно призвали советниц, в том числе тех, кто любил подремать до обеда. Вскоре зевая в пушистые лапы, мамоно выстроились вдоль облупленных колонн и приготовились слушать. Аменте выпрямилась на обшарпанном троне, немного поерзала на выщербленном сидении, после чего откашлялась и важно заявила: - Мои верные советницы! Если ничего не предпринять, на восстановление моих владений уйдут столетия. Но сегодня сам Ра подсказал, как ускорить возвышение моего царства, - и выдержав томительную паузу, гордо объявила: - Мы займемся туризмом! Восхищенные изобретательностью Аменте, советницы изо всех сил захлопали в ладоши. Как они сами до этого не додумались? Климат на побережье был превосходным. Оазис Таласкана словно создавался для страсти. Темные ночи идеально подходили для романтических свиданий. Жаркое солнце распаляло чувства. Пляжи покрывал золотистый мягкий песок, на котором было удобно отдаваться любви. Море имело пологое дно, а вода его была такой прозрачной, что даже прилично отдалившись от берега, можно было разглядеть в глубине водоросли и снующие стаи рыбешек. Нет, план и вправду был очень хорош. Аменте заключила нужные договоры, отдала сокровища вплоть до последней монетки, и - вуаля! - дела пошли в гору. Всего за двадцать лет Таласкана превратилась в жемчужину Юго-Востока. Если бедные слуги Дианолы выпускали огромные тиражи буклетов, чтобы привлечь хоть каких-то туристов, то на Аменте работал песок, море и вложенные в гостиницы средства. Поток гостей увеличивался с каждым днем. Возможность жить на побережье, при этом хорошо зарабатывая, привлекала предприимчивых мамоно и инкубов. Золото начало приносить золото. Все складывалось настолько прекрасно, что Аменте даже немного не верилось. Фараон благополучно вышла замуж за инженера-археотехнолога, приехавшего изучить систему вентиляций ее усыпальницы. Опустевшая из-за первых вложений и свадебных празднеств казна теперь наполнялась с потрясающей скоростью. Открытые на каждом шагу лавки, рестораны и гостиницы приносили огромный доход. Изобретение супруга Аменте - водные горки пользовалось не меньшим успехом. Обнявшись со своими суженными и вереща от радости, монстрицы катались на них целыми днями, а вечером их приходилось выгонять оттуда чуть ли не силой. На горках список развлечений не кончался. Были еще концерты гандахавр, неизменно перераставшие в секс, соблазнительные танцы ламий в чадрах, поездки на песчаных червях, карусели, ночные фестивали и многое, многое другое... Владения Аменте нарекли туристическим раем. Слава фараона гремела далеко за пределами Востока, постепенно достигнув самых далеких земель. К сожалению, успех Аменте радовал далеко не всех. Правительниц сопредельных государств мучила зависть. Говорят, апофис Хиссия, милуясь с мужем, не раз заявляла: "скорей бы эту выскочку кто-нибудь покусал! Ах, почему наша младшая неядовита..." Фараон Рахфи, пробудившаяся раньше Аменте, сердилась всякий раз когда слышала об успехах соседки. Стоило упомянуть ее имя, как монстрица тут же приказывала: "ни слова больше!". И хорошо, если она быстро вспоминала о своей божественной силе. В противном случае, невезучий инкуб или мамоно целый день бродили молча, будто воды в рот набрав, пока на следующий день Рахфи не спохватывалась и не отменяла приказ. Впрочем, зависть и сплетни лишь подогревали интерес к Таласкане. Город вокруг усыпальницы рос как на дрожжах. За последние пять лет число подданных Аменте увеличилось втрое, а число гостей - в восемь раз. С одной стороны бурный рост приводил фараона в восторг. С другой стороны он медленно выходил из под контроля, суля Таласкане большие неприятности. И вот в одно утро, когда Аменте по обыкновению валялась в постели, до нее дошла одна неприятная весть...