***
Потом были горячие благодарности. Несколько затянувшиеся, надо сказать. Ламия-распорядительница зевала и косилась на дверь. Аменте косилась на мужа. Тот косился на жену. Сфинкс поглаживала книгу и мурчала, анубисы косились друг на друга и соревновались в хвалах фараону. Наконец устав от славословий в свой адрес, Аменте приложила пальцы к их розовым губкам. - Тссс... Мои дорогие стражницы! Вы не забыли, что у вас начался отпуск? Не теряйте времени и проведите его с удовольствием. Найдите себе любящих мужей и наделайте мне много-много поданных, таких же миленьких, как и вы! - Как прикажете, госпожа фараон! - хором воскликнули девушки. - Мы сейчас же побежим на поиски! Обещаем выйти замуж на этой неделе! На том неожиданная встреча и завершилась. Довольные монстродевы и распорядительница устремились на выход. Фараон было ущипнула мужа за попу и многозначительно указала глазами на ложе, когда ее посетила неожиданная мысль. В принципе, за исключением пиратского набега, в ситуации не было ничего необычного. С недавних пор покинуть Таласкану по морю было сродни подвигу. Забитый под завязку кораблями, порт уже плохо справлялся с нагрузкой. Дорога же в соседний порт - в царстве апофиса Хиссии - проходила через пустыню и не пользовалась популярностью. Но зачем Бумбурум целый месяц работала грузчицей, а не воспользовалась городским порталом? Он как раз вел на Северный континент. Причем цена за билеты была невысокой: половина стоимости покрывалась казной. Об этом стоило разузнать. - Стойте! - окликнула монстриц Аменте. - Я понимаю, вам было не до разговоров, но известно ли, почему Бумбурум напала на корабль? Почему она не прошла через портал? Она что-нибудь говорила? Сфинкс, идущая последней, развернулась. - Да, о великая госпожа, - подтвердила Элли. - Бумбурум сказала: "я же не сумасшедшая! Моих хрупких девочек нельзя подвергать такому страшному риску!" С этими словами, прижимая книгу к груди, девушка умчалась по коридору. За ней же поспешила сонная ламия, опасаясь как бы фараону не взбрело в голову дать ей еще какое-нибудь поручение. На щеках Аменте появился пугающий бордовый румянец. - Дорогая, спокойно, - археолог приобнял фараона за талию. - Спокойно, любимая... дыши глубже... - Распоряди-и-ительница, - зловеще протянула Аменте. Ламия вздрогнула и замерла в дверях. - Что прикажете, госпожа фараон? - вжав голову в плечи, прошипела она. Аменте выдохнула и произнесла ровным голосом: - Немедленно позвать ко мне Карриэль. Чтоб через два часа была у меня. Если понадобится - тащить демоницу силой! Ты поняла? Тащить ее силой! Над головой Карриэль, отвечающей за Пассажирский и Грузовой портал Таласканы, собиралась черная туча. А ведь у нее и без этого доставало проблем...Проблемы с транспортом
6 февраля 2019 г., 12:03
Над дворцом давным-давно запылало золотистое солнце, туристы загорали под его лучами на пляжах, восточное крыло дворца уже заполонили экскурсии, а фараон, встающая по обыкновению поздно, все еще лениво нежилась под одеялом. Аменте поглаживала мужа-археолога и слушала истории про древних правителей из своего региона. Большинство из них она знала лично и находила очень забавным, как прошедшие тысячелетия повлияли на их репутацию. Например вождь кочевых племен, Зазибар, почему-то запомнился как великий оратор, хотя на подписании договоров не умел связать даже двух простых слов, и в основном только ухал да эхал. Фараон Тутос стал примерным семьянином, несмотря на то что при жизни имел порядка двух тысяч наложниц, а детей - столько, что дворцовый визирь каждый раз хватался за голову, получая папирус с затратами на содержание всей этой бегающей и жутко орущей оравы. Фараон Джакки стал ужасным пьяницей, хотя при жизни выпивал разве что только после обильного ужина. Эмир Муххмад… Вождь Азад, халиф Элийяя… Хотя с последним, надо заметить, история обошлась значительно мягче. Потомки называли его миротворцем, приводя в доказательство факт, что за тридцать лет правления тот не начал ни одной серьезной войны. Это было относительно верно, правда вовсе не из-за большой доброты, которую впоследствии приписали халифу. Истинная причина заключалась в другом. Когда-то, давным-давно, в руки халифа попала волшебная кошка, которая умела предсказывать судьбы, причем делала она это точнее, чем большинство оракулов или гадальщиков. Она-то и намурлыкала Элийе на ушко, что через некоторое время тот будет свергнут и изгнан в пустыню. Правитель так испугался ее предсказания, что с этих пор безвылазно засел во дворце. Вместе с ним скучали полководцы, герои и чародеи, растолстевшие от малоподвижного образа жизни до состояния шариков. Халиф старался не выпускать их из поля зрения, ведь вдали от него полководцы могли составить заговор и перетянуть войска на свою сторону, а герои и чародеи - надумать основать свою собственную династию. Конечно, во благо народа, халифата и богов; в общем, все как всегда, за все хорошее и против всего нехорошего.
- "Нет, уж лучше пусть сидят во дворце! - говорил Элийя. - Знаю я их!"
И тем не менее, пророчество все же сбылось. Удар пришелся оттуда, откуда не ждали. Как оказалось, помимо таланта предсказаний, волшебная кошка отлично разбиралась в политике. Воспользовавшись недовольством армии, жречества и чародейства, она устроила переворот, заняла трон халифа Элийи и тут же бросилась воевать со всеми соседями разом. Еле-еле ее одолели, это злобное, пушистое чудище...
- "Интересно, а какой вошла в историю я?" - думала Аменте. - "Пожалуй, одной из самых великих владычиц!"
Она не раз спрашивала, что о ней писали в летописях, но муж лишь таинственно улыбался и упорно отмалчивался. В целом ничего, за исключением титула "Аменте-Сладкоежка" и "Аменте-Сундучок", за фараоном не запомнили, но археолог благоразумно держал это при себе. Он очень любил жену и боялся ее случайно обидеть.
После того, как Аменте и археолог вместе посмеялись над древним халифом, девушка ощутила, как между ног становится влажно, а внутри разгорается жаркое пламя. Накопленная за тысячелетия страсть вырывалась наружу. Возбудившаяся фараон одним гибким рывком - словно голодная пантера добычу, - оседлала мужчину и крепко сжала ногами.
- Дорогой мой, - нежно проворковала Аменте, потираясь о мужа роскошным подтянутым телом. - Время писать нашу собственную летопись... она будет очень долгой и с очень приятным концом... причем не одним. Я рассчитываю минимум на три!
Она положила ладони мужчины на попку, похотливо выгнулась, будто дикая кошка, и наклонилась к его лицу. Но стоило ей вовлечь мужа в глубокий, страстный поцелуй, ласково играя с его языком, как их бесстыдно прервали. Дверь опочивальни распахнулась и внутрь с ревом вбежали монстрицы.
- Г-г-госпожаааа!.. Мой хвостик...
- Мой по-о-осох!..
- Мой пла-а-а-ан!..
- Это что такое?! - возмущенно воскликнула фараон, неохотно оторвавшись от губ мужчины и разрывая повисшую нитку слюны. - Как вы посмели явиться в мою спальню?! Да еще в тот момент, когда я занимаюсь наиважнейшим государственным делом?!
Но тройка рыдающих монстров не уходила. Два анубиса и сфинкс в три ручья заливались слезами.
- Дорогая, - археолог выразительно посмотрел на Аменте.
Фараон надула смуглые щеки.
- Дорогая, - мужчина снял ладони с ее попки.
Фараон надулась сильнее. Вот так всегда. Только соберешься порадовать себя и любимого - выплывают какие-то проблемы, причем без ее участия их видимо не разрешить. Аменте неохотно слезла с археолога, спустила ноги на расшитый золотом ковер, и приказала:
- Успокойтесь, немедленно! Что у вас стряслось? Говорите!
Тесно прижавшись друг к другу и шмыгая носами, мамоно принялись описывать произошедшую ранним утром трагедию.
Все началось где-то месяц назад. В Таласкану прибыла высший орк Бумбурум с племенем "Пухлых налетчиц". За короткое время племя увеличилось на десять инкубов, спустило всю наличность на развлечения и собралось обратно. Но не тут-то было. Как оказалось, о билетах стоило подумать заранее. Все билеты до Северного континента были раскуплены на полгода вперед. Бумбурум и ее племя надолго застряли в порту, где от безысходности устроились работать обычными грузчицами. Во всяком случае, все так считали. На самом деле высший орк была далеко не так проста, как могла показаться. Бумбурум тщательно следила за приходящими и уходящими судами, выбирая среди них то, что способно доставить ее племя на родину и одновременно не имеет охраны. Вчера ее поиск увенчался успехом.
В предрассветной темноте (эта была очень, очень умная орчиха), Бумбурум собрала племя, погрузила его на заранее припасенные лодки, и отправилась на абордаж. Стремительная атака была неотразима. Не прошло и получаса, как каравелла "Темноснежная" оказалась в полной власти орчих. Лишь капитан продолжал сопротивляться, отмахиваясь с мостика рапирой из демонического серебра. Впрочем, силы были неравны, на капитана напало сразу три пышногрудых орчихи. Однако прежде чем утонуть между пухлых грудей, капитан сумел подать сигнал "СОС".
Порядок в порту Таласканы поддерживался железный. С берега немедленно прибыла дежурная группа мумий. После непродолжительного боя захватчиц заласкали, связали бинтами в стиле "обратной креветки" и бережно уложили на палубу. Однако победить их предводительницу оказалось не так-то легко. Бумбурум воспользовалась суматохой и засела в каюте капитана. Там она соорудила баррикаду, на предложения сдаться отвечала отказом, а от штурмового отряда мумий отбивалась подушкой. С учетом задубевшей просоленной ткани и силы орчихи, попадания надолго выводили мумий из строя. Чтобы одолеть высшего орка потребовались солдаты специального назначения. В скором времени на корабль высадились двадцать сфинксов и четыре анубиса. Но даже эта грозная сила не смогла победить без потерь. Пока Бумбурум усмиряли, та успела отодрать сфинкса Элли за хвост, разломать посох анубиса Бешли и ко всему прочему, гадко ухмыляясь, разорвать еженедельный план анубиса Келли.
- Это мы - Бешли, Элли и Келли, - утирая слезы, сообщили монстрицы.
- Я знаю, - отозвалась фараон. - Но я не понимаю - вы справились, орчиха поймана. Зачем вы пришли ко мне?
- П-п-пожаловаться, - всхлипнули монстрицы. - Пожалейте нас, пожалуйста, - и жалобно засопели.
Археолог крепко обнял жену сзади. Дыша в ее черные волосы, он тихо сказал:
- Девушки не щадили себя. Надо бы их наградить.
Фараон сокрушенно вздохнула. Вот тебе и утро. Сколько ужасных событий за один раз! Оторвали от мужа, едва не угнали корабль, пострадали ее слуги, да еще и казну для них открывай... Сплошные расстройства. Но надо, так надо! На подданных экономить нельзя.
Аменте полным достоинства голосом заявила:
- Сейчас я с вами разберусь. Распорядительница, войдите.
Несколько секунд она ждала ламию-распорядительницу, однако та как сквозь землю провалилась. Пришлось позвать ее во второй раз, уже не столь величественно, зато более громко:
- Распорядительница! Распорядительница! Да куда ты пропала, негодница? Распорядительница!
Поскольку и это не возымело эффекта, а терять лицо фараону было нельзя, археолог быстро надел штаны и помчался за ламией сам. Вскоре он явился с недовольной служанкой, потирающей заспанные глаза кулаками.
- Опять до тебя не докричишься, лентяйка, - сердито накинулась на нее фараон. - Где ты прохлаждаешься? Я тебя, между прочим, звала!
Ламия поклонилась и невнятно пробубнила нечто, должное сойти за раскаяние, после чего ожидающе уставилась на фараона. Троица пострадавших монстриц к тому времени слегка успокоилась, и теперь, осознав в какое неудачное время они потревожили свою повелительницу, мелко и часто дрожали. Археолог подмигнул Аменте из-за спин. Та незаметно кивнула, приблизилась к молоденьким стражницам и по очереди погладила их по головам.
- Не бойтесь, мои храбрые воительницы. Я не гневаюсь за ваше вторжение. Вы сделали правильно, что пришли прямо ко мне. А за проявленный героизм, жалую вам двухмесячный отпуск и небольшие дары. Распорядительница! Запишите. Анубису Бешли выдать новый укрепленный посох. Келли - стопку пергамента для планов, чтобы хватило на год. А тебе, моя хорошая, - она почесала сфинкса за ушком, от чего та сладко замурчала, - я дарую собственную книжку с загадками. Вот она. Недавно привезли из Маккая.
С этими словами, Аменте извлекла из под подушки фолиант в фиолетовой обложке и торжественно вручила мамоно. Отдавать книгу было до ужаса жалко, они с мужем обнявшись разгадывали загадки по вечерам, но лучшего подарка для сфинкса невозможно было даже представить. Пусть пользуется. Глядишь, найдет себе умного мужа.