Чувства трёхлетней давности

В местном пабе было многолюдно. Джон поспешил вырваться оттуда, чтобы подышать свежим воздухом и прийти в себя. Три бокала эля дали о себе знать и ударили в голову, что слабость в ногах ощущалась все больше. За этот вечер он насмотрелся на женщин. Худых и полных, блондинок и брюнеток, нередко попадались огненноволосые. Но никто из них не смог зацепить парня. Вечером воздух становился прохладнее и жара спадала. Джон точно не намеревался напиваться, но что-то ему подсказывало, что он перебрал: то ли заплетавшиеся ноги, то ли головокружение. Парень дошел до дома, но не стал стучать в дверь — не хотел напрасно будить сестер. Рухнув на свою кровать, он лишь успел снять обувь, потому что сон забрал его разум куда-то далеко, где была только темнота. Следующим утром боль в висках отозвалась с двойной силой. Сноу давно не ощущал на себе последствия похмелья. Он взглянул в зеркало: недавно остриженные волосы уже немного отрасли и снова начали виться, под глазами залегли серые тени. Парень провел рукой по заросшей щетиной бороде и понял, что пришла пора одуматься и перестать бежать от реальности. Он не хотел быть похож на Ланнистеров, о которых всегда ходили слухи о кровосмешении, что отпугивало от них людей. Однако все дети Серсеи были здоровы и, можно сказать, красивы. Правда, Джоффри с самого рождения был похож на Рамси, одним словом, на жестокого ребенка, но это никак не указывает на то, что он был порождением инцеста. Джон плеснул холодной воды на лицо, взял опасную бритву и, нанеся мыльную пену на бороду, стал потихоньку сбривать щетину. Несколько раз кровь проступала на коже, но парень практически ничего не почувствовал. После водных процедур ему полегчало, и дурные мысли уже не лезли в голову. Санса сообщила, что пойдет в местную библиотеку. Поэтому Джон, дождавшись, пока стук женских каблуков затихнет, осмелился выйти из комнаты. На кухне никого не было, в гостиной царила тишина. Сноу вышел во двор, чтобы забрать свежую газету. Солнце ослепляло глаза, заставляя жмуриться. Первая страница имела громкий заголовок: «Болтоны обанкротились?». Джон хмыкнул, прочитав пару строк. «Очередной обман», — подумал он. Рамси, мягко говоря, одолжил у отца крупную сумму денег и спустил всё на игры в подпольном казино. Теперь Русе снова будет прикрывать зад своего сына. Страница шла за страницей, пока не послышался знакомый сладковатый аромат. Джон взглянул на тумбу рядом с холодильником, обнаружив там чёртовые лимонные пирожные. В этом доме всё напоминало о Сансе. Парень почувствовал, как его желудок сжался от голода. Только тогда он вспомнил, когда ел в последний раз. За время учебы в Оксфорде, Джон прошел курс психологии. Он не собирался быть учителем в местных школах, но дядя настаивал, чтобы колледж был окончен, а Сноу согласился. Профессор Мормонт не раз рассказывал о возрастных особенностях детей. Иногда бывали случаи, когда сестры влюблялись в старших братьев и наоборот. Это всё являлось показателем того, что детям не хватает опоры и надежности в жизни, ведь только рядом с родными чувствуешь себя защищенным. Со временем подобная мнимая влюбленность проходила. Джон ещё раз взглянул на пирожные. Он не приписывал себя к обнадеженному ребенку, разве что война могла заставить его измениться. Что бы сказал Робб, если бы узнал о тех чувствах, которые испытывает его двоюродный брат к Сансе, своей сестре? Наверняка, посчитал бы его сумасшедшим. Профессор Мормонт говорил, что нужно время, и Джон решил дать себе его. Пусть всё будет, как прежде. Влюбленность — всего-навсего, пустое заблуждение.