Чувства трёхлетней давности

3-е декабря 1947 года Она пришла сама. Присела рядом. Тайком посмотрела на его профиль, отвернулась. На её губах заиграла знакомая хитрая ухмылка. Джон вдохнул полной грудью. По коже пробежались мурашки, когда подул холодный ветер. — Всё ещё куришь? — поинтересовалась Арья. Парень выпустил из рта облако дыма. — Всё ещё такая же мелкая? — по-заговорщицки парировал он. Сестра, улыбнувшись, толкнула его в плечо. Она выглядела, как настоящая девушка. Арья и раньше была таковой, но что-то изменилось в её движениях, в том, как она себя подаёт. Перед глазами у Джона мелькнуло нечто сверкающее — кольцо, с довольно большим камнем. — Джендри? — Сноу с удивлением приподнял одну бровь. — Угу, он много работал, чтобы купить мне его. — Девушка покрутила украшение то вправо, то влево. Парень затянулся в последний раз и затушил бычок о железную спинку лавки. — Я рад за тебя, сестренка. Арья по-доброму приобняла брата. Он на мгновение расслабился, а затем снова вспомнил о том, что через полчаса перерыв на обед подойдет к концу и нужно будет вернуться к работе. Начальник требовал от него больше сосредоточенности, поэтому Джон научился забывать о посторонних проблемах, когда приходило время редактирования очередной статьи. — А у тебя как на личном? Парень смахнул с пальто несуществующие пылинки и пожал плечами. — Ты ведь знаешь, моё сердце принадлежит работе. Арья кивнула, но на самом деле она всё понимала. Ему казалось, она знала абсолютно обо всём, что случилось тем летом. Девчонка была умна и просто молчала. Наверняка, она ждала — ждала, когда всё разрешится, когда, наконец, проблема достигнет своей развязки. — Санса спрашивала о тебе, — девушка выстрелила этими словами, совсем ненарочно. Парень поёжился от холода и пожалел о том, что забыл свой теплый шарф дома. — Как… она? — осторожно спросил он. — Нормально, — коротко ответила Арья, замечая каждое изменение в поведении брата. — Приезжай на Рождество, мы очень ждем тебя. Санса скучает. Джон чуть было не потянулся за новой сигаретой, но сдержался. Она скучает? — Я подумаю, — сообщил Сноу. Естественно, его слова — отговорка. Он тянул время почти три года. Говорил сам себе, что все прошло и влюбленность, которую парень испытывал к сестре тоже испарилась. Но то, как его сердце реагирует на заявления Арьи, дает знак, что ничего не изменилось. — Нет, пообещай, что приедешь! — начала она. — Бран уже давно спрашивал о тебе. А Санса… не знаю, что произошло между вами, но она сама не своя, — Арья резко замолчала, словно взболтнула лишнего. — Говори, — подтолкнул её Джон. Девушка положила кожаные перчатки на колени. Они явно были не в её стиле. Можно сразу догадаться, что миссис Старк купила их для неё без спроса. Сноу знал, что кожа не греет так, как вязка. Ещё с войны он принял во внимание этот факт и с тех пор покупал себе вязанные свитера, шарфы и варежки, хотя они выглядели немного по-детски. — Ничего особенного, просто она грустная, — видно, что Арья не собиралась раскрывать все карты. — Ты ей нужен. Она даже передала тебе кое-что, — девушка вынула из небольшой сумочки сероватый конверт. Единственное, чем он был испачкан — чернила. Сверху виднелась каллиграфически выведенное имя: «Джону». Парень взял «посылку», покрутил, убеждаясь в том, что младшая сестра не прочитала её до него. Но зря он не доверял ей, так как конверт был цел и невредим. Под настойчивым взглядом Арьи, Сноу разорвал заклеенную часть и вытянул слегка пожелтевший по краям листок бумаги. Начав читать, он нахмурился. Это написала не Санса. Это его творение трехлетней давности. Немного помятое, пострадавшее от дневного света, но строчки те же самые. Однако были там и чужие мысли, принадлежавшие его сестре. Она заменила некоторые слова: вычеркнула его сомнения о том, что его влюбленность — просто обман сознания, а в самом конце добавила: «Прошло несколько лет, но я до сих пор помню, с каким наслаждением ты уплетал мой лимонный пирог. Думаешь, это глупо?». Джон кривовато усмехнулся. — Ну, что там? — притворно заглянула Арья в письмо, но брат отодвинулся. Она насупилась. — Ничего особенного, — заверил её парень. Вздохнув, она поднялась и запахнула пальто. Её лицо в мгновение изменилось. В тот момент она показалась Джону взрослой, он никогда ещё не видел сестру такой… Арье, конечно, уже было двадцать два года, но серьезность буквально исходила от неё волнами. — Я всё понимаю, — твёрдо промолвила она. — Вспомни 1943-й, ты чуть не погиб из-за какого-то мерзавца на поле, а теперь что? Бежишь от сестры? Точно знаю, что, лежа в госпитале, ты думал о будущем, которого у тебя, возможно, не будет. Но вот оно! Джон, ты уже не мальчишка, я не осужу вас двоих. Попробуйте… попробуйте побыть вдвоём. Он понятия не имел, что ей ответить. Арья видела всё, что происходило, была свидетелем того, как что-то зарождалось между ним и Сансой. Быть может, она права. Он аккуратно сложил письмо, отправил его в глубокий карман пальто и прокашлялся. В его горле образовалась настоящая Сахара, пока он выслушивал речь сестры. — Хорошо, — медленно ответил он, — передай Сансе, чтобы она испекла свой любимый лимонный пирог. Арья нахмурилась и с сомнением кивнула. — Не знала, что тебя можно заманить обратно едой, — хохотнула она.