Отражение: Двое.

— Котик, ты какой-то странный в последнее время, — заметил Себастьян. — что-то случилось? — Да нет, — пожал плечами Барнс, хотя в последний месяц у него было много съемок с переодеванием, и он нервничал. Фотографы попались все как один нервные и себялюбивые, и это бесило. Барнс не представлял, как Себастьян справляется с режиссерами, с которыми работает, потому что самому Барнсу очень хотелось дать фотографам в морду. Да и коллеги по съемкам были большей частью не ахти. — Хотя, да. Они меня заебали, если честно. Хочется все бросить и забить на съемки. Как ты справляешься? — Котик, я просто привык. Практика, опыт. Стрижка на камеру и все остальное. Может, тебе просто пора с кем-нибудь подраться? — Может, — Барнс снова пожал плечами. — Действительно, дай-ка я узнаю, где и кому сегодня можно набить морду. А лучше двум или трем. Не могу я, принцесса. Вернее, могу, просто, видимо, чего-то не понимаю. Вроде, у меня и получается нормально, ну, раз зовут сниматься. Я, правда, журналы с собой не покупаю, но пролистываю. Но… Может, я просто не создан для этого? — Или тебе с фотографами не везет, — сказал Себастьян. — Они же и правда через одного с припиздью. — Последний на меня всю дорогу наезжал, что я не так стою, не так, блядь, смотрю. Но он на всех наезжал, так что мне обидно не было, — Барнс залез в ноут, что-то там выискивая, а потом его мобильник прожужжал сообщением. — О, у нас есть адрес. Даже два. Поехали. — Как мне одеться? — спросил Себастьян. — Темные очки, кепка, что еще? — Да как хочешь, хоть в один из своих волшебных костюмов за дохуя штук, — разрешил Барнс. На такие бои приходили разные люди, очень разные, многие из них хотели бы анонимности по разным причинам, поэтому ему было не важно, как оденется Себастьян. — А я оденусь попроще. Мне в этом еще и драться. Намордник мой прихвати, он в шкафу. — А зачем тебе намордник? — удивился Себастьян, послушно доставая черную маску из кладовой. — Это же просто поделка, он не защищает ни от чего. — Думаешь, реальный сильно защищал? — усмехнулся Барнс. — Я так эффектнее выгляжу. Барнс забрал у Себастьяна намордник, сунув в рюкзак, в котором болталась еще одна футболка, на случай, если та, что на нем, порвется. — Ты скоро? — сам он уже стоял в дверях и ждал Себастьяна, одетый в обычные джинсы, футболку с ярким принтом, легкую кожаную куртку и армейские ботинки. На руках были кожаные перчатки без пальцев. — Почти готов, — ответил Себастьян, застегивая куртку. — Как поедем? — На такси, — уверенно сказал Барнс. — Нечего туда на машине приезжать. Когда они вышли из такси где-то в районе доков, Барнс уверенно повел Себастьяна какими-то закоулками, похоже, точно зная, куда идти. И действительно, через десять минут пешей довольно быстрой прогулки они подошли к неприметной двери, над которой горел одинокий фонарь. Барнс постучал в дверь, и ему почти сразу открыли. — Что надо? — поинтересовался мужик вида классического барного вышибалы. Из-за двери доносились голоса, свист, громкие выкрики. — Мы на вечеринку, — просто озвучил Барнс причину их появления, показывая что-то в телефоне. — Добро пожаловать, — отошел с прохода вышибала, пропуская их внутрь. Внутри было сумрачно, низкие лампы плохо освещали полуподвальное помещение, но Барнс уверенно вел Себастьяна внутрь, пока их взгляду не открылась толпа скандирующих людей, среди которых даже были женщины, стоящих вокруг клетки, в которой мутузили друг друга два мужика. Один из них был намного мельче своего соперника, но пока успешно побеждал. — Бой до потери сознания, — пояснил на ухо Себастьяну Барнс. — Можно сдаться. — Ты сдавался? — так же на ухо спросил Себастьян. — Ты серьезно? — удивился Барнс. Себастьян рассмеялся и спросил: — Как тебя здесь зовут, и как на тебя можно поставить? — Догадайся, зачем мне маска, — сказал Барнс, распуская волосы и доставая свой намордник. — Ты же знаешь, я плохо вживаюсь в образы. — Ну так где тусуются букмекеры? — А вон, — Барнс указал в толпу на пару самых спокойных и деловитых мужиков с кучей наличности в руках. — Только давай подождем еще пару боев. Это недолго, минут десять. — Давай, — согласился Себастьян. — А сколько обычно держишься ты? — Не больше пары боев, — заговорил Барнс, и в этот момент тот противник, что был больше, упал в отключке. Публика взревела, кто воплями радости, кто отчаяния. — Потом становится не интересно никому. Я ж не поддаюсь. — Кобра! Кто хочет сразиться с победителем? — выкрикнул, перекрывая шум толпы, какой-то мужик, видимо, распорядитель боев. Из толпы отделился плотный мужчина, примерно равный по комплекции победителю предыдущей схватки. — И кто же это у нас? — боец что-то тихо сказал, а распорядитель перекрыл шум своим голосом. — Джонни! Джонни против Кобры! Джонни вошел в клетку, и та с лязгом закрылась. Бессознательное тело предыдущего бойца успели вытащить и сейчас приводили в чувство. — На тебя высокие ставки? — спросил Себастьян. — На сколько боев ты заявишься? — Я редкий гость, поэтому меня не знают, только слухи ходят, — Барнс не спешил ввинчиваться в толпу. — Так что как повезет, но обычно на меня выгодно ставить. А сколько боев… В зависимости от того, насколько быстро я укатываю своего первого, я или решаюсь на второго, или нет. — Ставки сделаны! — объявил распорядитель. — Бой! — Скучно, когда легко выигрывает один и тот же, — пояснил свои действия Барнс, успев, пока толпа не взревела. Себастьян с любопытством смотрел на ринг. Настоящая драка разительно отличалась от постановочной киношной. В ней не было грации и изящества, только ярость и грубая сила. Барнс даже особо не смотрел, просто ждал, кто победит, потому что противники были примерно одной весовой категории, но Кобра уже стоял не первый бой, и Барнс видел, как ходит его грудная клетка, а реакция могла бы быть и быстрее. Но он все равно уверенно побеждал, пока Джонни не поймал его в профессиональный военный захват и не придушил. — Джонни! — выкрикнул распорядитель. — Кто хочет сразиться с победителем? — Начну, пожалуй, — бросил Барнс на ухо Себастьяну и вышел вперед, надевая намордник. — Зимний Солдат! — выкрикнул распорядитель привычное слуху Барнса прозвище, и он зашел в клетку. — Зимний Солдат против Джонни! Тряхнул головой, оглядел собравшуюся толпу, выпрямив спину и явно красуясь. Если не кривить душой, то Барнсу это нравилось: приветствующая его толпа, от которой просто шибало энергией; предвкушение драки, хоть и нечестной, если посмотреть правде в глаза. Он нашел взглядом Себастьяна и подмигнул ему, а потом повернулся к противнику. Джонни был поджарым, явно сильным и ловким, а еще он точно был военным, бывшим или нет, тут сложно было сказать, но он пользовался армейскими приемами. До начала боя Себастьян успел протолкаться к букмекеру и поставил на Зимнего Солдата всю свою наличку. Ее было немного, долларов двести, но букмекер сказал, что ставить можно и банковскими переводами. Себастьян решил, что на второй бой Баки поставит все, что выиграет на первом. Что Баки победит, Себастьян ни минуты не сомневался. — Ставки сделаны! Бой! Барнс принялся обходить своего противника по дуге, и тот пошел так же, не спеша нападать. Они покружили немного, и Джонни не выдержал, кинулся на Барнса, который легко ушел от атаки, продлив движение своего противника, откинув его на сетку. Как ни странно, тут Барнс прекрасно понимал, что публика хочет не только тупого мордобоя, но и какой-нибудь прелюдии к нему. И эту прелюдию он мог обеспечить на ура, просто отшвыривая своего противника, уходя от атак. Но ничто не может длиться вечно, хотя так играть можно было, пока Джонни не выдохнется. Джонни в очередной раз кинулся на Барнса, и тот поймал его руку, выворачивая, почти ломая, но он не собирался заниматься членовредительством настолько серьезно, поэтому, взяв на болевой, он тихо спросил. — Сдаешься? — Щаааз тебе, — прохрипел Джонни, и Барнс его отпустил. Следующий раз кулак Джонни чуть-чуть не задел скулу Барнса, а он решил, что игры кончились, и просто заехал ему хорошим хуком справа, стараясь не использовать для ударов левую руку, потому что она все равно была сильнее. Джонни пошатнулся, отступив на пару шагов по инерции, тряхнул головой и снова кинулся в бой. Барнс пропустил его вперед, проведя за выставленную руку, словно партнершу в танце, и неплохо саданул по почкам. Он не жалел своих противников никогда, потому что был уверен, что люди вызываются на бой, точно зная, что к чему, и чем все может закончиться. Джонни от удара рухнул на колени, но Барнс снова не стал его добивать, хотя толпа уже скандировала. Он дал Джонни подняться и уже после этого вырубил его красивым, почти как балетное па, ударом ноги в челюсть. Толпа взревела. — Зимний Солдат! — выкрикнул распорядитель. — Кто хочет сразиться с победителем? Себастьян орал и вскидывал руки вместе со всеми. Пока Баки отдыхал между боями, он протолкался к букмекеру и поставил весь свой немалый выигрыш снова на Зимнего Солдата, не дожидаясь даже, пока объявят его противника. Противником оказался здоровенный детина на голову выше Барнса, который пожелал остаться неизвестным, и начался бой. Барнс крутился волчком, просто уходя от пудовых кулачищ детины, понимая, что даже ему от удара такого кулака мало не покажется. Тот был прост в бою, в отличие от Джонни, который что-то да знал, и победить его тоже было просто, но все равно хотелось этого странного шоу для всех, и для него самого тоже. Барнсу было неинтересно уложить противника в два удара, а то и в один. Но, как и танец с Джонни, эти увертки с безымянным громилой тоже должны были закончиться, и Барнс вырубил его таким же прицельным ударом в челюсть. На пол клетки брызнула кровь и даже вылетела пара зубов. Барнса снова объявили победителем, а тот нашел глазами Себастьяна, словно спрашивая еще, или хватит? Себастьян вскинул руку с вытянутым указательным пальцем, давая Баки понять, что еще один бой — и хватит. Барнс кивнул, ожидая следующего противника. Им оказался юркий парень немного меньше Барнса по комплекции и, похоже, его тут знали, потому что ему даже не пришлось называться, толпа взревела и так. — Могильщик! — озвучил прозвище бойца распорядитель. — Бой! — Сдавайся сразу, Зимний Солдат, — довольно мирно предложил Могильщик, но Барнс тряхнул головой в отрицательном жесте, и понеслась. С этим парнем было не поиграть, он был профи одной из восточных школ боя, и явно не для красоты занимался, а именно чтобы драться. В этот раз публика могла насладиться действительно красивым, очень быстрым поединком двух профессионалов, которые наносили хореографически красивые, точные и быстрые удары, которые раз за разом не достигали цели. Вернее, не достигали цели удары Могильщика, а вот Барнс несколько раз по нему попал, и не слабо. А потом и просто вырубил, придушив в захвате. Снова раздались вопли радости и отчаяния, а Барнс, картинно поклонившись, вышел из сетки. — Что же, нам нужно сразу два новых участника! — объявил распорядитель. Толпа зазывала Зимнего Солдата обратно в клетку, но тот не повелся, направляясь сразу к Себастьяну. — Дома! — проорал ему в ухо Себастьян. — Все дома! Он забрал у букмекера выигрыш и сунул толстую пачку купюр в карман, не считая. Барнс кивнул, уводя Себастьяна из этого бедлама, и снял намордник только когда они вышли из этого вертепа. — Точно домой? — спросил Барнс, вызывая такси на то же место, откуда они пришли сюда. — Да! Ты мой герой! Вот теперь я видел, как выглядит настоящая драка! И как дерется Зимний Солдат! Себастьян вытащил из кармана деньги и быстро пересчитал их. — Офигеть! Восемнадцать с половиной штук! За полчаса! Половина твои. — Почему это половина? — рассмеялся Барнс, который шел сюда не за деньгами, а просто расслабиться. — Потому что начальную ставку я делал на свои, — объяснил Себастьян. — Жмот, — улыбнулся Барнс и поцеловал Себастьяна. — Был бы я жмот, все оставил бы себе, а я делюсь, — рассмеялся Себастьян. — На что потратим? Давай на отдых. Я все-таки организовал себе пару недель в начале ноября. Гавайи ждут нас! — Давай на отдых, — согласился Барнс. — А давай там на пару дней арендуем яхту, пройдемся под парусами? — Давай, — согласился Себастьян и надвинул кепку поглубже: начался дождь. — Тебя отпустило? — Смотря от чего, — снова рассмеялся Барнс, открывая дверь такси, которое только что подъехало, так что вымокнуть они не успели. — От ненависти к фотографам или от толпы и мордобоя? — От всего! Кстати, хочешь профессиональный совет? — Хочу, — Барнса даже заинтересовало, что за совет может ему дать Себастьян после такого приключения. В салоне отвратительно пахло чем-то сладким, играла какая-то этническая музыка, а водила хотел уже что-то сказать, когда Барнс просто глянул на него в зеркало заднего вида, и тот сразу как-то сник, понимая, что его слушать тут не будут. — Узнай у своего куратора в агентстве, от которого ты снимаешься, свой рейтинг. При достаточно высоком рейтинге ты можешь выбирать, с каким фотографом будешь работать, а с каким нет. Кстати, от отзывов моделей зависит рейтинг самих фотографов. — Слушай, я же понятия не имею об их профессионализме, — начал Барнс. — Может, то, что у них мерзкий характер, это еще ничего, может они, как профессионалы, хороши. А так, откуда я знаю, какой хороший, а какой плохой? — Возьми да посмотри финальные снимки, — предложил Себастьян. — Если после просмотра захочется купить, значит, фотограф хороший. А еще они через одного спят с моделями, независимо от пола. Я так по молодости нарывался пару раз. — Ты хочешь сказать, что ко мне подкатывать будут? — уточнил Барнс. — Будут — это точно. А еще будут злиться, что к тебе невозможно подкатить. Ты же не начинающая девочка-модель, которая больше ничего не умеет. От того, хорошо ли тебя снимут, не зависит, будет ли тебе где жить и что есть. Это чувствуется. По большому счету, у агентства и фотографов нет никакой власти над тобой. Агентство это особо не парит, а некоторых фотографов может злить. Хватает людей, упивающихся властью. — Какие же люди злые, — даже как-то расстроился Барнс. Он не понимал этого спекулирования чем бы то ни было ради секса, просто потому, что как может быть приятно спать с кем-то, если знаешь, что это не по-настоящему? Проститутки в эту категорию не входили, потому что тут все ясно и понятно. Но остальное… — Не все, — улыбнулся Себастьян. — Не все.